Твердь 3 По Машинам!

27 января 2389г
Альмарак
Хларау
Берег Златы-реки.

Утро встретило эскадроны неожиданным потеплением. Минус десять - это нормально. Пошёл, правда, лёгкий снежок, а тучи затянули небо до горизонта. Завтракали рационами из запасов форта, всё равно всё в "кайманы" Вайаги не лезло. У 539-го были только "кайманы" и два тягача на танковом шасси. Далма объяснил это тем, что вессетам колёсная техника не даётся. У них просто её нет. Только несамоходные прицепы или ручные тележки. И то - вессианское колесо сделано по-другому, обод у него в середине круга толстых спиц, а концы сделаны как полукруглые лапки или когти.

Далма показал картинку на ткани - по синей дороге между блеклых лугов едет нечто вроде коляски, запряжённой низким таксоподобным ящером. В коляске сидят два больших вессета и два маленьких в вычурных нарядах с огромными воротниками.

- Это копия картины рисовальщицы Шеальны Ласас Реангарату, нарисована кругов триста назад. Называется "Путешествие семьи".

- Далма, так у вас тоже есть различие полов? - спросила Роза, уписывая нечто вроде салата.

- Разумеется, - с достоинством ответил сержант. - Оно есть у всех приличных рас.

Далма говорил по-славянски вообще без акцента. Стахов начал подозревать, что "квадрант" вовсе не отряд наёмников, а либо разведгруппа, либо этнографическая экспедиция Весса.

- А как отличить вессета-мужчину от вессета-дамы? Внешне, при встрече?

- По имени, например. Или по оттенку чешуи, - Далма вытянул из рукава свою лапу, показывая чешуйчатое запястье. - Смотрите, мои чешуйки не жёлтые, как у Вайаги, а синие. Бывают ещё серые у мужчин и зелёные у женщин. Иногда, очень редко, бывают красно-золотого цвета - только у девочек. Это значит, что дитя отмечено матерью-Вессой. Ласас была красно-золотой. И ещё у нас в имени нет короткого звука, похожего на ваше и-краткое.

- Так вы - дама, Далма? - чуть не подавилась салатиком Розалия.

- А что? - вессетка сыграла хвостом по полу целый танец. - Нельзя? - и показала два тонких зубика.



Первым на терру инкогнита, как выразился начитаный Ефимов, ещё вчера высадился 538-ой эскадрон для охраны вышки. Два капральства из первого взвода всю ночь дежурили в машинах посменно, но никакого шевеления окрест не отметили. Куда делся напарник кривокрыла осталось неизвестным.

Ещё до рассвета, под белым светом прожекторов,  кран поднял понтон и люди Николая при помощи оттяжек поставили ролики на тросы. Началась погрузка. На понтон вставал один "крок" с прицепом и два амфоцикла, больше не лезло. На башне урчал мотор, выбрасывая в небо столб дыма. К нему приделали добавочные глушители, не то вой старой турбины уши резал. Конструкция получилась сюрреалистическая, но рабочая.

533-й возводил вокруг ледяную хижину при помощи воды и порошкового строительного клея.

К десяти часам утра с грехом пополам переправился и развернулся на левом берегу 538-й эскадрон. Кто-то выкупался, кто-то палец прищемил, но ничего серьёзного. Наблюдатели подняли по дрону от каждого взвода и пустили их вперёд и в стороны на десять верст - пробить эхолотами снег, наметить дорогу.

Стахов рвался на тот берег, но его мягко, ненавязчиво отвлекали мелкими делами. "Крок" № 300 стоял у башни, Мелешко с Протасовым неторопливо меняли жёваные пласторезиновые уплотнители дверок на выданные вессетом по имени Жайгар войлочные шнуры квадратного сечения. Шнуры были толстые, в пазы заходили с трудом. 

- Ничего, держаться лучше будут, - ворчал Мелешко, уминая войлок отвёрткой. - Витька, прижми. Куда я тюбик сунул? А, вот, - и струйка клея лилась на дно паза.

