ОГЛАВЛЕНИЕ
Глава 1. Странный сон
Глава 2. Красивая шапочка
Глава 3. Тайна старых часов
Глава 4. Зимние Каникулы
Глава 5. Уроки английского
Глава 6. Линза
Глава 7. Два осколка
Глава 8. Место
Глава 9. Дерево
Глава 10. Шкатулка
Глава 11. Второй осколок
Глава 12. Трудовик
Глава 13. Защита камня
Глава 14. Начало каникул
Глава 15. Орден длинных теней
Глава 16. Лагерь
Глава 17. Тайны реки Бзынь
Глава 18. Черный камень
Глава 19. Шахта
Глава 20. Сон или явь
Глава 21. Предчувствие
Глава 22. Настин Сон
Глава 23. Путь к школе
Глава 24. В школе
Глава 25. Догадка
Глава 26. Семейный совет
Глава 27. План действий
Глава 28. Подготовка к отъезду
Глава 29. Екатерина
Глава 30. Дядя Паша
Глава 31. Опять сны внутри снов
Глава 32. Питер
Глава 33. Ирина
Глава 34. Крепость
Глава 35. Девочка Аня
Глава 36. Петергоф
Глава 37. Рассвет нового дня
Глава 1. Странный сон
В самом сердце городка Поляногорск, где улицы петляли между невысокими домами, а весной всё утопало в аромате цветущих яблонь, черёмух и рябин жила девочка по имени Катя. Ей было девять лет, и она обожала свою необычную шапочку - пушистую, с мягкими ушками и изящной отделкой по краю. Шапочку сшила бабушка Дарья, и, как говорила мама, в неё было вложено немного волшебства - чтобы Катя всегда чувствовала себя в безопасности.
Однажды субботним утром Катя решила навести порядок на старом чердаке. Родители уехали в соседний Солнце;Кузнецк за покупками, оставив её под присмотром кота Бакса. Чердак был полон чудес: пыльные коробки с игрушками, стопки пожелтевших книг, старинные часы без стрелок и даже сундук с коваными уголками, который, казалось, хранил секреты целых поколений.
Катя открыла сундук и ахнула. Внутри лежала целая коллекция удивительных вещей:
потрёпанная тетрадь с надписью «Дневник наблюдений за магией» на обложке;
серебряный ключ, отполированный до блеска, на овальной массивной ручке которого в виде небольшого зеркальца, вместо отражения мелькали незнакомые места;
клубок ниток, который, стоило его коснуться, начал тихонько светиться;
и, наконец, маленькая шкатулка с рунами по бокам - та самая, что позже сыграет свою роль в приключениях Кати.
Когда Катя подняла шкатулку, по чердаку пробежал странный ветерок. Пыль закружилась в причудливом танце, а из дальнего угла донёсся едва уловимый шёпот:
- Наконец;то ты нашла нас…
Девочка вздрогнула и обернулась. Никого не было. Только тени от старых вещей плясали на стенах, будто живые.
- Бакс! - крикнула Катя, спускаясь по скрипучей лестнице. - Тут на чердаке что;то странное!
В этот момент Катя увидела еле уловимый как бы прозрачный образ Бабушки Дарьи, Катя хорошо знала бабушку по фотографиям, она сидела в кресле с вязанием, подняла глаза и улыбнулась - так тепло и понимающе, что страх сразу отступил.
- А ты думала, наш дом - обычный? - мягко спросила она. - В нём живёт память рода, Катенька. И теперь, когда ты подросла, она начинает открываться тебе.
Она отложила спицы и приблизилась к внучке.
- Эта шапочка, - бабушка коснулась ушек, - не просто украшение. Она чувствует опасность и подсказывает, когда рядом магия. А то, что ты нашла на чердаке… Это ключи. Ключи к чему;то большему.
Катя сжала в руке шкатулку. Та слегка вибрировала, словно сердце, бьющееся в такт её собственному.
- Но что это значит? - прошептала она.
- Скоро узнаешь, - ответила бабушка. - Судьба уже готовит тебе встречу с тем, кто много лет назад исчез, оставив после себя загадки. И помни: настоящая сила - не в артефактах, а в том, как ты их используешь. В доброте, дружбе и вере в себя.
В этот момент за окном пронёсся порыв ветра, распахнув ставень. В комнату влетел серый кот с пронзительными голубыми глазами - тот самый Бакс, который вскоре станет её верным спутником. Он прыгнул на колени к Кате, замурлыкал и, казалось, подмигнул ей одним глазом.
- Вот и твой проводник пришёл, - улыбнулась бабушка. - Береги его, Катенька. Он не просто кот.
Катя села на диван погладила мягкую шерсть Бакса, заметила что тени за окном начали как то неестественно быстро удлиняться и… Катя проснулась. Она дремала на диване, на коленях сидел Бакс, а на голове была одета её любимая шапочка, которую она иногда носила даже дома, не потому что холодно, а просто так, для развлечения. Вдруг Катя почувствовала, как шапочка на голове чуть потеплела, будто одобряя что;то. Она ещё не знала, что впереди её ждут битвы с колдунами «ордена длинных теней», путешествия между мирами и разгадки древних тайн. Но теперь она была готова - с друзьями, семьёй и магией, что жила не только в вещах, но и в её сердце.
Из кухни раздался папин голос, - дочь ну иди скорей, я нажарил сырных шариков, твоих любимых, ты что там, уснула?
Глава 2. Красивая шапочка
Катя жила в небольшом городке Поляногорск что между Сине-Сибирском и Солнце-Кузнецком. Все в школе её знали, а те, кто не знал, называли «Красивая шапочка» - настолько удивительной была её шапочка: пушистая, с ушками и изящной отделкой.
Однажды октябрьским вечером, вскоре после удивительного сна в котором к Кате явилась покойная Бабушка Дарья, Катя с подругой Настей решила прогуляться по городу. Девочки весело болтали, смеялись и в конце концов оказались возле школьной площадки. Было прохладно - осень выдалась холодной, а ветер дул пронзительный и резкий. Подруги, играли и танцевали, снимали свой Лайк как обычно, когда вдруг заметили: дверь школы приоткрыта. «Давайте зайдём и согреемся», - предложила Катя, Настя согласилась, и девочки вошли внутрь. В школе царила странная тишина. Казалось, будто здание затаило дыхание. Тени отбрасываемые отблесками света, проникавшими через окна, были какими-то уж слишком длинными и кажется существовали отдельно от предметов, оживая среди всполов красного заката.
Внезапно в конце тёмного коридора появился тот самый тихоня-трудовик, звали его Матфей Стёпин, которого все считали чудаком и не замечали. Но теперь стало ясно: он вовсе не безобидный учитель - он был воплощением зла, мерзким колдуном, он обладал энергией подчинять сознание других людей. Одет он был в длинный тёмный плащ. Из его рта вылетала липкая жидкость, которая, попадая на человека, превращалась в тонкую нить. Сначала нить была видна, а потом становилась невидимой. Колдун зловеще улыбнулся. Все, в кого попадала эта нить, впадали в транс: начинали бессмысленно водить руками и танцевать под неслышную музыку. Катя и её подруги с ужасом увидели, что почти все учителя школы уже попали под чары колдуна - они стояли позади него и двигались в странном танце. Колдун повернул голову к девочкам и приготовился бросить в них свои липкие нити. Девочки не растерялись. Они решили дать отпор злодею. Началось сражение: Катя и её подруги уворачивались от липких нитей, пытались отвлечь колдуна, искали способ его остановить. Но силы были неравны - колдун становился всё сильнее, а его чары охватывали всё больше пространства. И тут на помощь пришёл неожиданный союзник - Катин кот по имени Бакс. Он ловко прыгал, мешал колдуну прицелиться, отвлекал его внимание. «Используйте силу доброты и дружбы!» - будто бы говорил он своим взглядом. Вдохновлённая поддержкой друга, Катя нашла в себе силы. Она вспомнила слова старинной детской песенки, которую пел ей Папа когда она была совсем маленькой, и запела - громко, уверенно, вкладывая в голос всю свою веру в победу добра. Слова песни были незатейливы «Баю баюшки баю не ложися на краю, придет серенький волчок и укусит за бочок. Пошла курочка в аптеку и сказала кукареку, дайте пудры и духи чтоб любили петухи». Вроде бы несвязные предложения, но Катя захотела запеть именно её. Настя тоже пыталась подпевать. Песня, полная тепла и света, начала разрушать чары: нити лопались, учителя постепенно приходили в себя. Когда последняя нить исчезла, колдун издал яростный крик. Его тело задрожало, покрылось трещинами и рассыпалось в пепел. Тот самый ветер, что привёл девочек к школе, подхватил пепел и унёс прочь. А кот Бакс вдруг изменился. Его шерсть засияла, он вырос и превратился в доброго волшебника - дядю Сашу, родного дядю Кати, которого она никогда не знала, а видела только на старых папиных фотографиях, Саша был папин родной брат и как рассказывал папа брат, давно пропал отправившись в экспедицию на северный полюс.
«Я следил за тобой и ждал момента, когда ты сама найдёшь в себе силу победить зло», - сказал он. Школа снова стала обычной школой, учителя пришли в себя и ничего не помнили о случившемся. А Катя с Настей поняли: настоящая магия - это дружба, смелость и вера в себя. И, конечно, немного помощи от верных друзей - будь то люди, добрые духи которыми стали ушедшие из нашего мира родственники или удивительные коты.
Глава 3. Тайна старых часов
После того как злой колдун рассыпался в пепел, а дядя Александр раскрыл свою истинную сущность, в школе всё постепенно вернулось к обычной жизни. Трудовик объявился и вёл себя как ни в чём ни бывало, -Может нам только показалось, что злой колдун похож на нашего трудовика, – рассуждали Катя с Настей. Учителя, очнувшись от чар, лишь недоумённо потирали виски, удивляясь, как они оказались в коридоре. Никто, кроме Насти и Кати, ничего не помнил о случившемся. Но девочки чувствовали: это ещё не конец истории. Иногда, проходя мимо кабинета трудовика, она замечала, как на стене дрожат тени, будто кто-то невидимый ходит там взад-вперёд. А ночью ей снились странные сны: старинные часы с треснувшим стеклом, которые тикали в такт чьему-то дыханию, и голос, шепчущий: «Я ещё вернусь…»
Вскоре выпал первый снег, а через месяц, как и положено в начале декабря снег уже даже и не думал таять, пихты и сосны что окружали город оделись в роскошные белые шубы, которые не снимали обычно до марта, а вершина горы Курган что была рядом с городком стала белоснежной. Гора по своему обыкновению уже принимала первых лыжников, любителей покататься с горы на санках и даже сноубордах.
