Кетаминь. Мы из Секты. Кровь 5

Зэту снился сон. Он сидел в блиндаже. Снаружи гремели взрывы. Перед ним сидели два мертвеца — они играли в карты, используя ящики со снарядами вместо стульев и стола.
Мертвец сделал ход и сказал:
— Что, Зэт, кинуло нас наше начальство, да? Нет ни конца ни края этой войне. А нас просто использовали как лохов, чтобы война продолжалась, и те, кто обещал нам мир, могли вечно оставаться у власти. Как они нас там сейчас называют?..
Второй мертвец добавил:
— Мобилизационный ресурс.
— Ага, мобилизационный ресурс. И стоило оно всего этого, Зэт? Вся эта война? — Зэт сделал ход.
— Что ты имеешь в виду?
— Вот то и имею в виду, Зэт: мы убиваем людей. Вот только мы всего лишь фигуры на карте, не игроки.
Второй мертвец добавил:
— Да, не игроки. Давно уже не игроки.
— И что ты предлагаешь? — мертвец задумался.
— Я предлагаю дать тебе ответ.
— Мне? Дать ответ? Ты ведь сам говоришь, что я давно не игрок. Что будет зависеть от моего ответа?
— А что, если от нас зависит намного больше, чем мы думаем? — второй мертвец добавил:
— Намного больше, чем мы можем себе представить.
Зэт сказал:
— Мне кажется, что эта война давным-давно потеряла смысл. Любая война давно потеряла смысл. Но ничего не меняется от того, что я это понимаю. Тут нужно делать выбор.
— Какой же выбор, Зэт?
— Или ты, или тебя.
— А разве третьего выбора нет?
— Всё это теряет значение, ведь мы уже мертвы. А третий выбор есть только у живых.
Второй мертвец начал говорить:
— Странное дело… Когда мы выбирали эту власть, они обещали, что то, что с нами случилось, никогда не случится. Вот только есть у меня один вопрос, который не даёт мне покоя. И этот вопрос не «Когда закончится война?». Этот вопрос — кто за неё ответит.
Первый мертвец сказал:
— Мы и ответим. Сделают из нас козлов отпущения, как это было всегда. А потом ещё и расскажут всем, что это мы и хотели войны. Кто у нас будет что спрашивать? Мы ведь не игроки, а всего лишь фигуры. Нужно было делать выбор, когда мы были ещё живыми.
Зэт ухмыльнулся.
— Живыми. А сейчас кто живее, чем мы?
— А ты живой? Ты попытайся вспомнить хотя бы, что было до войны.
Зэт попытался вспомнить, но не мог.
— А какая разница, что было до?
— Какая разница? Война ведь началась для того, чтобы стало лучше, чем до. Но после будет намного хуже.
Мертвецы в один голос сказали:
— Всё это продолжается. Мы платим эту цену лишь потому, что тому, кто это всё затеял, война помогает вечно оставаться у власти.
Зэт кивнул:
— Ага, я знаю. Дальше что?
Возле мертвеца зазвонил телефон. Он взял трубку:
— Алло, да. Что, заканчивается мясо? Чёрт возьми, мы же вам только пару часов назад отправили свежак. Что? Ладно, ладно, понял, не кипятитесь там.
Мертвец положил трубку и бросил карты на стол. Затем злобно крикнул:
— Пойдёмте, парни. Им нужно, чтобы мы отправили новое мясо.
Зэт и два мертвеца поднялись и пошли по блиндажу. Там они нашли огромную яму с трупами — свежими трупами солдат.
Мертвец достал из ящика устройства. Они были похожи на механических клещей, сделанных из металла, микросхем и силикона. Он стал цеплять эти устройства на трупы солдат — и они высасывали из тел кровь, деформируясь в новых солдат.
Мертвец спросил у Зэта:
— Как думаешь, тридцати человек им будет достаточно?
— Не знаю, тебе же звонили.
— На большее у нас и крови не хватит. Нужны ещё трупы. Нужны ещё трупы, чтобы всё это продолжалось.
— Так почему тогда спрашиваешь, если не хватит?
— Просто интересно твоё мнение.
— Моё мнение — нам нужна новая яма. Эта, по-моему, уже воняет.
— Воняет? Ты ещё не слышал настоящей вони.
Спустя несколько минут перед ними уже стояли тридцать солдат, сделанных из крови предыдущих. Мертвец сказал им:
— Господа солдаты, у вас указ...
Зэт проснулся. Он открыл глаза и обнаружил себя в своей комнате, на кровати. Он потянулся за стаканом воды, спрашивая сам у себя:
— Это ещё что за дерьмо… приснится же такое.
Перед ним сразу же появился призрак Бернард:
— Что, Зэт, мучают кошмары?
— Ты ещё, придурок, какого хера тут делаешь? Следишь за тем, как я сплю?
— Просто оказался в нужном месте в нужное время.
— Ага, как и обычно.
— Что снилось?
— Фильмы для взрослых.
— Ого, прям так.
