Он не пытался, он был именно таким

    Бывает так, что артист снимается в кино всю жизнь, роль за ролью, одна главней другой, но его никто не помнит, ни по лицу, ни по имени. А бывает только одна картина, которая сразу делает человека знаменитым, да еще и на всю нашу огромную страну.
Что тому причина? Это и личное обаяние, попадание во времени, обликом и характером. Ну и, конечно – талант. Но и при всем при этом есть еще нечто, которого у многих, даже очень талантливых артистов нет. Сегодняшнему герою, как никому в нашем кино удалось так глубоко, так точно, так исчерпывающе выразить суть национального русского характера
    Сегодня вспоминаем Ивана Герасимовича Лапикова, советского актера кино, Народного артиста СССР, лауреата множества Государственных премий, ветерана Великой Отечественной войны. 7 июля 2025 года исполнилось 103 года со дня его рождения.
Он снялся во множестве любимых нами фильмах: «Вечный Зов», «Андрей Рублев», «Возвращение Будулая», «Они сражались за Родину» и других. Но одна из самых первых знаковых ролей Ивана Лапикова была в фильме «Председатель», он играл Семена Трубникова.
    В этой картине снимались такие артисты, как Михаил Ульянов, Нонна Мордюкова, Вячеслав Невинный, Николай Парфенов, Владимир Этуш, Михаил Кокшенов и другие.
Михаил Ульянов: «Иван Герасимович Лапиков периферийный актер и перед тем как его пригласили на картину "Председатель", он работал в Волгограде, в театре и еще не был известным актером, но его уже ценили, как очень хорошего артиста, хотя, как он мне сам рассказывал, играл не очень много. Его пригласили на эту картину, и это имело эффект "разорвавшейся бомбы".
    Я все время смотрел за ним и старался держаться той тональности, в которой он снимался. А снимались мы оголтело, были здоровыми, молодыми людьми. Сцену драки, которую мы придумали с этой косой и биением головы об березу… Дублей пять или шесть мы сняли, но небольшое сотрясение мозга он все-таки получил. Дня три или четыре отлеживался. Но иначе эту картину нельзя было снять, она требовала чудовищной откровенности.
Я много раз это повторял, что только благодаря тому, что рядом со мной был такой актер, как Иван Герасимович Лапиков, мне удалось "выпрыгнуть" на его уровень по актерству.
    Я тоже не граф и не князь, я тоже их крестьянской семьи, но у Лапикова была какая-то мужичья пронзительность, а на мне уже была, вероятно, "городская напыленность", а у него этого не было.
С картиной этой была смешная история, ее называли "вражеской вылазкой против линии партии", потом ее запретили, а потом я получил за нее Ленинскую премию, с трудом, но получил.
    Он был актером своего видения. Такие актеры существуют, например, Габен такой, он играл везде и играл одного и того же, по существу, человека».
Вячеслав Тихонов: «Я был рад, что эту картину отметили. Но у меня осталась горечь, что не отметили Ивана Герасимовича. Он был достоин Ленинской премии. Он ее не получил, но и не обижался. Вот это его природная скромность.
Он привносил в драматургию, которая ему отведена по роли, нечто свое. Что и делало роль живой.
Многому я у него учился, наблюдая за ним. Жизнь на съемочной площадке и вне ее, все отражалось в этом удивительном, добром человеке. Почему меня всегда и тянуло к нему. Это, видимо, было заложено в его сути, в генах, что он не пытался из себя изобразить нечто другое, чем он является на самом деле. Вот каким он был, такой и есть.
    Все, чтобы он не делал, режиссеры все принимали, и Игорь Гостев, режиссер фильма «Фронт за линией фронта», и Сергей Бондарчук «Они сражались за Родину». Они смотрели на него и радовались, что у них есть такой актер».
Николай Бурляев: «Я познакомился с Иваном Герасимовичем в 1964 году, когда он был избран Андреем Тарковским на роль Кирилла в "Андрее Рублеве". И когда мы с ним увиделись на пробах, то у нас возникло обоюдное уважение и симпатия, хотя мне было восемнадцать, а он был уже в почтенном возрасте.
Мы жили в одной гостинице в Суздале, и я видел, как он работает, как он оттачивает, как он ищет образ, и в обычной жизни, и на гриме, всюду искал образ, искал пластику, искал речь, глаза и это все было видно. И это был уже не Иван Лапиков – это Кирилл.
    Мне иногда казалось, что в "Рублеве" он повторят то, что уже делал в "Председателе", но, конечно, я тогда ошибался, потому что, посмотрев фильм полностью, я увидел то, что он изваял в образе Кирилла. Да, это была уже отдельная сущность, новая яркая роль, которая останется в истории кино»
    Лев Дуров: «Не знаю, играл ли он аристократов, но я уверен, надень на него мундир… Вот мог бы он играть Каренина? Да, мог! Только он сообразил бы его по-своему, и я уверен, что это был бы особый Каренин и что он сыграл бы его замечательно. Только мундир на него надень и все, больше ничего не надо, а все остальное само сообразится. Природа у него такая»
    «Люди, как церковные колокола. Бывает, и на отлив чистый, и янтарем на солнышке горит, а ударь в него – со ржавчиной звук, с дребезгом, как будто в чугунки ударили. А есть иной: неказистый, весь ржавчиной изъеден, зеленью, а тронь его – запоет, как заря по чистому небу расплывается».


Николай Цискаридзе.