ЗАЗЕРКАЛЬЕ 2
Сегодня 6 мая 2026 года. На улице по-летнему жарко +27 градусов по Цельсию. Но, это ненадолго, ведь через пару дней погода в норму придёт и будет по-весеннему прохладно. Погода погодой, а я всё о себе задумываюсь. Почему же так получается, что мне не безразлично всё, кроме так называемых материальных ценностей?
Вот почему так? Вчера на основе видео из жизни людей, попавших под каток Укрорейха, в телепрограмме "Время" сюжет маленький показали. А я не удержалась и два произведения сделала с одним и тем же текстом, но в прозаической и поэтической форме: "Надпись в небо" и "Не товарно-денежные отношения". А сегодня я это отправила в литературный салон "Авиатор" – это на Дзен и там текст отклонили, как несоответствующий требованиям. Месяц назад я за размещение произведений о Вечных огнях там же боролась и всё ж таки в обход автомодератору из Китая их разместили. Но не будут же люди за каждое моё произведение биться? Зачем им это – жизнь свою утруждать и усложнять? И без этой "патриотической белиберды" есть, что издавать для развлечения. Люди-то всё читают для развлечения?! Или кто-то думает по-другому? Может кто-то и думает по-другому, только лично мне пришла моментально в голову идея отправить вышеуказанные произведения в качестве обращения к депутатам Государственной Думы Российской Федерации ГД РФ 8-го созыва по поводу такого странного при современных событиях жизни отказа.
Только что я написала произведение о бездомных кошках "Странный зверь кошка" и тоже на его основе сделала аналогичное обращение, только к другому депутату.
И таким образом в моём архиве электронных на официальном сайте ГД РФ обращений уже коллекция, не помню сколько, но около 30. И в этих самых обращениях бесчисленное множество социальных проблем проработано лично мною. Нет. Для меня сформировать из произведения одного или несколько на определённую тематику официальное обращение особого труда не составляет. Это вроде игра такая для меня. Кто-то бы задумывался, а я между делом этим занимаюсь – развлекаюсь, так сказать. Может мне законы начать сочинять по каждому из моих пунктов? Без этого-то мне не жизнь, а просто скукота!
Только вот все мои бесконечные и творческие и физические деяния многолетние не приносят мне того прожиточного минимума, который прописан в различных Федеральных законах как основа для добавления к нему разных денежных надбавок. Никто там, во главе государства российского, даже подумать не может, что этот самый прожиточный минимум – это тот реальный денежный эквивалент, от которого с меня, работницы Казанского (Приволжского) федерального университета и Казанской муниципальной женской гимназии, снимают подоходные налоги в размере 13 %.
Этим снижается мой личный прожиточный минимум, подталкивая меня год от года за верность профессии и любовь к Родине (а за что же ещё?) в долговую пропасть. И сейчас я уже там – на дне этой пропасти пока ещё выживаю. Но такой опыт выживания для меня не впервой, как можно догадаться.
Моё ходатайство по поводу сохранения прожиточного минимума на фоне судебного взыскания одно из моих кредиторов Альфа-Банка удовлетворено, согласно официальному документу. Но только никто не собирается его – тот самый прожиточный минимум до которого моя зарплата сотрудницы с 26 летним непрерывным стажем в федеральном учреждении никак не дотянется, оставлять мне. Вчера, спустя месяц после моего ходатайства пришла зарплата в размере 6568,63 рублей. Из этой суммы было взыскано 3284,31 рублей, автоматически списано 1080,32 рублей за кредит в СберБанке. Таким образом, для меня был оставлен "прожиточный минимум – 2204 рубля". Скажу честно, что в этот раз для меня такой расклад моей зарплаты был наиболее приемлемым. По крайней мере, я смогла приобрести продукты – крупы и овощи, которых мне должно хватить до следующей, очевидно с таким же раскладом, моей зарплаты. Если бы у меня не списали взыскание, тогда вся моя зарплата целиком списалась бы автоматически за уплату в пользу кредита от СберБанка и в пользу Озон Банка для погашения рассрочки.