Однажды после уроков Катя задержалась в библиотеке. Она искала книги о магии и древних чарах, когда заметила на верхней полке пыльный фолиант с выцветшим названием «Хроники борьбы с орденом длинных теней». Стоило ей снять книгу, как с неё сорвалась серебристая нить - точно такая же, как те, что использовал колдун, - и устремилась вглубь школы. - Настя, смотри! - позвала Катя подругу. - Она ведёт нас куда-то! Подруги последовали за нитью через пустые коридоры. Она привела их к старой кладовке возле спортзала - туда годами никто не заглядывал. Дверь была заперта, Катя почувствовала пульсацию в кармане, она засунула туда руку, в кармане оказался старинный ключ который она видела раньше у Папы в руках, - откуда он у меня – прошептала девочка, странно, но ключ подошел, замок щёлкнул и открылся. В этот момент ключ будто бы сам выпал из Катиных рук и куда-то пропал, искать его было некогда. Внутри, на стене, висели те самые часы из снов. Их стрелки вращались в обратную сторону, а стекло покрывала паутина трещин. В центре циферблата мерцал темно коричневый кусок стекла квадратной формы, похожий на застывший пепел. - Это источник его силы, - раздался голос за их спинами. Это был дядя Саша, вернее его дух, тело было полупрозрачным и как бы в тумане. Он вошёл в кладовку, и его глаза засветились мягким золотистым светом. - Злой колдун не исчез полностью, - объяснил он. - Его магия сохранилась в этих часах. Пока они тикают, он может возродиться. Чтобы окончательно его остановить, нужно использовать древний артефакт, спрятанный где-то в городе. - Но где его искать? - спросила Настя. - Подсказка есть в той книге, что нашла, Катя, - улыбнулся дядя Саша. - Откройте её на странице с изображением трёх лун. Катя поспешно раскрыла фолиант. На указанной странице был рисунок старинной водонапорной башни на окраине города и надпись: «Древний артефакт — это ключ от всех дверей он ждёт того, кто не боится заглянуть в прошлое». - Значит, идём к башне, - решительно сказала Катя. - И на этот раз мы будем готовы ко всему.
На следующий день, Катя с Настей вооружившись фонариками, картой, одевшись потеплей и заручившись поддержкой дяди Александра, который на этот раз принял образ кота Бакса, отправились к заброшенной башне. Путь лежал через старый парк, где деревья шелестели мохнатыми еловыми лапами, будто предупреждая об опасности. Тени отбрасываемые деревьями стали особенно длинными.
У основания башни их встретила каменная статуя совы с пустыми глазницами. - Ключ спрятан там, где сова видит сны, - прочитала Настя древнюю надпись у подножия. Катя подняла фонарик, направила луч в глазницы статуи - и та медленно повернулась, открыв узкий проход внутрь башни. Поднимаясь по винтовой лестнице, подруги чувствовали, как воздух становится тяжелее, а часы на стене Катиного рюкзака начали отставать. На самом верху их ждал небольшой постамент с углублением в форме ключа, с крупной овальной ручкой, по форме такого же что уже использовала Катя, чтобы открыть кладовку - Сюда должен подойти тот самый ключ, - догадалась Катя. И тут из тени выступила фигура в плаще. Это был не колдун, а его ученик Глеб, мальчик из их класса - видимо Глеб помогал колдуну создавать чары и всё ещё был в его власти - Вы не сможете нас остановить, Катя отдай мне ключ! - прошипел он. - Ключ будет принадлежать нам! - Но у меня нет ключа- от неожиданности выпалила Катя. – Я знаю он у тебя в кармане – сказал Глеб и прежде чем он успел бросить заклинание, кот Бакс прыгнул вперёд. Настя смело шагнула в сторону Глеба, она никогда не пасовала даже перед самыми сильными мальчиками в классе, а тут этот шпендик! В этот момент поднятая вверх лапа Бакса вспыхнула ярким светом, а глаза начали излучать зелено голубого сияние, и ученик колдуна отпрянул, растворяясь в воздухе. – Бакс обернулся дядей Сашей. Теперь быстро! - крикнул он. Катя растерялась не зная, что нужно делать тем более быстро, но вдруг опять почувствовала пульсацию силы в кармане на который указывал Глеб, там снова оказался ключ. Она вставила в углубление серебряный ключ.
Именно в это время часы в кладовке школы остановились навсегда. Трещина на их стекле затянулась, а тёмно-коричневый кусок стекла выпал и пропал. В тот же миг в школе прозвенел звонок - обычный, школьный звонок, возвещающий конец уроков. Тени в кабинете трудовика исчезли.
Когда Настя и Катя возвращались домой снег пошёл хлопьями, Катя заметила, что её шапочка с ушками слегка засветилась на мгновение и стала ещё пушистее, будто в благодарность за смелость. А дядя Саша вновь обернувшись котом подмигнул ей и сказал: - Настоящая магия всегда живёт внутри нас. Но иногда ей нужно немного помочь. На какое-то время школа перестала казалась зловещей, тем более что приближался новый год самый волшебный и любимый праздник всех детей. А Катя и её подруга Настя знали: если тьма снова попытается проникнуть в их мир, они будут готовы дать отпор - вместе, с верой в дружбу и добро.
Глава 4. Зимние Каникулы
На новый год школа опустела, Катя с Настей встретили его вместе ведь их родители дружили. Встреча нового года прошла весело, были салюты, подарки и прочие приятные моменты. Катя и Настя постепенно стали забывать про злого трудовика да и Глеб вёл себя как обычно, девочки начали думать что может он вообще не причем и им только показалось что мальчик в плаще был похож на Глеба. На новогодние каникулы девочки отправилась с родителями в тёплые страны. Всего их было семеро: две весёлые девочки, их родители и младший брат подруги, любопытный пятилетний Максимка.
Все поселились в огромном белом отеле, увитыми тропическими цветами. Наша компания арендовала большую виллу у моря на две семьи. Вилла была прекрасна и поражала воображение: просторные комнаты, терраса с видом на бирюзовое море, великолепный бассейн, в котором отражалось безоблачное небо. Воздух был напоен ароматом тропических растений, а шелест пальм убаюкивал по вечерам.
Отдых начинался чудесно. Подруги загорали у бассейна, Максимка строил замки из песка, а взрослые наслаждались тишиной и покоем.
Однажды Катя заметила, что папа Насти, заядлый курильщик, решил поплавать в бассейне. Сигаретный пепел осыпался в воду, он попытался его поймать, сигарета случайно выпала изо рта - и в тот же миг, тени мгновенно удлинились, стало почти темно, а в центре бассейна появилась маленькая воронка, она росла и вот уже гигантский водоворот начал засасывать всех, кто был рядом, девочек стало затягивать на дно.
Очнулись они в другом бассейне - грязном и разбитом. Катя огляделась, у ворот отеля стоял высокий человек в длинном чёрном плаще, он был очень приметен, так как в такую жару все кроме него были в лёгкой одежде. Человек злорадно ухмылялся, он кого-то напоминал Кате.
Отель изменился до неузнаваемости: трещины на стенах, похожие на паутину, ржавые трубы, из которых сочилась мутная жижа. Вместо бирюзовой воды - тина и водоросли, вместо аромата жасмина - смрад сигаретного дыма и прокисшего пива.
Вокруг толпились люди - они ругались, курили, бросали мусор прямо на землю, дрались.
- Что за бред? - прошептала Настя, сжимая руку подруги.
- Мы что, в параллельном мире?
- Похоже на то или это чей то страшный сон, - ответила Катя, сама не зная почему, чувствуя, как по спине пробежал холодок. - И мне кажется, я знаю, почему это случилось…
Она вспомнила, как пепел и сигарета упали в воду, длинные тени и человека в чёрном.
Отель был разгромлен. Повсюду толпились люди. Катя, Настя и их родные попытались пробраться к своей вилле, но вместо неё увидели покосившееся здание. В главном помещении громоздились друг на друге куча народу словно огромном муравейнике. Ничего не понимая наши герои пошли в сторону моря.
Море тоже стало грязным и вонючим, в нём росли водоросли и плавали медузы - купаться было невозможно. А чуть дальше за рифом то и дело мелькали плавники хищных акул.
Отчаявшись, все семеро сидели у моря и думали, что делать, когда вдруг услышали странный топот, который шёл со стороны въезда в отель. Проходивший мимо работник отеля, грязный и оборванный, пробормотал:
- Это не землетрясение. Это прибытие поездов с новыми туристами.
Действительно, подойдя к отелю, наши герои увидели, как к нему подъехали огромные составы. На каждом из вагонов была своя табличка, на паре вагонов виднелась надпись Анапа, на других Анталья, Кемер, Сочи, Санья, Ялта, а также названия других городов-курортов. Катя задумалась, они с Настей начали рассуждать и обе одновременно поняли, что возможно вагоны набиты как раз теми туристами из городов-курортов которые, как и наши герои не соблюдали чистоту, это ослабило их защиту в реальном мире и они попали во власть тёмных сил, кажется всё потихонечку начало проясняться.
Из вагонов выскакивали толпы людей - они лезли на перебой кто в дверь, кто в окна, все были с огромными грязными чемоданами, но это не мешало им яростно бежать в сторону отеля. Всё это напоминало апокалипсис. Вновь прибывшие толкались, хрипели, тянули руки к дверям отеля. Толпа напоминала оживших мертвецов. Началась суматоха: новые гости пытались захватить номера, а прежние постояльцы - забаррикадироваться и отбиться. Катя услышала странный хохот, напоминающий лошадиное ржание, она обернулась, хохотал человек в чёрном плаще он стоял поодаль от компании у ворот отеля, теперь Катя смогла его рассмотреть, не было никаких сомнений это был Матфей Стёпин.
Девочки со своими семьями отчаялись пробраться сквозь толпу и, грустные, пошли к морю. Уставшие и подавленные, они брели вдоль линии прибоя, оставляя позади хаос и безумие злого отеля, надеясь найти хоть клочок тишины. Катя поведала всей компании что думает, всё случилось из-за упавшей в бассейн сигареты, умолчав про человека в чёрном, про которого рассказала только Насте. Друзья рассуждали: что если бы они не мусорили, то, возможно, не попали бы в этот страшный сон.
Навстречу всей компании шёл кот поразительно напоминавший Бакса, он потёрся о Настину ногу запрыгнул Кате на руки и промурчал в ухо: - Мы уже занимаемся тем чтоб вытащить вас из папиного страшного сна. Внезапно огромная волна подхватила девочек и всю компанию, перенесла через риф и затянула в воронку. Очнулись они снова в прекрасном отеле, точно в том месте где были – у бассейна. Всё было чисто, красиво и спокойно. Постепенно Катя и Настя начали думать, что это действительно был всего лишь сон. Страшный сон начал забываться. Тем более что отдых в этом райском уголке был поистине чудесным. Вот только Катя немного скучала по своему любимому коту Баксу.
Однажды примерно через неделю Настина мама случайно уронила в унитаз предмет женской гигиены, ну тот что бывает с крылышками, она попыталась его смыть, но в тот же миг из унитаза под огромным напором начала разбрызгиваться гадкая коричневая жидкость, заливая всё вокруг. Она позвала на помощь, Настя и Катя подбежали, но было слишком поздно, тени резко удлинились и отель вновь превратился в грязный и ужасный.
