День рождения, которого не было

Анна Григорьевна провела рукой по седеющей челке и достала из ящика стола новую пачку салфеток. Тридцать лет практики научили ее: когда родители приходят с детьми, салфетки нужны всегда. Хотя плачут обычно не те, кто должен.
— Итак, Максим, — она улыбнулась мальчику, который сидел, уткнувшись взглядом в носки кроссовок. — Сколько тебе лет?
— Десять, — буркнул он.
— Прекрасный возраст! А когда у тебя день рождения?
— Не знаю.
Анна Григорьевна подняла бровь. За годы работы она слышала много странных ответов, но этот был в топ-десятке.
— Совсем не знаешь? Может, зимой? Или весной?
— Не знаю, — повторил мальчик упрямо, и его подбородок дрогнул.
— Хорошо, давай так: что тебе подарили на последний день рождения?
— Ничего. Конфет немного.
Мать вскинулась, как сжатая пружина:
— Максим! Мы же подарили тебе компьютер!
Мальчик взорвался. Анна Григорьевна даже не успела протянуть салфетки.
— Подарили?! — слезы полились ручьем. — Да папа сразу его забрал! Сказал, что я не дорос! Какой это подарок?!
Мать закатила глаза с выражением женщины, которая не понимает, что тут такого:
— Ну и правильно. Ты действительно не дорос. Тебе десять лет, а не двадцать.
Анна Григорьевна откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. В голове мелькнула мысль: "Почему я не пошла в ветеринары? С котиками проще."
— Ольга Васильевна, — она открыла глаза и посмотрела на мать внимательно. — Давайте сделаем небольшое упражнение. Представьте: примерно через двадцать, тридцать ну или сорок... лет Максим дарит вам на свадебный юбилей автомобиль. Тот самый, о котором вы мечтали всю жизнь. Красный кабриолет. Или белый внедорожник — как вам больше нравится.
Ольга Васильевна слегка оттаяла:
— Ну, мне бы внедорожник...
— Прекрасно! Белый внедорожник с кожаными сиденьями. Вы в восторге, обнимаете сына, уже мысленно планируете поездку на дачу... И тут Максим говорит: "Мама, ключи я не дам. Ты уже старая, тебе опасно водить. Я буду сам тебя возить, когда посчитаю нужным. По средам и субботам, если у меня будет время."
Повисла тишина. Максим перестал всхлипывать и с интересом посмотрел на мать.
— Ну... это же другое дело, — пробормотала Ольга Васильевна.
— В чем разница? — Анна Григорьевна наклонилась вперед.
— Я же взрослая! Я имею право...
— Именно. Вы имеете право распоряжаться своими подарками. И Максим — тоже.
— Но ему же ДЕСЯТЬ! Он просидит за этим компьютером сутками!
Анна Григорьевна вздохнула и потянулась за своей чашкой остывшего кофе. "Эспрессо. Мне нужен двойной эспрессо."
— Ольга Васильевна, а вы знаете, что происходит с ребенком, которому дарят подарок и сразу отбирают?
— Ну... он расстраивается?
— Он "забывает" свой день рождения. — Анна Григорьевна кивнула на Максима. — Мозг блокирует травмирующее воспоминание. Это защита. Понимаете, для десятилетнего мальчика получить желанный подарок и лишиться его через минуту — это как если бы вас пригласили на банкет, дали попробовать торт и тут же вырвали изо рта со словами "ты недостойна".
Максим фыркнул сквозь слезы. Похоже, образ понравился.
— Но мы же хотели как лучше! — Ольга Васильевна всплеснула руками. — Мы планировали постепенно давать ему доступ...
— Тогда зачем вы назвали это подарком? — Анна Григорьевна устало потерла переносицу. — Вы могли сказать: "Максим, мы купили семейный компьютер. Ты будешь пользоваться им час в день под нашим контролем". Честно и понятно. Или: "Компьютер будет твоим с одиннадцати лет — вот критерии готовности, вот что нужно сделать". Но вы выбрали третий вариант: дали и отобрали.
— Я не думала...
— Вот именно, — Анна Григорьевна улыбнулась устало. — А Максим думал. И продолжает думать. Сейчас он думает примерно так: "Взрослые врут. Праздники — это ловушка. Мои чувства никого не волнуют."
Ольга Васильевна побледнела.
— Что же нам теперь делать?
— Три варианта. Первый: отдаете компьютер безусловно и договариваетесь о правилах использования — как с равным. Второй: честно забираете подарок, признаете ошибку и дарите что-то адекватное возрасту. Третий: продолжаете в том же духе, и лет через пятнадцать Максим придет ко мне уже без вас — разбираться, почему он не доверяет людям и боится близких отношений.
Максим тихо хихикнул. Анна Григорьевна подмигнула ему.
— А белый внедорожник я бы вам по средам точно не давал, — добавил он неожиданно. — Только по пятницам. И то, если попросите вежливо.
Ольга Васильевна открыла рот, потом закрыла. Потом снова открыла:
— Мне нужно... подумать.
— Вот это правильный шаг, — Анна Григорьевна встала. — А пока думаете — вот вам домашнее задание. Максим, вспомни дату своего дня рождения и скажи маме. А вы, Ольга Васильевна, запишите ее на бумажке и повесьте на холодильник. Чтобы точно не забыть, когда в следующий раз дарить подарки, которые на самом деле подарки.
Они вышли. Анна Григорьевна посмотрела на часы: до следующего клиента оставалось десять минут. Ровно столько, чтобы выпить двойной эспрессо и подумать о том, что человечество изобрело космические корабли, но до сих пор не научилось просто дарить детям подарки.
Хотя нет. С котиками определенно проще.