Революция в Пятой Палате

Что такое революционная ситуация?
Это когда тебя будят в шесть утра, а ты всё ещё не президент!
Мне один доктор объяснял. Наглядно на примере больного. Верхи уже не хотят. Низы не могут. В середине бурлят. Нога дергается!
Правый глаз смотрит на запад.
Воротит нос на восток. Ушами хлопает. Руками аплодирует!
Сам себе, потому что санитары не выходят на бис.
В голове каша! Во рту пена! Может покусать санитаров.  Опасно выпускать на свободу!

— Ну, батенька, это диагноз, который ставится на глаз. Потому что анализы тут бессильны!
Врач подходит к койке, а там — классика. Тело еще едино, но дух уже разодран в клочья. Верхи лежат на подушке. Они не хотят. Они уже приняли решение! Они бы и рады командовать, но сигнал не идет.
Потому что низы не могут. Они накрыты одеялом и тихо саботируют любую попытку вставать! Они говорят: "Мы за переходный период!".
А в середине — бурлит. Живот и диафрагма живут своей, отдельной, бурной жизнью. Там образуются газы, которые, не найдя выхода, ударяют то в голову, то в ноги. Отсюда — дергающаяся нога. Конечность сама по себе выписывает кренделя, не спросившись ни у верхов, ни у санитара.
Правый глаз смотрит на запад. Левый воротит нос на восток.
Получается редкое косоглазие, стрельба глазами, именуемое в народе "и вашим, и нашим". Уши хлопают в такт этой гимнастике, пытаясь уловить, где вкуснее. А руки аплодируют. Только вот кому — врачу или себе? Они и сами не знают.

В голове каша. Диетическая, номер пять. Из обрывков лозунгов, вчерашнего телевизора и сегодняшнего завтрака. Во рту пена. Он может покусать санитаров. Тех самых, что ему эту кашу принесли и велели лежать смирно. Потому что любое доброе дело в этой палате наказуемо уколом в мягкое место!
Выписывать такого? Боже упаси! Вы что, с ума сошли? Этот человек на свободе первым делом начнет строить баррикаду из аптечных пузырьков и требовать смены главврача. Сейчас он в горячке, в полубреду, ищет, на кого бы опереться. А опираться там не на что — мышцы дряблые, воля парализована.
Зато фантазия – Олимпийский чемпион по прыжкам в длину!
Лучше оставить в палате. Под наблюдением. Пусть полежит. Глядишь, нога устанет дергаться, пена осядет. Но это, батенька, уже совсем другая история. И совсем другой больной. Здоровый.

А вы говорите — выписать! Опять выпрыгивает из штанов!
Рвется к власти! Осеннее обострение! Выкрикивая лозунги!
Лезет на трибуну! Испытывает эйфорию! Чувствует перемены!
Хочет сносить памятники! Гадить в скверах. Крушить старую мебель. Кровати тумбочки. Требует заплатить ему за митинг! А иначе угрожает никуда не уйти!

Больной вдруг почувствовал себя Наполеоном. «Долой кашу!», «Свободу мышлению!», «Вся власть санитарам!»...
Испытывает эйфорию! Это самый заразный симптом. Глаза горят, щеки пылают, градусник вырывает и размахивает им, как дирижерской палочкой.
Чувствует перемены! Нюхом чует, что скоро обход и, возможно, даже смена белья, и трактует это как начало новой Эры.
Вы не поверите, он уже начал сносить памятники! Слава Богу, у нас в коридоре стоит только гипсовый бюст академика Павлова. Так он нацелился на него уткой. Кричит: «Этому идолу не место в эпоху обновления!»
И понеслась...
Кричит, что мы не отдадим наши завоевания никому!
Что мы не позволим им опять!
Что революция победит демократию!
Что народ опять не так проголосует!
Что нам нужны свободные честные выборы! Но мы их не признаем!
Что в парламент пролезли пришельцы! Но мы их заставим танцевать под нашу дудку!
Мы составим списки и не опубликуем! Мы разоблачим их преступные схемы! Люди это не роботы! Нас не запугаешь иностранными капиталами!
Мы по колено в беде! Мы не боимся ядерных отходов! Народ устал и требует уважать тихий час! Мы требуем переизбрать главврача! Сменить руководство и простыни! И разойтись по палатам! Полную амнистию прямоходящим! Не признаем альтернативную медицину! Отменить зарядку по утрам и принудительное купание!
Медсестру Наташу можно оставить!
Мы не такие, как они!...
Наши лучшие умы в отпуске!

