Как спят в реанимации

* * "
У реанимации  -  распахнутые глаза. И сердце ее зажато между молотом и наковальней...

1.
Реанимация спала тревожным свинцовым сном. Подобно тому как спят черной ночью уставшие подъемные краны, готовые как киборги в любую минуту расправить железные плечи, подняться во весь рост, и встать на бессмертный подвиг, как повелевает киборгово сердце...

Санитарки "быстрого реагирования" потерялись на диванах и забились в щели шкафов и тумбочек санитарской комнаты, чтобы их никто не достал. Санитарок бросало то в жар, то в холод, они боялись себе представить что завтра им опять надо вставать в пол пятого и перестилать этих надоевших нудных пациентов, которые даже не хотят поворачиваться, а хотят спать и чтобы их оставили в покое. Да ещё им вечно что-то надо, то попить воды, то утку поставить, то тазик поташнить, никакого времени не напасешься... Так что сами понимаете, какой уж тут сон. Санитарки сложили на груди руки и лежат не сомкнув глаз в натянутой как тетива обманной тишине реанимации, ждут какой-нибудь подляны, которая как только они смежат веки, тут же и случится. Опытный мозг санитарок так и ждёт когда в него вонзится осиное жало "ночного нежданчика".
И только где-то над потолком, где протянуто сплетение множества кабелей и проводов, слышен ровный гул вентиляции и могучей техники, который давит на ушные раковины санитарок, как будто это не больница а какой-то чертов завод...

Но будильники заведены, и наступление утра неотвратимо приближается...

2.
Медсестры притащили подушки и матрасы больше их самих, чтобы забыться на своих постах заслуженным, безоблачным сном праведника, их натруженные тела молили об отдыхе и пощаде. Они боялись себе представить что завтра им снова надо вставать, брать у больных кровь, ставить капельницы, носить анализы и выполнять другую неинтересную работу. А если бы не эти бешеные санитарки, которые их поднимут в пол пятого утра, потому что им взбредает в головы именно в это время перестилать больных, то медсестры могли бы встать на целых полтора часа позже! Кажется, как дал бы чем-нибудь по башке этим санитаркам, чем-нибудь тяжелым. Но нельзя, нельзя, кто же тогда будет менять памперсы и перестилать пациентов, кто будет ставить утки?..

3.
Врачи реаниматологи и анестезиологи, и кардио-хирурги зарылись и залегли в ординаторских, как солдаты в окопах, и стараются не думать о больных, и вообще ни о чем не думать, они помнят простое правило  -  не буди лихо, пока оно тихо! Они крепко сомкнули веки, чтобы случайно не посмотреть в сторону мониторов, где отражаются жизненно важные показатели состояния пациентов. Но в голову все равно лезли и лезли назойливые мысли медицинской терминологии, и неуправляемые дрелисты всю ночь дрелили и резали на кусочки и без того перегруженный всякой х*ней врачебный мозг...
Врачи не хотели себе представить что завтра вместо того чтобы освежиться, попить кофе и пойти домой, они снова увидят унылые физиономии пациентов, которые за ночь никуда не делись и не рассосались, как были так и лежат на своих койках. И их надо трогать, щупать, спрашивать как они провели ночь, проявлять заинтересованность, и записывать показания в отчетные документы... а тут хочется спать и домой. Да ещё эти санитарки, которые могут внезапно осунуться в коридорах, потому что вместо того чтобы идти на пенсию, они резво скачут по реанимации и показывают что они ещё ого-го...

4.
Больные предоставленные ночью сами себе, тоже занимались кто чем. Кто-то дёргал ногой и выдирал мочевой катетер, и простынь медленно орошалась теплой биологической жидкостью... Кто-то деловито ковырял на руке капельницу, и по постели радостным ручейком растекалась рубиновая кровь... Кто-то пересохшими губами просил "пи-ить...", но шептал он так тихо, что кто же его услышит? Кто-то отчаянно хотел какать... Но санитарки были далеко...
Больные не могли себе представить что на рассвете они будут разбужены злобными невыспанными санитарками, которые будут мучить и кулять как тряпичных кукол в разные стороны их беспомощные нагие тела, тереть их мокрыми холодными пелёнками, и как много нового они узнают о себе в пять часов утра...

5.
А как же администрация?..
А администрация реанимации спала у себя дома. Забылась, безвольно раскинув руки на мягких кроватях, пуская сладкие слюни на пуховые подушки, будто улетела в Космос, где нет ни прошлого, ни будущего, а только один разноцветный Космос...
Не верьте, администрация так никогда не спит! Эта проклятая, непобедимая реанимация, высасывающая из администрации все соки и сидящая геморроем в известном месте, даже ночью не забывает о ней, и приходит в кошмарных снах. Ну как тут расслабишься, когда каждый день нужно чуть свет вставать и тащиться на работу, не успев получить удовольствия от утреннего кофе?.. Администрация ступает на работу осторожно, как по минному полю, не зная что день грядущий ей готовит. Она с ужасом входит в сумеречные коридоры реанимации, не представляя что эти коварные санитарки утварили на этот раз, каких косяков наворотили, все ли живы, не перебили ли за ночь друг друга, не угробили ли больных. А медсестры?! А врачи?!.. Ой, сколько забот и хлопот у администрации! Она работает не покладая рук с утра и до ночи. Потому и дома не спит, все время держа в уме коварство нового дня.