Вздымая фонтаны снега, подкатил санитарный вездеход. Из кабины выскочил механик и подбежал к группе офицеров, среди которых был и Влад.

- Господин обер-ротмистр, капрала Оршана в госпиталь сдали.
 
- Как Ольшин? - полуобернулся Стахов.

- Баско! Общий удар тела, ничего не поломал, - механик хлопнул себя по бронекуртке. - Вещь! Он с нами вернулся. Синячина во всю тушку и всех делов. Ну и голос сорвал.

-  Скажи, что он может занять свое место.

- Там булгач на дороге, Владислав Георгиевич.

- Что за булгач?

- Какая-то тётка-ротмистр не хочет пропускать другой эскадрон и визжит, как горная ведьмовка. Я полем объезжал.

- Детки, блин, с большими... органами, - досадливо бросил Влад. -  Саблин, бери Кравцова и Ольшина, идите вот туда, в коричневую дверь. Поедите - и на понтон. Твой эскадрон уже переправился.

- Есть, - механик побежал к своей машине.

- Ольга Николаевна, бога ради, одолжите какую-нибудь машину пошустрей. Поеду разруливать.

- Бекасиха давно лопату по башке просила. Розка, дай уник, они ходчей.



Универсал представлял из себя тупорылую широкую машину на гусеничном танковом шасси. За просторной кабиной начинался коробчатый кузов. В нём прятались разные строительные приспособления - эскаваторные ковши двух размеров, отбойник, бурильная установка, установка для выплавки пластоформ, манипулятор и вышка с люлькой. Впереди был установлен мощный отвал.

Механик Иван, средних лет дядька в грязной камуфляге, так дал с места, что Стахов чуть не выгнулся спиной. Качало в унике неслабо, но и через лес он шёл, вообще не разбирая, где пробитая колея, а где заросли.  Обошли маленький форт "Царёва Могила", построенный по уму - несколько пластоброневых капониров за земляным валом вокруг, с двумя рядами колючей проволоки и смотровыми вышками на крышах. В середине - жилое здание в два этажа со скошенными под рациональным углом стенами. Во дворе форта формировалась колонна. Дарин не спал.

Вырвались на низины, пошли болота, дорога крутила. Поворачивал уник грубовато, рывками. Его маневры напомнили Стахову марш на САУ, которыми он когда-то командовал. Обер-ротмистр сказал об этом Ивану, не вдаваясь в подробности, конечно.

- А, так вы, значит, вашбродь, артиллерия! Баско дело! Бог войны, - кивнул механик и двинул вперёд левый рычаг на пульте.

В унике не было сенсорного руля, он управлялся двумя рычагами и тремя педалями. На рычагах были ещё маленькие рычажки сверху, которые мех жал пальцами. Следя за его действиями, Влад с удивлением догадался - ручная коробка передач! Ну ничего себе древности "Новоелец" применяет!



Две колонны пересеклись на развилке перед речкой, скорее ручьем. Лашевский шёл вдоль берега, а Бекасова рвала со стороны шоссе. Первая машина 535-го эскадрона успела повернуть на мостик, когда между ней и группой амфов вклинился головной "крок" 531-го.

Между замерших машин стояла целая толпа народу. На середине перекрестка, за вторым "кроком" 531-го, Бекасова, уперев руки в боки, тренировала глотку:

- Я дама! Понял, болотная твоя башка! Дама! Ты - пропустить должен!

- Да какая ты дама?! - не уступал ей Король. - Швабра крашеная! Вторашница-долборашница. Сидела там, манду чесала. Брысь с дороги, короли идут.

- Короли! Нет, вы гляньте на них, девочки! Короли параши, рука заместо маши! С кашлюном по жизни, все мозги прокурил. Я на главной!

- Это кто тебе сказал, что она главная, дура?! Главная на границе - рокада, а она - вот! Вот она, идиотка! - Лашевский тыкал пальцем себе под ноги. - Наберут по объявлению в школе проституток.

