Сказ былина о князе Васильюшке

Сказ – былина о князе Васильюшке, о княгине его Натальюшке, да о цветиках, что в хлебах растут

Как во граде во святом, да в белокаменном, князь Василий Данилович да со княгинею, со младою Ольгою Никитичной пировали на весёлом пиру. Созывали другов весёлых, приглашали дружину верную, да купцов честных именитых, да с купцами гостей заморских, да и люду доброго без числа. Поднималися чаши заздравные, подносилися кушанья дивные, наливалися мёды стоялые, да гостей своих князь ими потчевал.

Вот поднялся седой старинушка. Низко кланялся князю с княгинюшкой, да честным гостям на четыре стороны. Поклонившися, говорил таковы слова

- Ой, ты, князюшка наш, князь Василий свет Данилович! Да и ты, матушка княгинюшка, да и вы все гости добрые! Вы дозвольте мне, старику, сказ сказать вам, да про прадедов, да про славу древних Русичей, да про цветики, что средь хлебов растут.

Отвечал князь Василий свет Данилович
- Ты возьми, честной старик, гусли звонкие, да скажи нам быль, да про прадедов, да про храброго князя Василия да княгиню его свет Натальюшку.

Взял старинушка свои гусельки, струны тронув, начал он сказывать

- Вы послушайте, люди добрые, люди добрые да приветные. Расскажу вам о былой старине. О былой старине, о минувших днях.

Как во славном краю, в земле Русичей, да в прекрасной земле наших прадедов сине озеро есть, да глубокое. Воды в нём – что прозрачна слеза. А за озером, да с одной стороны берег весь порос дубравушкой. Там столетни дубы, словно витязи, да берёзки белы, словно девицы. Ели там растут старинные, неохватные да высокие.

А с другой стороны того озера град стоит большой, белокаменный. Златоглавых церквей купола блестят, словно солнце лучистое, светятся. Красен звон по всей земле плывёт, радость всем несёт светлую.

Ну, а с третьей – то сторонушки, поле, полюшко раскинулось заветное. Сеют хлебушек на том полюшке.
Все тем хлебушком благодатным живут да кормятся. Стар и млад за него прославляют Господа.

А за полюшком тем степь лежит, степь лежит да бескрайняя. Ветры буйные ходят в той степи, да ковыль шумит, колышется. Бродят кони там, кони дикие, не боятся ветра буйного.

В старину так же жили здесь Русичи.  Были мирны, любили Отчину. На чужое добро не зарились, для своей земли трудилися, всё на пользу рода древняго, да во славу Бога Создателя. По весне пахали полюшко. Да в дубравушку ходили по ягоды. Рыба всякого рода ловилася в том глубоком прозрачном озере. Да во светлы праздники песни пелися, хороводы водились девичьи. Веселили родного князюшку, покровителя и заступника, в роде старшего, по старинушке; да княгинюшку вместе с княжичем.

Но, однажды, земля содрогнулася, потемнело небушко синее. Тучи чёрные на нём сгустилися. Взволновалися воды озера. Зверь лесной по норам попрятался. Зашумел ковыль, загудела степь, испугалися кони дикие, разбежалися, да по всей степи.

Налетело нежданно – негаданно войско злое, войско незваное. Захотело отнять у Русичей землю их, землю священную. Во главе того войска чёрен князь стоит, велит полюшко сжечь, поле заветное, да разграбить град белокаменный, взять в полон добрых Русичей. Всюду стрелы летят калёные, всюду гарь, да дым по полю стелется. Стон да плач кругом, горе – горюшко, горе чёрное, неминучее.

Собирает  дружину князюшка, говорит к народу доброму

- Ой, вы, Русичи, добры молодцы, добры молодцы, старцы да старицы! Ой, вы нежные  красны девицы! Я с поклоном земным к вам речь держу! Налетело на нас войско нежданное, погубить хочет землю русскую, землю русскую, от Бога нам данную, по заветам от прадедов завещану. Не сдюжать мне с дружиною, не справиться. Слишком много войска у князя чёрного. К вам, родимые, за помощью обращаюся. Постоим вместе за нашу Отчину! Соберём же войско народное!

