Заметка на полях. О тех, кто видит, и о тех, кто н

Заметка на полях. О тех, кто видит, и о тех, кто не хочет видеть

В рецензиях к статье о Шишкине нашёлся один «критин», которому показалось, что писать пейзажи легко. «Раз-два маха кисти», — заявил он. И что Шишкин просто прятался от сложностей за пейзажем.

Отвечу коротко.

Шишкин не прятался. Он входил в лес. До изнеможения. До зарисовок каждой ветки. До «анатомии дерева». Он говорил: «Одно только безусловное подражание природе может вполне удовлетворить требования ландшафтного живописца». Это не отговорка. Это кредо труженика и гения.

А тем, кто путает труд с «маханием кисти», совет один: возьмите в руки карандаш, выйдите в ближайший парк и попробуйте нарисовать одно дерево. Честно. Без «раз-два». А потом поговорим.

Теперь — о тех, кто понимает.

Григорий Рейнгольд, педагог. Он водит учеников в Третьяковскую галерею, в Иркутский художественный музей. Он радуется, что в его городе есть полотна Шишкина. Он не «махатель кисти», он учитель, который сеет разумное, доброе, вечное. Ему спасибо.

Евгений Торн, человек интеллигентной среды, бывший военный, курировавший тысячи предприятий. Он видел, как в девяностые разваливали страну. И он ищет в искусстве правду, надежду, опору. Его слова: «Спасибо Вам за надежду в лучшее». Это дорогого стоит.

Шишкин не нуждается в защите. Но те, кто его не понимает, сами себя разоблачают. А те, кто понимает, — они и есть то самое русское «разумное, доброе, вечное», которое Шишкин воспевал в каждом своём полотне.