- Чё?! - взвилась Бекасова. - Это кого ты шлюхой назвал, дрищ нечёсаный?!

Начавшийся вполне корректно спор о праве на проезд за полчаса превратился в грязную свару.

- А чё, не шлюха что ли? Ну тогда - лесба. У тебя вон и парней почти нет, сплошные девки. Да ещё размазаные-намалёваные. Тьфу! - Лашевский смачно харкнул под ноги Бекасовой. - К Марьяше в бордель иди, там тебя за свою примут.

- А ты... а ты... - сипела Анна, сжимая кулаки. - Дуй на болота! Засунься на кочку и сиди - не вякай! Угри тебя полюбят, во! Прям один в один! Длинный, тощий, скользкий и воняет!

- У-у-у... - протянули в толпе 535-го, - ...понеслась моча по трубам, браты. Зенки береги, девки в них когтями наперво лезут.

- Да хоть воняю, зато не балласт, как ты! Небось, все машины помадой забиты. От тебя и твоих дур толку - ноль! Жопу грели в форте, в патрули не ходили. Да что уж взять! Какая линия - такой и сорт!

- Держите меня четверо, девчонки! Первосортный хам, вот ты кто! Невежа! Чучело! Тварь! Отрыжка свиная под соусом безмозгель! Морда сушё...


- Прекратить! - Стахов плечом отшвырнул драгуна из группы поддержки Короля и руками раздвинул противников в стороны. - Всем, кроме ротмистров, на двадцать шагов назад! Живо! Ну, шандец, Король. Ну, шандец. И ты мне ещё лекции насчет "спокойно, Вася", читал. От тетки-то я ещё ждал чего-то такого. Но ты, кореш, меня удивил, поздравляю.

- Се-е-кун-н-до-очку, - протянула Бекасова. - Это что значит, господин барон, ожидали? За кого вы меня держите?

- За того, кем вы, ротмистр и являетесь, - устало ответил Влад. - За ленивую хамку и продажную тварь.

- Что-о-о?! - взвыла Бекасова. - Да кто вам дал право так обо мне говорить?!

- Бекасова, - Влад скривил морду, будто тины объелся. - . Вы ни черта не делали, сидя на форте. Вы не контролировали сектор. Вы, по сути, скидывали на соседей стаи олешков и лис. Вы ездили только на вызовы - почему? А потому, Бекасова, что вы, по полицейской привычке, ездили туда не бесплатно!

- Кто вам сказал?! - оскалилась мегера.

- Ваш гардероб и тени для век.

Ротмистр вытаращила глаза.

- Я тоже служил комэском, Бекасова. На жаловании шестьдесят один рупь и двадцать копеек. Вы штрафная, вам не дадут больше нижней ставки, - Влад скрестил руки на груди, брезгливо смотря на девицу. - У вас на лапках не берцы, не чуни, а фирменные унты от Маршанкина. Судя по вон той анаграмме золотой, ещё и авторские. Стоят такие лапты как катала среднего класса, то есть за пятьсот рублев.

Лашевский присвистнул.

- Тени ваши переливаются, играют, - продолжал Влад. - Они так и называются: "Игривая девчонка". В Рубиде их не делают, это  элегианская продукция. А у нас на Элегию торговое эмбарго уже лет сорок минимум. Вывод - ваши тени и, похоже, краска для волос - контрабанда. Мало того, что элегианская контрабанда в Хларау не идёт - нет спроса, так она и в Роко стоит, как крыло от аэра. Купить в Роко из-под полы и привезти сюда - очень дорого, мадам Бекасова. Где скромному ротмистру драгун взять на это деньги? Учтите, я тоже штрафной, и знаю, что счета блокируются, как и связь с внешним миром. В Рокоземь вас не пустят, значит ездил кто-то иной. Вольняга.

- Это подарок, - огрызнулась Бекасова.

