Песни крымских татар

ПЕСНЯ АШИК ГАРИБА*

Нищим ушел я в чужие края,
Бедным певцом я скитаюсь по свету.
Был и богат, и неопытен я —
Хитрые люди, лихие друзья
Скоро последнюю взяли монету.

Дал мне Аллах дарованье певца,
Звонкие струны и сладкие слезы,
И красоту дорогого лица
Буду я славить и петь без конца,
Как соловей ароматные розы.

И перед странником в чуждом краю
Радостно все открываются двери —
Чудную песню я людям пою,
И про любовь неземную мою
Сладко мне шепчут небесные пери!
____________
*) Ашик Гариб (бедный влюбленный), сказку о котором приводит Лермонтов, — любимый народный поэт (шаир) татар и турок; песни его поются на всем Востоке.


II
«ПОЛЮБИЛ Я КРАСАВИЦУ НЕЖНО…»

Полюбил я красавицу нежно,
Очи выплакал, долго томясь,
Сердце сжег мое пламень мятежный,
Жаркой кровью душа залилась.

Я хотел написать ей с тоскою,
Про свою роковую любовь,
Но бумага зажглась под рукою,
И с пера тихо капала кровь.

Я сорвал почку утренней розы,
Но зарделся в ней рой лепестков,
Запылал, и горючие слезы -
Покатились с колючих шипов.

Взял тогда я свой саз* неразлучный,
И едва его тронул рукой,
Как раздался в нем гимн сладкозвучный,
И заплакали струны с тоской.
___________
*) Музыкальный инструмент с десятью металлическими струнами, напоминающий мандолину.

III
«НАД ПРОЗРАЧНОЙ ВОДОЙ СПИТ ЗЕЛЕНЫЙ КАМЫШ…»

Над прозрачной водой спит зеленый камыш;
Она шепчется с ним и воркует согласно…
Но о милой своей ты мечтаешь напрасно,
И с надеждою в даль ты напрасно глядишь.

Пусть Алла наградит тебя верой и силой,
Чтоб ты вынес разлуку с невестою милой.
И пускай друг за другом проходят года,
Ты о ней не забудешь уже никогда.

Словно белый осенний туман среди моря
Поседеет твой ус и твоя борода,
Стройный стан твой согнется от тяжкого горя…

Но когда тебя спросят, не болен ли ты,
Отчего изменился твой взгляд и черты —
Ты скажи, что таится в груди твоей рана,
И молись одиноко молитвой Корана.

IV
«КАК НЕ ПЛАКАТЬ МНЕ В МОЕЙ ТРЕВОГЕ…»

Как не плакать мне в моей тревоге:
Милая покинула меня…
Я один остался на дороге —
Нет кругом ни света, ни огня!

Лучше бы о камень головою
Я ударился в недобрый этот час.
Чтобы кровь ручьем текла из глаз,
Чем враги потешатся молвою.

Что невеста милая моя,
За другого выйдет, и что я -
От людей свое скрываю горе…
Все узнают о моем позоре.

Ах, как ты сильна, тоска любви!
Твой огонь горит в моей крови,
Сердце жжет мое, не утихая !

Братья милые, семья родная,
Горе вам, что рано между вас,
Как цветок, поблек я и угас!

V
ПЕСНЯ О ШАГИН-ГИРЕЕ

На покорение Крыма

Закатилось солнце наше золотое:
Хан Шагин-гирей погиб от нас вдали,
Знамя ханское повержено в пыли;
Не подымем мы оружья в смертном бое.

Нам не защитить родной своей земли!
О, святой пророк! Что ныне будет с нами,
С женами, детьми и нашими сынами!
Был силен при ханах наш народ .

Но победный стяг их вырвали из рук,
Злобные князья, восставшие вокруг.
Кто узнает это, тот в тоске горючей,
И потоком слез не выльет жгучих мук!

Всей водой из рек, текущих в сенях рая,
Нам не смыть с себя позор родного края!
Недоступна крепость грозная Рашина,
Полны страхом наши злобные князья…

Удалых джигитов славная семья
Обезглавлена, как тело исполина;
Скрылось солнце наше в чуждые края,
И последний луч его, не радуя, не грея,
Над землей погас в садах Шагин-гирея!

VI
ВЕСЕННЯЯ ПЕСНЯ.

Слава Аллаху! дождались мы лета!
Запестрели цветами поля,
Вся природа в обновки одета,
Нарядилась, как в праздник, земля!

Прилетели кукушка, синица,
Соловей запевает в кустах;
Просветлели все хмурые лица,
И молитва у всех на устах.

Под лучами Всевышнего взгляда,
Как от солнца, скрывается мгла,
И роскошная роза Багдада -
В ароматных садах расцвела.

VII
«ПРЕЖДЕ, ЧЕМ ЗАГОРИТСЯ ОГОНЬ ЗОЛОТОЙ…»

Прежде, чем загорится огонь золотой,
Серый дым заклубится в долине.
Пусть приходит весна лучезарной мечтой,
Но ее не увижу я ныне!

Запоет соловей, и от песни его-
Разольются томящие звуки…
Но не дрогнет в груди у меня ничего —
В ней одно ожиданье разлуки.

Хороша, как цветочек, подруга  моя,
И весенних побегов моложе,
Слаще голос у ней, чем напев соловья,
И не смято никем ее ложе.

Ах, зачем я не камень, булыжник степной! —
Я б к ее прикатился порогу,
Чтоб она каждый раз, проходя надо мной,
На меня свою ставила ногу!

Ах, зачем я не звонкий, гремучий ручей,
Где купается милая в поле! —
Нашептал бы я много ей нежных речей,
Целовал бы ее я на воле!