Настя дернула Катю за рукав, и показала в сторону окна, в заглядывал человек в чёрном он злорадно хохотал.
Девочки и вся их компания вновь оказались в параллельном мире злого отеля или чьём то страшном сне.
Теперь они знали, что делать.
- Нужно снова проплыть через риф, - сказала Катя. - Воронка перенесёт нас обратно!
- Но как? - заволновалась Настя. - За рифом акулы, а путь преградили работники отеля. Они стали какими-то… странными.
И правда: метрах в двадцати от линии прибоя на рифе, между берегом и воронкой, по колено в воде, стояли грязные, оборванные люди, напоминавшие скорее зомби, чем обслуживающий персонал отеля. Злые работники отеля отталкивали всех, тех, кто пытался переплыть риф и добраться до воронки они колотили вёслами и палками, им помогали подплывавшие акулы. Как будто бы работники отеля и акулы были такой же частью этой грязной действительности, как и сам злой отель и не выпускали тех, кто попал в этот мир словно в тюрьму в наказание за собственную неряшливость и неуважения к чистоте окружающего мира под действием сил зла.
- Мы должны это сделать, - твёрдо сказала Катя, указывая на катамаран что валялся на берегу - Ради своего будущего! Но сначала давайте пообещаем друг другу что никогда не станем мусорить, а будем изо всех сил стараться делать наш мир лучше и чище. Катин папа, Паша первый согласился с дочерью и помог убедить всех сделать как предложила Катя. Все семеро пообещали друг другу что будут стараться изо всех сил во имя светлого будущего.
Мужчины подтащили катамаран к морю, обе семьи забрались на него, откуда ни возьмись появился Бакс и человеческим голосом произнес отплываем я помогу. Друзья поплыли в сторону воронки. Нашим героям не пришлось даже отбиваться от злых защитников рифа и акулы тоже на катамаран не обращали никакого внимания. Стоило кому ни будь бросить взгляд на катамаран, как этот взгляд перехватывал Бакс, и защитники злого отеля теряли к катамарану интерес. Стоило им перебраться через риф как катамаран начала засасывать воронка и когда катамаран опустился на дно, то все вдруг снова очутились в своём чистом и красивом отеле, в своей вилле, каждый оказался точно в том месте в котором был в момент когда реальность перенесла их в злой отель во второй раз.
Только наши герои успели оправиться от своих приключений, и вышли прогуляться как увидели женщину, которая гуляла по территории и ела мороженое. Женщина скомкала обёртку и бросила её мимо урны. Катин папа, вспомнив всё, что они пережили, понял: сейчас всё может повториться. Он бросился вперёд, прыгнул, на лету схватил мусор и выбросил его в урну.
С тех пор они строго следили за чистотой, ну так на всякий случай. До конца каникул друзья наслаждались прекрасным отдыхом, осознав, как важно не мусорить. Кто знает, было ли всё случившееся лишь сном, который приснился Катиному папе, и он рассказал его за завтраком или это трудовик вернулся и пытается отомстить…
Глава 5. Уроки английского
Где-то через две недели после окончания зимних каникул Катя пришла домой расстроенная. Папа Паша подошёл к ней и спросил:
- в чём дело?
- Послушай, пап, - вздохнула Катя, - у нас такая строгая учительница английского! Я стараюсь изо всех сил, но она всегда недовольна.
- Я тебя слушаю, Катенька, - мягко сказал папа. - Такое часто бывает с учителями, особенно с преподавателями английского. Дети не особо любят учить язык, поэтому педагогам приходится быть строгими.
- Но она просто невыносима! - воскликнула Катя.
- Когда я был маленьким – продолжил отец, - и ходил в ту же самую школу, что и ты, у нас тоже была очень строгая учительница английского, - продолжал папа. - Мало того, что строгая, так ещё и немного жестокая, можно сказать.
Он вспомнил один случай:
- На задней парте хулиганили ученики, не слушались. Она брала указку за тонкий конец и слегка шлепала их по затылку.
- Ужас какой! - вздрогнула Катя.
- Однажды произошёл совсем странный случай, - понизил голос папа. - Все подумали, что она кинула указку в Олега Кремлёва, нашего двоечника, но я;то видел: она даже не прикоснулась к ней. Просто сделала движение рукой - и указка сама полетела в его сторону.
Катя широко раскрыла глаза.
- Эта учительница была колоритной личностью, - продолжал папа. - Когда она выходила из класса или какого;нибудь кабинета, все, кто находился поблизости, старались спрятаться, чтобы не попадаться ей на глаза. Те, кто не успел, прижимались к стене.
Он описал её внешность:
- У неё была квадратная, крепкая, почти мужеподобная фигура. Носила она толстые очки с тёмно-коричневыми линзами, в тёмной роговой оправе - очень массивные, квадратные. Они производили невероятно серьёзное впечатление. Казалось, когда она смотрит через эти очки, то видит тебя насквозь - не только все твои мысли, но и самые потаённые уголки души. Каждый раз, когда она обращалась ко мне с каким;то вопросом, я, даже если и хотел, что;то утаить, сразу всё рассказывал. Стоило ей пристально посмотреть на меня сквозь свои тёмно;коричневые линзы, как по телу пробегала дрожь. Все, на кого она устремляла взгляд, становились словно парализованными - будто судорогой сводило не только тело, но и саму душу, всё что она при этом говорила безропотно выполнялось.
- Кстати она была директором нашей школы, - продолжал рассказ отец - английский она преподавала по совместительству. А её длинный кабинет! Не многие доходили до стола под испепеляющим взглядом! Говорят, что даже учителя теряли сознание. Лично я два раза был на допросе в этом кабинете, КГБ отдыхает, второй раз из-за того, что отказывался вступить в комсомол. И что вы себе думаете? На утро таки вступил, как миленький! Причём за ночь, выучил устав наизусть! Но что мы имели на входе (до её прихода) когда учился мой старший на 10 лет брат, твой дядя Саша? - Мы имели худшую школу города, с шайками враждующих хулиганских групп, неопрятную разваливающуюся школу в которой учителя просто выживали, многие сдались и скатывались в алкоголизм... А что на выходе, дружный коллектив, линейки, кружки, КВНы, что где когда, идеальная чистота и ремонт, всякое там здрасте-пожалуйста. Да что там говорить, ученики нашей школы стали подшефными крупных предприятий! Мы единственные в области объездили всю страну в туристических поездках!
- И что было дальше? - затаив дыхание, спросила Катя.
- Однажды её вывел из себя ещё один наш двоечник, Афоня - так его все называли из;за созвучной фамилии, - усмехнулся папа. - Она разозлилась, подошла к нему и словно подняла за шею прижав к стене. Со стороны казалось, будто она его держит рукой, но я сидел рядом и видел: её рука на самом деле не касалась его. Как будто она обладала какой;то сверхъестественной силой… телекинезом, понимаешь?
- Телекинезом? - переспросила Катя.
- Да, - кивнул папа. - Знаешь, доченька, раз мы с тобой уже заговорили на эту тему, я должен сказать: я знаю всё и про ваши приключения с Настей, и про нашего кота Бакса. Ты, конечно, уже поняла, что в нашем Баксе, помимо его кошачьей сущности, живёт дух моего пропавшего брата Саши.
- Папа, откуда ты всё знаешь? - удивлённо воскликнула Катя.
- От Бакса и знаю, - ответил папа. - Дело в том, что его очень волнует всё, что происходит у вас в школе, и он поделился со мной, а ключ который то появлялся у тебя то пропадал, так это я его тебе подкладывал и забирал, я был рядом, но оставался для вас невидимым, так было надо.
- Ну теперь всё ясно, значит, Бакс ещё и шпион, похоже и ты пап, - рассмеялась Катя.
- Просто он очень любит тебя, как и я, - ответил папа Паша. - Как мне рассказывала моя бабушка Дарья, в нашей семье никто не уходит навсегда. После того как земная часть жизни заканчивается, один из членов семьи становится духом рода, который защищает родных. Так, раньше духом рода была бабушка Дарья: после смерти она воплотилась в мою болонку Джулю и всегда была рядом со мной. Сейчас с тобой рядом - дядя Саша, в образе Бакса. Наверное, он не просто так рядом с тобой… Я знаю, что после дяди Саши титул духа рода перейдёт ко мне, а потом… кто знает… - папа задумался.
- Папа, давай не будем о таком далёком будущем, - сказала Катя. - Расскажи, что было дальше с этой англичанкой-директрисой.
- Наш Бакс, - продолжил папа, - рассказал мне историю про потерянное стекло из часов. Этот тёмный, толстый кристалл, по его словам, был линзой в роговой оправе англичанки-директрисы из моего детства.
Катя задумалась и спросила:
- Слушай, пап, а если эта линза из очков твоей учительницы, то где она сейчас, и вторая где?
Папа замолчал, погрузившись в размышления.
- Знаешь, - наконец произнёс он, - мне кажется, всё странное, что происходит в вашей школе, не закончится до тех пор, пока вторая стекляшка где;то существует…
Глава 6. Линза
Катя долго не могла уснуть в тот вечер она всё думала и думала о разговоре с папой, обдумывая его слова. В голове крутились вопросы, один тревожнее другого.
На следующий день был выходной и катя выбрав минутку, когда папа сидел один у телевизора подошла к нему и свернувшись рядышком клубочком крепко прижалась к отцу.
- Пап, - тихо спросила она, - а если мы найдём вторую стекляшку… что тогда произойдёт?
Папа задумчиво покрутил кольцо на пальце:
- Не знаю, дочка. Но чувствую, что это важно. Очень важно. Бакс тоже так считает - он всё время твердит мне о старом кабинете английского, будто что;то там чует.
Катя вздрогнула:
- Возле кабинета Анжелы Сергеевны? Но говорят, что он закрыт уже лет десять!
- Именно, - кивнул папа. - И знаешь, когда я учился, этот кабинет принадлежал той самой учительнице, это бывшая директорская. Говорят, после её внезапного исчезновения никто так и не решился там обустроиться.
В тот же вечер Катя и папа решили осмотреть старый кабинет. Бакс, как будто понимая их замысел, важно шёл впереди, время от времени оборачиваясь и призывно мяукая.
Школа ночью казалась совсем другой - длинные коридоры терялись во тьме, тени от редких ламп плясали на стенах, и стали снова очень длинными, а каждый скрип половицы отдавался гулким эхом. Катя невольно придвинулась ближе к отцу.
- Не бойся, - шепнул он, положив руку ей на плечо. - Пока Бакс с нами, ничего плохого не случится.
Кот остановился у массивной двери с табличкой «Кабинет № 13» и замяукал особенно громко. Папа достал тот самый старинный ключ, который, по его словам, хранился в семье со времён бабушки Дарьи, это был не простой ключ он отпирал любые двери.