С тем он в ноженьки поклонился пред народом своим до сырой земли.

Вот послушали князя люди добрые, поклонилися ему в свой черёд. Да пред светлы очи княжески вышел старый седой старинушка. И пред князюшкой речь свою молвил

- Не печалься ты, князь, свет Васильюшко! Все мы любим землю родимую, от отцов да от дедов завещану. Хоть и мирен у нас народ, а на сечу великую выйдем. Не позволим сгубить нашу Отчину. Соберём тебе войско ратное! И с дружиной твоею на князя чёрного, князя чёрного, князя жестокого да на войско его незваное выйдем в поле, поле ратное и сразимся с лютым ворогом, живота своего не жалеючи.

- Быть тому! Выйдем по – утру, - молвил князюшка, свет Васильюшко.

Разошёлся народ по своим теремам, собираться на битву великую. До рассвета ещё, да до зорюшки собиралися добрые Русичи во церквах своих златоглавых, да служили службу Божию, испросивши себе во помощники светлых Ангелов, Божие воинство. Укрепивши молитвою мужество, вышли все на поле, поле ратное. Стали станом своим богатырским, да напротив войска вражеска.

Как увидел чёрен князь войско русское, богатырское, на коне своём вперёд выехал, да пред Русичами похваляется

- Ох, вы, Русичи, не разумные! Хлебопашцы вы да охотники! Вы пошто войско выставили, али биться со мною вздумали? Аль не видите войска чёрного, войска чёрного, ему нет числа. Налечу на вас своею силою, затопчу вас быстрыми конями, да пожгу ваш град белокаменный, а девиц, матерей во полон возьму! Все вокруг мне покоряются! Все в неволю мою идут смирнёхонько. А за то, что вы противитесь, бить вас буду,  да с жестокостью!

Как услышал слово то князь Васильюшко, помрачнело чело его светлое; и сказал он слово твёрдое князю чёрному, злому обидчику

- Чтож ты, чёрен князь, так бахвалишься, своей силою грозишься тёмною? Али думаешь, испугаемся, отдадим тебе землю русскую? Не видать тебе града нашего, не получишь ты нашей Отчины. Хоть и много вас, да земля чужа! Нам же в помощь каждый камушек! Не бывать никогда по – твоему! Выходи с войском на честен бой! Божьей волею пусть решится всё!

Поднялися вдруг ветры сердитые, да взметнулася пыль тёмной тучею и затмила небушко синее. Завязалася битва жестокая за Отчизну, за землю русскую. Бьются Русичи, бьются до зорюшки, не уступят и чёрные вороги. Топчут кони полюшко хлебное, поле хлебное, поле ратное. Стон да звон от мечей над землёй стоит.

Закатилося солнышко красное, вновь настала ноченька тёмная. Бьются Русичи, живота не жалеючи, защищая родную Отчину. Бьются, бьются, не зная устали, да теснят злого чёрного ворога. Занимается новая зоренька. Зорька – зорюшка, Зорюшка светлая. Отражаются в водах озера солнца лучики, солнца красного. Золотят купола церквей Божиих, согревают землю русскую.

Как в светлице своей млада княгинюшка, голубица свет Натальюшка на молитве стоит да о князюшке, да о войске доблестном Русичей. Молит, просит она у Господа, да дарует победу князюшке, да прогонит лютого ворога от родимой русской сторонушки. Так стоит молода княгинюшка  и одну и другую зореньку, да и ноченьки тёмные молится, от питья да еды отвернувшися.

Вот восходит в светлицу да к матушке, княжич млад, свет Егорушка, свет Егорушка да сын Васильевич. Поклонился он земно матушке, поклонился ей в самые ноженьки, просит слово сказать сыновнее

- Ты дозволь, родимая матушка, мне в сей час тебе слово сказывать, что на зореньке светлой я видывал.

