Полуостров. Глава 203

Глава 203.
Виталий Валентинович потряс у меня перед носом пожелтевшим листком бумаги с гербовой печатью.
- Забирай, мальчик мой! Мое шестнадцатое прошение попало в цель, и они скостили срок на месяц. Сам-то сможешь обратно все вернуть, или опять будешь прибегать к моим услугам?
Я прокашлялся.
- Ваша милость, господин Хранитель, не знает границ! Чем я могу отплатить вам за проявленное великодушие в отношении моей ученицы?
Он поморщился.
- Хватит, Пауль! Мы в расчёте, я никогда не думал, что ты сможешь пойти на подобное... Ты же у нас гуманист... Но с годами, похоже, ты всё-таки начал понимать, что есть процессы неизбежные. И ускорить их для последующего направления в верное русло - есть наша первоочередная задача...
- Ваша первоочередная задача, пан Всеволожский, - подчеркнул я.
Он как-то странно посмотрел на меня, словно впервые осознав, что я уже час как присутствую в этой комнате.
- Давненько ты не называл меня так... Приятно, не скрою... Словно вновь вернулся в то время...
- Когда ваши портреты были развешаны по стенам 24 орденских школ? - ехидно спросил я.
Виталий Валентинович кивнул.
- Да. Славное было время... Не требовалось носить личину ничтожного существа...
- Не думаю, что вам это в полной мере удаётся... - я вдруг понял, что хотел бы получить ответ на один вопрос. - А как вас звали в реальности?
Куратор нахмурился.
- Зачем тебе знать это, Пауль?
- Ну... У каждого человека есть имя, которым нарекли его при рождении... Говорят же, что откажешься от имени, откажешься от судьбы...
- Наслушался в детстве деревенских сказок, Пауль, которые вливала тебе в уши кормилица... - усмехнулся он. - Анжей меня звали... Так называли меня мать и Барбара... Но зачем сейчас нужно копаться в прошлом, Пауль? Вернёмся лучше к делам насущным. Они отказали в переводе! Долбайся с обоими! Впрочем... - продолжил он, наблюдая, как я опуская глаза в игру на мобильнике. - Если она сама напишет прошение, глядишь, они и будут снисходительнее...
- В девять лет она ничего не напишет, Виталий Валентинович... - я быстро прошел первый уровень, но отчего-то застопорился на втором.
Яркие пиксели прыгали у меня перед глазами, сливаясь в единое разноцветное пятно.
- Пусть Валентина напишет, она же сдавала как-то ОГЭ... Тут же, на самом-то деле, ничего сложного, Коновалов вон, и то в свое время осилил!
- Коновалов весьма далеко продвинулся в заклинаниях, - заметил я, убирая мобильник в карман.
- И это очень плохо! - резко произнёс Куратор. - Рано или поздно вы все же снесете друг другу голову! Будь моя воля, он бы навсегда остался в Оренбурге...
- Воля ваша, Виталий Валентинович... - пожал плечами я.
- Скоро это будет твоя воля, Пауль! - он грузно опустился в плетенное кресло. - Я управляю регионом уже слишком долгое время! Я трачу много сил, а ты же прекрасно знаешь, что они у меня невелики! Я устал, как собака, которая, высунув язык, несётся в жару на крутую гору, в надежде обрести там тень. Но тщетно... Иди, Пауль, иди, - словно опомнившись, быстро сказал он. - Хватит рассиживаться! Возвращайся к своим делам!
Уже вступая в светящийся коридор портала, я вдруг подумал, что в этот раз он произнёс слова истинного благословения.
Айгуль сидела на одеяле, расстеленном на полу помещения второго этажа. На коленях у неё лежал учебник по окружающему миру, в котором она сосредоточенно закрашивала картинку.
- Я, по-моему, велел тебе на улице дожидаться! - с порога завопил я.
- Там солнце...
- А ты, что, вампир, что ли?
Она подняла на меня чёрные глаза, полные невысказанной обиды. Лицо у неё было белым, как мел, губы потрескались, а волосы, обычно густые и пышные, потускнели и свалялись, как старая шерсть.
По-видимому, ставят анемию, пичкают препаратами железа...
- У меня голова на солнце болит...
- Больше не будет болеть, - я присел на валик дивана и показал ей бумагу, подписанную Отцами.
- Что это?
- Ты по-русски умеешь читать?!
- Почему вы кричите, мастер Пауль?.. У вас что-то случилось?
Я провел ладонями по лицу.
- Прости, Айгуль, у меня тоже голова болит. Восемь уроков сегодня, близятся экзамены...
И ещё блокировку с неё сейчас снимать...
Я достал из рюкзака книгу высших заклинаний. Не факт, что я это вообще потяну, у старого хитрожопого поляка для таких целей существует кольцо.
Привык, Пауль, работать на минималках...
- Что это за книга, я такой раньше не видела? - Айгуль, встав с одеяла, заглядывала мне через плечо.
- Подожди, не отвлекай...
Символы ветвились, превращаясь в грозди, подобные виноградным, скрывающие истинный смысл.
Нужно войти в транс, а я столетиями этого не делал. Да и не удавалось мне это особо никогда...