Дверь со скрипом отворилась, выпуская облако пыли. Внутри всё было покрыто слоем вековой пыли, но кое;что сразу бросилось в глаза: на учительском столе лежал одинокий предмет - тёмные очки с одной целой линзой и пустой оправой на месте второй.
- Это… они? - прошептала Катя, боясь сделать шаг вперёд.
- Да, - голос папы прозвучал непривычно глухо. - Те самые очки. И вторая стекляшка… она была здесь всё это время.
Бакс прыгнул на стол и осторожно ткнулся носом в оправу. В тот же миг по комнате пробежала странная волна - воздух задрожал, пыль закружилась в причудливом танце, а очки начали медленно подниматься в воздух.
Из тени в углу кабинета выступила фигура - коренастая женщина в строгом костюме, с квадратной фигурой и в тех самых очках, только теперь обе линзы были на месте. Её взгляд, пронзительный и всевидящий, устремился на Катю.
- Вы нашли то, что искали, - прозвучал низкий голос. - Но знаете ли вы цену?
Катя почувствовала, как по спине пробежал знакомый холодок - тот самый, о котором рассказывал папа. Но на этот раз вместо страха она ощутила странное спокойствие. Рядом был папа, а на пути между учительницей и Катей, выгнув спину кольцом и чуть заметно шипя, Бакс встал в боевую стойку.
- Мы знаем, - твёрдо ответила Катя. - Цена - это знание. Знание о том, что добро всегда сильнее страха. И что семья - это не только те, кто рядом, но и те, кто живёт в наших сердцах.
Фигура слегка дрогнула, очки в воздухе замерли на мгновение, а затем плавно опустились обратно на стол. Женщина улыбнулась - впервые за всё время - и её облик начал рассеиваться.
- Мудрый ответ, дитя, - прозвучало уже издалека. - Пусть сила рода хранит вас…
Когда видение исчезло, Катя подошла к столу и осторожно взяла оправу в ней была только одна линза. Вторая стекляшка лежала рядом - тёмная, гладкая, но теперь уже не пугающая.
- Она ушла? - спросила Катя, оборачиваясь к папе.
- Наверное, думаю навсегда, - улыбнулся отец. - Ты освободила её, Катя. Освободила от того, что держало её здесь.
Бакс запрыгнул на плечо девочки и потёрся головой о её щёку. В этот момент Катя поняла, что теперь она часть чего;то большего - древней семейной традиции, где любовь и память сильнее любых чар.
Очки и вторую линзу решили не трогать оставив лежать на столе. Возможно зря…
На следующее утро Анжела Сергеевна встретила класс с необычной улыбкой:
- Сегодня, дети, мы начнём новый раздел, - сказала она. - И я хочу, чтобы вы знали: я буду рада видеть ваши успехи и готова помочь каждому.
Катя переглянулась с Настей. Всё действительно изменилось. Катя заметила, что на столе учительницы, словно случайно, лежала линза из тёмного стекла - как напоминание о том, что некоторые тайны остаются с нами навсегда.
От растерянности Катя выронила из рук карандаш, Анжела Сергеевна которая стояла рядом подняла его и положила на стол. Только одной Кате было видно, что Анжела Сергеевна не касалась карандаша рукой.
Сзади Катя услышала еле различимый шёпот, исходящий от вечного подлизы и любимчика трудовика Глеба, - это ещё не конец. – прошептал он и злобно захихикал.
Глава 7. Два осколка
Катя замерла, глядя на то, как Анжела Сергеевна подняла карандаш без прикосновения рук. В груди защемило от тревоги - слова одноклассника «это ещё не конец» эхом отдавались в голове.
Урок прошёл как в тумане. Катя едва слышала объяснения учительницы, всё время ловила на себе странные взгляды одноклассников. Особенно пристально наблюдал тот самый мальчик Глеб - он сидел в заднем ряду, ухмылялся и время от времени шептал что;то соседу.
После уроков Катя поспешила домой. Бакс, как будто чувствуя её беспокойство, тёрся о ноги и громко мурлыкал. Папа, заметив встревоженное лицо дочери, отложил ноутбук в сторону:
- Что случилось, Катенька?
- Пап, она… Анжела Сергеевна… она сделала то же самое! Подняла карандаш без рук! И ещё один мальчик шепнул мне: «Это ещё не конец».
Папа Паша нахмурился, потёр подбородок:
- Пойдём поговорим с Баксом. Он наверняка знает больше, чем мы думаем.
Они прошли в гостиную. Папа сел на диван, Катя устроилась рядом, а Бакс важно взошёл на подлокотник кресла и уставился на них своими жёлтыми глазами.
- Ну, дружище, - обратился к нему папа, - что ты скажешь? Почему дух не ушёл окончательно? Что за «не конец» нам предвещают?
Бакс медленно моргнул, потом спрыгнул на пол и направился к книжному шкафу. Там он остановился и начал скрести лапой у основания.
- Он хочет, чтобы мы посмотрели книги, - догадалась Катя.
Вместе они вытащили несколько старых томов. Среди них оказался потрёпанный дневник с выцветшей надписью «Личный дневник А. С. Смирновой».
- Это же фамилия Анжелы Сергеевны! - воскликнула Катя.
- И инициалы совпадают, - добавил папа. - Давай посмотрим.
Бакс перевоплотившись в дядю Сашу сказал: - я когда-то учился с ней в одном классе и был в неё влюблён, но она меня отвергла, я тогда украл у неё дневник, которым она очень дорожила и спрятал его здесь между книг в нашем доме.
Дневник был полон записей и наблюдений, связанных со школой, ничего не значащими рисунками, и всякой девчачей ерундой. Но одна страница особенно привлекла внимание, запись явно сделана была чей то другой рукой, взрослой уверенной рукой, надпись была на английском, вот перевод:
«Я завещаю свои силы тому, кто продолжит моё дело. Пусть власть над волей перейдёт к достойному. В линзах очков заключена сила. Когда очки найдут нового владельца, моя сила обретёт преемника, сквозь года я вижу, что именно ты Анжела станешь моей преемницей, ты должна стать учительницей английского и пойти преподавать в эту же школу и подпись ПАК».
- Вот оно, - прошептал папа. - Это же написала моя англичанка-директриса Пескарева Алефтина Константиновна. Вторая стекляшка не просто была не в оправе, а лежала рядом, наверное ей завладел трудовик. После того как моя англичанка-директриса оставила наш мир сила раскололась на две, одна линза попала Анжеле Сергеевне, а вторую кто-то нашел и... И этот кто;то передал её трудовику который получил часть силы линзы.
- Тот мальчик, Глеб? - догадалась Катя. - Который шептал «это ещё не конец»?
- Скорее всего. Но он получил только половину стекляшки, вторая у Анжелы Сергеевны. Глеб, видимо, случайно активировал силу, прикоснувшись к осколку линзы и находясь под влиянием трудовика передал линзу ему, а теперь, когда трудовик исчез возможно Глеб вернул себе линзу. Теперь он может неосознанно использовать её - поднимать предметы, влиять на других и возможно видеть будущее…
Дядя Саша вновь обратился в кота Бакса, замяукал и подбежал к окну. За стеклом, на улице, стоял тот самый мальчик. Он смотрел прямо на дом и улыбался - не по;доброму, а с вызовом, в этот момент тени начали удлиняться, а Глеб хохотать.
- Он знает, что мы догадались, - сказала Катя. - Что нам делать?
- Нам нужно вернуть вторую линзу, - твёрдо сказал папа. - И сделать это так, чтобы она больше не попала в чужие руки. Бакс поможет - он чувствует магию. А ты, Катя, должна поговорить с этим мальчиком. Не с позиции силы, а с позиции понимания. Возможно, он сам напуган тем, что с ним происходит.
На следующий день Катя подошла к Глебу во дворе школы.
- Это ты шептал мне вчера что это ещё не конец, да? - спросила она спокойно.
Он настороженно кивнул.
- Я знаю, что ты нашёл вторую часть линзы. И знаю, что теперь ты можешь делать странные вещи. Но это не твоя сила. Она опасна. Давай вернём её туда, где ей место.
Глеб опустил глаза:
- Я не хотел… Я просто нашёл её в старом кабинете, что-то меня туда неодолимо влекло. Она блестела, я взял её в руки, и потом… я поднял книгу без рук. Это было страшно. А потом я начал чувствовать, что могу заставить других делать то, что я хочу. Но я не хочу так!
- Я верю тебе, - мягко сказала Катя. - Пойдём со мной. Мой папа и кот Бакс помогут всё исправить.
Вечером они втроём - Катя, папа и Глеб - снова пришли к кабинету № 13. Бакс провёл их к углу, где под доской, в щели, лежал осколок тёмной стекляшки.
Папа достал старинную шкатулку, на которой виднелись руны из старинной книги бабушки Дарья:
- Эта шкатулка запирает магию. Линза больше не сможет влиять на кого;либо.
Когда стекляшка оказалась внутри, по школе пробежал лёгкий ветерок, словно вздох облегчения.
На следующее утро Анжела Сергеевна встретила класс с тёплой улыбкой:
- Сегодня мы начнём новый раздел, - сказала она. - И я хочу, чтобы вы знали: я буду рада видеть ваши успехи и готова помочь каждому.
В её глазах было пугающее всеведение - вторая половина линзы была всё ещё у неё.
Глеб подошёл к Кате после урока:
- Спасибо. Я больше не чувствую этой силы. И мне… легче.
- Мы все здесь, чтобы помогать друг другу, - улыбнулась Катя. - И мой кот Бакс тоже рядом с нами не просто так.
Кот, как будто услышав своё имя, выскочил из;за угла и потерся о ноги Глеба. Тот впервые за долгое время искренне улыбнулся.
А вечером, когда Катя укладывалась спать, Бакс запрыгнул к ней на кровать, свернулся клубочком и замурлыкал. В окне мерцали звёзды, и где;то далеко, словно эхо, прозвучало:
«Пусть сила рода хранит вас…»
Катя размышляла - нужно ли забирать вторую половину линзы у Анжелы Сергеевны, - папа подошел к дочери чтобы поцеловать её на ночь и как бы отвечая на её вопрос сказал: - знаешь дочь, яд в малых дозах может быть незаменимым лекарством, то что у Анжелы Сергеевны осталась вторая часть линзы не значит, что она будет использовать её во зло, мне кажется – добавил отец – линза даёт силу, а будет эта сила доброй или злой зависит от того человека который обладает артефактом. Кроме того, ты же знаешь как мы дружны с Анжелой Сергеевной, кроме того не забывай она твоя крестная, но это не значит, что она будет ставить тебе отметки просто так, строгий вовсе не значит злой.
Катя задумалась, однозначного решения так и не пришло, Катя решила, что пока стоит затаиться, но не упускать Анжелу Сергеевну из поля зрения, - хоть она и крёстная и частенько бывает у нас в гостях, линза то у неё- думала Катя проваливаясь в сон. Через минуту она уже крепко спала, ведь впереди её ждали не менее захватывающие приключения.