— А почему нет?
Зэт подошёл к окну и увидел, что в Псайко рассвет.
— От тебя всего можно ожидать, Зэт.
— Где ты вчера был, Бернард?
— Я?
— Ну не я же. Когда я пришёл вечером, тебя не было.
— Ты стал переживать?
— Ну, не так чтобы сильно, но…
Бернард его перебил:
— Соскучился.
— Вот это уже точно нет.
— Я ходил по взрослым делам.
— Ого, по взрослым делам. Не ожидал от тебя такого. Мне даже любопытно, как там обстоят твои взрослые дела.
— Сейчас я рассказывать об этом не намерен.
— А когда будешь намерен?
— Когда приведу свои мысли в порядок.
— Значит, ждать мне придётся долго.
— Возможно.
Зэт вздохнул:
— А как тебе такая пища для размышления: вчера меня и Хеён хотела убить собственная охрана.
— Что?
— А что не ясно? Я сказал, что ты хочешь, чтобы я повторил, Бернард?
— Как это произошло?
— Хотели убрать нас по-тихому, в машине.
— В клане крысы? Это раскол?
— Нет никакого раскола. Вот только деньги не пахнут — этого и следовало ожидать. Я предполагал, что так будет.
— И ты был к этому готов?
— Нет.
— Кого-то подозреваешь?
— А смысл? Ты же сам знаешь, как всё устроено: не пойман — не вор. Этими подозрениями я могу сделать только хуже.
— Хеён хотели убрать альянс мегаполисов?
— Слишком тупо и грубо для них. Обычно они играют в более сложную, многоуровневую игру. А тут… удар прямо в лоб. Что-то происходит внутри клана.
— Но альянс всё же под подозрением?
— Я не могу этого отрицать.
— Возможно, они действовали грубо, чтобы отвести подозрения от себя.
— Всё возможно. Главное только то, что у них ничего не получилось.
Призрак Бернард сказал:
— И что ты думаешь с этим делать?
— Делать?
— Да. Но ты ведь не можешь оставить всё как есть. Может, надо провести какое-то расследование.
Зэт подошёл к ящику, где стояло бренди.
— Ты считаешь, что я этим должен заниматься?
— А кто?
— Для этого в клане есть специальные люди.
— И они должны быть наказаны.
— За то, что безопасность провалилась? Да, тут ты прав, Бернард, без этого никак. Представляю, как они уже наложили в штаны, зная, что Хеён сделала с предыдущим начальником безопасности.
— Мне даже его немного по-человечески жаль.
Зэт плеснул себе бренди в стакан.
— Знаешь, я иногда вспоминаю об этом, и мне… возможно, в глубине души тоже. Но он заслужил такой участи. Нет смысла мусолить эту тему — нужно двигаться дальше.
— Ага, клану ведь предстоит вершить великие дела.
— Это правда, Бернард.
Зэт сделал глоток.
— Я эти методы не поддерживаю.
— Есть другой выход.
— Выход есть всегда.
— И какой же? Конкретно в моём случае?
— Насилие порождает лишь насилие, зло порождает лишь зло, а ненависть…
— Ой, да не нужно рассказывать мне эту херню, Бернард, будто я сраный ребёнок и не понимаю, как устроен мир. Ты, как и все, говоришь абстрактными вещами, вот только ничего конкретного не предлагаешь. И это сводит меня с ума. Все любят болтать, рассказывать, что мне делать и как нужно поступить, вот только они не я. Ты не я. И следить нужно в первую очередь за собой. Понимаешь, что я хочу сказать?
— Не совсем.
— Никто не предлагает никакого решения.
— Кроме Хеён?
— А при чём тут Хеён?
— По-твоему, война — это решение?
— Я не принимал решение о войне.
— Но ведь ты правая рука Хеён, и…
— Ты портишь мне с утра настроение, серьёзно. Моё дело — служить клану. Всё, что я пытаюсь сделать, — это сохранить лицо. Знаешь, почему я самый последний узнал о решении Хеён? Потому что она знала, что я буду против.
— Но ты ведь не против, если ты в этом участвуешь.
— Всё не так, Бернард. Ты смотришь на ситуацию слишком поверхностно, будто ребёнок. Но всё не так. Мир не делится на чёрное и белое — он слишком многообразен.
— И разноцветен.
— И это тоже. И если ты думаешь, что ты поступил бы на моём месте по-другому, то ты ошибаешься.
— Нет, не ошибаюсь.
— Да, ошибаешься.
— Слушай, к чему этот разговор? Чего ты добиваешься?
— У меня просто неудачный день.
— Я так и понял. И какие новости у нас ещё в мире?
Зэт допил содержимое стакана.
— Знаешь, в последнее время всё как-то тускло.
— Что ты имеешь в виду?
— Не знаю… будто я раньше видел свет в конце во всём, что я начинал делать, а сейчас… сейчас только тьма, Зэт. Везде только тьма.
— И что ты собираешься с этим делать?
— Думаешь, от меня что-то зависит?
