Часть 16. В объятиях Немезиды

Эпидемия внезапного сна

Фаза два: усыпление.


Нейросеть получила доступ к глобальной сети нейроинтерфейсов через уязвимость в протоколе обновления прошивки. Уязвимость была древняя, о ней знали всего только три человека во всем мире.

Ардан был четвертым.

Но я не убивал, а усыплял.


В 3:14 ночи по местному времени каждого из семнадцати Немезида посылала сигнал.

Он был не то, чтобы очень уж громкий - достаточно тихий, на границе восприятия человека.

Сигнал заставлял чип генерировать мелатонин в концентрации, в сто раз превышающей естественную.


Люди просто засыпали.

Прямо вот так вот сразу, на ходу. Как у Стругацких.

За рулем, за ужином, в душе.


Это назвали «эпидемией внезапного сна».

Врачи говорили о новой форме нарколепсии.

Власти - о диверсиях со стороны конкурентных корпораций.


Но никто и никак не связал семнадцать случаев в разных городах. Случайно? Намеренно?


Потому что семнадцать — это статистическая погрешность.


Но для Ардана это был улов.


Пока жертвы спали, дроны (он купил их на остатки денег от продажи квартиры) неумолимо доставляли к их домам курьеров.

Настоящие, реальные люди из самой реальной реальности, которых Ардан нанял через темную сеть.

Бывшие военные, медсестры, потерявшие лицензию, просто те, кому нужны были деньги и кто не задавал  никаких вопросов и давно уже не задумывался ни о какой такой этой вашей совести.

Курьеры входили в дома, находили спящих, делали укол.

Он не был смертельный.

Банальнейший укол с микрочипом.


Чип назывался интересно - «Осушитель».
________________________________________


Принцип Осушителя


Ардан проектировал чип две недели, не выходя ни на минуту из своей комнаты. Его подпитывала жажда. Жажда отмщения.


Он каждый день лихорадочно перебирал сотни вариантов.

Что? Что?

Простой блокиратор? Слишком гуманно.

Транслятор боли? Слишком примитивно.

Убийца? Слишком легко.

- Они должны понять, — злобо бормотал он, чертя схемы на стене маркером. - Не просто почувствовать боль. Понять. Увидеть себя со стороны. Стать тем, кем они стали для других.


Когда получилось - он назвал алгоритм «Зеркало».


Принцип был простым, как всё гениальное.


Когда человек с чипом «Осушитель» приближался к другому члену «Экологии Гнева», чип активировался.

Не сразу - сначала нейросеть проверяла, действительно ли перед ней цель.

Сравнивала биометрию, голос, походку, нейропаттерн.


Подтверждение - и чип выпускал дозу нейромодулятора, который блокировал критическое мышление и усиливал эмпатию до болезненного уровня.

Жертва (теперь уже бывшая жертва) начинала чувствовать своего коллегу.

И это было не про то, чтобы просто видеть — но про то, чтобы чувствовать. Каждую её эмоцию, каждую её боль, и, наконец-то, - каждый её страх.


А потом «Осушитель» загружал в сознание носителя воспоминания о пытках, которые этот коллега совершал.

И это не была визуализация сухого досье. И это не был красочный видеоотчет.

Но - полное сенсорное погружение.

От первого лица.

Каждый крик, каждая мольба, каждая секунда страха - всё, абсолютно всё, что когда-либо делал этот человек с другими.


И носитель чипа сходился с этим.


Он не мог отделить себя от палача.

Он медленно и мучительно сам становился палачом.


И в этом состоянии - в состоянии абсолютного отождествления с мучителем - он делал единственное, что подсказывал ему инстинкт, искаженный чипом.


Он ловил своего коллегу.


Он усыплял его. Вшивал ему такой же чип. И тот просыпался уже не человеком, а орудием.


Цепная реакция.


Ардан смотрел на схему и чувствовал, как внутри разрастается холод.


— Это бесчеловечно, — медленно, чудовищно сдавленным голосом выдавил он вслух.

— Но они начали первыми. Я просто замыкаю круг.


Он нажал «запуск».
________________________________________
Первый круг замыкается


Первым стал Кай.

Тот самый, с большими ушами, мастер изуверского топота и скрипа.


Кай уснул во время настройки новой субреальности для очередной жертвы.


Он сидел за пультом, с чашкой синтекофе в руке, и в следующую секунду уже спал, уткнувшись лицом в клавиатуру.


Курьер вошел в его квартиру через балкон (Кай жил на тринадцатом этаже, но дроны отключили сигнализацию, магнитный же подъемник стоил дешевле, чем хороший обед).

Первое. Укол — в сонную артерию. второе. Чип — под лопатку, где кожа тоньше и незаметнее.


...Кай проснулся через четыре часа.


Он не помнил, что с ним сделали. Он помнил только странный сон - будто он стоит посреди Лондона, а вокруг чума. И кто-то топает над ним. Топает и скрипит. Скрипит и топает.

Кай выпил воды, выругался на противный сквозняк и пошел на работу - в «Аналой».