Глава 8. Место
Папа Паша крепко спал. Сегодня был выходной - в такие дни он обычно просыпался в шесть утра, но иногда позволял себе поваляться до девяти. Сегодня был как раз такой день.
Катиному папе снилось детство. У каждого человека есть место, куда он мечтал бы вернуться вопреки законам времени и природы. «Место… Место… Место…» - пульсировало сквозь сон в папиной голове. «Хочу в своё место», - шептал он во сне.
Сон перенёс его в крошечную комнатку 2 ; 2 метра. В ней не было окон, а на дверном проёме висели плотно задёрнутые шторы. Сквозь них пробивался тёплый свет и запах чего;то вкусного, едва слышно доносилась возня на кухне и голос мамы:
- Панечка, вставай! Оладушки готовы.
Панечка выбежал из своей темнушки и попал в залитый солнцем огромный зал. В него вошла мама, улыбнулась - её лицо засветилось любовью… В этом сне папа Паша был уверен, что он всё ещё десятилетний ребёнок. Мама, папа, брат - все живы и все рядом.
Сон начал отступать.
- Всё, я окончательно проснулся, - прошептал папа. - Ещё секунду - и мне бы показалось, что я окажусь в своём месте… Нет, это точно невозможно…
К горлу подкатил комок, глаза намокли.
Катина мама, Людмила, заметила, что с папой Пашей во сне что;то не так. Она ласково погладила его по голове потеребила за плечо и предложила:
- Пойдём выпьем по чашке кофе?
Сон окончательно улетучился. Катин папа и мама посмотрели друг на друга с любовью, и только в папиной голове затихающе продолжало пульсировать: «Место… Место… Место…»
Людмила вышла из комнаты и позвала:
- Катя, блинчики готовы!
Катя с котом Баксом наперегонки побежали вниз по лестнице. Мама посмотрела на них с радостью.
«Место… Место… МЕСТО…» - вновь разгорелась пульсация в папиной голове.
- Катюш, иди ко мне, - позвал папа.
Катя подошла. Папа взял её за руки и сказал:
- Мне кажется, ты сейчас в том месте, в которое будешь мечтать вернуться всю жизнь. Ну, когда нас с мамой уже не будет рядом. Но ты всегда сможешь попасть в это место во сне - стоит тебе только произнести: «Место, место, место», находясь на грани сна и бодрствования. И мы с мамой окажемся рядом - сможем тебе что;нибудь посоветовать или просто поговорить.
- Ну папа! Хватит! - сказала Катя, и её голос чуть дрогнул. - Давай лучше мне что;нибудь интересное расскажи.
- Про что, например, - спросил папа Паша.
- Ну, например, про нашу волшебную шкатулку, - произнесла дочка уже повеселевшим голосом.
- Так и быть, - сказал отец. - Шкатулку я эту сделал сам - по чертежам из книги бабушки Дарьи. Руны на ней тоже из этой книги. Я вложил в неё часть своей души.
- Понятно, - произнесла Катя загадочным голосом. - Это и делает её волшебной!
- Не только это, - продолжил папа. - Само дерево тоже живое. Если хочешь, я расскажу, как оно ко мне попало.
- Да, давай! - Катя была явно заинтересована.
- Но только сначала - чай, кофе и блинчики. А история - после.
Глава 9. Дерево
Сразу после завтрака Катя свернулась клубочком на диване рядом с папой, в предвкушении занимательной истории.
- Вот история этого необычного дерева, - начал отец. - Посреди поля стояло дерево. Мимо него шла тропа, по которой много лет ходили люди. Дерево сроднилось с ними: они трогали его ствол, отдыхали в тени, собирали сухие ветви, жгли костёр и пели песни всю ночь. Люди стали для дерева ближе, чем молодой лес, выросший весёлой рощей чуть поодаль.
Дерево любило людей больше, чем свой род. Оно играло с ними: то заскрипит, вспугнув влюблённую парочку, то споёт колыбельную шелестом листьев уставшему путнику. Иногда, прочитав мысли проходящих мимо, притворялось то привидением, то стаей летучих мышей, а то просто исчезало на минутку - но только перед злыми людьми.
Однажды утро началось с тревожного рокота тракторов и мерзкого трещания бензопил. Доносилось незнакомое слово «колхоз». Руководил всем человек в чёрной кожаной куртке. Когда с рощей было покончено, от поваленных сосен и берёз доносились лишь еле слышные стоны.
Люди обступили дерево. Оно знало каждого с пелёнок - и их отцов, и дедов. Дерево смирилось, накренило крону и сказало безмолвно, но твёрдо - так, что люди приняли его слова за свои мысли:
- Не сжигать, не топить - строить дом.
Много лет спустя я случайно провёл ночь в этом доме. – продолжал папа - Я ехал на автобусе и вдруг почувствовал себя плохо - температура поднялась до 39 °C. Меня сняли с автобуса и приютили добрые люди.
Когда все уснули, дерево решило поведать мне свою историю. Оно извинилось: причиной моей болезни стали его игры - оно хотело зазвать меня в дом. Дерево объяснило, что после того, как его срубили, а последние соки покинули ствол, оно не умерло, а начало жить иной жизнью.
Оно сказало мне, что и меня ждёт то же самое: когда меня покинут «последние соки», я стану духом своего рода и вместе с предками встану на защиту потомков. В том числе и тебя, Катя, - продолжил отец. - Именно это оно и хотело объяснить мне той ночью. Дерево показалось мне очень мудрым, и я ему поверил.
А когда я проснулся утром, хозяин дома вручил мне две небольшие дощечки - именно из них я и сделал шкатулку. Теперь ночами мы иногда беседуем с деревом: оно стало частью меня, а что;то моё навсегда осталось в том доме.
- Ух, ну и история! - сказала Катя. - Пап, а можно ещё блинчиков? Что;то я проголодалась. - Конечно, Катюша, - улыбнулся папа Паша и поднялся с дивана. - Пойдём за добавкой.
Глава 10. Шкатулка
Пока они шли на кухню, Катя всё думала о рассказе отца. Её воображение рисовало огромное дерево, которое умеет разговаривать и играть с людьми, а ещё - защищать их.
За блинчиками с вареньем Катя не выдержала:
- Пап, а как ты понимаешь, что дерево с тобой говорит? Это как голос в голове? Или ты просто чувствуешь его мысли?
Папа налил себе и дочке чаю, сел напротив и задумчиво помешал ложечкой:
- Это не совсем голос. Скорее, ощущение. Как будто знаешь, что;то, чего раньше не знал. Представь: идёшь по лесу, видишь красивое дерево - и вдруг понимаешь, что оно хочет, чтобы ты отдохнул в его тени. Или чувствуешь, что оно радуется солнцу. Это не слова, а… образы, эмоции.
Катя кивнула, хотя до конца не поняла. Зато Бакс, дремавший на подоконнике, приоткрыл один глаз и едва заметно кивнул, словно подтверждая слова папы.
- А шкатулка? - не унималась Катя. - Она тоже может со мной говорить?
- Может, - серьёзно ответил папа. - Но не сразу. Нужно научиться слушать. Дерево передало мне часть своей мудрости, а я вложил её в шкатулку. Теперь она хранит не только вещи, но и память рода.
После завтрака Катя побежала в свою комнату, достала волшебную шкатулку и осторожно погладила резные руны на крышке. Дерево было тёплым на ощупь, будто живое.
- Я тебя слышу, - прошептала Катя. - Расскажи мне что;нибудь.
Сначала ничего не происходило. Но потом шкатулка чуть заметно дрогнула, и в голове у Кати всплыл образ: старый дом. Она увидела комнату с деревянными стенами, печь, лавки, а на стене - портрет молодой женщины с добрыми глазами.
- Бабушка Дарья? - догадалась Катя.
Шкатулка снова дрогнула, словно кивнула. В тот же миг Катя почувствовала лёгкое тепло, разливающееся по рукам, - будто дерево приветствовало её.
Вечером, когда мама Людмила накрывала на стол, а Бакс, свернувшись клубочком, мурлыкал на кресле, Катя рассказала о своём опыте:
- Папа, сегодня шкатулка показала мне бабушку Дарью!
Папа Паша улыбнулся:
- Значит, она признала тебя. Это хороший знак.
- А что ещё она может? - загорелась Катя.
Папа задумался, потёр подбородок и ответил:
- Многое. Например, она может:
показывать воспоминания тех, кто, когда;либо к ней прикасался;
предупреждать об опасности - если рядом тёмная магия, шкатулка станет холоднее;
хранить секреты так, что их не найдёт никто, кроме того, кому они доверены, в том числе ограничивать силу артефактов, которые попадают внутрь шкатулки;
помогать сосредоточиться - если положить в неё листок с вопросом, утром может прийти ответ во сне;
передавать частичку силы дерева тому, кто искренне попросит помощи.
- Но помни, - добавил он строго, - эта сила дана не для баловства. Шкатулка откликается только на чистые намерения. Если попытаешься использовать её во вред или из любопытства, она замкнётся и перестанет с тобой говорить.
Катя серьёзно кивнула:
- Я буду осторожна. Обещаю.
- Хорошо, - папа положил руку ей на плечо. - а теперь давай поужинаем. И, может быть, после я расскажу тебе ещё что;нибудь о нашем дереве.
Бакс громко мурлыкнул, словно одобряя эти слова, и перевернулся на другой бок. Катя улыбнулась и побежала помогать маме накрывать на стол. В груди у неё теплилось новое чувство - чувство связи с чем;то большим, древним и добрым, что теперь стало частью её жизни.
Глава 11. Второй осколок
Прошла неделя. Катя старалась вести себя как обычно, но каждый раз, когда она оказывалась рядом с Анжелой Сергеевной, её не покидало странное ощущение - будто учительница что;то чувствует, будто она знает, что Катя в курсе её секрета.
Однажды на уроке английского Анжела Сергеевна вызвала Катю к доске:
- Катя, прочитай, пожалуйста, этот отрывок вслух.
Катя вышла к доске, взяла учебник. Но стоило ей открыть страницу, как буквы начали расплываться перед глазами. Она моргнула, попыталась сфокусироваться - безрезультатно.
- Я… я не могу прочитать, - призналась она. - Буквы как будто танцуют.
Класс затих. Анжела Сергеевна подошла ближе, внимательно посмотрела на Катю. На мгновение их взгляды встретились, и Катя почувствовала лёгкое покалывание в висках.
- Всё в порядке, Катя, - мягко сказала учительница. - Просто сделай глубокий вдох и попробуй ещё раз.
Катя вдохнула, выдохнула - и вдруг буквы снова стали чёткими и понятными. Она прочитала отрывок без единой ошибки.
После урока Анжела Сергеевна задержала Катю:
- Извини, если я невольно повлияла на тебя, - тихо сказала она. - Иногда сила проявляется сама, без моего желания. Я учусь её контролировать.