Молвит сыну в ответ княгинюшка, голубица свет Натальюшка

- Ой, ты, чадо моё, чадо милое! Дозволяю слово сказывать, что на светлой ты зореньке видывал.

Поклонился Егорушка матушке, поклонился низёхонько в ноженьки, говорил таковы слова

- Вышел я на крылечко, матушка. На крылечко родного терема, да глядел на небушко синее, любовался на зореньку алую. Вижу, в небо взметнулися соколы. Над водою летят да над полюшком. А навстречу им – чёрные вороны. Чёрны вороны, нет им числа. Налетели несметною тучею да на светлых тех, славных тех соколов! Потемнело тут синее небушко, помутнели воды во озере, загремели громы грозные. Вороньё то над полем заграяло. Стали биться с ним светлые соколы. Завязалася битва небесная!

Слово слушала млада княгинюшка, голубица свет Натальюшка. Говорила младому княжичу, свет Егорушке, сыну Васильевичу

- Ох, ты, чадо моё, чадо милое! Чадо милое, сын мой Егорушка! То не соколы в небушке бьются, то твой батюшка, князь свет Васильюшко, да и с войском своим, со товарищи. То не вороны налетели чёрные, тёмной тучею свет Божий застили, то нежданное войско злодейское, войско злое князя чёрного. Налетели на мирных Русичей, затоптали полюшко хлебное, замутили воды во озере, распугали зверьё во дубравушке. Да грозятся спалить наши теремы, да порушить все церкви Божии, да отнять у нас древнюю Отчину, что от прадедов наших завещана!

Закручинился младый Егорушка, на молитву встал рядом с матушкой.

Миновало три дня и три ноченьки. Занялася новая зоренька. Бьются, бьются храбрые Русичи, живота своего не жалеючи. Бьются с тёмным жестоким ворогом. Уж почти одолели обидчика, потеснили во степь, во широкую. Отступили несметные полчища. Вот ударил князь, свет Васильюшко, да схватился он с лютым ворогом. И почти одолел князя чёрного, да стрела сразила калёная, что рукою предательской пущена. И закрылися оченьки светлые. Очи светлые князя Василия.

Как во граде святом белокаменном, да во  тереме княжеском, в горнице, у оконца сидела княгинюшка, голубица свет Натальюшка. Думу думала да о князюшке, о супруге своём, о желанном да о битве и храбрых Русичах, что сражалися с лютым ворогом.

Снова княжич младой, свет Егорушка, предстаёт пред очами княгинюшки. Просит слово сыновнее сказывать, поклонившися матушке в ноженьки

- Ты дозволь мне, родимая матушка, слово молвить, о том тебе сказывать, что в сей час привелось мне видывать!

Молвит сыну родному княгинюшка гласом ласковым, свет Натальюшка

- Ох, ты, чадо моё, чадо милое! Чадо милое, свет  Егорушка! Позволяю теперь тебе сказывать, что в сей час, ты, чадо, видывал.

Поклонился Егорушка матушке, поклонился низёхонько в ноженьки, говорил таковы слова

- Выходил на крылечко я, матушка, на крылечко родного терема, любовался облаком лёгким, что плыло по синему небушку. Да на светлые воды озера, в них купалося красное солнышко. Вдруг затмилося солнышко тучею. Налетели чёрные вороны, да напали на светлых, на соколов! Бьются светлые храбрые соколы, и почти одолели тех воронов. Да один, самый набольший сокол, камнем падает с синего небушка, будто был он сражён стрелой чёрною!

