Знать наперед и знать заранее. Опережая время

Анализ структуры когнитивной модели, обозначенной близкими по значению сочетаниями знать наперед и знать заранее с опорой на временную семантику, затруднено в силу проблемности понимания человеком времени. Не случайно еще И. Кант утверждал, что пространство есть форма априорного созерцания внешнего мира, а время – форма априорного внутреннего созерцания. «Вне нас, – писал он, – мы не можем созерцать время, точно так, как не можем созерцать пространство вне нас» [Кант 1994: 50].

Этот тезис, однако, может быть оспорен. Имеющиеся в большом количестве факты языка показывают, что время обретает для человеческого сознания познавательную определенность именно благодаря внешней сфере – событиям окружающей действительности. В этом плане актуальной является следующая когнитивная модель, отражающая динамику постижения времени человеком: «событие –  отрезок времени, в котором данное событие осуществляется –  время соответствующей протяженности – время вообще». Таким образом, событие и время неразрывно связаны в сознании человека: событие в когнитивной сфере предстает как своего рода «плоть» времени. Показательно, что и в философских исследованиях этот тезис также представляется теоретически важным. Так, рассмотрев соотношение события и времени в обратном порядке (и с привлечением категории бытия), М. Хайдеггер отметил, что «бытие и время имеют место только в событии» [Хайдеггер 1993: 405]. 

Для анализа модели обретения знания о будущем, обозначенной сочетаниями знать наперед и знать заранее, также необходимо оговорить наиболее важные свойства времени, как они представляются в русской языковой ментальности. И прежде всего, можно заметить, что время обнаруживает себя в динамике, в последовательности представляемых событий. Статичность и бессобытийность «убивают» мысль о времени.
Кроме того, динамичность времени по-разному раскрывается для субъекта в настоящем, прошлом и будущем. События настоящего субъект мыслит как данность, которая поддается коррекции и мыслится собственно как реальность; события прошлого известны, они определены, но коррекции не поддаются и мыслятся в памяти все более отдаляющимися от настоящего; события будущего неизвестны, не определены, субъект о них не знает, но они тем не менее поддаются некоторой коррекции. При этом прошлое мыслится как находящееся позади субъекта, а будущее – как находящееся впереди его. Эти отношения четко отображены в языке – ср.: все неприятности остались за спиной; далеко позади остались лучшие годы жизни; оглянуться на прошлое – впереди целый месяц у моря; главные испытания были еще впереди, экзамены уже на носу. При этом события будущего активны, движутся по направлению к субъекту, захватывают его (хотя могут и пройти мимо) – ср.: наступила зима, опасность миновала, Вот и лето прошло, словно и не бывало (А. Тарковский).

Эта картина полностью отвечает модели «Потока времени», выделенной Н.Д. Арутюновой. Согласно этой модели, время представляется как движение из будущего в прошлое. «В этой модели более важно движение – продолженность и продолжительность – времени, чем его точечная локализация» [Арутюнова 1997: 55]. Вместе с тем для этой модели актуально и выделение конституирующих время событий – этому способствуют глаголы приходить и наступать, которые сосредоточены «не на самом времени, а на локализованных во времени событиях, происходящих в жизни человека или природы» [Арутюнова 1997: 55-56].

Все это позволяет заключить: в русской языковой ментальности время осознается как ряд событий, которые движутся из будущего в настоящее, а затем уходят все дальше в прошлое. При этом характеристики и свойства времени мыслятся на основе пространственных метафор – ср. наречия далеко – близко, долго – коротко, глаголы приближаться, приходить – проходить, наступать, миновать, тянуться, субстанстивы грядущее, прошлое, настоящее и др. События прошлого человек знает, но он уже не может сориентировать на них свою жизнь; события будущего человеку неизвестны, он их не знает и поэтому также не может соотнести с ними свое бытие. Он может лишь пред-полагать их, пред-видеть, пред-сказывать, пред-рекать их существование – т.е. действовать с опережением темпаральной реализации событий.

Наречие заранее отвечают этой картине и вносит в нее дополнительные детали, важные для понимания особых когнитивных способностей человека. В Словаре русского языка одно из его значений определяется следующим образом: заранее нареч. ‘за некоторое время до чего-л., заблаговременно’ [МАС, 1, с. 565]. В этом определении отмечаются признаки «событие» и «действие, опережающее это события во времени». Эти же признаки так или иначе отмечаются в структуре значений мотивирующих его слов – ранний ‘имеющий место до обычного или нужного для чего-л. времени’, рано безл. в знач. сказ. ‘о еще не наступившем нужном, положенном сроке’ [МАС 3, 640].

Выявленная когнитивная структура мысли о времени в русской языковой ментальности позволяет представить семантику слова заранее гораздо более детально. С глубинной точки зрения в ней определяются следующие когнитивные характеристики: «событие», «движущееся время», «предполагаемое “место” реализации события в потоке времени», «опережающее это “место” действие».

 С этих позиций может быть объяснена и когнитивная структура конструкций «знать наперед» и «знать заранее». Опережающим в этих случаях является не конкретное действие, а познавательный акт. Знать заранее о некотором событии – это знать о нем еще до его реализации в настоящем, иметь опережающее знание о нем. «Знать наперед» имеет ту же самую когнитивную структуру, но время представляется в этом случае на основе пространственной метафоры.

Остается решить, в какой мере «знание заранее» и «знание наперед» апеллируют к иррациональной сфере. С одной стороны, это знание ориентируется на содержательную область, лежащую за пределами непосредственного рационального мышления. Это та область, которая скрыта в глубинах времени, необъяснима и открывает себя немногим избранным – про-видцам, владевшим способностью про-зрения будущего С другой стороны, «знание заранее» и «знание наперед» предполагает внешнее языковые описания, репрезентации на рациональном уровне мышления. Этим занимаются про-роки, несущие людям про-рочества относительно их жизни. Собственно, этим «знание заранее» и «знание наперед» ценно для человека.

Как кажется, правильнее всего было бы говорить, что в случаях подобного рода речь должна идти об иррациональных механизмах рационального знания.

Литература
Арутюнова Н.Д. Время: модели и метафоры // Логический анализ языка. Язык и время. -М.: Издательство «Индрик», 1997. – С. 51-61.
Кант И. Критика чистого разума. – М.: Мысль, 1994. – 591 с.
МАС - Словарь русского языка в четырех томах. – М.: Русский язык, 1985-1988.
Хайдеггер М. Время и бытие – М.: Республика, 1993. – 447 с.