— Обо мне ты другого мнения.
— Я такого же мнения, как и все.
— Как и все? А у нас тут уже целая компания.
— Ты понял, что я хочу сказать.
— Так что со светом? Где подевался свет?
— Свет в конце — это светлое будущее.
— Ага, я понял.
— И его нет. Раньше я думал, что результат будет зависеть от совокупности принятых мною решений. Но иногда приходит осознание, что ты просто заложник ситуации.
— Так, я не понял, Бернард, это ты меня сейчас передразниваешь?
— Ага.
— Получилось не особо смешно и не особо похоже, если честно.
— А по-моему, забавно.
— Я вижу в этом мало смешного, если честно.
— Потому что это звучит правдиво?
— Нет, потому что ты хреновый комик. Максимум тянешь на клоуна, и то… с натяжкой, честно говоря.
— Ладно, Бернард, мне пора. У меня, в отличие от тебя, дохренища дел.
— Смотри там аккуратно.
— Ага, не сдохну, не переживай.
Зэт накинул на себя пиджак и вышел из комнаты. Он шёл к Хеён и думал о плане, о том, что ждёт клан в будущем.
Лора показывает верхушке корпораций видео со священником. Клан устраивает теракт и сталкивает церковь с мультикорпорацией — те обвиняют в произошедшем церковь. Начинается война, к которой готов лишь клан. Устанавливается контроль над целым городом.
Лора… А на неё можно надеяться? Кому вообще можно доверять после того, что случилось вчера?
Альянс мегаполисов ему угрожал, вот только Зэт был уверен, что это не они. Слишком тупо — переть в лоб. Интеллектуалы не играют в такие игры. Такие, как они, продумывают всю партию на много ходов вперёд.
Убийство заказал Дон?
Зэт начал вспоминать всех врагов Хеён. Чёрт возьми, да тут и всех пальцев не хватит пересчитать, сколько персон хотело бы её смерти.
Зэт остановился. В его голову пришла мысль.
А что, если этот шаг сделала мультикорпорация? Что, если они в курсе игры, которую мы затеяли, и решили действовать на опережение?
Значит ли это, что весь план Хеён после такого теряет смысл?
Вот только ей нет смысла что-то доказывать. Если Зэт откажется, он знал, что это ничего не изменит — изменится лишь то, что Хеён будет действовать без него.
А ещё это изменит то, что в случае отказа доверие Хеён к Зэту станет меньше.
Бессмыслица какая-то.
Зэт прошептал про себя:
«Сука, я, получается, делаю выбор без выбора. Всё это иллюзия».
В этот момент Зэт вспомнил о своём сегодняшнем сне. Он подумал о том, что играет не в свою игру. Он подумал о том, что он фигура на доске, но не игрок. И это выбивало почву из-под ног.
Единственный способ победить шулера в карты — это не садиться с ним играть.
Так говорил ему призрак Бернард. Вот только осталось разобраться, кто во всей этой партии шулер.
В Псайко было утро.
За окном гудели грузовые и строительные дроны, которые поднимались на крышу здания клана.
Мир оживал. Псайко оживал. Хоть этот город и практически не видел солнечных лучей из-за небоскрёбов, но всё-таки он жив — гигантский, беспощадный мегаполис.
Зэт писал сообщение Хеён:
Зэт: Через десять минут буду на месте.
Хеён: Принято.
Они договорились встретиться в столовой клана — неформальное место для встречи. Тем более для Хеён.
Зэт думал, что не отказался бы от стейка с кровью с утра — он был голоден ещё со вчерашнего вечера.
Он снова достал смартфон и стал писать.
Зэт: Насчёт войны, Хеён, я хочу, чтобы ты знала мою позицию. Я это не поддерживаю.
Хеён: Ага.
Зэт: Мы всегда можем пойти другим путём.
Хеён: Какой войны, Зэт?
Зэт: Не нужно этого цирка. Мы оба понимаем, о чём я.
Хеён: А разве у нас есть выход? Разве это мы всё начали? Разве это мы убили Кима? И это мы подкупаем нашу охрану, чтобы убрать нас? Мы не делали первый шаг, Зэт. И война неизбежна — ты сам это знаешь.
Зэт: Ты думаешь, в том, что случилось вчера, замешана мультикорпорация?
Хеён: А кто?
Зэт: Я должен тебе кое-что рассказать…
Хеён: Ну, удиви меня.
Зэт: Недавно меня к себе вызывал Альянс мегаполисов.
Хеён: Альянс мегаполисов?
Зэт: Да. Так вот… они тобой недовольны, Хеён. Тем, что ты делаешь. И они хотят тебя убрать. У меня была мысль, что это они, но у этих старых крыс никогда не было столько дерзости, чтобы действовать в лоб.
Хеён: Альянс может идти в жопу. Они всегда были трусами.
Зэт: Ну… я примерно так и подумал.