Как услышала слово княгинюшка, голубица млада, свет Натальюшка, защемилося сердце болезное, затуманились светлые оченьки. Говорит она к сыну, голубушка. Говорит ему таковы слова

- Ох, ты, чадо моё любимое, чадо милое да сердечное. То не вороны нападали на соколов. Чёрен князь теснил наших воинов! То не сокол сражён стрелой чёрною, это батюшка твой, родный наш князюшка! Ты поплачь теперь, сиротинушка, на молитву встань да на слёзную. Упроси Всеблагого Господа помощь выслать для русского воинства».
Только это княгинюшка молвила, глядь, спешит к ней гонец с поля бранного. Поклонился княгине низёхонько и молил слово – весточку сказывать. Повелела гонцу княгинюшка, голубица свет Натальюшка, слово сказывать, ничего не тая.

Поклонился гонец снова в ноженьки, поклонился своей он княгинюшке, а ещё молодому княжичу, да и люду родному русскому, говорил им таковы слова

- Ой, вы, гой еси, люди добрые, люди добрые, люди русские! Да и ты, молода княгинюшка, а и сын твой, Егорий свет Васильевич! Вам принёс я слово – весточку с поля – полюшка, поля ратного! Одолели славные Русичи, потеснили почти злого ворога, далеко отогнали обидчика, да за полюшко в степь, степь бескрайнюю! Храбро бились мы, долго, без устали. Да иссякла силушка ратная. За подмогой пришёл я к вам, Русичи! Собирайте вы новое войско!

Пред тобой виноваты, княгинюшка! Не смогли уберечь князя славного, князя славного, родного батюшку. Славу рода, князя Василия! Бился князюшка наш, Васильюшко, живота своего не жалеючи да со злобным, да лютым ворогом. И почти одолел князя чёрного, да стрелою сражён был калёною. Не казни ты меня, княгинюшка, что принёс тебе весточку горькую.

Так сказав, он заплакал горестно, поклонившися родичам в ноженьки, отошёл, горемычный, в сторонушку.

Услыхала ту весть княгинюшка, голубица свет Натальюшка, поклонилася сама людям в ноженьки, говорила таковы слова

- Ой, вы люди, люди русские! Плачьте, нет у нас родного князюшки! Славы рода, света Василия! Пал за землю нашу русскую, защищая любимую Отчину! Не пустил он злого ворога, заплатил дорогой ценой! А поплакавши, помолитеся о Святой Руси да о помощи. Собирайте войско новое!  Стану я вам вместо князюшки, вместо князя славного свет Василия. Поведу я войско ратное защищать родную Отчину. И прогоним мы  злого ворога, злого ворога, князя чёрного! А во граде святом белокаменном пусть останется княжить Егорушка! Будет вам Егорий свет Васильевич князем – батюшкой и заступником. А лета его невеликие пусть умудрит Всеблагой Господь».

Поклонилася свет Натальюшка, поклонилася и вестнику, говорила ему таковы слова

- Ой, ты, вестник, вестник с поля ратного! Благодарствую за весточку. Хоть горька она для сердца женского, лучше знать нам святую истину. Не казнить тебя велю, а миловать, да со щедрою и наградою. Отдохни от дела ратного ты в моём терему да до зорюшки. По – утру отслужим службу Божию и отправимся на битву с ворогом.

С тем народу своему поклонилася млада княгинюшка, голубица свет Натальюшка, и в светлицу свою удалилася о своём великом горе плакати да молитися о битве завтрашней.

Как на славном пиру, да на княжеском, наливалися чарки да доверху. Да заздравную за хозяина, за младого князя, свет Василия, свет Василия да Даниловича, поднимали имениты купцы. Выпивал князюшка чашу ответную да гостям своим низко кланялся. Низко кланялся, приговаривал. Говорил таковы слова

- Ой, вы, гости, купцы именитые, да дружина моя, да княгинюшка! Да и вы, мой честной народ! Повелю я дальше сказывать, да про прадедов, храбрых Русичей, да про славную свет Натальюшку, младу вдовушку да княгинюшку.

Поклонился князю старинушка, поклонился ему низёхонько. Поклонился и другим гостям. Снова тронул он струны у гуселек да и начал сказ свой он сказывать про княгинюшку, свет Натальюшку.

