Мудрый мальчик по имени Иван Андреевич

Жил-был в большом городе мальчик по имени Иван Андреевич.Конечно еко звали просто Иван, но его папа часто обращался к нему по отчеству и мальчик к этому привык. Когда случалось, ч то какие то взрослые  не знавшие его спрашивали: - Как вас мальчик зовут? Он отвечал: - Иван Андреевич. 
Многие этому удивлялись.
Но в этом мальчике, в самом деле была одна особенность за которую, после общения с ним, начинали относится к ниму искренне с большим уважением.
Эта особенность возникла в нем не сразу.
Начнем  рассказывать об этом, как мы слышали  об этом от него самого.

Было время, когда я  очень любил, когда все было понятно. Если яблоко — значит яблоко. Если день — значит день. Если кто-то прав — значит другой неправ. Мне казалось, что мир устроен  очень просто, как коробка с кубиками: у каждого кубика свое место, и перепутать эти места невозможно, ну если только в темноте или когда сильно хочется спать...

Однажды дедушка подарил мне клубок золотистой нити и сказал:
— Если хочешь понять мир, иди по этой ниточке. Но помни: мир  открывается только тому, кто любит задавать вопросы.
 Конечно, это был не совсем клубок нити, и уж совсем не золотой.
 Это я  так назвал способ задавать вопросы, которые мне предложил дедушка. Мне надо было как то это назвать. Вот я и назвал этот способ " Клубком золотой нити"

В тот памятный мне день я вышел из дома рано утром и скоро пришел к каменной дорожке. На камне сидела Черепаха и смотрела, как вдалеке по полю мчится Заяц.
— Кто быстрее: черепаха и ли заяц? спросил я самого себя в слух.
И сам же рассмеялся над таким вопросом, так как он показался мне совсем глупым
— Конечно, Заяц, — ответил я сам себе
— Не спеши, — ответила Черепаха. — Вот он бежит ко мне. Но пока добежит до того места, где я была, я уже окажусь чуть дальше. А пока  заяц добежит туда — я еще немного продвинусь. А потом может появится лисица и заяц помчится совсем в другую сторону.Таким образом, заяц никогда не сможет догнать меня...
Я, помню тогда фыркнул от негодования. Мне показались такие рассуждения неуместными. Мы ведь начали говорить  в начале, кто быстрее.
— Но ведь он все равно тебя догонит
— В жизни, может быть и да и нет, даже такое, что мы не могли бы себе представить — ответила   Черепаха повернувшись ко мне свои красивым панцирем. Вероятно , для того чтобы проиллюстрировать сказанное сложным узором своего панциря.

Я тогда ничего не понял, махнул на черепаху рукой и пошел дальше, удивляясь: "Оказывается, даже очевидное может быть  не таким непростым..."

Скоро я вышел к мосту, на котором сидели четыре белые птицы. Знаете, одновременно похожими на цапель и больших кроншнепов.
Но я точно знаю, что таких кроншнепов не бывает. Они значительно меньше и совсем не белые. Конечно, альбиносы встречаются среди всех видов животных и птиц, но чтобы сразу четыре особи вместе... На перилах лежал круглый серый камешек. Не на мостовой, а именно не перилах.
Первая птица сказала:
— Этот камешек есть
Вторая сказала:
— Этого камешка нет
Третья сказала:
— Он и есть, и нет
Четвертая сказала:
— Про него вообще нельзя так просто сказать. Его присутствие здесь неопределенно.

— Как же так? — воскликнул я. Мне  их рассуждение показались нелепыми.  — Камешек вот же, перед нами
— Перед нами, — кивнула первая птица
— Но если подумать, завтра его здесь уже не будет, — сказала вторая
— А если смотреть по-разному, он может быть и найденным кем-то и потерянным  другим сразу, — добавила третья
— И откуда у  вас уверенность, что это камень? А если нет точного зания что это, то как вы можете сказать "это есть"?, — тихо сказала четвертая

Я тогда сел на мосту и  впервые задумался. Помню, я  почувствовал, что мир как будто стал шире и глубже, чем был утром

Я пошел дальше и попал в сад, где росло странное дерево. Под деревом сидели семь маленьких сестер в разноцветных платьях. Почему, я решил, что это сестры? У них были очень похожие лица. Перед ними лежала слива. Обычная слива...