Катя удивлённо подняла брови:
- Вы… знаете, что я знаю?
Анжела Сергеевна улыбнулась:
- Конечно. Я видела, как ты смотрела на меня в тот день с карандашом. И я благодарна тебе за то, что ты не выдала меня.
- Но… вы же используете магию? - осторожно спросила Катя.
- Использую, - кивнула учительница. - Но не во зло. Я помогаю детям лучше понимать материал, снимаю тревогу перед контрольными, иногда подсказываю тому, кто совсем запутался. Это не манипуляция, а поддержка.
Катя задумалась. В словах Анжелы Сергеевны была логика.
- а вторая часть линзы… - начала она.
- Она у меня, - подтвердила учительница. - И я храню её в надёжном месте. Обещаю, что никогда не применю её силу против кого;либо.
В тот же вечер Катя рассказала всё папе и дяде Саше (в облике Бакса).
- Видишь, - сказал папа, - я был прав. Сила может быть лекарством, а не ядом. Анжела Сергеевна использует её во благо.
Бакс мурлыкнул и потерся о ногу Кати.
- Значит, мы можем ей доверять? - уточнила Катя.
- Да, - кивнул папа. - Но это не значит, что нужно расслабляться. Магия - это ответственность. И теперь ты тоже часть этой истории. Ты готова к этому?
Катя глубоко вдохнула:
- Да. Я готова.
На следующий день Анжела Сергеевна предложила Кате остаться после уроков:
- У меня есть кое;что для тебя, - сказала она, когда класс опустел.
Она достала из ящика стола небольшую шкатулку и открыла её. Внутри, на бархатной подушке, лежала вторая часть линзы - тёмная, гладкая, с едва заметным мерцанием.
- Это тебе, - произнесла учительница. - Не как оружие, а как символ. Ты доказала, что можешь принимать мудрые решения. Пусть эта линза напоминает тебе: сила - в доброте, в понимании, в желании помогать.
Катя осторожно взяла линзу. Она не была тяжёлой, но в ней чувствовалась какая;то древняя мудрость и пульсация силы, не тёмной ни светлой, просто силы.
- Спасибо, - прошептала она. - Я буду помнить.
С тех пор в школе многое изменилось. Анжела Сергеевна стала ещё добрее и внимательнее к ученикам, как будто освободилась от той силы которая действовала на людей через подавление воли, а теперь использовала только силу любви и дружбы.
Катя, с линзой в кармане, иногда чувствовала, как та слегка теплеет, если кто-то рядом испытывал тревогу или страх. Тогда она незаметно подходила к однокласснику, говорила пару слов поддержки - и тревога уходила. Катю линза совсем не напрягала, наверно потому что Катя была абсолютно чистым и светлым человекам, а сила линзы только усиливала Катину доброту.
Глеб, который раньше держался особняком, теперь часто сидел с Катей на переменах. Он больше не пытался использовать магию - вместо этого он увлёкся физикой и даже сделал модель левитирующего магнита для школьного конкурса.
А Бакс, как и прежде, бродил по дому и иногда приходил в школу, время от времени подмигивая Кате голубым глазом. Он знал: семья, дружба и доброта - вот настоящие артефакты, которые сильнее любой магии.
Однажды вечером, когда Катя укладывалась спать, линза на тумбочке слабо засветилась голубым светом. Катя улыбнулась, погладила Бакса, свернувшегося клубочком у неё в ногах, и прошептала:
- Спокойной ночи, магия. Спасибо, что ты с нами.
Линза мигнула в ответ и погасла.
Утром линзы не оказалось рядом. Катя почувствовала, как холодок пробежал по её спине, на минуту она подумала, что может осколок линзы взял папа и убрал к второй половине очков, той что они забрали у Глеба.
Катя подбежала к отцу и спросила – Папа это ты забрал у меня линзу? – нет конечно нет - ответил отец.
- Кто-же тогда? Где она? В чьих руках? – воскликнула Катя, - Папа проверь на месте ли первая стекляшка, которую мы забрали у Глеба. Папа и Катя бросились к заветной шкатулки открыли её и замерли в изумлении первая линза пропала, как и вторая.
- Как же это случилось, - мучительно думала Катя…
- А может спросить у Бакса? - предложил папа.
- Бакс, Бакс ты где- воскликнула Катя. В ответ тишина, что-то повлекло Катю в гостиную, то что она увидела заставила зашевелиться волосам на голове. Окно было разбито, апрельский ветер гулял по комнате. Под окном лежал израненный Бакс, и что-то мурчал… Папа и Катя бросились к любимому коту, они положили на него руки закрыли глаза и начали питать его жизненной энергией, через минуту папа упал без чувств от бессилья, затем свалилась и Катя. Когда папа и Катя очнулись Бакс уже излечился и обернувшись дядей Сашей поведал нашим героям что ночью в дом пробрался трудовик, с ним был Глеб, который явно находился как будто под гипнозом, изо рта трудовика исходила липкая нить которой он управлял Глебом, они разбили окно, и Глеб похитил обе линзы и передал их трудовику, Бакс конечно пытался помешать, но в этот раз силы оказались не равны ведь рядом не было ни Кати с Настей, ни папы Паши.
Наши друзья сели в круг и начали думать, что же им делать дальше.
Глава 12. Трудовик
- Трудовик? - переспросила Катя, не веря своим ушам. - Он опять объявился и взялся за старое? И Глеб оказался с ним, как и в прошлый раз, наверное, трудовик имеет над ним, власть, основанную на тёмной магии…
Дядя Саша, всё ещё слабый после исцеления, тяжело опустился на диван:
- Он давно следил за нами. Я чувствовал его взгляд, но не мог точно определить источник. Он учитель труда - человек, которого никто не подозревает. И он знает о магии это нам хорошо известно. А ещё это он человек в чёрном плаще, который пытался перевернуть реальность проникнув в сон папы во время зимних каникул.
Папа, придя в себя, нахмурился:
- А Глеб… Он был под контролем, ты сказал? Значит, его использовали. Но зачем трудовику осколки линзы?
- Чтобы объединить их, - тихо произнёс дядя Саша. - Когда две части соединятся, сила артефакта возрастёт многократно. Он сможет не просто влиять на отдельных людей, а контролировать целые группы. Возможно, даже подчинить себе не только школу.
Катя почувствовала, как внутри всё сжалось:
- Мы должны остановить его! Но как? У нас больше нет ни одного осколка, а он теперь вдвое сильнее.
- Есть способ, - дядя Саша поднялся на ноги. - Бабушка Дарья оставила мне одно заклинание. Оно позволяет отследить источник магического воздействия, если знаешь, с каким артефактом имеешь дело. Но оно требует большой концентрации и помощи рода.
- Значит, мы сделаем это вместе, - твёрдо сказала Катя. - Как семья.
Они расположились в гостиной, образовав круг. Дядя Саша начал читать старинное заклинание на незнакомом языке - слова звучали как шелест листьев и отдалённый звон колоколов, в словах улавливалось что-то финно-угорское. У бабки Дарья были фино-угорские корни она происходила из племени эрзя, которое славилось своей магической силой. Папа положил руку на плечо Кати, передавая ей свою поддержку. Катя закрыла глаза и сосредоточилась на образе осколков линзы - их тёмном мерцании, пульсации силы.
Постепенно перед её внутренним взором возникла картина: старый полуразвалившийся тир за школой, заваленный инструментами и древесными обрезками. В центре помещения на верстаке лежали оба осколка линзы, соединённые тонкой серебряной нитью. Рядом стоял трудовик, склонившись над ними, а неподалёку, словно марионетка, застыл Глеб - его глаза были пусты, а лицо безжизненно, трудовик стоял как в трансе одна липкая нить из его рта тянулась к Глебу, а сотни других направлялись на линзу и отразившись при этом многократно усилившись поднимались сначала вверх затем расходились во все стороны.
- Я вижу их! - выдохнула Катя. - Они в заброшенном тире за школой. Глеб там, он под контролем!
- Отлично, - кивнул дядя Саша. - Теперь мы знаем, куда идти. Но действовать нужно осторожно. Трудовик силён, он вернул себе силу липких нитей с помощь которых он, как и в прошлый раз решил контролировать всех в школе, но теперь у него есть полная сила линзы, которая усиливает исходящее из него зло.
- А что если мы используем, то же, что и Анжела Сергеевна? - предложила Катя. - Не силу против силы, а поддержку? Мы можем помочь Глебу освободиться от гипноза.
Папа улыбнулся:
- Умная мысль. Мы не будем сражаться с ним напрямую. Мы поможем Глебу вспомнить себя, вернуть контроль над своим разумом.
Тем же вечером они подошли к тиру, к друзьям присоединилась Настя, они созвонились с Катей, и та не могла пропустить очередное приключение. На улице было по апрельский прохладно. Тени вокруг как всегда в местах действия тёмной магии были не пропорционально длинными. Дверь была заперта, но папа легко открыл его своим магическим ключом которым раньше открывал кабинет № 13. Внутри царила зловещая тишина. Трудовик стоял над линзами, бормоча какие;то слова, а Глеб неподвижно застыл рядом.
- Глеб! - громко и чётко позвала Катя. - Глеб, посмотри на меня! Ты помнишь, как мы вместе вернули линзу? Ты сделал правильный выбор тогда. Ты сильный, ты можешь сопротивляться!
Мальчик вздрогнул. Его взгляд на мгновение прояснился.
- Катя?.. - прошептал он.
Трудовик обернулся, лицо его исказилось от ярости:
- Убирайтесь! Это не ваше дело! Сила должна принадлежать тем, кто достоин!
Движением взгляда трудовик направил часть липких нитей в сторону наших героев.
Но Катя не отступила. Она шагнула вперёд и протянула руку Глебу, её красивая шапочка засветилась голубым светом придавая ей силы. В это время кот Бакс обернувшись дядей Сашей создал вокруг Кати защитное поле, липкие нити как злобные змей кружились вокруг бились в защитное поле, но дальше продвинуться не могли, постепенно защитное поле начало распространяться в сторону Глеба, Настя прокричала:
- Глеб! Помнишь, как ты увлёкся физикой? Как сделал модель левитирующего магнита? Это был твой выбор, твой талант. Не позволяй ему забрать это у тебя!
Глеб глубоко вдохнул. Защитное поле распространилось на него и обволокло со всех сторон, липкая нить которая шла от трудовика к Глебу стала видимой, превратилась в хрусталь и растрескавшись оборвалась. Его глаза снова стали ясными. Он резко отшатнулся от трудовика:
- Я… я больше не буду подчиняться!
Трудовик взмахнул рукой, пытаясь восстановить контроль, но в этот момент дядя Саша произнёс короткое заклинание. Толстый черный червь, соединявший линзы, лопнул с резким звуком. Обе линзы рассыпались на сотню осколков. Осколки линзы отлетели в разные стороны затем собрались в тёмно-коричневое облачко, из которой крупными каплями пролились на каменную кладку пола, окрасив один из булыжников чёрным матовым цветом.
