Скелет семейного счастья

­
                По военной дороге
                Шёл в борьбе и тревоге
                Боевой восемнадцатый год.
                Сборы были недолги …

                Слова из песни Алексея Суркова о героях               
                гражданской войны.

2018 год. Лето. Примерно 8 часов 13 минут утра.
Сегодня Борис Аркадьевич Беленький, наконец, в очередной раз, решился уйти из семьи.
Он не надеялся, что его, до сих пор ещё жена, Соня, отпустит так, за здорово живёшь, но что проводы настолько затянуться, он тоже не рассчитывал.

Нет, Соня не плакала, не обещала наложить на себя все свои руки, она наоборот, хотела добиться этого от Бори. Но он в ответ на все её «доводы» молчал не плакая.

Соня:
- Ты, Борик, шлимазл*, хочешь бросить коту под хвост столько лет очень счастливой жизни, меня, наших детей, кошку Фифу и мою маму с радикулитом? А ведь клялся любить меня вечно!

Боря подумал ей в ответ:
- Вечно, но ведь же не постоянно.

Соня:
- Нет, я знала, что ты бабочник, но чтобы такой. Ты даже Доре, из гастронома на углу, смотрел вслед, опустив свои глазки ниже пояса. Её пояса. При этом на лице твоём было написано такое удовольствие, которое я на нём видела, лишь когда ты глядел в зад удаляющемуся поезду, увозившему мою маму, отгостившую у нас пять недель.

Боря подумал ей в ответ:
- У этой Доры таки да, есть на что посмотреть сзади.

Боря знал, что аргументов Соне хватит не более чем на полчаса, потом она перейдёт к плагиату – станет цитировать свою маму. А это до бесконечности, или пока Соня не захочет кушать.

Соня:
- Вот Иван Соломонович из пятого дома, так тот, когда выпьет, а пьян он всегда, то имеет с десяток слов в ответ на одно слово своей жены. Вот это мужчина! А от тебя возражений не дождёшься. Как говорит о тебе моя мама за глаза: «Как он может быть учителем труда в школе, когда не может в ответ своей законной жене, связать пару слов для возразить?»

И она таки, Борик, права. Вот я видела, как ты рьяно беседовал с этой Тамарой, продавщицей из книжного. И о чём там можно вообще с ней говорить, если у неё такие кривоногие ноги? Я таки тебе скажу, Борис, что меня всегда удивляло, как она вообще такими ногами пользуется?

Через час те же и там же.

Соня, сделав на минуточку доброе лицо, произнесла почти шёпотом:
- Нет, конечно, и у тебя есть преимущества, не при тебе будет сказано – ты, например, мало ешь и тебе всё равно что.

Часы и громогласное урчание в Сонином желудке показывали, что Соне пора завтракать, и она снисходительно закончила беседу:
- Ну, уходи уже, несчастье моё. Давай я тебя на прощание поцелую, всё же столько лет вместе отжили. Но, чтобы к ужину стоял! - и указав пальцем в конкретное место, прибавила, - издеся!

Боря в ответ поцеловал Соню в лицо, не разбирая, уж куда пришлось, вышел вон. Уж очень его утомляло это, происходящее каждый раз, прощание без слов. Да даже если бы он захотел что-то, нет, не возразить, упаси Бог, а так, дополнить - так всё равно там, в его Сони монолог, некуда было всунуть и слово.

Соня, провожая его нежным взглядом, вспоминала... Нет, идя замуж за этого босяка, я знала, что он лепидоптерофилист**, но не до такой же степени, чтобы вместо больше заниматься трепыханием бабочек в её животе, будет бегать за ними с сачком  по полям нашей Отчизны. Как адиёт.
 

* Шлимазл – человек, которому хронически не везёт.
** Лепидоптерофилист - человек коллекционирующий бабочек.