- Такие подарочки дарят либо в качестве свадебного, либо - взятки. И не трясите сиськами - бессмысленно, мне ваши ужимки и прыжки противны. Взятку вам могут дать разве что за невмешательство или силовую поддержку нехороших дел. Больше вы ничем не ценны. Да это и не суть важно. Что такое рубидская полиция, я знаю. По ходу, Бекасова, вы давно и прочно играете на кожаной флейте местным дуреварам. Больше тут левых гешефтов почти и нет. Так, короче. Отводите свой "крок" назад и валите в расположение. Из состава ОТГ я вас вывожу. Это мое безоговорочное право, - обер-ротмистр добавил металла в голос, уголок губ его подёргивался. - У меня хватает нервов, чтобы ещё гадать не сосала ли некая Бекасова А-Е и басконский хер. Что-то больно дорогие подарунки даже для "Асфарма", они бы дешевле шлюху нашли. Рязанову о вашем отстранении доложу сам, не трудитесь.  Лашевский, ход! - Стахов развернулся и зашагал к унику, показывая, что разговор окончен.

- Бли-и-ин!!! Комбриг меня разма-а-ажет!!! - рыдала Бекасова. - Сука! Тварь! - плаксиво орала она, раскачиваясь посреди дороги. - Ну почему ты в болоте не утонул, зараз-з-за-а-а!

- Не повезло-с! Угри за родную кровиночку отчего-то не приняли! - Лашевский направился к своему эскадрону. - По машинам! - заорал он на подчиненных.

Влад, проходя мимо "крока" из 531-го эска, стукнул в стекло:

- Отходите назад и освобождайте дорогу. Быстро! - рявкнул он, заметив сомнение на лице женщины-механика за рулем. - Не то вон тем ковшом велю спихнуть!

- Да щас, не нервуйте вы так, ваше благородие.




Вернувшись на берег во главе 535-го эскадрона, Стахов поведал остальным об изгнании бывшей полицейской.

- Может, вернуть Аньку? - забеспокоилась Павшинская. - Дура-то она дура, но ни  в жизнь никому не кланялась.

- Тогда объясните мне её лапты ньюшные. Олдовые я бы ещё понял, а там с лого мастера позолота не сошла.

- Ей жаных падарыл, - вырос перед Владом Ованес. - Кланус мамой.

- Ого! Жених - вы?

- Нэ-э-эт, дарагой, я старый савсэм для такой дэвушк. Дарын Сэмон.

- Етить твою налево да за хвост! Умру я с вами!

- Не надо, детка, - улыбнулась Павшинская. - Где мы ещё ястребка такого возьмём? Вот и Сёмушка на подходе, сейчас и узнаем.

Семен Дарин подошёл тяжёлым шагом:

- Господин обер-ротмистр...

Хмурый Влад оборвал его взмахом руки.

- Дарин, Анна Бекасова с вами обручена?

- Да, - чуть растерялся парень.

- Сапоги вы ей подарили?

- И набор косметики тоже. Точнее, моя мама прислала.

- Вы из богатой семьи?

- Мой отец - главный штурман "Сюркуфа", суперлайнера. У него большое жалование. Мама - старший стюард.

- "Сюркуф" - девять палуб восторга, - процитировала Роза явную рекламу.

- Вот же зараза! - Стахов смотрел в небо. - Извиняться придётся.

- А я не собираюсь! - вскинулся Лашевский. - Закон границы нарушила - получи и распишись!

- Ярик, вы оба там устроили такое, такое... Вас обоих на работы в сортир сослать! Перед подчинёнными, хуже тех самых девок на моле! Какой там позывной у Анны?

- Я её вызову, - спокойно сказал Дарин. - А о вас правду бают. Вы справедливый.

 

Присмиревшая Анна приняла извинения Стахова и - совсем покорно - головомойку от будущего мужа в освобождённой от экипажа командирской машине Дарина.

- Аня, есть такое правило на первой линии, рокада - главная, - напоследок пояснил Семён. - Это местная магистраль. Но есть ещё одно - кто первым вошёл на перекрёсток, тот и идёт. Понимаешь, зачем?