Слышите? Начался программный блок. Это уже не просто симптоматика — это целый манифест. Я таких называю "огнеупорные". У них в голове не каша, а винегрет, а уксус — это новый сорт бензина! В любой момент может полыхнуть.

Я делаю запись в медицинский карте: «Состояние манифестальное, с проблесками либидо. Рекомендовано: заменить митинги — на тихий час, пришельцев — на галоперидол, а медсестру Наташу временно перевести в другое отделение! От греха подальше…».

— Свободу телевидению! Хватит замедлять нам Интернет! Они специально погрызли провода! Думают, мы не заметим? Они заменили код на свой сигнал! Потому ни один сайт не открывается!

— Так и запишем. Новая глава в истории болезни. Назовем её «Цифровая паранойя».
Оказывается, пока мы боролись с пришельцами в парламенте, у нашего пациента созрела новая версия заговора. Он сидит на кровати, завернутый в простыню, как римский Император, и тычет пальцем в розетку. Старенький телевизор «Горизонт» висит под потолком и показывает третий канал — «Культуру»! Спрашиваю: — «А что с телевидением?» — «Оно в заточении! Там сидят наши!»

Провода у нас в подвале действительно погрызены. Но не хакерами, а больничными крысами. И они, в отличие от пациента, отлично понимают, что делают.
«Президент подписал сразу два указа! — Потому что у нас всё равно половина указов не выполняется…»
Тут я не выдерживаю и пытаюсь провести сеанс домашней терапии:
— Голубчик, — говорю, — не замедляют они Интернет! Невозможно замедлить то, чего нет! Там нечего замедлять!

Он смотрит на меня с презрением. «Вы ничего не понимаете! — шипит он. — Это квантовое замедление! Пока сигнал идет до коммутатора, они меняют код на свой, враждебный!»

Я сдаюсь. Записываю в карту: «Больной объявил им кибервойну, и имеет все шансы выиграть»

— Они специально мне подложили кроссворды, которые нельзя решить! Но мы не оставим их без ответа! Мы призовем их к здравому смыслу! Мы построим светлое будущее в отдельно взятой палате! Мы добьемся поправки в третий закон Ньютона!
Я налоги плачу юмором!
13% моих шуток изымают в пользу государства!

Это прорыв! Он уже натягивает веревку от кровати к окну — это граница. Уже делит тумбочку на «наш» и «не-наш» ящик. Уже назначил тапок министром путей сообщения.
Вы чувствуете уровень? Он решил, что физика устарела. Она не учитывает его душевного порыва!

— Требуем отменить Второй Закон Ньютона! Вернуть графин и Наташку в шестую палату! Принять поправки к старому кодексу!
Вернуть штаны! Покормить попугая!
Не верить радио! Оно третий день молчит!
Отменить бахилы, они шуршат и в темноте перешептываются. Спилить ветку за окном.
Думаете, я не заметил микрофон и вебкамеру?! Раньше умели снимать кино, министров и генералов! Они транслируют мои слова прямо в сеть за деньги!

Всё. Клиника вышла на финишную прямую. То, что вы слышите — это не бред. Это программа партии, которая наконец-то сформулирована. Всё, что накипело. Всё, что мешало жить, спать и выздоравливать.

Теперь графин и Наташка — министры в изгнании. Палата теперь названа Штаб! Он требует вернуть сакральные символы эпохи застоя.

«Вернуть штаны!» — это крик души!
Я делаю последнюю запись в этой саге.
«Диагноз: Острейший псевдополитический синдром».

Рекомендации:
1. Штаны выдать.
2. Ветку спилить.
3. Наташку вернуть.
4. Немедленно накормить попугая.
Он перешёл на нашу сторону!
Отобрать у него мегафон.
Временно запретить петь и смотреть в окно.

Всем разойтись. До полшестого утра. Перестукиваться через стенку только по закрытому каналу.
Прогноз благоприятный. Утром — каша. А после каши — реставрация монархии.