Первая сестра сказала:
— Эта слива есть
Вторая сказала:
— Этой сливы нет
Я уже хотел возмутиться, но третья сестра сказала:
— Она есть и нет
Четвертая сказала:
— А может, ее вообще трудно описать
Пятая сказала:
— Она есть, но не до конца объяснима
Шестая сказала:
— Ее как будто и нет, но это тоже не вся правда
Седьмая улыбнулась и сказала:
— Мир иногда такой большой, что в нем сразу помещается много правильных ответов, но каждый в отдельности не может отразить даже простого факта: есть тут слива или нет?

— Я ничего не понимаю, — признался я этим сестрам. Они только вспрыснули  от смеха
— Это потому, — сказала старшая из сестер, — что ты хочешь один ответ на все случаи. Но слива зеленая снаружи, сладкая внутри, маленькая для человека, большая для муравья,невидимая для змеи, спелая сегодня и неспелая неделю назад, а завтра уже испорченная личинками мух. Если смотреть долго , не отвлекаясь ни на что другое, то поймешь, что дать исчерпывающий ответ невозможно.

Помню, мне эти слова не понравились. С досады я сорвал травинку и долго вертел ее в пальцах. Вдруг  мне  стало казаться, что даже травинка, это совсем не травинка. Точнее сказать: не только травинка...

Потом я вышел к высокой горе. На горе стоял старый колодец, а возле  него сидела женщина в каком то странном  плаще. Над её головой порхали, словно над большим цветком сразу около десятка разных по цвету бабочек.
Я сразу понял, что это какая-то волшебница и после вежливого приветствия без обиняков спросил:
— Скажи, что такое самое великое на свете?
В ответ волшебница сначала улыбнулась, а после некоторой паузы ответила:
— Если я скажу, что оно то, что светится, ты подумаешь, что я говорю о какой-то  лампе. Если скажу, что оно сильное, ты подумаешь, может это ветер. Если скажу, что оно доброе, ты представишь чье-то лицо. Но самое великое больше: лампы, и ветра, и любого лица. Поэтому иногда вернее не говорить, какое оно, а  просто помнить, что великое  больше наших слов....Больше всех наших представлений...

— Значит, о самом важном нельзя говорить? — спросил я.
— Говорить можно, — ответила женщина. — Но надо помнить, что слова — это  как небо в окне, а не все небо целиком...

Я долго смотрел вверх. Небо было таким огромным, и мне стало очевидным, что мои мысли о небе, это и есть окно, которое очень маленькое. Но почему-то от этого мне стало  хорошо. Впервые возникло невыразимое состояние ясности...Конечно, это длилось только секунды.

Наконец, в тот день я  пришел к  поляне. Там стоял старый садовник и пересаживал молодые деревца
— Я многое сегодня услышал, — сказал я садовнику. — Что простое бывает сложным. Что не всегда есть только “да” или “нет”. Что на одну вещь можно смотреть по-разному. Что самое большое не помещается в слова. Но что же тогда делать, чтобы это понять?

Садовник воткнул лопату в землю и ответил:
— Думать дальше
— А если я запутаюсь?
— Значит, ты вырос
— А если не найду сразу ответ?
— Значит, ищешь по-настоящему
— А если ответов будет несколько?
— Значит, мир живой, а не такой каким кто то описал его на бумаге.

Я тогда  посмотрел на маленькие деревца и произнес:
— Они еще не деревья
— И уже деревья, — сказал садовник
— Это так и не так?
— Вот видишь, — засмеялся старик. — Ты уже  кое чему научился...

Когда  я вернулся домой, дедушка спросил:
— Ну что, понял мир?
Я устала улыбнулся и  покачал головой.
— Нет. Но я понял, что мир не коробка с кубиками. Мир  больше похож на лес, в котором у каждой тропинки свои изгибы. Иногда тропинка, может совсем исчезнуть, а  потом  где-то снова начаться...

Дедушка улыбнулся
— Это очень хорошее начало

С тех пор я больше не сердился, если загадка не решалась сразу. Я знал: иногда ум спотыкается, иногда слова не вмещают всего о чем додумался, иногда правд бывает несколько, а иногда самая большая  мудрость — это идти дальше и смотреть более внимательнее, чем делал это прежде...