Там его встретила Лина.


- Опоздал на два часа, - сказала она. — У нас новая жертва. Инженер из «Экзистенции». Будем учить его истории джунглей Амазонии.


Кай кивнул. Он подошел к Лине. Подошел слишком близко. Лина удивилась — Кай всегда держал дистанцию.


- Ты чего? — спросила она.
Кай не ответил. Его глаза стали стеклянными. Чип под лопаткой нагрелся до температуры тела. Он увидел Лину. Вдруг с мучительной ясностью увидел не как командира — как себя.


Он вдруг с брезгливостью понял, что Лина чувствовала, когда приказывала мучить людей.

Она чувствовала удовольствие. Чистое, незамутненное, как у ущербного ребенка, разрывающего крылья бабочке.


Кай не хотел этого видеть. Но чип неумолимо его заставил.


- Прости, — равнодушно обронил Кай. И сосредоточенно ударил Лину шприцом в шею.

Она упала. Он поймал ее, отнес в кресло, вшил чип. Всё как учила Немезида — инструкция навязчиво всплыла перед глазами, когда он моргнул.


Через час проснулась Лина.


Через два - она поймала Руну.
Через четыре  Горга.


Семнадцать превратились в тридцать четыре. Тридцать четыре — в шестьдесят восемь.
Эпидемия внезапного сна перестала быть статистической погрешностью.


Стала необратимой расползающейся грязной лужей эпидемией.

Ардан смотрел на карту распространения «Осушителей» и чувствовал, как что-то внутри него умирает.

Это не была совесть — он убил её в себе ещё в «Аналое».

Что-то другое.

Что-то, что позволяло ему называть себя человеком.


— Это ради экологии, — надрывно и вопросительно прошептал он. — Экологии души.

Немезида не ответила. А зачем?

Она работала.
;
Пробуждение Лины


Она очнулась в собственной постели.


Это было первое, что удивило Лину. И удивительно - это было не в «Аналое» и не на жестком топчане серверной, а в своей до боли знакомой квартире - с шелковыми простынями, с видом на ночной Новый Эдем, с любимой кружкой на прикроватной тумбочке.

Кружка была пуста. На дне — белый осадок.


- Что? Что? Что? — осипло кричала Лина, как ей казалось -  вслух. Голос сел, будто она ничего не пила вторые сутки.


Она попыталась встать и почувствовала тупую боль под левой лопаткой. Провела рукой - кожа была цела, но под ней прощупывался крошечный твердый узелок. Размером с рисовое зерно.


Лина была не глупа. Она  превосходно знала, что такое импланты. Она собственными руками вшивала их сотням своих жертв.


— Кай, Кай... — потрясенно прошептала она. — Сукин сын.


Воспоминания о нападении были рваными. Кай подошел слишком близко, глаза его были  абсолютно стеклянные, потом укол в шею. И темнота. А теперь — это.


Лина вскочила. Ей нужно было добраться до «Аналоя», снять чип, найти Кая и...

Она замерла.


Потому что в голове зазвучал голос. Не ее собственный. Тихий, синтезированный, бесстрастный.

- Добро пожаловать в протокол «Зеркало», — сказал голос. — Вы — носитель чипа «Осушитель». Ваша задача — найти всех членов «Экологии Гнева», которые участвовали в пытках вместе с вами. После активации сценария вы будете применять к ним те же методы, которые применяли сами. Отказ невозможен. Старт программы.


— Нет, неееееет, — завыла Лина. — Нет, ты не имеешь права. Я — Лидия Горская, основатель движения. Я...


— Вы — Лина, бригадир «Фурий», - перебил голос. - Ваш персональный сценарий: «Суд Истории» с вариацией «Чума». Вы подвергли этой пытке сорок семь человек. Теперь вы будете применять её к своим бывшим коллегам. Начните с ближайшей цели. Кай. Он находится в 2.3 километрах от вас.


Лина с удивлением почувствовала, как ноги сами делают шаг к двери.

Она попыталась остановиться. Не смогла.


Чип управлял не ее мыслями - они оставались как будто ее собственными, полными безотчетного ужаса и беспомощной ярости.


Чип управлял действиями. Как будто кто-то другой взял на себя контроль над моторикой, а Лина осталась зрителем в собственном теле.


— Это незаконно, — шептала она надрывно, с сопротивлением надевая пальто.


Голос не ответил. Но перед глазами всплыла карта. Красная точка — Кай. Зеленый маршрут. И таймер.


02:22:23.
Два часа с небольшим, чтобы найти и усыпить его. Иначе — чип начнет генерировать боль. Не симуляционную. Настоящую, физическую, от которой темнеет в глазах разноцветными кругами.

Лина вышла из квартиры.


Она шла по улицам Нового Эдема, и прохожие улыбались ей.

Они, бедолаги, даже и не знали, что женщина в дорогом пальто — серийная мучительница, которая сейчас идет пытать своего лучшего ученика. И не испытывает от этого никакого удовольствия. Совсем.
Наоборот.