- Нет! - закричал трудовик, но его голос звучал всё тише, слабее. Магия покидала его.
- Всё кончено, - спокойно сказал папа. - Сила линз больше не действует.
На следующее утро в школе царила необычная атмосфера. Трудовик не пришёл на работу - по слухам, он то ли взял больничный, то ли уехал из города. Глеб подошёл к Кате на перемене:
- Спасибо, - тихо сказал он. - Я почти не помню, что было. Но я знаю, что ты меня спасла.
- Мы все тебя спасли, - улыбнулась Катя. - И теперь всё будет хорошо.
Анжела Сергеевна, проходя мимо, подмигнула им обоим. А Бакс, свернувшийся клубочком на подоконнике школьного кабинет, громко и довольно мурлыкал.
Вечером, когда Катя укладывалась спать, она почувствовала лёгкое тепло в груди - будто что;то напоминало о пережитом. Но теперь это было не тревожное ощущение, а нежное и успокаивающее. Она знала: настоящая магия - не в осколках линз, а в дружбе, семье и способности делать правильный выбор.
Катя задумалась о том, что в суматохе противостояния с трудовиком они совсем забыли про осколки линз, окрасившие булыжник, да теперь трудовику они не помогут, но что если камень попадет не в те руки…
Глава 13. Защита камня
Катя задумчиво теребила край одеяла. Тепло в груди не исчезало - оно пульсировало в такт её мыслям.
- Папа, - позвала она, - а что произошло с осколками? Они рассыпались в порошок, но вдруг… вдруг эта магия не исчезла бесследно?
Папа, который как раз зашёл пожелать дочери спокойной ночи, остановился у двери:
- Хороший вопрос, Катенька. Магия так просто не исчезает. Она может перейти в другое состояние, затаиться, ждать своего часа.
- Значит, нужно найти способ обезопасить это место, - решительно сказала Катя. - Чтобы никто больше не смог воспользоваться остатками силы.
- Ты права, - кивнул папа. - Завтра с утра отправимся к тому тиру. Нужно провести обряд запечатывания. Бабушка Дарья учила меня одному - он создаёт барьер, который не пропускает магическое воздействие.
На рассвете все вместе - Катя, папа, Настя и кот Бакс - подошли к заброшенному тиру. В мае по утрам всё ещё прохладно. Поэтому Катя надела как обычно свою красивую шапочку. Дверь, которую они оставили открытой накануне, теперь была плотно закрыта, а вокруг здания ощущалась странная, давящая атмосфера.
- Чувствуете? - тихо спросил дядя Саша. - Остаточная магия всё ещё здесь. Она пытается собраться воедино.
Папа достал из сумки небольшой мешочек с травами и несколько тонких серебряных нитей:
- Это ингредиенты для обряда. Нам нужно очертить периметр и произнести заклинание. Катя, ты будешь помогать - твоя связь с магией сейчас особенно сильна.
Они обошли здание по кругу, разбрасывая травы и протягивая серебряные нити между вбитыми в землю колышками. Катя внимательно следила за каждым движением отца, запоминая последовательность. Когда круг был замкнут, папа начал читать заклинание - слова звучали так же мелодично, как вчера, но теперь в них чувствовалась особая, защитная сила.
Дядя Саша присоединился к нему, и их голоса слились в единую мелодию. Катя закрыла глаза и представила, как вокруг тира возникает невидимая стена - прозрачная, но прочная, способная сдержать любое тёмное воздействие.
Внезапно воздух задрожал, словно от удара. Порошок, оставшийся от осколков линзы, поднялся из чёрного булыжника в воздух крошечным вихрем, сверкнул на мгновение и рассыпался в пыль, которая тут же осела на землю.
- Получилось, - выдохнул дядя Саша. - Барьер установлен. Теперь это место безопасно. Тени вокруг тира стали совсем короткими, словно уже наступил полдень.
- Но его нужно поддерживать, - добавил папа. - Раз в месяц кто ни будь из нас будет приходить сюда и обновлять защиту. Катя, это станет твоей задачей - ты научишься проводить обряд самостоятельно.
Катя серьёзно кивнула, шапочка одобрительно засветилась,
- Я справлюсь.
В школе тем временем происходили перемены. Анжела Сергеевна объявила о создании кружка «Магия языка» - необычного объединения, где ученики учились не просто грамматике, а пониманию силы слова.
- Каждое слово несёт в себе энергию, - объясняла она на первом занятии. - И мы будем учиться направлять эту энергию на добро.
Глеб, который теперь полностью оправился, записался в кружок одним из первых. Он даже предложил провести эксперимент: составить коллективное пожелание для школы - чтобы здесь всегда царили дружба и взаимопонимание.
Когда текст был готов, Анжела Сергеевна предложила всем вместе произнести его вслух. Катя почувствовала знакомую пульсацию - но на этот раз она исходила не от артефакта, а от сердец ребят, от их искреннего желания сделать школу лучше.
После занятий Катя подошла к учительнице:
- Анжела Сергеевна, а вы не боитесь, что работа с «энергией слов» может привлечь внимание… тех, кто ищет силу?
Учительница улыбнулась:
- Наоборот, Катя. Чем больше светлой энергии будет в школе, тем сложнее тёмным силам здесь закрепиться. Мы создаём свой барьер - из добрых намерений, поддержки, дружбы.
Вечером дома Катя достала шкатулку, которую Анжела Сергеевна подарила ей. Та всё ещё слабо светилась - но теперь Катя поняла: это не признак опасности, а напоминание о том, что магия живёт везде, где есть любовь и забота.
Бакс, свернувшийся клубочком у неё на коленях, поднял голову:
- Мурр? - вопросительно произнёс он.
- Всё хорошо, - улыбнулась Катя. - Просто думаю о том, как много всего произошло. И как важно теперь беречь то, что мы создали.
Кот мурлыкнул и снова закрыл глаза. За окном догорал закат, окрашивая небо в цвета, которых не было в обычных красках - в оттенки надежды, дружбы и новой магии, рождённой не артефактами, а сердцами людей. Впереди были летние каникулы от этого Кати было очень весело, - ведь на каникулах бывает столько интересного – думала Катя проваливаясь в крепкий детский сон.
Глава 14. Начало каникул
Настя с Катей наконец дождалась, когда начнутся каникулы, - ведь они были весёлыми, целеустремлёнными и очень дружны!
После школы Катя обычно ходила гулять с подругами. Жаль, но летом носить свою шапочку Катя не смогла, жарко ведь.
Настя как нам уже известно была лучшая подруга Кати. У Насти был младший брат Максим. Максимка был немного младше, слыл хитрецом и обожал газировку «Крем-сода» (сам называл её «базированькой»), а ещё без конца смотрел мультфильмы и приколы на ютубе.
Кстати Катин кот Бакс был дымчато-серого цвета, а ноги обуты как будто в белые тапочки, степенный и очень мудрый. Он был как будто старше всех в доме и, казалось, знал ответы на любые вопросы. Правда, говорить кот не любил - чаще мурлыкал или коротко мяукал. Больше всего на свете Бакс обожал дремать на подоконнике, греясь на солнце.
Мама Кати Людмила крутилась, как белка в колесе, - времени ей ни на что не хватало, у каждой мамы так много забот, но она очень любила дочку, впрочем, как и Катин Папа Паша. Кстати Катя была очень похожа именно на папу, особенно если смотреть на папины детские фотографии.
На каникулах девочки и Максимка любили выпросить у мамы Кати денег на печенье. Через дорогу от дома находился кондитерский цех, где продавали самые разные лакомства: печенье в форме слонов, мишек, птичек - и всё невероятно вкусное. Катя часто угощала друзей, порой покупая сразу килограмм. Мама Кати эту традицию поощряла и всегда давала детям немного денег на сладости.
Однажды в субботу всё шло как обычно. Катя, Настя и Максимка, а также их друзья Марина с Витей весело побежали за печеньем. Но кондитерский цех оказался закрыт. Дети расстроились и уже хотели идти домой, как вдруг из-за угла появилась старушка - девочки её знали: она работала посудомойкой на кухне в школьной столовой, звали её баба Галя.
- Нету печенья, - вздохнула она, - но не беда! В школьной столовой целый мешок свежего, только что испечённого. Если хотите, я вам его дам бесплатно, деточки. Только помогите мне немного - я несу в столовую муку, чтоб испечь ещё.
Дети посовещались и решили помочь. Они пошли за старушкой. Пройдя пару улиц переулок, свернули в тёмный двор и вошли в школьную столовую с чёрного хода, где даже в окна не проникал свет. На чёрной двери висел огромный замок. Детям стало не по себе, но старушка настойчиво звала их внутрь.
- Заходите, заходите! Берите печенья сколько хотите - бесплатно! - уговаривала она.
Ребята, забыв про страх, вошли в пыльную столовую. Там и правда лежали мешки с печеньем, но угоститься печеньем дети не смогли. Старушка со скрипом закрыла дверь, и в тот же миг её облик изменился: из-за спины выросли крылья, лицо исказилось, и она превратилась в злобную горгулью. Тени внутри столовой стали очень длинными и как бы ожили.
- Ну наконец-то вы попались в ловушку! - захохотала она. - Сейчас я засушу вас на печенье, а потом начну раздавать его взрослым. Те, кто его попробует, станет моим верным слугой - людоедом! А кто откажется - у того я выпью душу и засушу на новые печеньки! Весь мир будет в моей власти, и я стану самой могущественной колдуньей, а весь мир превратится в ад!
Витя первым попал в лапы чудовища: горгулья схватила его за шею и выпила жизнь. Тело мальчика распалось на сотни печенек. Дети в ужасе забились в угол, плакали и умоляли отпустить их, держась друг за друга. Но ведьма лишь хохотала и подползала ближе, словно огромная толстая змея.
Катя оправившись от испуга, вытерла слёзы и, собрав всю волю в кулак, уговорила друзей дать отпор. Она предложила план, а Настя нашла несколько палок и дала их Максимке с Мариной.
- Мы зададим тебе славную трёпку! - твёрдо сказала Катя. - Больше ты не сможешь творить зло!
Дети храбро отбивались, но силы были неравны. Горгулья почти задушила Максимку, когда вдруг что-то вцепилось в спину ведьмы. Это был кот Бакс! Он пришёл на помощь. В дверях появился Катин Папа Паша и Анжелика Сергеевна, это Бакс узнал, что дети попали в беду и позвал их на помощь.
При виде что помощь подоспела дети воспрянули духом. Из последних сил дети и взрослые колотили горгулью палками, а Бакс царапал её когтями. С каждой царапиной и ударом ведьма слабела, пока наконец совсем не исчезла, оставив после себя лишь три кучки глины.
В тот же миг старую столовую, пристроенную к школе, затрясло, и она начала рассыпаться. Вместо мешков с печеньем дети увидели пропавших в соседнем городке ребят - они были целы и невредимы. К девочкам подбежал Витя и горячо благодарил всех за спасение. Тут появился и кондитер - он был первым, кого похитила ведьма.