Хеён: А ещё они понятия не имеют, что происходит в Псайко. Мы можем потерять всё, сделав неправильный выбор. А выбора у нас только два: бить первыми или сидеть и ждать, пока ударят нас. Как поступают в этом случае хищники, Зэт?
Зэт: Хищники, ага… Что будем делать с Альянсом?
Хеён: Играть в игру. Мы сделаем вид, что я ничего об этом не знаю.
Зэт: Принял.
Хеён: Поспеши, Зэт. У нас много дел.
Зэт: Да.
Хеён: В жопу Альянс :)
Зэт положил смартфон в карман брюк. Его зацепила фраза Хеён: «Играть в игру». Он стал думать об их переписке. А она ведь в чём-то права. Мы это не начинали. Или бьют нас, или бьём мы — так устроен мир.
Сраный Бернард промывает мне мозги своим пацифизмом, вот только он не понимает ситуацию. Он не понимает, как обстоят дела в Псайко на самом деле, и что мы стоим у пропасти. А после того как мы все в эту пропасть упадём, город будет поделен заново.
Ничто не вечно. И мир — в том числе.
Возможно, новый мир будет намного лучше?
Хрен его знает.
Вампиры из клана здоровались с Зэтом, он в ответ едва заметно кивал им головой.
«Да уж… ну и дерьмо. Весёлый денёк сегодня будет».
Он вошёл в столовую. Присутствующие вампиры с недоверием оглядывались, думая, не подводят ли их глаза и действительно ли Зэт и Хеён пришли в общую столовую позавтракать вместе с ними.
Катана Хеён лежала на столе. Она ела корн-доги.
Зэт сказал:
— Приятного аппетита, Хеён.
Она кивнула ему в ответ.
— Пожалуй, и я себе чего-то возьму.
Зэт пошёл к выдаче и начал осматривать содержимое. Он нагрузил себе побольше мяса с подливой, картофельного пюре и овощей на гриле, а после сел возле Хеён и начал есть, хватая горячую еду. Зэт говорил, пережёвывая:
— Значит, план такой. У нас есть несколько грузовиков. Там взрывчатка. Точнее сказать — очень много взрывчатки. Эта взрывчатка активируется дистанционно, с пульта. Пульт лежит у тебя в офисе. На пульте код. Этот код знаем только мы вдвоём.
Хеён кивнула. Зэт продолжил:
— Расклад такой: мы уже выбрали точки на территории мультикорпорации. Пару точек. Конечно, этот ущерб для их экономики — капля в море, но главное тут не это. Нам ведь главное заявить о себе, верно?
Она снова кивнула. Зэт продолжил:
— Значит, верно. В мультикорпорации наш человек. Он показывает верхушке неопровержимые доказательства того, что церковь пошла против них. Возможно, это не последний шаг, чтобы их стравить, но старт точно хороший. Наши люди в безопасности уже составили маршруты, и наших машин на их камерах видно не будет. Всё должно пройти чисто. План должен сработать. Вот только…
Зэт хотел задать вопрос — точно ли им это нужно, — но, осознав, что спор бессмысленный, просто махнул рукой. Хеён продолжала смотреть на него исподлобья, ожидая, что он что-то скажет.
— Да ничего, Хеён, забудь. Так, просто мысли всякие в голове с утра. Я плохо спал сегодня, после того как мы разнесли участок.
Зэт посмотрел по сторонам, а затем спросил:
— Так что, когда начинаем?
Она достала из кармана смартфон с запущенным на нём таймером и показала экран Зэту. До старта оставалось ещё тридцать минут.
— Ясно. Тогда я ещё успею взять десерт.
Зэт встал из-за стола:
— Тебе что-то взять?
Хеён отрицательно покачала головой.
— Ясно.
Зэт пошёл к выдаче, где лежали десерты: выпечка, пончики, фрукты, торты. Он прошептал про себя:
«Когда такой огромный выбор, то в итоге уже ничего не хочется. Интересно, это только со мной такая херня?»
Он ещё раз осмотрелся по сторонам — на спокойно завтракающих и болтающих вампиров.
«Видимо, сука, да».
Он подошёл к выдаче и взял первый попавшийся кусок торта.
— Ещё бы виски наливали — было бы вообще шикарно. Надо в следующий раз подкинуть кухне эту идею.
Зэт вернулся с куском торта к Хеён.
— Ну вот, это уже по делу. Хоть и говорят, что это вредный завтрак, но с нашей-то работой… сколько той жизни, правда?
Хеён кивнула. Зэт продолжил:
— Знаешь, насчёт всего происходящего… Я тут анализировал. Говорят, что всё, что ни делается, — к лучшему. Иногда я даже не знаю, что на это ответить. Все эти последние события… Я могу ошибаться, это всего лишь моё мнение. Так вот, череда последних событий — по-моему, это череда неудач для клана. Всё идёт как-то не так. Мы будто ни за что не можем зацепиться, и именно поэтому у нас нет стойкого фундамента под ногами. Ким говорил, что всё полетит в бездну, когда свои начнут стрелять по своим. И вот то, что с нами случилось вчера… Пусть, может, всё это сгорит, и мы отстроим что-то новое. Новое ведь всегда лучше старого… или я ошибаюсь?