- Не-е-ет, - Бекасова осторожно поглядывала в сторону переправы, где под резкие команды офицеров и сержантов Короля шёл на тот берег 535-й.

- Пока вы будете препираться и мешать друг другу, вы не успеете на помощь камрадам или мирняку. И не смей больше таких сцен устраивать, ты меня позоришь.

- Ага, не буду, Сёмушка. Но какой хам, не представляешь! Я в полиции служила и то не слышала.

- На этот счет перволинейщики талантливые, Анюта. Ну, всё, успокойся, пойдём, тут всех та-а-кой вкуснятиной юго-славянской угощают. На выход.



Наконец переправился Вайага. Оставленный форт грустно дымил на прощание трубами мотора. На правом берегу стояли четыре "крокодила" из взвода лейтенанта Попова, которому предстояло обживаться на новом месте. Понтон, зажав рычаг, отправили обратно, там его приняли люди из 503-го.

- Господа ротмистры, соберите всех, - велел Влад и полез на крышу своего броневика. - Можете не строем, лишь бы поближе.

Собралась огромная разномастая толпа. Сюрреализм усиливался хамелеоновыми камуфлягами, которые в толпе терялись в какой цвет окраситься. Народ смотрел на командира ОТГ с интересом.

- Драгуны! - рявкнул Стахов, перекрикивая моторы и реку. - Слушай! Я  обещал рассказать какого чёрта нас сюда погнали! Так вот! Сотню лет назад недалеко отсюда были  заводы "Стального Союза"! Они гнали сталь методом атомного полураспада! Когда сама структура руды переделывается без расплава и прочего! Я не спец! Мне так раскурожили! Ну неважно! - он заложил руки за спину и чуть отвёл назад плечи. - "Стальсоюз" был не лучше "Централ Металл"! Клал на работяг, платил копейки и жабил на всё, кроме аксайских кэшников! В конце концов эти штындели доигрались до такого бабаха, что накрыло всё Хларау с Дюнами!  В момент взрыва в реакторах образовался синтрид! Только в тех, где за ради присадки использовали редкоземельные металлы! И вот этот чёртов синтрид и нашли пираты, когда втихую зашкерились у нас под носом!

- Синт! - взметнулось слово в гуще. - У нас есть свой синт!

- Пока нет, - осадил Влад восторги. - Пираты построили лабы, нашли ученых хренов с разных концов, кое-кто уже прохурил, что у них и свои есть.

- Ах-хереть!  - выдохнул кто-то.

- Да! Они далеко не идиоты, хотя и полные отморозки! Так вот, драгуны, пираты смогли узнать технологию, но кэша на завод им не хватало. Тогда они полапатили к баскам и через них просунулись до короля Испании, на Терре, - орать уже не было сил, но это и не требовалось. Влад видел, как его слова пересказывают стоящим дальше. - Испанцы готовы были вскрыть сейф, а для надёги, чтобы не кинули, бросили сюда басконов, дали карт-бланш на захват. Они тут лет тридцать обживались, как у себя в сортире! И ещё бы жили, если бы их агент у меня под боком не перессал и не надавил косяка. И если бы один замечательный дядька, классный врач, не распознал во враче моего форта пирата. Всю шоблу отсюда вымели! Но остались лабы и технологии! Эти лабы сейчас ничьи, а должны быть... - Стахов набрал воздуху и рявкнул от души, - Нашими! Рубидскими! Мы идём их взять и сохранить до приезда наших спецов!  Чтобы никакой штындель корявый по дури хутячьей их не разорил на свинарник и  буху из пробирок не жрал!  Чтобы баски не вернулись и не сшунтили их у нас из-под носа. И земля эта - наша! И её нам тоже надо! А за синтрид нас Империя обласкает так, что мы все жить станем по-людски. Арбайт! Кэш! Энергия дешевая! Ф-ф-фух-х-х. Всё будет, народ. Но сейчас надо идти. Туда. И держать зубами вот эту букву "Т". - Стахов врубил карту и спроецировал голограмму слева от машин на фоне темнеющего неба. - Ион, начерти маршрут!