- Мастер Пауль...
- Закрой рот, Айгуль!..
Она испуганно отпрянула. Помедлив немного, я зажал мизинец между зубами, смыкая челюсти. Кровь капнула на книгу, символы перестроились, но понятнее не стали.
Наивный школярский маневр...
При моём статусе, на глазах у ученицы...
- Зачем вы делаете это, мастер Пауль?..
- Да заткнись же ты! Как же ты мне надоела! Не напишешь прощение, так я сам его напишу, через его голову, пусть рассматривают...
Я снова возился зубами в палец. Ну, жри же, жри, мерзкая тварь...
Каждое из этих заклинаний омыто кровью, каждое вмещает в себя страх и ненависть, тоску и отчаяние, просто так они никогда не даются...
- Тут же чистый лист, мастер Пауль!..
- Замолчи! - звук моего крика отскочил от стен помещения раскатистым эхом. - Я отказываюсь от тебя, Айгуль, это последнее, что я делаю для тебя!.. Все твои действия уводят во тьму!.. Я постоянно должен унижаться, а для меня это смерти подобно!..
- Мастер Пауль...
- И не называй меня так, я это ненавижу! От этого имени пахнет смертью проклятого города!..
- Вы же сами разрешили...
Я замахнулся на неё книгой. Осторожнее, Пауль, она окована железом, ты можешь ненароком пробить ей висок...
Интересно, а что случалось с теми, кто насмерть прибивал учеников на занятиях?
Виталий Валентинович жестоко наказал мастера Ганса, но, наверняка, во многих случаях детей просто вычеркивали из списков. Избранных было много, не жалко...
Прийди в себя, Пауль, это долбаный дом так влияет на тебя!..
Уворачиваясь, Айгуль отступила в проем, на секунду притормозила, а потом бросилась бежать вверх по лестнице.
- Остановись, черт тебя возьми!..
Лестница изгибалась, заклинания отлетали от повторотов.
- Стой, дура проклятая, там же ступеньки нет, шею себе свернешь!
Айгуль, подтянувшись на перилах, с лёгкостью перемахнула через зияющий посредине лестничного марша прогал.
- Не ходи туда, там страшно, не ходи, кретинка тупорылая!..
Я резко выдохнул воздух, вспомнив, что не обладая в данный момент способностями, она не сможет считать тяжёлую энергетику. Ещё пять ступенек... Четыре... Три...
Сердце колотилось у меня под рёбрами. Теперь я ощущал то же, что и Коновалов тогда. Леденящую душу пустоту проклятой комнаты. Похоже, источник считывает наше эмоциональное состояние и докидывает в костер поленей.
Айгуль стояла на подоконнике у раскрытого окна, глядя вниз.
- А, ну, слезь оттуда!
- Вы хотите отказаться от меня...
- И откажусь... Да ты сама больше не захочешь, чтобы я с тобой занимался...
Она повернулась ко мне.
- Почему?
- Потому что я - злой, мерзкий, несдержанный тип, который вечно орёт и распускает руки... Быстро убралась оттуда, тебя ветром качает, ещё сверзнешься!..
Её лицо вдруг осветила улыбка.
- Мастер Пауль...
- Ну, что тебе ещё от меня надо?
- Вы ведь не откажетесь от меня, правда? - она легко спрыгнула с подоконника.
- По всей вероятности, этот вопрос технически не решаем...
Вернувшись на второй этаж, я снова взялся за книгу. Символы выстроились в ровный ряд, но даже сейчас я был не уверен в правильности восприятия заклинания.
Интересно, если я ошибусь, то произойдёт что? Ничего вообще или что-нибудь непоправимо?..
- На колени встань, Айгуль! - скомандовал я.
Она безропотно опустилась на одеяло.
-Если ты разинешь рот и что-нибудь спросишь, пока я буду его читать, я тебе этой книгой дам по жопе! И ты дня три потом на неё не сядешь, книга довольно тяжелая, а рука у меня ещё тяжелее!..
- Мастер Пауль...
- Боже, что?...
- А разве можно книгой заклинаний бить по жопе? Вдруг ей это не понравится?
Я невольно задумался. Вообще-то нас учили относиться к артефактам с пиететом.
- Помолчи, Айгуль...
Я расположил руку у неё над головой. Заклинание вытягивало из меня всю энергию, по сути оно тоже было целительством, только иного порядка...
Несколько минут Айгуль бессмысленно смотрела в пространство, потом щеки её порозовели.
Я сел на одеяло.
- Вам плохо, мастер Пауль?..
- Ну, что ты, мне сегодня на редкость хорошо...
Повинуясь внезапной слабости, я положил руку ей на голову. Сила потекла между нами, чистая, лишенная примеси эмоций, белая пена на гребне волны Залива...
Не мудрено, что она загибалась...
Какое же чудовище, радость моя, сделало тебе такой щедрый подарок?..
- А у меня день рождения скоро... - протянула Айгуль.
- Подарка от меня не жди, - отозвался я. - Максимум переведу деньги на карту, если мама тебе её восстановила...
Она обиженно засопела носом.
- Но мороженое хоть купите?..
- Ну, хорошо, - смилостивился я. - Так и быть, куплю...