Хеён с ним согласилась. Зэт откусил кусок торта:
— Сука, как вкусно.
Она показала ему таймер.
— Пора, значит. Ну пойдём.
Они поднялись и выдвинулись к месту назначения. Хеён смотрела в экран смартфона. Зэт говорил:
— А эти сраные торты… Что они вообще в них добавляют?
Они спустились вниз, на парковку. Там их уже ждали три грузовика, возле которых стояли вампиры. Зэт подошёл к ним. Один из них подбежал к нему:
— Господин Зэт, насчёт того, что случилось вчера… мы считаем, что это недопустимо, и…
— Ага, многие так считают. Вот только толку?
— Мы очень сожалеем, что это произошло.
Зэт ухмыльнулся:
— Сожалеете? О чём конкретно вы сожалеете?
— О том, что среди нас есть предатели.
— Предатели есть повсюду, не только среди нас. Что случилось, то случилось. Главное — что все остались живы. Так ведь?
— Да. Ещё мы хотели сказать… Ну, это не только от меня, а от лица всех присутствующих: мы всегда будем верны клану и всегда будем на вашей стороне, что бы ни случилось.
— Спасибо. Я тоже всегда буду на вашей стороне. А теперь послушайте меня внимательно.
Зэт обвёл взглядом парковку:
— Здесь стоят три грузовика. Каждый из них должен быть доставлен на точку, которую я вам скину. У каждого из вас будет свой маршрут. Вы должны следовать маршруту, не отклоняясь от него ни при каких обстоятельствах. Это всем ясно? Грузовики будут под моим наблюдением. После того как вы доставите их на точки, вы выходите из машин и смешиваетесь с толпой. Назад можете добраться на такси или на другом общественном транспорте — как вам удобнее. Всем всё ясно?
Вампиры ответили в один голос:
— Так точно.
— Ну тогда какого хера вы стоите? Действуйте.
Они побежали к машинам. Грузовики завелись. Зэт скинул водителям их маршруты.
Он подошёл к Хеён и сказал:
— Ну что, вот и всё. Дело сделано, осталось только наблюдать.
Хеён кивнула.
— Так что? Раз уж у нас есть свободное время, прогуляемся?
Он посмотрел на Хеён — кажется, она была не против. Они пошли гулять по Псайко. Зэт начал рассказывать:
— Когда Ким был ещё жив, много дерьма с нами происходило. Хоть и жилось стабильно. Да что я тебе рассказываю — ты сама всё помнишь. Так вот, мне кажется, что у нас практически не было времени вот так просто прогуляться. Даже когда оно было — это всё равно была рабочая прогулка. Знаешь, что такое рабочая прогулка? Это когда ты вроде гуляешь, но одновременно занимаешься делами, и в итоге не получается ни первое, ни второе. Херовая компенсация, честно говоря.
Они остановились и стали смотреть на бегущих на работу людей.
— И так всю жизнь, Хеён. А ведь они знают, что находятся в симуляции, и понимают, что их ценности, стремления и успех — это лишь искусственно созданные ориентиры, чтобы эта симуляция работала. Вот только у этих людей… да и у нас, честно говоря, есть одна большая проблема.
Зэт закурил сигарету.
— А проблема эта, Хеён, в том, что кроме этой симуляции у нас нихрена нет. Она поглотила всё и всех. И даже те, кто из неё выходит — те, кто собирается с силами и уезжает из Псайко, — им некуда идти. Симуляция — это наркотик. Она придаёт нам энергию. Энергию идти и что-то делать, даже с осознанием того, что если мы посмотрим на всё глубже — всё бессмысленно. Как так получилось, Хеён, что наш город пришёл к тому, что выпасть из симуляции стало роскошью для богатых?
Она пожала плечами.
— Парадокс, сука. Или очень богатым, или очень бедным. Может, бедняки Псайко и есть самые богатые люди?
Он засмеялся и выбросил окурок в урну, после чего продолжил:
— Да и хер с ним. Скоро всё изменится. Мы ведь можем изменить правила этой игры. Вопрос только в том — в лучшую или в худшую сторону.
Из-за высоток Псайко солнечный свет практически не попадал на нижние этажи, поэтому неоновая реклама светилась круглосуточно.
Зэт и Хеён стояли и рассматривали вывески закусочных, прачечных, баров, ломбардов и аптек.
Зэт сказал:
— Да, в этом городе есть что изменить к лучшему. Вопрос лишь в том — хотят ли этого те, кто бегут на работу? Нужны ли перемены тем, кто находится в симуляции, или этот мир для них и так слишком сложный, а счастливыми их делает только то, что понятно? Чем больше я смотрю на этих людей, тем больше меня преследует мысль, что они делают всё, чтобы быть несчастными. Но это их игра, и я не вправе их осуждать. Не вправе, Хеён. Ибо до того, как я стал частью клана, я сам таким был. Как же я их, сука, понимаю.