Аташев лазерным стилом выписал намеченный маршрут красной линией. Жёлтой обвёл ареал расположения.

- Ну что, готовы?! - крикнул Стахов.

- Сарбим, не впервой! - заорал Ликин, стоящий почти у колеса "крокодила".

- По машина-а-ам! - завыл голос в отдалении. - Стройся в колонну!
 
Марш через Сорокаречье начался.


27-28 января 2389-го года
Альмарак
Рубид
Сорокаречье

В первый день прошли совсем немного, около пятнадцати вёрст по маршруту. Первоначальный порядок колонн пришлось менять - глубокий снег, лежавший меж невысокими холмами, оказался тяжёлым препятствием для "кроков" с прицепами. Пришлось выдвинуть вперёд эскадрон Вайаги на "Кайманах", проделывавших в снегу такие борозды, что "Крок"-тягач проходил уже легче.

Павшинская предложила облегчить дело "униками" с отвалами, но Стахов на это не решился:

- Вы не забывайте, Ольга Николаевна, где-то здесь был первый укрепрайон басконцев, могут быть минные поля. "Кайман" за танк не сойдёт по массе, а "уник" на его базе и сделан.

БПЛА летели на расстоянии трёх-пяти вёрст вокруг колонны, но на их камерах и детекторах ничего, кроме мёртвых равнин, не показывалось.

В командирских машинах не бездельничал никто. Пилоты не отрывались от своих моников, Ион поднял два беспилотника во фланговый дозор, одним управлял его дронер, другим - сам ротмистр.

Влад также завис в монике, ему транслировались картинки со всех аппаратов и он просматривал их поочередно.

Выявилась ещё одна проблема - обмерзание выхлопных труб. По идее на внешнюю часть трубы должна быть навёрнута катушка греющего провода, но на более чем половине машин она отсутствовала. Механики клялись и божились, что так и было изначально. Водоэлектролизный движок сбрасывает в воздух водяной пар, образующийся при сгорании водорода. Вот он, вперемешку с налипающим на горячую трубу снегом, и намерзал на обрезах труб.

- На термоса стащили, сукины дети,  - решил Лашевский.  -  Это старая штука.

- Давно так не делают, - возразил его же взводный унтер Арсений Сёмин. - Грешке акум мощный надо. Это на форте сидишь, подцепил к розетке, а в серёдку - кружку. Раз - и чай. А в поле штатный прикуриватель машины ничем не хуже.

Командиры переговаривались по закрытому каналу связи. Все другие переговоры велись по выделенным каналам внутри эскадронов. На этом настоял Неметшин. Сам Русик постоянно шарил эфир, но пока кроме помех и переговоров фортов ничего не уловил.

Колонна склонялась чуть к западу, Влад хотел выйти на траверс форта "Ельня",  возле которого был некогда мост через Злату. По его прикидкам они должны были быть уже близко от старого шоссе, но пока ничего похожего не обнаружилось. Маршрут больше определялся расположением низин. Всё-таки прицеп оказался тяжёлым испытанием для "крокодила". Собственные моторы прицепов были слабоваты, на горку "крок" с прицепом лез очень медленно, вёрст семь в час.

Совсем стемнело, в разрывах низких туч еле горели звезды. Разошёлся ветер, метель. БПЛА почти ослепли и Стахов велел остановиться на ночлег. Легко было потерять дроны, а их и так немного.

Дарин предложил собрать колонны в подобие вагенбургов, но холмы портили дело - не выходило, не хватало места. Ограничились тем, что сократили длину, поставив в ряд по Две-три машины. Ночным дозорам пришлось зарыться в снег на вершинах, сунув под бушлаты ХИТы. И вот тут попутно выяснилась ещё одна неприятность, обусловленная спешкой и неопытностью Влада в управлении соединением больше эскадрона. Разнотипность. Разнотипность машин и вооружения.

