Ничьи

В одном городе, где фонари зажигались сами по себе, а ветер всегда знал, о чём думают люди, жили «ничьи». Их было немного, и никто не мог точно сказать, сколько их на самом деле. Они не собирались вместе, не искали друг друга, но каждый из них знал: есть такие же — те, кто всегда чуть в стороне.
«Ничьи» не были злыми. Они просто были сами по себе. В их глазах отражались звёзды, а в сердце — тишина. Они не искали утешения, потому что давно научились быть своей собственной опорой. Но если вдруг кто-то пробивался сквозь их холод, то оставался там навсегда — как свет далёкой звезды, который уже не погасить.

Мира, одна из «ничьих», часто сидела на крыше старого дома и смотрела, как город засыпает. Она не ждала никого. Ей было достаточно слушать, как дышит ночь. Однажды к ней поднялся мальчик по имени Клим. Он был не такой, как все: не боялся тишины и умел слушать ветер.

— Почему ты всегда одна? — спросил он.

— Я не одна. Я — ничья. Мне так проще, — ответила Мира.

Клим улыбнулся и сел рядом. Он не стал спорить, не стал утешать. Просто смотрел на звёзды.

«Ничьи» — это не те, кто никому не нужен. Это те, кто нужен сам себе. Они — как одинокие деревья в поле: их корни глубоки, а ветви тянутся к небу. Им не нужно стадо, чтобы чувствовать себя живыми. Они сами — и небо, и земля, и ветер.

С тех пор Клим и Мира часто сидели вместе. Но никто из них не говорил о дружбе или любви. Им было достаточно того, что они есть — «ничьи», и так им было проще.

А город продолжал жить своей жизнью, не замечая, что где-то на крыше два сердца научились быть вместе, оставаясь свободными.

Ведь только тот, кто умеет быть ничьим, может по-настоящему принадлежать себе.