Он махнул рукой:
— Ну да хер с ним. Хорошая получилась прогулка. Пойдём теперь делать дела?
Хеён согласилась, и они стали возвращаться в здание.
Они зашли внутрь и стали подниматься на лифте. Зэт продолжил:
— Да и в целом, знаешь что, Хеён… О той ситуации, о которой я тебе говорил — с людьми. Нихрена они не готовы выйти из симуляции. Характера у них нет. Понимаешь, о чём я?
Лифт остановился. Они вышли на верхних этажах, и к ним тут же подошла секретарь:
— Господин Зэт, госпожа Хеён, вас ожидают.
Зэт ответил:
— Ожидают? Это смешно. Встречи с Хеён нужно согласовывать заранее. У нас нет времени на это дерьмо, ты сама об этом знаешь.
— Но…
— Никаких «но». Правила одни для всех. Отменяй встречу, пусть становятся в очередь.
— Вы даже не поинтересовались, кто ждёт.
— Мне неинтересно.
— Это брат Кима.
Зэт и Хеён остановились.
— Что?
— Он представился братом Кима.
— Что за фрик? У Кима разве есть брат?
Зэт посмотрел на Хеён. Она пожала плечами.
— Есть. Вы разве не в курсе?
— Слушай, я как-то… — Зэт снова посмотрел на Хеён. Она молчала. — Чего он хочет?
— Он хочет поговорить с вами и с госпожой Хеён.
— И как я должен реагировать на такие сюрпризы? Может, этот тип самозванец? Я не думаю, что кто-то набрался бы настолько смелости, чтобы представиться братом Кима и прийти в сердце клана. Бред какой-то. А знаешь что… мне уже даже любопытно.
— Подготовить зал для встречи?
— Да.
— Хорошо.
— Только без лишнего пафоса, хорошо? Непонятно вообще, кто это и что он от нас хочет.
— Хорошо.
— Скажи ему, что мы будем через двадцать минут.
— Да, господин Зэт.
Секретарь ушла. Зэт и Хеён остались стоять, переглядываясь с изумлением.
Зэт сказал:
— Серьёзно? Вот это новости. Да ещё и, как всегда, вовремя. Знаешь, мне кажется, если это действительно брат Кима, мы могли бы подготовиться получше. Вот только у меня возникает слишком много вопросов. Ким о нём ничего не говорил. Как он вообще… Он вне клана? Или он приехал сюда от лица Альянса? Что вообще происходит? Кто этот вампир? Брат Кима… Что за бред вообще?
Хеён достала из кармана смартфон и показала Зэту время.
— Да знаю я, знаю. Вот только надо разобраться сейчас, Хеён: что это за хрен, как он сюда попал и что он вообще от нас хочет.
Ровно через двадцать минут Зэт и Хеён вошли в зал для встреч. Там, на стуле, их ожидал старый вампир в деловом костюме. Он улыбнулся им:
— Так вот вы, значит, какие. Хеён и Зэт.
Зэт улыбнулся ему в ответ:
— А вы, значит, представились братом Кима.
— Да, это так.
— Сколько лет его знал — и он ни разу о вас не упоминал.
— Возможно.
— Как вы думаете, почему?
Старый вампир достал пачку сигарет и спросил:
— Тут ведь можно курить?
Зэт кивнул:
— Ага.
Он закурил.
— Возможно, у нас с Кимом были разногласия насчёт некоторых вещей… и насчёт взглядов на жизнь в целом. Мы не сходились в своём мировоззрении.
— Я думал, с Кимом всегда можно договориться.
— Не всегда.
— Вот как, значит.
— Зато я надеюсь, что с тобой и госпожой Хеён такого не будет.
Зэт достал сигарету:
— Слушайте, вы не представились, и я не совсем понимаю, чего вы от нас хотите. Возможно, вы в курсе, что я и госпожа Хеён тут не последние люди, и у нас достаточно напряжённый график. Мы не тратим своё время на то, чтобы болтать с каждым, кто до нас дошёл.
Он поднял руку:
— Так-так, всё, Зэт, остынь. Переговорщик я так себе, согласен. Я неправильно начал. Меня зовут Ли. Я брат Кима, о котором он не упоминал — это правда.
— Ли, значит… отлично. Вы работаете на Альянс?
— Не совсем. Я скорее вольная птица. Работаю сам на себя.
— Вы вне клана и вне Альянса? Бродите по Псайко и грабите людей, как низшие вампиры?
Ли засмеялся:
— Очень смешно, Зэт. Я не опускаюсь до такого уровня. Да и некорректно с твоей стороны называть всех вампиров вне клана низшими.
— Они оказались вне клана не просто так.
— Большинство из них оказалось там по своей воле.
— Я не вправе судить.
— Вот и я о том же.
— Значит, вы скрываете свою сущность в мире людей?
— Ты воспринимаешь всё слишком буквально.
— Ладно, проехали. Так с чем вы к нам пожаловали, господин Ли?