Вот минуется ноченька чёрная. Гаснут звёздочки, Божии свечечки. Занимается зорюшка ясная, зорька ясная, а за ней – белый день. 

Как из града святого той зорюшкой выезжало войско русское. Войско русское, войско храброе, да на битву со страшным ворогом. Впереди того войска – княгинюшка, млада вдовушка, свет Натальюшка.  Есть в том войске старцы мудрые, старцы мудрые, воины бывалые. Есть и средние, есть и юные, что на битву впервые отправились.

Едут Русичи, едут дубравушкой, поспешают к полюшку ратному. Как по небушку, да по синему, ходят тучи, тучи сердитые. Ветер ярится, рвёт дубравушку, клонит веточки до сырой земли. Приумолкнули птички Божии, не слыхать их звонкого голоса. Да зверьё лесное попряталось, схоронилося в норах да лежбищах. Едут долгонько храбрые Русичи, да с молитвою думушку думают: - «Как побить им злого ворога, как спасти им свой град белокаменный?»

Вот проехало войско дубравушку. Впереди лежит полюшко хлебное. Поле хлебное, поле ратное, поле смертное с жатвою страшною. Не растёт на нём больше хлебушек. Сожжены колосочки пшеничные. Гарь лишь только над полюшком стелется. А лежат там повержены воины. Много Русичей, много и ворогов.

Подъезжают к полюшку Русичи. Им велит Натальюшка спешиться. Походить по полюшку ратному, поискать погибших родичей. А сама младая княгинюшка, голубица, вдовица горькая, стала между погибшими хаживать да искать родного князюшку.

Вот идёт она по полюшку. Видит – в самой его серёдочке, на сырой земле, земле матушке посреди других поверженных лежит князюшка, свет Васильюшко, да раскинувши сильные рученьки. Во груди его – стрела калёная, стрела чёрная ворога лютого. И закрыты очи у князиньки. Навсегда закрыты светлые. Опустилась на землю княгинюшка. И припала главою ко князиньке. Зарыдала вдовица горькая, обнимая супруга милого. Говорила ему таковы слова

- Ой, ты, гой еси, родный князюшка! Свет мой милый, мой сокол единственный! Вот осталась теперь твоя любушка горемычной вдовой – сиротиночкой. За Отчизну свою, за святую Русь положил ты свою головушку, живота своего не жалеючи! Не оставим мы Русь, нашу матушку. Со святой земли прогоним ворога! Я сама поведу войско Русичей на святое дело, на Божие! Ну, а ты, мой любый князюшка, помолись милосердному Господу! Да дарует нам силушку ратную, да пошлёт нам Небесное воинство!

Поднялася с колен княгинюшка, млада вдовушка, свет Натальюшка, да отёрла слёзы с очей своих. Обращалася к верному воинству, говорила таковы слова

- Ой, вы, гой еси, старцы и юноши, что со мною на битву отправились! Есть средь вас воины бывалые, есть и средние, есть и младые, что впервой за булатный меч взялись! Поклонитеся, воины, князюшке, за святую Русь живот положившему. Как схороним его на полюшке, а и с ним погибших Русичей, в степь поедем, степь бескрайнюю. Биться будем мы с князем чёрным живота своего не жалеючи. Сложат многие в битве той головы. Не увидят родной сторонушки. Помолитеся, братья, подумайте. Все ли вы на то согласные?

Поклонилися княгине Русичи, поклонилися в самые ноженьки до сырой земли, земли – матушки. Говорили в ответ таковы слова

- Ой же, млада ты, свет княгинюшка! Голубица наша, Натальюшка! Коли ты нас на битву сама поведёшь, как нам бросить тебя, заступницу? Все мы любим родную Отчину, от отцов да от дедов завещану. Все мы чтим память князя Василия, что за нас живот положил свой. Не терзайся в сомнениях, матушка! Все с тобою пойдём, до единого! И живот свой положим, как князюшка, защищая святыню от ворога!