Но сейчас все спали крепким молодецким сном. Спите спокойно, уставшие медики  -  врачи и медсестры, и младшие научные сотрудники-санитарки, расправьте свои натруженные плечи, дышите ровно. Ангелы ночи укроют вас легкими крылами, никто не посмеет вас обидеть...

6.
И только заведующий реанимации, который самый что ни на есть и есть администрация  -  ещё тот затейник! И сам не спит, и другим не даёт покоя. Регулярно в глухую полночь он делает глубокий обход палат, и до всего ему есть дело. От его пытливого глаза не ускользает ничто, даже небрежно обвисший кусок простыни из под матраса больного, не говоря уже про бессовестных санитарок, что бродят по реанимации как зомби со спущенными масками на подбородках и разбрасывают бактерии и вирусы тут и там. Все пациенты у него досмотрены, помыты и причесаны, и лежат по струнке в памперсах, как солдаты перед боем. И лишь санитарки вместо того чтобы проявить внимание и оказать всяческое содействие обходу, беспечно валяются на диванах, задрав бесстыжие ноги...
Между тем работа у заведующего кипит вовсю, как на литейном заводе у доменной печи. Операции идут одна за другой, так что санитарки едва успевают закатывать и выкатывать каталки из операционной. Эти неуправляемые санитарки носятся как ракеты, бесцеременно врезаясь каталками в дверные косяки и нагло царапая ими с любовью возведённые стены реанимации, что вызывает у заведующего новый стресс и очередную сердечную травму...

Но рано или поздно все заканчивается, наступает утро, каталки становятся на свои места, больные полагаются на волю судьбы и всевидящее око медперсонала, а заведующий идёт домой снимать профессиональный стресс. И остальные делают то же самое...

7.
Но техника реанимации не дремала. Электронные показатели приборов жизнеобеспечения не желали врать и выдавали точные показания состояния пациентов, подавали правильные сигналы и готовы были в любую секунду учинить суматоху, включить сирены тревоги и поднять невообразимый шум на всю реанимацию. И тогда, словно волшебники, незримыми воинами у изголовья больных окажутся врачи. Медсестры выпорхнут бабочками из своих уютных перин, грозно загремят ножницами и шприцами, зазвенят капельницами и бутылочками, загрохочут предметами интубации и дефибрилляции, и из бабочек обратятся в сестер милосердия и ангелов-хранителей для больных и врачей...
И санитарки тоже окажутся в нужном месте и в нужный час. Услышав зов трубы, они бодрячком приползут на карачках, куда позовет их долг, сострадательное сердце, и мотивирующие крики медсестер.

8.
Ага, а про операционную-то мы забыли?!.. Нет, не забыли. Пока уставшая реанимация "дрыхнет" без рук без ног, здесь, в святая святых, где между землёй и небом стерты все грани, где даже сам воздух неземной и пропитан адреналином и чем-то потусторонним, золотыми руками медиков вершится возможное и невозможное волшебство...
Не бойся, больной, не дрожи, бедолага! Залезай живо на стол, где все и решится! Ты ничего не теряешь, кроме своей жизни, да и ту ещё попробуй у тебя отними, когда на ее защиту встают титаны, и Сам Господь их уверенными руками вышивает свои письмена. Где Он поставит последнюю точку в твоих скитаниях, или наоборот  -  даст поджопника и придаст ускорения, чтобы бежать по жизни дальше и шустрее, и все поспевать. И взлетают под потолок кровавые бинты и пеленки, и лязгают инструменты, и рубиновая кровь брызжет фонтаном на белые халаты и белые стены операционной... Не бойся, больной, не дрожи, бедолага, залезай на операционный стол, вот тут-то все и случится!..

* * *
Операционная  -  сердце реанимации. И пока оно стучит, реанимация может быть спокойна.

А пока реанимация спала невинным и трогательным, глобальным Вселенским сном, заботливо обнимая могучими руками весь свой медперсонал и пациентов, инструменты, лекарства и технику. Можно сказать, впала в анабиоз. Песочные часы реанимации по крупиночкам отсчитывали время, кому-то отмеряя жизнь вечную, как избавление от страданий, а кому-то продлевая земную  -  как бесценный подарок, как нечаянную радость...

Реанимация набиралась сил для предстоящего дня, который обещал быть лучше чем вчера. И как всегда бессовестно врал.