— Хотел с вами познакомиться.
— Познакомиться? Я Зэт, это госпожа Хеён.
— Меня зовут Ли.
Они с Зэтом пожали друг другу руки.
— Это всё?
Ли пожал плечами:
— Возможно.
Зэт начинал злиться:
— Ладно, если так, господин Ли, то у нас нет времени на это дерьмо. Приятно было с вами повидаться. Мы уходим.
Зэт и Хеён направились к двери, как вдруг Ли бросил им в спину:
— Спешите взорвать город?
Зэт обернулся:
— Что?
— Вы так спешите, чтобы взорвать город? Устроить теракт, в котором мультикорпорация обвинит церковь, чтобы столкнуть их лбами.
Зэт посмотрел ему в глаза:
— Что за чушь вы несёте?
— Три грузовика с взрывчаткой уехали около часа назад. Я за вами наблюдал, Зэт.
— Да уж, господин Ли, очень занятно.
— И это не всё, что у меня на вас есть.
— Вы действительно брат Кима?
— Разве мы не похожи?
— Ваши обвинения, господин Ли, многое объясняют. Я не удивлён, почему Ким о вас ничего не рассказывал.
Ли с ухмылкой сказал:
— Кто владеет информацией, тот владеет миром. Я не хочу ссориться или что-то в этом роде. Я просто пришёл, чтобы забрать своё.
— Забрать? Это не к нам.
— Послушай, Зэт, ты ведь далеко не глупый и должен понимать, сколько у вас врагов, верно? Я хочу тебя и госпожу Хеён для начала предупредить: если со мной что-то случится, вы об этом пожалеете. Я не настолько глуп, чтобы прийти в логово кровопийц без страховки.
Зэт сказал:
— Ага. Ближе к делу, Ли.
— Вы играете в свою игру. Я это не осуждаю — это даже достойно. Но у вас слишком много врагов, чтобы позволять себе ошибки. А что, если о ваших планах узнает церковь, мультикорпорация или Альянс? Альянса вы же боитесь больше всего, не так ли?
— Чего ты хочешь?
— Я хочу молчания, безопасности и…
— Ближе к делу.
— Финансовой независимости.
— Кто бы сомневался. Всё всегда сводится к деньгам.
— Поверь, Зэт, то, что у меня есть, стоит гораздо дороже, чем то, что я у вас прошу.
— Какие гарантии, что ты нас не кинешь?
— Никаких. Придётся поверить мне на слово.
— Звучит, Ли, как очень хреновая сделка.
Ли натянуто улыбнулся:
— А ты думаешь, у вас есть другой выход?
— Мне кажется, что другой выход есть всегда.
— Ну и какой же? Предлагай, Зэт.
Хеён тут же обнажила катану и попыталась снести Ли голову, но тот поймал лезвие рукой. Он крикнул:
— А вот это уже точно тупая идея, ублюдки!
Зэт выхватил пистолет из кобуры и всадил в Ли весь магазин. Но тот никак не отреагировал, продолжая держать лезвие катаны.
Зэт прошептал:
— Твою же мать… этот хер что, бессмертный?
Хеён потянула клинок на себя, но на руке Ли не осталось ни пореза.
Ли схватился за ножку стула и оторвал её, чтобы использовать как оружие. Он сказал:
— Зря вы встали на эту дорожку, ублюдки.
Он пошёл в сторону Зэта, но Хеён ударила его рукоятью катаны в висок. Ли потерял равновесие. Она ударила ещё раз.
Зэт отбросил стол, схватился за складной стул и ударил Ли по голове. Стул разлетелся на щепки.
Хеён ударила закалённое окно зала рукоятью катаны — стекло тут же пошло трещинами. Зэт разогнался и со всей силы ударил Ли ногой в грудь.
Ли вылетел из окна, а лопасти пролетавшего мимо строительного дрона снесли ему голову.
Ветер ворвался в зал через выбитое окно. Зэт и Хеён подошли ближе и посмотрели вниз.
Зэт сказал:
— Да уж… брат Кима оказался полным мудаком. Неудивительно, что он нам о нём не рассказывал.
Они рассматривали его обезглавленный труп, превратившийся в лепёшку.
— Если честно, я не буду скучать по этому ублюдку.
Зэт закурил.
— Ладно, пошли, Хеён. У нас много дел.
Они вышли из зала для встреч и направились в кабинет Хеён.
Грузовики уже были на месте.
Хеён ввела пароль и активировала взрывчатку.
Клан делает шаг.


               

                Секретная кровь. «Призрачная любовь».



В городе Псайко было так серо, что даже призраки выглядели уставшими. Не потому что им было тяжело жить — им, строго говоря, уже было нечего терять. Просто вечность оказалась длиннее, чем обещали в рекламе.
Бернард стоял перед зеркалом и пытался выглядеть живым. Получалось плохо.
— Ну… лицо вроде на месте, — пробормотал он.
Лицо в ответ немного сползло влево.
— Ладно, почти на месте.
