Семейная сага. Кусок 6. Дядя Коля

МАХ-бот «Бессмертный полк»  определенно не даст мне выспаться:). Ну вот как прикажете уложиться в 600 знаков, когда у тебя имеется двоюродный прадед с о-о-т такой биографией??? Николай Кузьмич Масленников, генерал-майор, участник обороны Москвы и штурма Кенигсберга, с опытом Первой Мировой и гражданской за плечами, — он мог бы, кажется, без грима сниматься в фильме «Офицеры». (Пять или шесть боевых ранений — «паркетные» генералы курят в стороне.) Мог бы вдобавок стать Героем Советского Союза, но увы — к званию Николая Кузьмича представлял небезызвестный генерал Власов (да-да, тот самый). Дело «заморозили», прадедушке вручили еще один орден Ленина — и на этом всё. (Слава Богу, что второй орден повесили, а не второй срок намотали).

А для мамы и бабушки он был просто дядей Колей… Бабушкин отец, «дяди-Колин» двоюродный брат, погиб в 43-м — Николай Кузьмич опекал своих племянниц, бабушку устроил на работу, выхлопотал комнату в общежитии воронежского ЛВЗ. Принципов держался крепких: «Все будут «выносить», а ты чтоб ни-ни!»; «Потерял кошелек — не плачь, нашел — не радуйся: кто-то другой сейчас плачет». Дочку еще одного двоюродного брата, тоже погибшего на войне, нашел незадолго до смерти, и все сокрушался, что та не обращалась к нему за помощью. Когда у самих Масленниковых случилась беда — утонул сын-подросток, — они усыновили и вырастили приютского мальчишку-сироту, который потом тоже пошел по военной линии.

Для мамы же генерал-майор Масленников был кем-то вроде дедушки (тем более что других не имелось: один погиб, другой расстрелян — для маминого поколения дедушки были роскошью). Она до сих пор вспоминает визиты к «дядь-Коле»— домик где-то в частном секторе, качели в саду и запах флоксов. Сейчас этот дом с трудом можно узнать, да и живут там уже другие люди. Возможно, они даже не в курсе, кем был предыдущий хозяин дома.

Хороший был человек.