Я за кресло не держусь! Мне на троне удобнее!
Я старался не вмешиваться в выборы. И вот результат: победили все, кроме меня!
Снова победила демократия! Хотя народ опять проиграл

Доктор, уже в домашних тапочках, но всё еще в белом халате, задерживается на пороге ординаторской. За окном брезжит сырое, как непропечённый блин, утро… Полшестого миновало. Из палаты — ни звука. Только уже знакомый, засекреченный стук в батарею зубами…
Уснул в позе голосующего за конституцию…
Принимал поправки по рекомендации врача…
Кстати, лечение обнулили и продлили на второй срок.
Вы думаете, это конец? Ха. В психиатрии концов не бывает, бывают антракты! Я уже предвкушаю! Сейчас проснётся наш Наполеон, и начнётся второй акт. Под названием «Похмелье Свободы».
Ветер свободы подул в обратную сторону!
Многих ветром сдуло…

Он откроет правый глаз, который ещё вчера смотрел на Запад, и выяснит, что окно возможностей закрыто железным занавесом.
— Я предупреждаю! - орёт он. - Если срочно не принять меры! То осенью нас ждет сентябрь! Или еще хуже, октябрь! А если ноябрь, то всем мало не покажется! Успеем согреться до прихода зимы! Невиданный урожай кукурузы! Я вам покажу импортозамещение! Зря ты слушаешь дождь и град!
Конституция пошла на поправку. Пришлось принять 204 поправки, чтобы только в стране ничего не поменялось!
Начальство против руководства. Истина против правды.
Народ против населения! Вместо укола — подорожник, вместо психотерапии — подзатыльник.

Все, кто знает историю, навсегда запомнят Новый год! Я вам устрою тюльпаны на 8 марта! Вам самогон мёдом не покажется!

Ну, тут уж к бабке не ходи. Мы уже запомнили! Каждый Новый год в отделении: оливье из хлеба, мандаринка на брата, и общая эйфория от того, что санитары выпили и стали добрее.

—  Батенька, вы случайно не пророк? Ветхозаветный? Только что вы грозили мне прошлым, а теперь перешли к самому страшному — к будущему!  Или дождетесь ноября!!!
Витаем в облаках, твёрдо стоя на земле!
Но он не останавливается. Тут его голос падает до трагического шепота…
Зачем замедляют Интернет?
Зачем запрещают сериалы?
Ответ гениальный! — «В целях вашей безопасности!»
В палате слышен скрип кроватей. Это дядя Миша проснулся, он готов на всех стучать зубами, даже во сне.
«Редактор — единственный человек, который твой юмор понимает, и поэтому не смеётся! Ему страшно»

Две новости вместе, которые пугают:
1. Отменят наличные и переведут на цифровой рубль
2. Блокировка Интернета!
Как тогда еду покупать?!!

Сижу информацию перевариваю...
— Оливье еще наш?! Оливье наш!
Задекларировал! Откусил и сдал государству 13 процентов!
Пока что добровольно!
Стоим на месте, но чувствуем, есть продвижение!
Переговоры прошли успешно… прошли мимо нас!
Ничего не сообщили, хотя все и так всё знают.
Долг за капремонт всё капает… кап, кап, кап!

Я делаю последнюю запись на сегодня: «Состояние стабильно нервозное, переходящее в литературное. Начал диктовать мемуары…
Что касается ноября — посмотрим, как поведет себя кукуруза в условиях палаты интенсивной терапии.

Бред систематизировался в творческие планы на весну.
Рекомендовано: выдать бумагу и тупой карандаш, пусть записывает… Голову помыть под контролем санитаров».
Можно было бы вернуть Конституцию СССР... но Царь Батюшка не позволяет!
Ноябрь — это не месяц. Это диагноз! Причём пожизненный.
В ноябре наше отделение превращается в Площадь Революции.
Батареи становятся ледяными. Согреться можно только чаем в очереди к психиатру. Там народ плотнее.
Точно! Голову надо помыть... и с чистой головой сесть писать апрельские тезисы! В мае. Пока не стало поздно.
Мы опять сделали поворот! Каждый раз не в ту сторону!
Курс верный, а дороги не в том направлении.
Я вам обеспечу 100 процентную явку! На укол и другие процедуры! Те, кто не успел спрятаться под кровать. Никто не останется в стороне от прогресса!
Знание вместо опыта.
Голосование вместо выборов.
Прививка вместо лечения.
Перемены вместо развития!
Повышение вместо увольнения.
Обеспечить переход к рынку!... А пока поём в переходе...
Запасаемся попкорном и продолжаем пилить бюджет!…
Мне скрывать нечего, поэтому я вам ничего не скажу.
Если к утру ситуация не прояснится… Подождём до вечера!