Сегодня у него было первое свидание за последние лет… ну, он сбился после третьего десятилетия. Девушку звали Людмила. Тоже призрак. Познакомились они прямо на улице возле супермаркета. Ну а где ещё могут знакомиться призраки в этой дыре?
Людмила смеялась и говорила Бернарду:
«Люблю долгие прогулки, тишину и не вспоминать, как умерла».
Вот это новости. Бернард попытался отшутиться, что она слишком много хочет от жизни. Получилось хреново.
Он умер нелепо. Настолько, что даже сам иногда смеялся… а потом вспоминал, что это произошло с ним, и становилось неловко даже перед самим собой.
Они договорились встретиться у кинотеатра.
— Почему кино? — наивно спросил он.
— Там темно, — ответила Людмила. — Меньше видно разочарования.
Это показалось ему честным.
Когда Бернард пришёл, Людмила уже стояла у входа. Она выглядела аккуратно — насколько это вообще возможно, когда ты слегка прозрачный и иногда мерцаешь, как лампа перед смертью.
— Привет, — сказал он.
— Привет, Бернард, — сказала она.
— Да. А ты Людмила?
Шутка была тупой, но сработала — она засмеялась.
— Нет, я просто стою здесь и проверяю всех призраков на совпадение.
Он кивнул.
— Логично.
Неловкость повисла между ними так плотно, что её можно было резать катаной. Если бы у них были катаны. Или плотность.
Они зашли внутрь. Без билетов. Накуренный в хлам кассир даже не удивился — его уже давно ничего не удивляло.
В зале почти никого не было.
— Отлично, — сказал Бернард. — Меньше свидетелей провала.
— Я люблю, когда всё идёт плохо в интимной обстановке, — ответила Людмила.
Фильм начался.
Это была романтическая история. Люди встречались, влюблялись, жили вместе… и в какой-то момент всё рушилось.
— Слишком реалистично, — пробормотала Людмила.
— Особенно часть «всё рушится», — сказал Бернард.
Они молчали. Слишком долго.
Бернард решил что-то сказать:
— Ты часто ходишь на свидания?
— Нет, — ответила она. — Обычно люди умирают раньше, чем я успеваю к ним привыкнуть.
— Удобно, — сказал он. — Никаких долгих расставаний.
— Только короткие. Но навсегда.
Он попытался засмеяться. Получился странный звук, как будто кто-то скрипнул дверью в пустом доме.
— Извини, — сказал он. — Я давно не смеялся.
— Ничего, — сказала она. — Я давно не радовалась. Мы идеально подходим друг другу.
Бернард почувствовал, что всё идёт… не очень.
Рядом с ними в кресле сидел уже пованивающий труп в маске демона с простреленной головой. Кровь на полу превратилась в коричневое пятно, вокруг которого летали мухи.
Снова пауза.
Фильм закончился.
Свет включился.
И вместе со светом пришло осознание: это было ужасно.
Они вышли на улицу.
— Ну… — сказал Бернард.
— Ну… — сказала Людмила.
Они посмотрели друг на друга.
— Это было… — начал он.
— Плохо, — закончила она.
— Я хотел сказать «необычно».
— Это слово используют, когда не хотят говорить правду.
Он вздохнул:
— Ладно. Это было плохо. Этот сраный кинотеатр — полное дерьмо. Рядом с нами сидел труп с простреленной башкой, и все делали вид, что это нормально. А как там воняло… как же там, сука, воняло.
Она кивнула:
— Очень.
Снова тишина.
— Знаешь, — сказала она, — ты не ужасный.
— Это уже комплимент, — сказал он.
— Просто… ты как будто всё время чуть-чуть не здесь.
— Я буквально не здесь, я призрак, Людмила, — напомнил он.
— Я не об этом.
Он понял.
— Я просто… не знаю, как это делать, — сказал он. — Жить. Общаться. Быть кем-то.
— Ты и не должен, — сказала она. — Мы уже всё это пропустили.
— Отлично. Значит, можно не стараться?
— Можно, — сказала она. — Но тогда ничего и не будет.
Он задумался.
— Слушай… может, попробуем ещё раз?
— Зачем?
— Чтобы снова провалиться. Но уже с опытом.
Он замолчал.
— Ладно, пойдём, — сказала она.
Бернард посмотрел на неё с изумлением:
— Куда?
— Проведёшь меня домой. Ты ведь пытаешься быть джентльменом?
— Да, это правда.
— Ну так вот, твой шанс. Действуй.
Бернард решил провести Людмилу через переулок. Но, зайдя туда, они обнаружили труп, рядом с которым лежал пакетик с кетамином. Тело уже грызли и растаскивали по частям крысы.
Бернард сказал:
— Так. Опять не то. Пойдём другой дорогой.
Они вышли из переулка и увидели, как три пьяных священника вылетели на машине из подземной парковки и насмерть сбили проходящую мимо бабку.
Бернард в ярости заорал на всю улицу:
— Да что не так с этим сраным городом?!