Баптистка

Баптистка

Прошло какое-то смутное время. В этот раз, после того как я сломал себе руку о стену — после той самой мстительной и коварной Эл, — я уже не тосковал. Просто отметил в голове: вот ещё одна в коллекцию, вот такая история. Я извлёк уроки и понял, что я тоже, знаете, не святой.

Лежу сейчас на обеде, объелся американскими бургерами, хотя название стрит-фуда уже переделали на русское. Да если честно — абсолютно всё равно, главное, чтобы вкусно было, и точка, верно? Сами всё понимаете.

Лежу, перевариваю прошлые дни. Как-то до этого я упоминал, что мои сверстники сейчас разводятся. И вот один такой мой дружок недавно скитался со мной в поисках приключений. Зашли мы в магазин, такие весёлые, с похмелья, но мытые. И вижу — сидит, грустит, на улице дождик. Ну всё как обычно: небольшая затравка, улыбка, няшка. Девушка дала номер, а я принёс ей розовые гвоздики за триста рублей. Она была очень милой — при каждом комплименте отворачивалась, смеялась, стеснялась. Я уж подумал: «Да вы что, после Эл — и вдруг такая святая девочка». И я оказался прав.

Номер взял, прошло пара дней переписки, она, видимо, убедилась, что я не маньяк и всё такое. Пошли гулять. Смотрю: маникюра нет, украшений нет, не накрашена. Мне это не важно, но я подумал: «Вот молодец какая». Она оказалась такой чудной — вы даже представить себе не можете. Каждого воробушка рассматривала, траву руками щупала. Я подумал: либо обдулась сильно перед выходом, либо она просто солнышко. Взял за руку — тут же получил отказ. Ничего страшного, это первый лёгкий заход, я ни на что и не рассчитывал. Не расстроился.

А потом мы ехали, и время растворилось. Когда я очнулся, уже было три часа ночи. Я спросил, верит ли она в Бога. Она сказала, что она баптистка. Вот те на! Расспросил этого ангелочка. Она, конечно, молодец: и природу любит, и о сострадании много говорит, но я вижу — ей больно, она страдает, не может до конца раскрыться, смотрит в туман и ходит туда, где её никогда до конца не вылечат и не раскроют.

Я поговорил с ней о многом, сказал свою позицию, рассказал о своём мировоззрении. А она мне говорит: «Ты глубокий». Спасибо! Ты тоже, но что-то у тебя болит, верно? Молчит и смотрит сквозь стекло моей машины вдаль. Бедная девочка. Я подумал: а что, если я сейчас с ней так поговорю, возьму её, украду, сниму оковы и буду оберегать — и покажу, что человек, знаете, как у Фромма, может быть как Бог, когда принимает на себя всю ответственность? Но вижу — у неё свой взгляд.

Посидел я с ней, поговорил. Муж, говорит, должен быть баптист, и только после свадьбы мы займёмся любовью один раз, родим ребёнка — и жизнь у нас будет классной. А я сижу: курящий сигареты, пьющий алкоголь, каждый день по два раза дёргающий затвор, ну и там… Думаю: «Да-а-а, далеко мы не уедем». Посмотрел ей в глаза, увидел, что туман там, и сказал: «Знаешь, спасибо тебе, конечно, но я, наверно, поеду». И я снова уехал в закат. Снова записал её куда-то в голове, наутро встал и погнал играть в пинг-понг.

Бью по шарику, слушаю отскоки и сам думаю. Вот Эл, да? Она была слишком страстной, но с ней было так бурно, злостно и эмоционально. А тут — баптистка, такая святая девочка, аж дотронуться страшно. И стоят они по обе стороны за короткий промежуток моей жизни, смотрят на меня. Я кручу головой вправо-влево, не могу определиться, смеюсь, закрываю глаза и думаю: как вот так бывает? Что Он хочет мне сказать? Я, выходит, пристроился посередине — меж ангелом и демоном. А потом думаю: значит, я человек. И это главное.

Партия кончается. Я выигрываю у друга со счётом 11:5 и наслаждаюсь воскресеньем.