Несмотря на титанические усилия командования Колониальной Армии, переоснащение враз не проведёшь. Однотипными у всех были только винтоходы "Кайман-М". Они были крупнее прежних, настоящие монстры. Но по какой-то причине их сделали чистыми грузовиками, максимум с дополнительным оснащением лебёдками или - у инженеров - манипуляторами. И самое главное - бронированы только кабина и капот, да и то слабо. 535-й эскадрон рассекал на "кроках" 7-й модели, коротких двухосных. 532-й и 538-й - на 16-й, трёхосных. У 531-го была модель 7М3 - старая, трёхосная, а 533-й и 539-й "кроков" не имели вообще, зато у них были "кайманы" и средние гусеничные транспортёры, которые у 533-го шли под прозвищем "уники".

С оружием кавардак был поменьше. 531-й, 533-й, 535-й - КДС-12М, 539-й - сборная солянка из двустволок и револьверных ружей, слава богу того же калибра 10,2 мм. 532-й и 538-й - гаусс-автоматы ГК-80. При ближайшем рассмотрении  оказалось, что ГК-то ГК, но у аташевских ребят они калибра 4,5 мм, а у даринских - 5,45 мм!

- Чёрт знает что! - ругался Семён. - Как так - калибр разный, а маркировка одна? Террианцы что, совсем того?

- Дар, ну что теперь стонать? - сказал Лашевский. - Это вот от того, что всё  скорей-быстрей, вот и не было времени у Ворона разобраться.

- Ворона ещё в столицу дёргали на день, - сонно сообщил Ион. - Тоже та ещё  поездочка вышла. - Кстати, сенс, а что тебе дохтур сказал?

Влад мысленно поблагодарил Иона за то, что не стал упоминать о его загуле перед поездкой. Да и Лашевский промолчал, хотя он-то знал.

- Интересную штуку. Что я, оказывается, уже чуть изменён этой планетой, водой там, воздухом, излучением Альмара. Потому и выжил в Хларау. Вот и ответ как местные живы годами.

- Я в аффиге, дорогая, - отозвался Король. - Это что, у всех так?

- Начиная с третьего поколения, родившихся на планете. А я четвёртое.

- Клё-ёво! - донёсся в гарнитуре голос Верки. Она, как взводный, имела доступ к каналу. - А я третье получаюсь.

- В чом эты измэнэныа? - подал голос Ованес.

- Шире кость, ниже рост, можем есть то, что наши отцы не могли. А наши дети, возможно, будут грибцы на завтрак лопать без последствий.

- Нэ напомынай, э!

- Кстати, все выделили место под уборную?

- Ой, размазня я! Ща исполню, - пискнула Анна.

Девица сильно присмирела, надо заметить. Видно, Сёма крепко вправил будущей жене мозги.

Воцарилось молчание. Народ был занят обустройством спальных мест. Сам Влад растянул штатную панель кресла во всю ширину машины и расстелил мешок, также сделали его люди. А вот откинутые кресла экипажа были хуже, в них расположиться получалось только полулежа. На бок и на живот не ляжешь. Решили, что будут меняться. Руслан тоже не мог лечь в полный рост. В спейсере было 195 см, и он упирался ногами. Длина лежанки получалась 180 см.

- Под кого это рассчитано? - бурчал радист.

- Под средний рубидский рост, - миролюбиво заявил Витя, который тоже лежал впритык. - Что поделать, вашбродь, не мобхаус. Пацанам со стандартов хуже. Нас тут пять, а их двенадцать.

- Может перевести на ночь в винтоходы?

- Они не утеплённые, - сонно пробормотал Мелешко.

Вьюга снаружи разгулялась не на шутку. Ветер завывал по-чёрному, гуляя среди сбившихся в кучу машин. Снег шуршал по бортам и стёклам, словно сотни рогомышек.

- Амфы к утру заметёт, - прошептал кто-то.

Но Влад его уже не слышал - он спал.