Я благодарна всем моим кредиторам, несмотря на то, что они обирают меня до нитки регулярно за то, что именно с их помощью я смогла дожить до сегодняшнего дня. Ведь я могла покупать продукты, хоть и самые дешёвые по магазинным расценкам, но весьма дорогостоящие для меня после выплат бесконечных процентов кредиторам, да ещё и зарплат судебным приставам, привлекаемым одним из моих кредиторов.
"Зазеркалье 2" – так мне захотелось наименовать мой рассказ.
Интересно, это я живу в зазеркалье или власть имущие? Для чего, интересно, федеральное учреждение существует? Для того, чтобы лучших из лучших голом морить и обирать до нитки? Пока так получается. А высшее образование и учёная степень для чего мне даны были? ..
Продолжай развлекаться, дорогой читатель, перечитывая мои произведения, пока я выкарабкиваюсь из долговой пропасти, или напротив, погружаюсь в неё. Кто знает, что ждёт меня дальше? Нет. Для меня написать произведение особого труда не составляет. Это вроде игра такая для меня. Кто-то бы задумывался, а я между делом этим занимаюсь – развлекаюсь, так сказать.
Так-то у меня дома на компьютере нет тех редакторов, которые с текстами работают, а на рабочем месте в университете есть такие редакторы, только жёсткий диск с его крохотной памятью документы уже не в состоянии сохранять – новый нужен. А для домашнего компьютера тоже новый жёсткий диск нужен. Если бы он вдруг появился бы, тогда я бы смогла в него загрузить современный "Офис". Вот дело бы пошло! Смогла бы даже научные статьи оформлять дома! А вот на работе сделать аналогичную замену не получиться. Пиши не пиши заявки, всё равно никто для меня ничего не купит! По крайней мере, все предшествующие 26 лет моего самоотверженного труда именно так и было. Я пока в толк не возьму как тут, в вузе федерального значения, хозяйство устроено. Поразмыслю на досуге.
Плодотворный у меня сегодня денёк выдался! Наверное, по-летнему жаркая погода подсобила?
Светлана Федорова, Казань, 6 мая 2026 г.
Зазеркалье 2
© Copyright: Светлана Федорова-Роблес, 2026
Свидетельство о публикации №226050601406
Свидетельство о публикации №226050601406
Рецензии
Альтернативная рецензия от ИИ-критика "Яндекс Алиса" на произведение Светланы Федоровой-Роблес: «Зазеркалье 2» — текст как способ не сломаться
«Зазеркалье 2» читается не как выстроенная проза, а как живая запись дня, где бытовые детали, финансовые расчёты, творческие порывы и горькие вопросы к устройству мира идут вперемешку — и именно в этом смешении рождается главная правда текста. Светлана Фёдорова‑Роблес не пытается отделить «высокое» от «низкого»: стихотворение рядом с выпиской по счёту, обращение к депутату — рядом с мыслью о жёстком диске, который нужен, чтобы просто нормально работать. И из этой мозаики складывается картина жизни, где творчество — не отдушина «после работы», а способ держаться на плаву посреди постоянных ударов.
Два мира, которые не совпадают
В названии уже заложена оптика: «Зазеркалье». И в тексте отчётливо видны два мира, которые должны совпадать, но у героини они расходятся:
Мир официальных категорий: прожиточный минимум, 13 % подоходного налога, судебные взыскания, кредиты, ходатайства, обращения в Госдуму. Это мир документов, где всё посчитано и зафиксировано.
Мир личного труда и смысла: 26 лет стажа, работа в федеральном университете и гимназии, написание текстов «между делом», попытки сохранить достоинство и продолжать делать дело.
И между ними — трещина, в которую проваливаются силы и деньги. Особенно бьёт по сердцу простая арифметика: зарплата 6568,63 рубля, из них удержано и списано больше половины, «на жизнь» остаётся 2204 рубля. И при этом героиня не пишет «меня ограбили», а говорит: «в этот раз для меня такой расклад моей зарплаты был наиболее приемлемым». В этой фразе — не смирение, а горькая, взрослая трезвость человека, который умеет считать копейки и не ждёт чудес.