Повелела тогда княгинюшка схоронить всех погибших на полюшке, да и князюшку – то, Василия, положить во самой серёдочке поля хлебного, поля ратного, да служить по ним службу Божию. Ну, а после, свершив, что положено, в путь отправилось храброе воинство.

Вот уж встало над степью той солнышко. Осветило все травы да цветики. По степи едут долгонько Русичи. И нигде не видать им ни деревца. Только травы шумят да колышутся, да летают чёрные вороны. Едут Русичи день весь до ноченьки. И ни конного нет, и ни пешего. Кони дикие лишь разбегаются, да ковыль от ветра колышется. Вот сокрылося красно солнышко, схоронилося, да за край степи. Опустилася тёмная ноченька, тьма покрыла плащём землю –

Встали Русичи. Стан свой раскинули. Для княгини шатёр поставили, да дозорных вкруг стана повыслали. Отдыхает усталое воинство, богатырским сном охвачено. Да не спится одной лишь княгинюшке, младой вдовушке, свет Натальюшке. Думу думает, да о сынушке, о родной своей кровиночке, что во граде святом да за князюшку, за отца своего поставлен был. Да в молитве просит для воинства сил да мужества против ворога.

Занимается новая зоренька. Просыпается утро Божие.  Золотится степь красным солнышком. Травы, цветики росой умываются. Поднялася с колен княгинюшка, вышла в степь из шатра свет Натальюшка. Поглядела окрест на широкую, степь широкую да пустынную, словно море, степь та раскинулась. Ни начала нет, ни окраинки.

Пробудились и храбрые Русичи. В путь – дорогу опять собиралися, да молилися Богу Спасителю да Пречистой Его же и Матушке, всё просили в пути себе помощи от Небесного Светлого  воинства. Едут долго ли, коротко ль Русичи, впереди шатры им встречаются. Над шатрами летают вороны да вкруг стана пасутся лошади. И шатров тех – великое множество, степь широкую всю заполонили. То становище князя чёрного, князя чёрного да жестокого, да и войска его подневольного, подневольного, многоликого.

Повелела младая княгинюшка стан разбить супротив того ворога да звала на совет добрых Русичей, верных воинов, низко им кланявшись, низко кланявшись в самые ноженьки, до сырой земли, земли матушки. Говорила им таковы слова

- Ой Вы, гой еси, славны Русичи, есть средь вас воины бывалые, есть и средние да и младые, что впервой взялись за булатный меч. Знаю мужество Ваше и доблести, знаю храбрость Вашу великую, что готовы сложить Ваши головы, живота своего не жалеючи. Надо нам защитить землю Русскую, надо нам утвердить нашу Отчину, что в былые дни, да от прадедов нам завещана в веки вечные. Жду от Вас я слова премудрого: как же нам одолеть князя чёрного? Войском малым да войско великое? Как решите Вы, так и станется.
Стали думать тут славные Русичи. Думу думали да с молитвою. А надумавши, стали сказывать, говорить таковы слова

- Ох ты, свет наш, млада княгинюшка, голубица ты, свет Натальюшка!  Есть средь нас старичок воеводушка. Воеводушка, сын Иванович. Воевал он ещё при родителе князя нашего свет Василия. Повели ему слово сказывать. Ну, а мы все то слово послушаем.

Повелела тогда княгинюшка слово сказывать, слово мудрое. Вышел тут предо всеми старинушка, на четыре сторонушки кланялся. Да особо княгинюшке матушке, голубице свет Натальюшке. Поклонившись же говорил таковы слова

- Ох ты, свет наш, млада княгинюшка, голубица ты наша, Натальюшка! Стану сказывать слово старинное, слово, мудрыми старцами сказано: Бог не в силе, а в правде, матушка! Не беда, что у нас невеликое, невеликое малое воинство. Одолеем мы князя чёрного, князя чёрного, злого обидчика. Он совсем уйдёт со Святой Руси! И закажет внукам и правнукам! Только стань на молитву ты, матушка, мы же брань поведём, да и с ворогом, живота своего нежалеючи. Ни о чём не печалься, голубушка, млада вдовушка, свет Натальюшка. Будет в помощь нам Светлое воинство!

