Случай в горах

Октябрь 1942 года. Северный Кавказ. Небо над хребтами было свинцово;серым, пронизанным колючим ветром. Лейтенант Пётр Соколов, пилот штурмовика Ил;2 из 214;й штурмовой авиадивизии, возвращался с боевого задания. Задание выполнено — вражеская колонна остановлена, но на обратном пути самолёт попал под огонь зениток.
;
;Двигатель зачихал, задымил. Пётр почувствовал, как машина теряет высоту. В наушниках трещало:
;
;— Сокол, уходи влево! Уходи влево!
;
;Но было поздно. Очередь прошила крыло, самолёт загорелся. Пётр успел передать: «Иду на катапультирование», — и рванул ручку.
;
;Миг — и он уже в свободном падении. Хлопок — раскрылся купол парашюта. Ветер сносил его к горным склонам, поросшим густым лесом. Приземление вышло жёстким: удар о ветку, рывок строп — Пётр рухнул в колючие заросли, ударившись головой о камень. Сознание померкло.
;
;Очнулся он от холода и боли в ноге. Сумерки уже окутали горы. Вокруг — ни души, только скрип деревьев да далёкие крики хищных птиц. Пётр попытался подняться — нога не слушалась. Он понимал: здесь, в тылу врага, один шанс на спасение — если кто;то найдёт его раньше немцев.
;
;Он достал пистолет, проверил обойму — пять патронов. «Хватит на крайний случай», — подумал с горечью. Из кармана гимнастёрки вытащил фотографию жены и дочки. Они улыбались ему с карточки, и Пётр сжал её в кулаке: «Я должен выжить. Должен вернуться».
;
;На рассвете его обнаружил местный житель Магомед Эльдиев, чеченец из соседнего аула. Он возвращался с охоты, когда заметил обрывки парашюта, зацепившегося за ветви. Осторожно приблизившись, он увидел бледного лётчика в выгоревшей гимнастёрке.
;
;— Живой? — тихо спросил Магомед по;русски.
;
;Пётр с трудом поднял голову:
;— Русский… свой…
;
;Магомед кивнул, помог ему подняться и, поддерживая, повёл к своему аулу. Путь был неблизким: через узкие тропы, осыпи и бурные горные ручьи. Каждый шаг давался Петру с мучительной болью, но Магомед не давал ему упасть.
;
;— Терпи, брат, — подбадривал он. — Ещё немного. У нас в ауле тебя спрячут, вылечат. Главное — не сдавайся.
;
;В доме Эльдиевых лётчика спрятали в дальнем сарае, под сеном. Жена Магомеда, Зура, промыла и перевязала раны, а сам хозяин отправился к старейшинам — искать способ переправить Петра к своим.
;
;Три ночи и два дня укрывали его в ауле. Местные жители по очереди приносили еду, меняли повязки, предупреждали об опасности. Мальчишки;подростки дежурили на тропах, следя за появлением немцев. Женщины готовили травяные отвары, помогавшие снять боль.
;
;Однажды вечером, когда Пётр уже немного окреп, к нему зашёл Магомед:
;— Завтра ночью попробуем провести тебя через перевал. Разведчики обещали встретить на той стороне. Но путь опасный — много патрулей.
;
;— Я готов, — твёрдо ответил Пётр. — Я не подведу.
;
;На четвёртую ночь Магомед собрал небольшой отряд из односельчан. Под покровом темноты они провели Петра через горные перевалы к линии фронта, где его должны были встретить советские разведчики.
;
;Путь шёл вдоль узкого ущелья, зажатого скалами. Пётр, опираясь на самодельную трость и плечо Магомеда, старался не отставать. Нога пульсировала тупой болью, каждый шаг отдавался в висках.
;
;— Ещё немного, — шептал Магомед. — Вон там, за поворотом, начинается тропа к долине. Там нас ждут.
;
;Но вдруг впереди послышались голоса — резкие, отрывистые. Немецкий! Пётр замер, сердце застучало чаще.
;
;— Патруль, — тихо выдохнул Магомед. — Назад нельзя — там второй отряд. Они уже перекрыли ущелье.
;
;Все укрылись за валунами. Пётр сжал пистолет — пять патронов. «Хватит на крайний случай», — вспомнились его собственные слова. Он переглянулся с Магомедом: тот молча кивнул, достал охотничий нож.
;
;Немцы приближались — шестеро, с автоматами. Один осветил тропу фонарём. Луч скользнул по камням, замер на краю платка, которым была обмотана нога Петра.
;
;— Hier! — крикнул солдат. Раздалась команда, и фашисты начали рассредоточиваться, окружая ущелье.
;
;— Приготовьтесь, — шепнул Магомед своим. — Стреляем только наверняка.
;
;Первый выстрел сделал Пётр — пуля попала в фонарь, тот разлетелся вдребезги. В темноте грянули ответные очереди. Пули высекали искры из камней, свистели над головами.
;
;Магомед метнул нож — один из немцев вскрикнул и упал. Кто;то из аульчан бросил камень, сбив с ног другого солдата. В суматохе завязалась рукопашная.
;
;Пётр, превозмогая боль, подполз к краю валуна и выстрелил ещё дважды. Один фашист рухнул, второй отпрянул. В этот момент из;за скалы выскочили трое советских разведчиков — те самые, кто должен был встретить лётчика.
;
;— Огонь! — раздался знакомый голос командира группы. Автоматные очереди скосили оставшихся немцев.
;
;— Ну, лейтенант, — усмехнулся разведчик, подходя к Петру, — долго же вы к нам шли.
;
;Пётр обессиленно прислонился к камню, переводя дух. Магомед положил руку ему на плечо:
;
;— Видишь, брат? Я же говорил — не сдавайся.
;
;Перед расставанием Пётр крепко обнял Магомеда:
;
;— Брат, я этого никогда не забуду. Если останусь жив — найду тебя после войны. Обязательно найду.
;
;Магомед улыбнулся:
;
;— Мы все — одна семья. Одна страна. И Победа у нас будет одна на всех. Пусть Аллах хранит тебя, брат.
;
;Пётр махнул рукой на прощание и зашагал вслед за разведчиками. В кармане у него по;прежнему лежала фотография семьи, а в сердце — благодарность людям, которые спасли ему жизнь.
;
;Над горами занимался рассвет. Где;то вдали уже слышалась канонада наступающих советских войск. Война продолжалась, но для Петра она теперь имела особый смысл — он знал, что за его спиной стоят люди, готовые прийти на помощь, невзирая на национальность и границы.
;
;