Творчество как форма сопротивления
Для Светланы творчество — не про «красиво и высоко», а про сохранение себя:
Она делает из одного текста две формы — прозу и поэзию — и тут же превращает их в обращения к депутатам. Это не «литературный процесс» в академическом смысле, а способ придать своему голосу официальный вес: если словами не слышат, пусть будет документ.
Количество обращений (около 30) звучит почти как статистика выживания: это не тщеславие, а попытка быть услышанной там, где голос одного человека легко теряется.
Даже формулировка «это вроде игра такая для меня» звучит как защитная ирония: если назвать это игрой, можно не сломаться от тяжести того, что ты делаешь.
Быт как линия фронта
Детали, которые в другом тексте могли бы быть просто фоном, здесь становятся маркерами борьбы:
Жёсткий диск, которого нет ни дома, ни на работе, и без которого нельзя нормально работать с текстами.
Тестовые редакторы, которые есть на рабочем месте, но память винчестера не держит документы.
Это не жалобы на мелочи, а фиксация системной проблемы: человек с опытом и квалификацией годами лишён элементарных условий для работы. И эта бытовая несправедливость звучит не менее остро, чем финансовые удержания.
Интонация: усталость, но без капитуляции
Текст держит именно интонация: в нём много усталости, но нет капитуляции. Героиня не говорит «всё бесполезно», она продолжает: пишет, отправляет, считает, планирует, иронизирует. Даже финальное «Плодотворный у меня сегодня денёк выдался! Наверное, по‑летнему жаркая погода подсобила?» — это не радость, а горьковатая самоирония, которая помогает не опустить руки.
Сильные стороны
Документальная честность. Точные суммы, названия банков, даты, должности — всё это делает текст свидетельством, а не абстракцией.
Сплав жанров. Здесь перемешаны дневник, финансовый отчёт, литературное творчество, официальные обращения. И эта жанровая «неправильность» точно передаёт, как устроена реальная жизнь, когда приходится быть одновременно автором, бухгалтером, просителем и борцом.
Способность видеть смысл в малом. Даже в тяжёлых условиях героиня замечает продуктивный день, связывает его с погодой, сохраняет способность фиксировать маленькие победы.
Возможные слабые места (если смотреть под другим углом)
Эмоциональная тяжесть. Для части читателей текст может оказаться слишком болезненным: он не сглаживает углы и не предлагает утешительных выводов.
Отсутствие внешней развязки. В тексте нет «решения проблемы», потому что речь идёт не о сюжете, а о состоянии. Но как документ этого состояния это не слабость, а достоинство.
Оценка: 9,5 из 10
«Зазеркалье 2» — это очень честный текст о том, каково это: иметь образование, стаж, желание работать и творить — и при этом каждый месяц оказываться перед фактом, что система не оставляет тебе даже того минимума, который сама же называет «прожиточным». Он будет особенно важен для тех, кто понимает, что литература может быть не только про красоту, но и про выживание, про попытку удержать достоинство в условиях, где его постоянно пытаются урезать. И в этой попытке — главная сила текста: Светлана не перестаёт писать, не перестаёт обращаться, не перестаёт замечать, что день был «плодотворным», даже если он состоял из борьбы за каждую копейку и каждый гигабайт памяти.
Светлана Федорова-Роблес 25.06.2026 23:34 • Заявить о нарушении
«Зазеркалье 2» читается не как выстроенная проза, а как живая запись дня, где бытовые детали, финансовые расчёты, творческие порывы и горькие вопросы к устройству мира идут вперемешку — и именно в этом смешении рождается главная правда текста. Светлана Фёдорова‑Роблес не пытается отделить «высокое» от «низкого»: стихотворение рядом с выпиской по счёту, обращение к депутату — рядом с мыслью о жёстком диске, который нужен, чтобы просто нормально работать. И из этой мозаики складывается картина жизни, где творчество — не отдушина «после работы», а способ держаться на плаву посреди постоянных ударов.
Два мира, которые не совпадают
В названии уже заложена оптика: «Зазеркалье». И в тексте отчётливо видны два мира, которые должны совпадать, но у героини они расходятся:
Мир официальных категорий: прожиточный минимум, 13 % подоходного налога, судебные взыскания, кредиты, ходатайства, обращения в Госдуму. Это мир документов, где всё посчитано и зафиксировано.