Повелела тогда Натальюшка, млада вдовушка, свет княгинюшка быть старинушке воеводушке да за старшего в русском воинстве, а сама в свой шатёр удалилася, на молитву там стала слёзную да просила за русское воинство.

Как во граде святом белокаменном, во широком терему  да во княжеском, да во светлых палатах пред Образом на молитве стоят младой князюшка, младой князюшка свет Егорушка и наставник его Феррапонтушка. На молитве стоят Богу молятся да за матушку, за княгинюшку, младу вдовушку свет Натальюшку. Да за храброе русское воинство, что на битву  во степь отправилось. Так молились они до ноченьки, от питья да еды отвернувшися.

Миновалася ноченька чёрная, уступила утру Божьему. Да взошла снова алая зоренька, разлилася по небушку синему. Повелела млада княгинюшка, голубица свет Натальюшка вновь собраться русскому воинству, говорила им таковы слова

- Ой вы, гой еси, люди русские. Люди русские, люди ратные! Всю то ноченьку я молилася да просила у Бога нам милости. Вот, пред нами становище ворога, князя чёрного, злого обидчика. Вызывайте на бой его, Русичи! Да и с Божиим благословением!

С тем княгинюшка в ножки им  кланялась. И опять в шатёр удалилася.
И отправилось войско русское да на битву, битву последнюю с князем чёрным, со страшным ворогом.

Вот уж к вечеру солнышко клонится. Бьются, бьются храбрые Русичи, живота своего не жалеючи. Бьются с воинами князя чёрного, да в бескрайней широкой степи. Войско малое против великого. Поначалу теснило Русичей войско грозное князя жестокого. Вороньё над степью кружилося, заслоняло синее небушко. Но собралися с силами Русичи, снова биться стали да с ворогом, и почти одолели обидчика. Завязалася битва тяжёлая за Отчизну, за Русь, нашу матушку.

Тут поднялись и светлые соколы, налетели на чёрных тех воронов, стали бить их, себя не жалеючи. Потемнело вдруг небушко синее, затянулося тёмною тучею. Прогремели и громы небесные. Изловчился седой воеводушка, воеводушка, сын Иванович, сшибся с ворогом злым, с обидчиком, да сразил мечём князя чёрного. Тут сверкнула златая молния, озарила всю степь бескрайнюю. И явилися Светлые воины на подмогу доблестным Русичам.

Как во граде святом белокаменном, на крылечко родного терема вышел князь младый, свет Егорушка, свет Егорушка, сын Васильевич, посмотреть на светлое озеро, да на небушко, небо синее.

А во светлых палатах, да в княжеских у оконца стоит Феррапонтушка, да о князюшке думушку думает. Восходил во палаты Егорушка, младый князюшка, сын Васильевич, да старинушке низко кланялся, говорил ему таковы слова

- Ой ты, гой еси, Феррапонтушка, мой наставник, мой добрый старинушка. Убелённый же ты сединами, умудрённый же ты премудростью! Ты дозволь тебе слово сказывать, как я матушке прежде сказывал, да о том, что сейчас я видывал да с крылечка родного терема.

Отвечал ему Феррапонтушка, сединой убелённый старинушка

- Ох ты, князюшка мой, свет Егорушка, младый князюшка, сын Васильевич! Слово сказывай, чадо милое, слово сказывай, слово княжеско, да о том, что теперича видывал.

С тем и князюшке поклонился он, поклонился в самые ноженьки.

