Дети войны

Посвящается моей маме Горбач Нине Павловне 16.10.1939 г.р.и всем детям, в жизнь которых бесцеремонно ворвалась война.
   
   Рожденные для радости, любви и счастливой жизни, мальчики и девочки Советского Союза, оказались в гуще трагедии - рядом с паникой,страхом,бомбежками,голодом и потерями.
 
   Нине недавно исполнилось 4 года. Отец, Павел Николаевич Замятин, депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва, служит на подводной лодке офицером в Севастополе,а мама, Адель Кирилловна Замятина,Зам. главного врача работает в несколько смен в московском военном госпитале. Идет середина войны и всем приходиться нелегко.
 
   Ниночка растет одиноко-независимым ребенком с "непростым" характером, о котором ходят устрашающие слухи в доме по улице Чернышевского,40, бывшем 6-ти этажном общежитии с длинными коридорами, в каждом из которых было по 40 комнат. На каждом этаже располагался как женский, так и мужской общие туалеты.
   
   Ниночкина мама работала без выходных, принимая раненых солдат,отвечала за четкую работу всех отделений, прием раненых, распределение их по профилю, а также за своевременную эвакуацию выздоровевших или нуждающихся в специализированной помощи в тыл.

   Воспитание дочери было строгим, без особых ласок и объятий, необходимых для любого ребенка, считая Нину некрасивой девочкой,с упрямым характером.
   Видимо, сказывалось тяжелое время войны, нагрузка в госпитале. Все жили в режиме военного положения.
   
   За всякие проказы Ниночку мать лупила пу повода и без повода - таковы были методы воспитания ребенка.
   Нинка дралась с мальчишками во дворе так, что их родители говорили своим детям: "не связывайтесь с ней, она непредсказуемая".
   
   В тот день стояла теплая октябрьская погода тысяца девятьсот сорок третьего года. 
   По воспоминаниям моей мамы, московские улицы были немноголюдными, люди немногословными, а транспортное сообщение в военные годы в Москве, в основном, было трамвайным.
  6 дней в неделю Ниночкина няня Аннушка возила ее в детский сад от Военно-морского флота,забирая домой в конце рабочего дня. Но, однажды, находясь в детском саду, Ниночку подозвали к телефону и мама ей сообщила, что нянечка Аня заболела и ей придется остаться на 6 дней дневку в саду. 
   Однако, девочка не могла примириться с мыслью остаться еще на несколько дней в саду. И вот,дождавшись,когда всех детей выведут на прогулку, Ниночка незаметно вышла за калитку сада, перешла на противоположную сторону улицы и села на трамвай "Аннушка".
 
   Маршрут "А" проходил через Чистые пруды и  курсировал по Бульварному кольцу.
Хорошо зная маршрут домой, Нина спокойно и уверенно влезла в трамвай, примостившись у окошка,стараясь быть незаметной. 

   Кондуктор, пожилой мужчина с черной сумкой через плечо, с седой длинной бородой, спросил у пассажиров: "чей это ребенок?". Никто не ответил ему и ребенок молчал, низко опустив голову и делая вид, что не слышит контролера.
   От "А" недалеко было и до "Аннушки", как его ласково прозвали москвичи.   Именно из окон "Аннушки" можно было увидеть всю красоту Москвы, все ее златоглавые сокровища и романтическое очарование бульваров.
   Успешно доехав до остановки "кинотеатр Колизей", Нина незаметно "выпорхнула" из трамвая, перейдя улицу на противоположную сторону, углубившись в знакомые переулки улицы Чернышевского. Ощутив себя свободной, Ниночка побежала гулять во двор.  Домой она не пошла, зная, что будут ругать за самовольный уход из детского сада и на погулять на улицу ее не пустят. Спустя некоторое время, нагулявшись, насладившись свободой и путешествиями, Нина медленно пошла домой. 

   Когда Нина вошла в длинный коридор общежития, все соседи сбежались смотреть на девочку, которую искали, а на стуле в общей коммунальной кухне сидела красная от слез и растерянности воспитательница детского сада. Ее отпаивали  лекарственными каплями.
   
   Потом, Нинку заставили просить прощение, однако, она делала это без особого энтузиазма, сквозь зубы,с опущенной головой. 

   Мама опять налупила ребенка, прихватив шнур от старой проводки. Гордая Нина твердила: "а мне и не больно",хотя было больно,планируя следующий побег на свободу. Аня- няня то ли из жалости, то ли из-за душевной доброты, пыталась накормить Нинку: "Ниночка, поешь кашки", а Ниночка твердила:"я не голодная, Анечка".
   
  Дети войны были особенными уже и потому, что приходилось быть сильными и принимать решения независимо от взрослых.   Уже в 4 года маленькая, но сильная девочка Нина знала, что ей надо и не надо! Война способствовала формированию сильных характеров. Несмотря на суровость военного времени, эвакуацию на Урал, болезни, остались теплые воспоминания о московских улочках и старом, таком любимом маршруте на трамвае "Аннушка".

   03.05.2026