Один год моей жизни

Работал в Сеймчанской комплексной геологоразведочной экспедиции. Опыт приобрёл довольно значительный. О чём и повествую. На изображении Сеймчан в солнечный зимний день. Градусов пятьдесят мороза. Фото автора. 

                ОВОЩНАЯ ФАМИЛИЯ
Июль 1984 года. Я после армии приехал работать в Сеймчан, а не вернулся в Магадан, откуда призывался. Место работы нашлось в Сеймчанской комплексной геолого-разведочной экспедиции, в стройцехе мастером. База обеспечения была рассчитана на обслуживание потребностей геологоразведки всей Магаданской области. Здесь же были и ремонтные механические мастерские. Большой трёхпролётный стометровый цех вмещал в себя все необходимые подразделения для ремонта и восстановления машин и механизмов.
Жара. Градусов 25 по Цельсию. Марево над посёлком. На улицах никого, все либо на работе, либо на пляже речки Семчанки.
Обеденный перерыв. Перекур после приема пищи. Перед воротами РММ* скамейка. На скамейке слесари, сидят курят и слушают байки своего сварного-сантехника  — Доброго вечера. Добрый вечер — это Добривечер, украинский представитель многонационального советского народа. Байки он травить был большой мастак.
Тут подъезжает машина одной из многочисленных геолого-разведочных партий. Механик какой-то партии приехал за восстановленными деталями Кэбэшэк - станков канатного бурения.
– Где начальник? Много?! У него фамилия такая, интересная – овощная.
Начали перебирать виды овощей. Вспомнили, казалось, всё. И даже гибриды не забыли. Сей процесс со стороны выглядел как полевые съёмки популярной передачи «Что? Где? Когда?» Но увы, ничего не напоминало представителю ГРП искомую фамилию. Минут двадцать упражнялись, пока не приехал начальник цеха Александр Волошин. И всё встало на свои места, практически по А.П. Чехову.  Фамилия мастера оказалась … Качанович.

*РММ – ремонтно-механические мастерские

                БЕЗ НАЗВАНИЯ
На базе Сеймчанской ГРЭ был и стройцех, где я начинал сеймчанский период своей трудовой деятельности. Был я там мастером этого подразделения. Устроился сразу же после дембеля, кажется. И попал на очень неприятное задание. Надо было столярке изготовить срочно два гроба. Ничего не надо было организовывать, так как столяры Серёга и дядя Миша всё делали быстро и не раз. Просто для меня это было шоком — медведь задрал насмерть двух студентов Ленинградского геологического ВУЗа, которые были у нас на полевой практике.
На маршруте были трое — двое молодых парней-студентов и геолог по фамилии Русич, предназначенный для руководства и чтобы ня;нькаться с молодёжью.
Выходили на неделю. Тащили с собой палатку, спальники, хавчик. Было и оружие — «Наган» с небольшим запасом патронов.
На второй ночёвке на них напал медведь. он уже распотрошил лабаз на этом маршруте. но парни разбили палатку рядом с этим погромом. Ну мишка и пришёл доедать остатки. А тут не пойми кто претендует на его еду. Порвал палатку и начал давить всех по очереди. Пацаны побежали в разные стороны, но бежать от зверя, только раззадорить его. Придушил всех троих и начал перетаскивать в укромное место и закапывать. Пока перетаскивал пацанов, а они были живы, он их додавил. Так вот, пока зверь закапывал парней, Володя искал револьвер, который как назло был на самом дне его рюкзака.
Когда медведь пришёл за ним, он всадил в него все шесть пуль. Товарищ был опытный бродяга — как говорится, Колыму босиком прошёл. Вообще-то Владимир Васильевич был образованным, грамотным геологом. Да, в принципе, ещё незаменимым таёжником.
Одним словом, случай неординарный. До этого нападений на людей как будто не было. После этого случая, буквально через год, медведь убил повара на старательском участка, потом совхозного пастуха, и понеслась!
В середине восьмидесятых годов пожарами из Якутии выгнало кучу всякого зверья. Оно соответственно пришло к нам на Колыму. Участки были уже нарезаны задолго до этого и хозяева, наши медведи, этому нашествию не обрадовались. Грызли пришельцев насмерть. Куда идти харчеваться? К людям конечно же. Они, к тому же, безалаберные, совсем не прячутся!
В общем, ситуация неприятная. Я так, будучи подростком, однажды побывал ночью в лесу, на рыбалке. С двумя такими же балбесами.
Дело было в середине августа. С одноклассниками, Серёгой Мартыном и Серёгой Шкундрой пошли с ночевкой на рыбалку, на Эльгенку*. От посёлка Колымское, где мы жили, километра три. Пришли поздно, уже начало темнеть. Собрали огромную кучу дров. Палили всю ночь.
А вокруг нас до самого утра ревели медведи. Я и Серый Шкундра относились к этому спокойно — знали, что никогда не нападут на нас, а вот Мартын наложил кирпичей в штаны. Мы смеялись над ним и пустили его сидеть между нами. Но когда я, будучи мастером в стройцехе, увидел гробы и ящики для транспортировки тел ребят на малую Родину, в Ленинград, я ужаснулся, представив себе нашу возможную участь. Уже совсем недавно, лет пятнадцать назад, интересовался поведением медведей и выяснил вполне себе интересное. Короче, у медведей, был на тот момент гон и они выгоняли нас со своей территории. Наутро весь берег, метрах в пятидесяти от нас, был изрыт глубокими ямами и обосран донельзя.
Иными словами, нам крупно повезло, что мишки … были наши родненькие, колымские.

