Собиратель Глава 17 Вуконг Начало

Уже привычным способом я погрузился в духовное пространство. Слушайте, не надоест ли вам постоянно повторяющиеся названия тех или иных мест? Надеюсь, нет, иначе мне самому читать этот дневник будет больно во всех пониманиях этого слова. Но не важно, главное, чтобы получилось интересно для большинства.

Возвращаемся к Унихену.

Я: «Ну здарова, помощничек».

М (улыбаясь): «Хах, да ты прям шутник. С чего это я твой помощник?»

Я: «Ну как это? Ты же мне всё время помогаешь, дружище».

М: «Ой, не называй меня так больше. Рассказывай, зачем пришёл».

Я: «Как и в прошлые разы — мне нужна общая информация о моём следующем сопернике».

М: «А.. Вуконг.. Вот про него мне есть что рассказать».

Я (усевшись к нему за стол): «Наливай Соке и жги, ****ь того рот».

М: «Вот и я о том же.. Вот честно говоря — Вуконг это самовлюблённый ребёнок-ссыкун, который кроме того как ****еть и казаться крутым почти ничего не может, или уже не может по причине своего возраста, или просто потому что он так и не превзошёл развитие макаки. За всю мою сознательную жизнь вне богов, то есть в виде части доспеха, даже учитывая его силу, возможности и некую "избранность", он ни разу не участвовал в каких-то масштабных войнах, конфликтах или в чём-то подобном. Я очень сомневаюсь, что Многорукий ему запрещает впрягаться за людей или решать какие-то их конфликты, которые требуют какого-то вмешательства извне, иначе это может обернуться хуже, чем могло бы.

К примеру: две тысячи с лишним лет назад мой первый и главный владелец, Шива, патрулируя мнимые границы Индии, увидел Вуконга и после небольшого диалога попросил его покинуть территорию Шивы. В ответ на это Вуконг начал недовольно говорить какую-то херь и возмущаться, мол, как так получается, что он, такой крутой и легендарный, может находиться где хочет, ведь без него никто бы даже не жил. В ответ на что Шива уже более доходчивым языком, то есть ****юлями, покормив говном и свежей землёй самого Вуконга, позже окинув его парочкой лестных слов, из-за чего Вуконг расплакался и всё-таки убежал нахуй оттуда, как последняя баба.

Короче говоря, его можно и нужно гнобить как грёбаного нытика, дабы быстрее разобраться с его обосранной от собственной неуверенности жопой».

Я: «Забавненько так получается. Я-то думал, что он брутальный и мужественный начальник, а тут всё не так радужно, как я себе представлял.. А ты уверен, что он не поменялся и до сих пор такой?»

М: «Уверен. Он навряд ли способен к изменениям в личности, не говоря уже о внешнем или практическом изменении своего тела и эволюции».

Конечно, было как-то странно слышать всё это о Вуконге. Сильно порушился его образ в целом, но сейчас он выглядит реально так, будто он изменился. Ну или он просто носит некую маску — как и я при жизни.

Вернувшись из головы на ринг, я провёл небольшую разминку, дыхательную технику для уменьшения тревоги и долго размышлял над тем, какие бы слова подобрать, чтобы его оскорбить. Ну или попытаться это сделать. Наконец собравшись, я поднял голову и посмотрел на Вуконга, который, подперев голову, сидел на корточках и ждал моей отмашки.

Лишь визуального контакта хватило на то, чтобы он, будто пушинка, спустился на арену, пафосно покрутил свой посох и встал в стойку. Я тоже немного повыёбывался финтами, которыми обычно пугают в начале боя какие-нибудь каратисты или боксёры в играх.

Не медля, я нарочно решил ошибиться — сделал выпад, чтобы прощупать почву, почувствовать его удар и то, как он думает. Очевидно, за кривой выпад я был наказан самым простым способом: выбиванием колена с помощью посоха, от чего я, конечно же, упал прямо ему под ноги. И уже поняв, что он собирается играть по-грязному, стал обхватывать его обезьяньи ного-руки, собираясь бороться с ним и может даже взять в захват или на удушающий.

Взяв его руками за кисть левой ноги, на которой был основной вес, я со всей силы надавил своими ногами на его правую ногу, сбив её с места и заставив его потерять баланс и перейти со мной в борьбу на полу, где моё преимущество в весе играло большую роль, да и он не сможет эффективно использовать свой посох. Обвив своими ногами его левую ногу-руку, я начал выворачивать его колено вбок. Это требует немалых усилий, но является самым эффективным методом для обезвреживания противника, особенно в моей ситуации — провозившись с ним так около тридцати секунд, у меня получилось сломать ему ногу, и он наконец завопил от боли.

Пытаясь переключить акцент на его голову и руки, я, как полный идиот, переползал и пытался держать его в захвате, как вдруг резко почувствовал страшную боль в груди — мне сразу же выбило дыхалку, и меня незнамо как отбросило на пару метров. Наблюдая, как Вуконг, опираясь на посох, поднимается, я попытался рвануть к нему, но, сделав шаг, сразу же упал — не в силах идти дальше.

В (отряхивая доспехи): «У меня есть к тебе предложение, Хан...»

К Вуконгу в руки из ниоткуда прилетела его китайская шляпа, которую он сразу же надел на голову.

В: «...Поиграем с тобой в некую игру: если ты ещё раз сможешь до меня дотронуться — ты победил, а если я смогу добить тебя раньше, чем ты это сделаешь — победил я. Договор?»

Я пытался ответить, но никак. Меня будто парализовало. Я отрицательно помотал головой и настойчиво пытался встать.

В (вздыхая): «Впрочем... Выбора-то у тебя и нет. Тебе в любом случае придётся, вне зависимости от твоего ответа. А то мне очень не хочется убивать такого бойца, как ты...»

В кое-то веке встав на ноги и вернув дар речи, я подразнил его двумя руками и сказал:

Я: «Убить? Пфхахпхах... Ты кого пытаешься запугать? Думаешь, я боюсь смерти здесь? Хотя... Да, от такого ничтожного ублюдка, как ты, было бы стыдно помирать, однако».

Хоть я и хотел по максимуму сократить такие психологические выкиды, чтобы бой был максимально на опыт и технику, а не на коронные приёмчики, но что поделать — не сдержался.

Вуконг развёл руками, намекая, чтобы я нападал. Я же человек не гордый — нападать так нападать. Я набрался сил и, сократив дистанцию, попытался прописать ему хай-кик. Но он увернулся и попутно долбанул меня посохом по яйцам. Однако не дрейфя, я попытался ударить его в живот, но он, будто испарившись передо мной, оставил на пути моего кулака что-то вроде своей блестяще-золотой копии. Она коснулась моего кулака — и рванула хлеще корсара пять тысяч. Я вновь почувствовал ту же ужасную боль в груди, и меня снова сковал паралич.

Теперь я понимаю, на хрена он предложил, казалось бы, такую глупую и проигрышную для него идею. Думаю, более чем очевидно — я этот поединок проебу с треском. Поймать его даже с такой скоростью и тактикой, какие я только могу выдать, почти не представляется возможным. Но я по максимуму постараюсь найти к этому ключ. И может быть... А может, и нет. Будь что будет.