Просветление

Бывает такое состояние — словно выпил эликсира из утренней росы, чечевичного супа и глубокого выдоха. Это просветление от здорового образа жизни наступает внезапно: мир делается прозрачным, мысли — стеклянными, а желания — дистиллированными. В такие минуты душа моется до скрипа, и её так и тянет запереть на засов, чтобы ни один сквозняк иррационального бреда не занёс пыльцу безумия в эту стерильную обитель.

Но я знаю, что завтра эта защитная плёнка треснет. И я, как пьяный филолог, набреду на старый, пыльный том Шопенгауэра. И непременно захочу говорить о нём.

Ведь именно он, франкфуртский мизантроп, подметил с жестокой улыбкой: жизнь каждого, в общем и целом, представляет собой трагедию, но в своих деталях она имеет характер комедии.

И вот ты стоишь на перепутье. С одной стороны — трагедия: рождение в боли, бег за желаниями, усталость от их исполнения и неизбежный финал. С другой — комедия: ты споткнулся на ровном месте, забыл, зачем вошёл в комнату, или налил чай в кружку с треснувшим дном.

Моё здоровое просветление шепчет: «Не омрачай эту лёгкость приступами иррационализма. Оставь Шопенгауэра в покое. Пей смузи. Дыши животом». Но завтра я всё равно его открою. Потому что человек — это единственное животное, которое способно смеяться над собственной трагедией, поправляя при этом осанку.

И, наверное, это к лучшему.