Стал Егорушка слово сказывать, говорил таковы слова

- Видел воронов чёрных да соколов, что небесную битву затеяли. Вот, сначала, как будто бы вороны одолели тех светлых то соколов. Налетели они тёмной тучею да затмили небушко синее. Тут взвилися и светлые соколы, сами стали теснить злого ворога. Потемнело вдруг небушко синее. Солнце скрылося, да за тучею. Стали падать во светлое озеро перья соколов, перья воронов. Вдруг сверкнула златая молния! Грозен глас грома небесного прокатился от края до краешка.  И явились на помощь соколам птицы светлые златокрылые. И теснить стали чёрных тех воронов. Разлетелися злобные вороны, и пропали все, до единого! Ну, а птицы те златокрылые обернулися солнечным лучиком, осветивши всю землю Русскую, растворилися в водах озера. А над градом святым белокаменным голубица взлетела нежная, белокрылая, в синем небушке. И парила она над озером, в золотых лучах купалася.

Слово княжеско слушал старинушка. И в ответ начал слово он сказывать

- Ох ты, свет наш, чадо Егорушка, младый князюшка, сын Васильевич! Славны слово твоё и видение. Знать, помиловал Бог нашу Отчину! Победило русское воинство! Совершилося чудо великое! Знать, сильна молитва у матушки, голубицы, свет Натальюшки! Скоро жди ты доброго вестника, да и матушку вместе с воинством!

Только молвил так Феррапонтушка, глядь, уж скачет к ним благовестничек. Благовестничек с поля ратного, от княгинюшки, свет Натальюшки.

Вот взошёл он в светлу горницу, поклонился низёхонько князиньке, ну, а после уже пред старинушкой, пред старинушкой Феррапонтушкой. Да пред добрым народом Божиим на четыре сторонушки кланялся, говорил таковы слова

- Ох ты, батюшка наш, младый князюшка! Свет Егорий да сын Васильевич! Да и ты, Феррапонт Степанович, да и вы, славны Русичи добрые! Шлёт вам весточку млада княгинюшка, голубица свет Натальюшка: возликуйте вы, люди русские! Совершилося чудо Божие! Враг разбит нашим храбрым воинством да и вместе с Небесным воинством. Не придёт в наши земли чёрен князь со своею тёмною силою! Он повержен лежит во широкой степи. Во широкой степи да в бескрайней. Разбежалося чёрное воинство, разбежалося да по всей степи!

Как услышал то слово Егорушка, младый князюшка сын Васильевич, поклонился гонцу земно в ноженьки, да и обнял он Феррапонтушку, говорил таковы слова

- Ой вы, гой еси, люди русские, славны жители града нашего! Возвестите вы во всех церквях о победе над страшным ворогом! Да готовьте мёды стоялые да и протчую праздничну трапезу! Будем ждать мы родную матушку да и с нею славное воинство. И победу все вместе отпразднуем!
Как во граде святом белокаменном красен звон стоял, да во всех церквях! А во тереме, да во княжеском, накрывалися столы дубовые, да варилися явства дивные, наливалися мёды стоялые, поднималися чаши заздравные за княгинюшку младу, свет Натальюшку да за славное русское воинство.

А на полюшке, полюшке ратном снова стали расти хлебны колоссы. Хлебны колоссы золотистые, а меж ними чудесны цветы. Цвета синего, синего небушка, словно очи у князя Василия. Те цветы васильками и названы в память добрую о князе защитнике.

С той поры правил градом Егорушка, младый князюшка, сын Васильевич. А младая княгинюшка, вдовушка, голубица свет Натальюшка, пожила в терему то княжеском до поры, пока младый Егорушка не подрос и не стал на возрасте, а потом удалилась на озеро, чтоб молиться о князе Василии. В месте том, где она молилася, находить стали нежны цветики, голубые цветы незабудочки – память верной любви супружеской.

Как во граде во святом, да в белокаменном, во широком терему, да во княжецком младый князь Василий свет Данилович со младою княгиней Ольгой Никитичной, да со други и дружиною пировали на весёлом пиру. Поднимали чаши поминальные, вспоминали древних Русичей, а и князя их Василия да княгиню его свет Натальюшку.