Ну как на свете без любви прожить? Часть 1

~~~&~~~*~~~&~~~*~~~&~~~

Алиска смотрела как мать сшивает куски овчины, которые дед приносил с меховой фабрики, где работал сторожем и по совместительству истопником, смотрела на ее исколотые и загрубевшие от каждодневного труда пальцы. Они были не такими, как у других женщин. У них руки были гладкими, пальцы ухоженными, с лаком на ногтях. А у матери – мозолистые, с мелкими шрамами от иголок, с въевшейся в кожу пылью от шерсти, которую не смывала даже горячая вода с мылом.
Дед научил мать этому ремеслу: сшивать крепкими и ровными стежками овчину, из которой потом кроились дубленки, шились и продавались по 450-500 руб. Это были большие деньги для их семьи. На эти деньги покупали еду, лекарства для бабушки, платили за квартиру  и одевали во все лучшее Алиску.

У матери не было образования, отец забурил в какое-то село на танцы, откуда и привез мать: тихую, покорную и молчаливую. Мать никогда не перечила, всегда соглашалась со свекровью и свекром, и жила тихо как мышь, день и ночь работая при свете лампы. Иногда она смотрела на Алиску каким -то задумчивым уставшим взглядом и говорила:  "Ты должна жить лучше чем я. Ты создана для лучшей жизни".

Иногда мать исчезала на неделю, на две, а потом приезжала и показывала Алиске новое колечко или цепочку, и говорила не показывать отцу. Алиска давно смекнула, что мать не с подружками ездит отдыхать.  К 17 годам все пальцы Алиски были в колечках, а в шкатулке красовалось несколько цепочек. Иногда отец подозрительно косился на ее украшения, но она отшучивалсь, типа, это Захар скалымил в мастерской по ремонту машин, это подарил, заработав на шабашке, покрывая крышу.

Захар был старше на 5 лет, соседом из квартиры напротив. В 13 лет Алиска сама отдалась ему, во-первых, он был очень красив, как артист Алек Болдуин, брюнет с голубыми глазами, а, во-вторых, Алиске хотелось скорее окунуться во взрослую жизнь. У Захара был навороченный мотоцикл, на котором они гоняли по городу, а  иногда он брал у дядьки в мастерской машину, и катал Алиску ночью, чтобы дядька не знал.
Это Захар научил ее курить, пить пиво и подпускать иногда ненормативные словечки.
Это у Захара в гараже они смотрели порнушку, отрабатывая бесконечное количество поз, гимнастические кульбиты, дрожи, придыхания, завывания и пыхтения, издавая протяжные утробные нечеловеческие звуки, изображая оргазмы, испробовав весь ассортимент разврата, который предлагала киноиндустрия.
Но вскоре Захар ушел в армию, Алиска ему ничего не обещала, потому что знала, что Захар не из той жизни, которая была ее целью. Ей нужен был опыт общения с мужчинами, и она его добирала в случайных связях. К 17 годам она знала про секс все. И уже с малых лет знала, что все эти охи-вздохи о любви - всего лишь  иллюзия, а настоящая реальная жизнь- это состоятельность и достаток, и также знала что для достижения ее целей все средства хороши.

Такие чувства как: любовь, тепло, забота никогда не существовали в настройках ее души. Она была любимой дочерью родителей, любимой внучкой, но для нее в жизни имели место быть только цели: помочь бабке сварить суп - нарезать морковку, картошку, лук, чтобы задобрить, и бабка позволила ей погулять на часок дольше. Подластиться к матери: помыть полы или выбить ковер, чтобы мать не надоедала с уроками. Научиться искусству любви с Захаром, чтобы использовать это в будущем. В отличие от подружек, которые эмоционировали от зашкаливающих гормонов, и девичьих влюбленностей, в ее сознании не было ничего, кроме рационализма и аналитики. Она умела подстроиться под любого, чтобы получить желаемое - рассыпалась в комплиментах и в презентиках, это была обычная и отработанная схема в системе ее жизни.

Иногда она смотрела на одногруппниц, и чувствовала себя взрослой женщиной среди  наивных детишек, все их слезы и бесконечные обсуждения: "он так на меня посмотрел", "он то мне сказал" - были для нее смешны. Она не понимала, как можно всерьез плакать по какому-то глупому и нищему Мишке, или рыдать от того, что какой-то снюнявый придурок не позвонил или бросил.

В 17 встал выбор профессии. Мать настаивала выучиться на портниху, мол, это всегда кусок хлеба. Алиске хотелось стоять за плилавком в белом халатике и чепце, красивыми ухоженными ручками, с колечками и  манюкюром, отоваривать покупателей. В итоге она выучилась на портниху, и материна подружка, по блату, впихнула ее в кооперативный техникум, на специальность товаровед.

Алиска учиться не любила, запоминала предметы с пятого на десятое, часто пропускала занятия, и мать вечно таскалась по преподаватплям с коробками конфет, колясками копченых колбас или духами. В итоге с учебой у Алиски не было никаких проблем. Преподавательница просто сшила за Алиску пальто и представила его на экзамене, за что Алиску признали лучшей ученицей, "Марьей-искуссницей", дали почетную грамоту и прибавку к стипендии.

К тому же Захар вернулся из армиии и стал приставать к ней с замужеством. Алиска с матерью обсуждали претендентов на брак и пришли к выводу, что самая большая зарплата у летчиков, и Алиска устроилась, опять же по протекции, в летное училище в отделение по матобеспечению. И пообещала Захару выйти замуж только в том случае, если тот поступит в летное училище. И он поступил, но серьезность и усидчивость не для Захара, он подрался с однокурсником, и его с треском выкинули из училища.

С Егором они пересекались на работе, он приносил папки с документами, оставляя их на подпись зам по тылу. Он был на последнем курсе и на хорошем счету у начальства. Алиска быстро активизировалась в его направлении, привела его к себе на сьемную квартиру, где начала облизывать с ног до головы. Приближался выпуск, в один из дней Егор пригласил Алиску знакомиться с его родителями. Алиска готовилась: платье, локоны, каблуки. Его отец работал в загадочных госструктурах, а мать - в школе преподавателем русского языка и литературы. Только переступив порог их коттеджа, Алиска сразу поняла, что попала как кур в ощип, что эти люди никогда не разрешат Егору жениться на ней. Мать сразу начала тестировать ее на предмет литературы и искусства, снисходительный взгляд отца рентгеном сканировал ее с ног до головы. Алиска книжек не читала, о живописи, кроме портрета Джоконды на постере в гараже у дядьки Захара, не имела понятия, и чувствовала себя как на пороховой бочке, которая вот вот взорвется и ударной волной ее вынесет далеко за пределы этого дома. Больше она с Егором не поддерживала никаких отношений, стараясь не пересекаться с ним. Зато неудача подстегнула ее поступить на заочный факультет финансового университета.

В один из вечеров, возвращаясь с работы, она вошла в почти пустой автобус. Она была в модных джинсиках, подчеркивающих все нужные округлости фигуры; в бело-розовой модной курточке, в белой шапочке из пушистой пряжи, из которой были выпущены закрученные в локоны волосы. Она знала что хороша. Увидев сидящего лицом к ней симпатичного курсанта летного училища, глаз сразу же отметил выпускной курс на шевроне. Алиска, взявшись за поручень, покрутилась то в одну, то в другую сторону, чтобы объект смог оценить ее достоинства и опустилась на сиденье рядом.