Решение совета стариков

               

   Наступило утро следующего дня. Пришел старый казак и вскоре они уже были на большой площади.… Где собралось много народу. Сын калмычки также пожелал присутствовать при развязке, что решит совет стариков.


   Вышел один из представителей совета стариков откашлялся, и объявил:


   «Принимая во внимание, что человек, именуемый себя сыном, не сумел подтвердить ни бумагой, ни очевидцем, что он токовым является, так, что его права на наследство отказано. Совет стариков принял во внимание, что яицкий казак сотник Григорий Корнильев, чьи интересы представляет его сын казак Елевферий Корнильев, и есть самый близкий родственник покойного и что он представил совету стариков нужные бумаги, кои подтверждают это родство.


   Совет стариков решил, что сотник Григорий Корнильев вступит во владение наследством покойного старшины Алексея Осипова, заключая движимое и недвижимое добро, — словом, во владение всем, что принадлежало покойному, как сие предусматривается решением советом стариков Паншенского городка.

   Сын калмычки не предъявил доказательств, что он сын старшины Осипова. Сын калмычки был сражен таким решением совета стариков. Опустил голову, как будто его сразил неожиданный удар, но тут же с гордым видом выпрямился и сказал тихо:

   - Что ж, - моя мама поступила осторожно, не отдав всего, что имела, этому старшине Осипову. Вот подтверждение того, как неосмотрительно поступает женщина, обогащая своего полюбовника.

   Елевферий почувствовал, как от гнева кровь бросилась ему в голову, он резко повернулся в сторону сына калмычки, готовый вступиться за честь человека, чьим наследником только что был объявлен.

   Но сын калмычки направился к своему коню, запрыгнув в седло, он быстро ускакал по улице. 

   В ту минуту Елевферий уже не думал о сопернике, он  мыслил о том, как будут гордиться его отец и радоваться матушка, когда они окажутся богаты.

   Как вдруг он заметил позади себя казачка старичка. Тот стоял и мялся одновременно смотрел на Елевферия из под своих густых бровей.

   - Атаман только что покинул площадь и уехал к себе. Надо бы тебе, не мешкая, заехать к нему.

   - Ну конечно, уважаемый, - отвечал Елевферий.

   Они сели на коней и направились к атаману.

   Остановились у ворот атаманского куреня, сошли с коней и Елевферий поднялся по крыльцу. Атаман встретил молодого казака в гостевой комнате.

   - Ну как вы рады и это благодаря мне, - сказал атаман, - вы совершенно бесспорно теперь унаследуете состояния своего дяди.

   Едевферий поблагодарил атамана, тот, казалось, почти не глядел на него, но на самом деле, буравил его своими глазками. Внимательно оглядев будущего зятя, он повернулся к двери позади себя, и сказал:

   - Дарина дочь моя, выйдите к нам и поздоровайтесь с моим гостем.

   Елевферию казалось, что у него земля уходит из-под ног, сердце забилось так сильно, что вот, вот вырвется из груди, он с трудом дышал и не мог отвести испуганных глаз от проема двери.

   И тут он вдруг увидел очаровательное создание.

   К ним в комнату вошла стройная девушка, ее длинные черные волосы лежали на нежных плечах, черные глаза были прекрасны, Дарине не исполнилось еще двадцати лет, и ее смело можно было назвать чудом красоты.

   Елевферий от удивления оцепенел, так он стоял как вкопанный, застыв от упоения, не сводя глаз с Дарины: он напоминал изваяние греческого красавца.

   - Чадо мое, — сказал атаман, показывая рукой в сторону Елевферия, - знакомься это яицкий казак Елевферий Корнильев сыном Григория и племянник старшины Осипова, Осипов был сподвижником твоего деда и моего отца, этот молодой казак приехал с Яика не только за наследством, он ещё просит твоей руки.

   Дарина подняла на юношу черные глаза и посмотрела на него проникающим взглядом в самую глубину души.

   - Надеюсь, ты разрешишь Елевферию погуторить с тобой? - продолжил атаман.

   Дарина посмотрела на Елевферия, и в ее взгляде можно было прочесть удивление, и нежность, но она не произнесла ни слова.

   - Молчание, как известно, знак согласия, - сказал атаман. – Да  кстати, вам надо знать, что Дарина – у меня единственное чадо, и она унаследует состояние после замужества, таково завещание ее дед Михаила Самаренина прозванного турками “сиях самар”.

   Дарина в знак благодарности нежно улыбнулась отцу.

   - А когда же будет венчание, наш будущий зятек? – спросил атаман.

   - Пусть Дарина сама назначит день, - проговорил Елевферий.

   Дарина снова улыбнулась, но ничего не сказала.

   - Да она немая! -  вырвалось у Елевферия.

   Он решил, что он разгадал скрытый порок своей будущей невесты, и его от страха стало трясти.

   Но дочь атамана рассмеялась да еще увидела, как жениха затрясло, и тут она сказала:

   - Нет, мой будущий муж, слава Богу, я не лишена дара речи.

   Атаман посмотрел серьезным взглядом на дочь: она, улыбаясь, стала прощаться и уже собралась удалиться.

   - Как! – остановил ее Елевферий. – Дарина вы так и не сказали, когда будет венчание

   - Я оставляю вас с моим батюшкой, милый Елевферий, - отвечала Дарина, - я доверяю ему, да он не любит, чтобы дело чересчур затягивалось. Пусть он и решает, а его решения всегда мене нравились.

   Дарина ушла, и Елевферий остался наедине с атаманом.
   Венчание решили провести через десять дней.
   Обсудив всё, Елевферий простился с атаманом и стал спускаться по лестнице.

   На улице во дворе он увидел старичка-казака.

   Теперь походка Елевферия была гораздо более уверенной, нежели тогда, когда он поднимался наверх.

   - Ну, так как, вы сговорились, - спросил старичок, - надеюсь, вы остались довольны?

   - О да! - ответил Елевферий. - Так доволен, что если венчание пройдет как полагается, я вам резвого коня подарю.

   - Тогда я считаю, что конь уже у меня, - сказал старик.

   Елевферий выслушал старичка вскочил на коня, даже не коснувшись стремени и рысью ускакал по улице, оставляя после себя пыль.