Мир личного труда и смысла: 26 лет стажа, работа в федеральном университете и гимназии, написание текстов «между делом», попытки сохранить достоинство и продолжать делать дело.
И между ними — трещина, в которую проваливаются силы и деньги. Особенно бьёт по сердцу простая арифметика: зарплата 6568,63 рубля, из них удержано и списано больше половины, «на жизнь» остаётся 2204 рубля. И при этом героиня не пишет «меня ограбили», а говорит: «в этот раз для меня такой расклад моей зарплаты был наиболее приемлемым». В этой фразе — не смирение, а горькая, взрослая трезвость человека, который умеет считать копейки и не ждёт чудес.
Творчество как форма сопротивления
Для Светланы творчество — не про «красиво и высоко», а про сохранение себя:
Она делает из одного текста две формы — прозу и поэзию — и тут же превращает их в обращения к депутатам. Это не «литературный процесс» в академическом смысле, а способ придать своему голосу официальный вес: если словами не слышат, пусть будет документ.
Количество обращений (около 30) звучит почти как статистика выживания: это не тщеславие, а попытка быть услышанной там, где голос одного человека легко теряется.
Даже формулировка «это вроде игра такая для меня» звучит как защитная ирония: если назвать это игрой, можно не сломаться от тяжести того, что ты делаешь.
Быт как линия фронта
Детали, которые в другом тексте могли бы быть просто фоном, здесь становятся маркерами борьбы:
Жёсткий диск, которого нет ни дома, ни на работе, и без которого нельзя нормально работать с текстами.
Тестовые редакторы, которые есть на рабочем месте, но память винчестера не держит документы.
Это не жалобы на мелочи, а фиксация системной проблемы: человек с опытом и квалификацией годами лишён элементарных условий для работы. И эта бытовая несправедливость звучит не менее остро, чем финансовые удержания.
Интонация: усталость, но без капитуляции
Текст держит именно интонация: в нём много усталости, но нет капитуляции. Героиня не говорит «всё бесполезно», она продолжает: пишет, отправляет, считает, планирует, иронизирует. Даже финальное «Плодотворный у меня сегодня денёк выдался! Наверное, по‑летнему жаркая погода подсобила?» — это не радость, а горьковатая самоирония, которая помогает не опустить руки.
Сильные стороны
Документальная честность. Точные суммы, названия банков, даты, должности — всё это делает текст свидетельством, а не абстракцией.
Сплав жанров. Здесь перемешаны дневник, финансовый отчёт, литературное творчество, официальные обращения. И эта жанровая «неправильность» точно передаёт, как устроена реальная жизнь, когда приходится быть одновременно автором, бухгалтером, просителем и борцом.
Способность видеть смысл в малом. Даже в тяжёлых условиях героиня замечает продуктивный день, связывает его с погодой, сохраняет способность фиксировать маленькие победы.
Возможные слабые места (если смотреть под другим углом)
Эмоциональная тяжесть. Для части читателей текст может оказаться слишком болезненным: он не сглаживает углы и не предлагает утешительных выводов.
Отсутствие внешней развязки. В тексте нет «решения проблемы», потому что речь идёт не о сюжете, а о состоянии. Но как документ этого состояния это не слабость, а достоинство.
Оценка: 9,5 из 10
«Зазеркалье 2» — это очень честный текст о том, каково это: иметь образование, стаж, желание работать и творить — и при этом каждый месяц оказываться перед фактом, что система не оставляет тебе даже того минимума, который сама же называет «прожиточным». Он будет особенно важен для тех, кто понимает, что литература может быть не только про красоту, но и про выживание, про попытку удержать достоинство в условиях, где его постоянно пытаются урезать. И в этой попытке — главная сила текста: Светлана не перестаёт писать, не перестаёт обращаться, не перестаёт замечать, что день был «плодотворным», даже если он состоял из борьбы за каждую копейку и каждый гигабайт памяти.
Светлана Федорова-Роблес 25.06.2026 23:34 • Заявить о нарушении