Мои родные уголки

Родилась я в маленьком военном городке в Астраханской области. Там прошли первые годы моей жизни, там служил мой отец, там служили и многие другие мужчины из нашей семьи - летчики, инженеры, преподаватели в "Лётке"... Но большую ее часть я прожила в Волгограде, в городе, растянувшемся вдоль по берегу Волги, бьющей синей волной о золотые пески. Построенный на холмах и болотах, переживший множество бед и выстоявший в Сталинградской битве, он почти не утратил своего былого очарования. Встанешь где-нибудь на одном из холмов - от края до края видишь бесконечные степи и широкую полоску реки, синей лентой убегающей вдаль к Каспийскому морю. Там прошло мое детство, там я закончила школу. 12 лет я прожила на одной и той же улице, носящей имя маршала Ерёменко. Расположена она в Краснооктябрьском районе и является частью Второй Продольной магистрали, которая является самой протяженной в городе и одной из длиннейших в России - более 50 км в длину. Улица маршала Ерёменко начинается от улицы Кубинской (как продолжение улицы Лермонтова) и заканчивается переходом в улицу Ополченскую. А протяженность ее около 4,2 км. Названа улица в честь маршала Советского Союза Андрея Ивановича Ерёменко — почётного гражданина города-героя Волгограда. Это название ей было присвоено в 1971 году, вскоре после смерти маршала. Ранее же улица называлась Отрадной.
Если посмотреть старые фотографии Волгограда, когда он был еще Сталинградом или даже Царицыном, то никогда не признаешь его, если видишь их в первый раз. Город буквально выстраивался заново, и улицы стали располагаться иначе: часть из них устремлялась к Волге, как бы скатываясь с холмов, а часть легла параллельно ей. Да и сейчас, когда я время от времени приезжаю к родственникам, могу не узнавать какие-то места - что-то переменилось в городе. На той улице, где я провела почти все свое детство, откуда я каждый день шла до школы, где во дворе я с утра и до вечера могла бегать с друзьями, придумывая интересные игры, где соседи каждый вечер собирались в больших беседках с синими крышами и то жарили мясо, то просто играли в карты или нарды, присматривая одним глазком за младшими, - теперь там все иначе. Уже не услышишь радостного визга детей, не увидишь радуги от капель воды, когда какая-то бабушка устроит малышам дождик водой из шланга, уже не встретишь каких-то людей. Да и сам двор поменялся: нет длинных столов с лавочками в беседках, нет знакомых до боли магазинчиков, где каждый день с полок дышал на тебя паром хлеб с хрустящей корочкой, которую ты успеваешь обгрызть по пути домой. И люди поменялись. Старые соседи - кто поуезжал, кого не стало - канули в лету, точно прошла та эпоха, дети повырастали и разбежались кто куда, как и я. И все теперь стало таким чужим, будто и не жила я никогда вовсе в этом дворе, не играла с детьми, не слышала из окна мамин голос, зовущий домой на обед, не наблюдала за игрой дедушек в нарды и карты, не обжигала руки горячим лавашом и мясом свежим с мангала под синей крышей. Будто не было тихих бесед под луной с подружкой с соседнего подъезда, с которой сейчас мы видимся только раз в полгода. И не сидела я с бабушкой за столиком возле столовой, поедая эскимо.
Сколько всего видела это улица, не передать словами. Лишь слеза тихо скатится по щеке от мысли о том, что все это теперь только воспоминания, которые несут в себе люди с этого когда-то оживлённого двора.
Спустя годы я переехала во Владикавказ и первое время снимала квартиру, не имея возможности заселиться в общежитие. То была улица, с которой, как теперь я могу сказать, началась моя взрослая жизнь. Я и ранее, будучи старшей дочерью в семье, едва ли могла себя назвать безответственной, но теперь, когда живу одна, а ближайшие родственники в соседней республике и не могут в случае чего быстро приехать, жизнь моя точно перевернулась с ног на голову. Уехав с той улицы в Волгограде на улицу Дзусова во Владикавказе, я почувствовала, точно у меня открылось второе дыхание. Все то, что я с таким трепетом хранила в своем сердце и в теплых воспоминаниях из детства, предстало передо мной в тех же красках на этой улице. Первое время я жила одна, это были последние две недели до начала студенческой жизни. Теплыми августовскими вечерами я выходила то на балкон, то спускалась во двор, и общалась с соседками. Вокруг ног кружились пушистые котята, запах арбуза, который ели прямо ложками, смешивался с тем непередаваемым ни одним словом ни одного языка в этом мире запахом летнего воздуха. У къабица с одной стороны сидели пожилые мужчины, будто вышедшие из моей памяти о детстве в волгоградском дворе, в таких же кепочках, клетчатых рубашках и брюках с синими и черными подтяжками. И дети бегали вокруг будто точь-в-точь такие же, как из моих воспоминаний, и бабушки сидели с нами рядом на лавочках в таких же цветастых халатах и мягких тапочках на толстой резиновой подошве, которые в редких случаях могли применяться как способ воспитания младшего поколения. Родная улица. Такая же родная и горячо любимая, как тот двор на улице Ерёменко.
Лишь недавно я задумалась о том, какую историю несет в себе эта улица Дзусова, на которой я прожила всего полгода, казавшиеся мне счастливой вечностью. Расположена она в Северо-западном жилом районе между улицами Московской и Асланбека Хадарцева. Да и образовалась она сравнительно недавно - в 1970-е годы. Изначально улица носила название «Безымянная». Но причина такого названия неизвестна — возможно, просто не знали, как назвать улицу, но нужно было дать какое-то имя. А 26 марта 1984 года решением Исполкома Орджоникидзевского городского совета народных депутатов улицу переименовали в улицу Ибрагима Дзусова — Героя Советского Союза, генерал-майора авиации.
Сейчас, живя уже не на БАМе, а в районе Шалдона, я с теплом и приятной тоской вспоминаю те первые взрослые шаги на улице, в новой квартире. Забавно даже: в Волгограде я большую часть времени прожила в здании, которое когда-то было общежитием, и жизнь во Владикавказе начала я с дома, бывшего некогда общежитием. Все запахи, голоса, повороты во дворах, каждый кустик и каждая травинка живет в моей памяти, и я искренне благодарна судьбе, что спустя годы благодаря улице Дзусова, которая для многих может быть совершенно непримечательной, я вновь оказалась в детстве.