*Эльгенка - река Эльген, левый приток Колымы.

                АГНОСТИКИ ИЛИ ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ...
В принципе работа в геологоразведке мне нравилась. Размеренная, интересная, по причине геологического направления.
Однажды отправили меня на Стрелку*, обмерить выполненные работы по постройке гостиницы для водителей геологоразведочных партий области. За рабочий день обернуться не получалось и решили доехать до Горного — так наш участок по пути назывался. Переночевать, а с утра до Стрелки, там работаем и к вечеру домой. Расстояние не весть какое большое — километров 150 приблизительно.
Сижу в кабинете, собираю чертежи этой самой гостиницы. Звонок:
– Серёга привет! Когда домой в Колымское поедешь?
– Привет Саня. Сейчас и поеду, на трассу собираюсь.
– Ооо, здорово, передашь Андрюхе Осадчему пакетик?
– Блин, мне некогда до него идти, машина ждать не будет.
– Ну завтра отдашь. Лады?
– Ладно неси. А что это?
– Да череп...
Принёс домой. Засунул в тумбочку в своей комнате. Взял мамулин «тормозок» и мы поехали.
На Горном поужинали, сыграли в бильярд и на боковую. С утра, часа через два, уже на Стрелке. Всё обмерил, записал, зарисовал. И домой.
К вечеру уже приехали и по домам. Мама выглядела уставшей.
– Что случилось, не спала?
– Да. Такое впечатление, что кто-то ходил по квартире. Встаю, включаю свет, смотрю, никого…
– Наверное приснилось...
А у самого похолодело всё внутри. Получается, есть потустороннее, человек после смерти не может успокоиться и мучается между небом и землёй.
Я выскочил с этим пакетом во двор, засунул его в старую чугунную печку, от которой избавились наши соседи сверху. Позвонил Андрюхе, сказал где забрать. Позже он объяснил мне, что они с кентом откопали скелет на Юрт;х**. Там раньше было подразделение ГУЛАГа. Человек лежал буквально на поверхности, на глубине с полметра. Был расстрелян в голову.
По молодости отнёсся к этой истории практически нейтрально. Пионерия и комсомол сделали своё дело. Сейчас же вспоминаю об этом с глубочайшем прискорбием. Скорее всего нам всем по делам наши бренные ещё ... воздастся!

    *Стрелка — посёлок в Хасынском районе Магадаской области. Стоял прямо на Колымской трассе.
    **Юрты — место рядом с Сеймчаном. Был посёлок до конца пятидесятых годов.