А кот Бакс запрыгнул Кате на руки и что-то долго шептал ей на ухо. Катя пересказала друзьям услышанное. Ведь Бакс вовсе не был обычным котом. Он, как нам уже известно, был добрым волшебником, который много лет скрывался под обликом пушистого зверя, чтобы оберегать детей.
И тут произошло чудо: кот Бакс начал меняться. Его шерсть растаяла в воздухе, тело вытянулось, и перед ребятами предстал дядя Саша.
Катя и Настя, вы проявили смелость и доброту. Я буду учить вас волшебству - тому, что служит добру и свету. Вы научитесь защищать слабых, рассеивать злые чары и помогать тем, кто в беде.
С тех пор девочки и дядя Саша в образе кота Бакса часто проводили время вместе. Кот Бакс, как и прежде, дремал на подоконнике, мурлыча что-то себе под нос. А по вечерам, когда солнце садилось, он иногда ненадолго принимал облик дяди Саши. Он учил девочек заклинаниям и давал мудрые советы, а они с радостью учились. И каждый раз, глядя на Бакса, дети помнили: даже самый обычный на вид кот может оказаться настоящим волшебником, если в сердце живёт доброта и вера в чудо.
Глава 15. Орден длинных теней
После того удивительного дня жизнь Кати и её друзей изменилась. Теперь каждое утро начиналось с предвкушения - ведь после завтрака их ждал урок волшебства с дядей Сашей.
Дядя Саша обустроился в старом сарае за домом, где была небольшая мастерская. Он развесил на стенах карты звёздного неба, поставил полки с книгами в кожаных переплётах и разложил на столе загадочные предметы: хрустальный шар, серебряную чашу, пучок сушёных трав и старинную книгу с медными застёжками.
- Магия, - начал дядя Саша свой первый урок, - это не фокусы и не трюки. Это умение слышать мир, чувствовать его ритм и помогать ему становиться лучше. Мы будем учиться:
видеть то, что скрыто от глаз обычных людей;
понимать язык природы;
создавать защитные барьеры;
исцелять небольшие раны и болезни;
находить общий язык с волшебными существами.
Катя и Настя слушали, затаив дыхание. Максимка, который увязался за девочками, вертелся вокруг стола, пытаясь потрогать всё подряд.
- А можно я тоже буду учиться? - спросил он, глядя на дядю Сашу своими большими глазами.
- Конечно, - улыбнулся тот. - Магия не выбирает по возрасту. Главное - чистое сердце и доброе намерение.
Первое задание
На третьем занятии дядя Саша решил проверить, как ученики усвоили основы.
- Сегодня мы будем учиться создавать защитный круг, это тот самый барьер который мы установили в тире - объявил он. - Это простая, но очень важная магия. Она поможет вам в случае опасности.
Он объяснил, как правильно очертить пространство, какие слова произносить и какую энергию вкладывать в заклинание. Катя сосредоточилась, представила вокруг себя сияющую стену света и произнесла:
- Круг защиты, круг добра, огради от зла всегда!
Её линия засветилась мягким голубым светом. Настя справилась чуть хуже - её круг мерцал неровно, но всё же держался. А Максимка, к всеобщему удивлению, создал самый яркий и устойчивый барьер.
- У тебя природный дар, - похвалил его дядя Саша. - Ты очень тонко чувствуешь энергию.
Максимка гордо выпрямился, а девочки рассмеялись и обняли его.
Однажды Катя вспомнила о странном происшествии с кондитерским цехом.
- Дядя Саша, а почему цех был закрыт в тот день? И откуда взялась та старушка?
Дядя Саша помрачнел:
- Это была не просто ведьма-горгулья. Она принадлежала к древнему ордену «Длинных теней». Они ищут способы подчинить людей через их слабости, на зимних каникулах они действовали через неряшливость, а в данном случае это была чрезмерная любовь к лакомствам - печеньям, конфетам, пирожным.
Видимо кондитер слишком увлёкся в своём желании приготовить идеальное печенье и пошёл на сделку с тёмными силами, сам став их жертвой. Когда он создал идеальное печенье, пропитанное тёмной магией, горгулья бабка Галя решила использовать это в своих целях, а кондитера пустила на печенье.
- И что теперь? - спросила Настя. - Она же уничтожена!
- Да, наверное, но её энергия может быть где;то рядом, и не ясно сможет она подчинить ещё кого-то или нет. Орден не прощает поражений. Они будут искать новые способы проникнуть в город.
План действий
Ребята решили создать свою команду - «Стражей добра». В неё вошли:
Катя - лидер, умеющая быстро принимать решения;
Настя - стратег, продумывающая планы;
Максимка - чувствительный к магии, способный улавливать тёмные следы;
Дядя Саша стал их наставником. Он научил их:
распознавать следы тёмной магии (они пахнут горечью и оставляют чёрные крапинки);
ставить простые защитные чары на продукты (чтобы их нельзя было заколдовать);
создавать «сигнальные маячки» - небольшие амулеты, предупреждающие о приближении зла.
Через неделю Максимка почувствовал странный запах возле киоска с мороженым. Команда немедленно собралась.
- Там что;то не так, - сказал Максимка. - Пахнет горечью.
Они подошли ближе. Продавец, добродушный на вид мужчина, предлагал детям бесплатное мороженое. Но Катя заметила, что у него слишком яркие глаза и неестественно широкая улыбка. Кроме того, киоск отбрасывал необыкновенно длинную тень.
- Это один из них, - прошептала она. - Давайте действовать по плану.
Настя незаметно установила сигнальный маячок. Катя произнесла заклинание рассеивания чар. Максимка громко закричал:
- Эй, смотрите! Там, за углом, слоны!
Люди вокруг заволновались, начали оглядываться. Колдун растерялся, потерял концентрацию - и чары развеялись. Он исчез в облаке чёрного дыма, оставив после себя только пустую форму для мороженого.
- Мы сделали это! - радостно закричала Катя.
Дядя Саша, наблюдавший издалека, улыбнулся:
- Вы молодцы. Но помните: это только начало. Орден «Длинных теней» не сдастся так просто.
В тот же вечер команда собралась у дяди Саши в сарае. Он разжёг небольшой магический костёр - пламя было разноцветным и не обжигало.
- Вы доказали, что достойны называться Стражами, - сказал он. - Но магия требует ответственности. Никогда не используйте её для личной выгоды или чтобы навредить кому;то. Ваша сила - для защиты.
Дети серьёзно кивнули.
Катя посмотрела на друзей - счастливых, гордых, готовых к новым приключениям - и почувствовала, что каникулы только начинаются. Впереди их ждали новые тайны, новые испытания и новые победы добра над злом.
А за окном, в вечернем небе, мерцали звёзды, словно подмигивая юным волшебникам и одобряя их выбор.
Глава 16. Лагерь
Первого июля Катя отправилась вместе с Настей в детский лагерь на черноморском побережье - на целый месяц! Ох, сколько было затей, приключений и новых знакомств! Впрочем, ничего мистического и волшебного - за исключением двух странных случаев.
Лагерь располагался у реки Бзынь, впадающей в море недалеко от устья, в окружении густого леса. Территория была ухоженной: аккуратные дорожки, яркие клумбы, деревянные домики для отрядов и большая поляна для вечерних мероприятий. Воздух наполнял аромат сосновой смолы и полевых цветов - так, что дышать становилось легче, а на душе веселее.
Катя и Настя поселились в корпусе № 3 вместе с другими девочками своего отряда. Вместе с ними приехала Анжела Сергеевна - она была вожатой в их отряде.
Вечером после ужина Катя и Настя отправились со своим отрядом на ночёвку в палатках - на дикий пляж рядом с лагерем, на берегу реки. Ночёвка была посвящена предстоящему празднику Ивана Купалы. Девочки давно мечтали об этом: они собирались плести венки, прыгать через костёр и искать волшебный цветок папоротника.
- Смотри, сколько народу собралось на берегу! - воскликнула Катя, указывая на оживлённый пляж.
Действительно, берег был заполнен отдыхающими: семьи с детьми, компании подростков, любители пикников. Машины стояли вдоль дороги, палатки красовались на полянках.
- И как нам найти место для нашего купальского костра? - вздохнула Настя.
- Давай поищем что;нибудь подальше от шума, - предложила Катя. - Помнишь, в прошлом году мы нашли ту чудесную полянку за поворотом реки?
Катя рассказала Анжеле Сергеевне про полянку. Та согласилась, и весь отряд отправился за подругами.
Девочки пошли вдоль берега и вскоре нашли подходящее место: небольшая полянка, окружённая вековыми соснами, с видом на реку. Но и здесь уже кто;то обосновался.
Слева расположилась шумная компания подростков - они громко слушали музыку, смеялись и бросали мусор на траву. Справа, на пригорке, стояла странная троица: высокий мужчина в бежевой жилетке и трениках с тремя полосками, женщина с огненно;рыжими волосами и татуировками, а рядом с ними - доберман с ошейником, украшенным шипами.
- Они выглядят как персонажи из старого фильма про бандитов, - прошептала Настя.
- Да, и атмосфера у них какая;то зловещая, - согласилась Катя.
Девочки отряда решили не привлекать внимания и разбили свой лагерь чуть дальше, у кромки леса. Они поставили палатку, разожгли небольшой костёр и начали готовиться к купальским обрядам: плели венки из ромашек и васильков, собирали травы для отваров.
Вечером, когда солнце опустилось к горизонту, лагерь оживился. Вожатые организовали праздник: игры, песни у костра, конкурс венков. Катя и Настя участвовали во всех мероприятиях, но не могли забыть о странных соседях на пригорке.
Около полуночи, когда большинство детей уже отправились спать, а Анжела Сергеевна проверила, все ли на месте, раздался громкий вой - это выл доберман, выл он не как пёс, а как настоящий волк. Катя выглянула из палатки и увидела, что тени стали бесконечно длинными, это был плохой знак. Девочка смотрела на то как мужчина из странной троицы, которого, похоже, звали Велунд, идёт к компании подростков. В руке он держал ружьё.
«Кого;то он мне напоминает», - подумала Катя. Мужчина действительно имел еле заметное сходство с давним знакомым девчонок - трудовиком. Не то чтобы это был именно он, но какое;то сходство было.
Три выстрела прогремели в ночи, эхом отразившись от деревьев. Музыка стихла, подростки замерли в испуге.
- Что происходит? - прошептала Настя, выглядывая из палатки.
- Не знаю, но это не к добру, - ответила Катя.
Анжела Сергеевна спала рядом с девочками и ничего не слышала.
Велунд выстрелил ещё дважды - на этот раз в колонки, которые разлетелись в щепки. Затем он спокойно вернулся к своему креслу у «Мерседесса Гелинтваген».
В этот момент к девочкам подошла женщина с рыжими волосами – она представилась как Геля. «Она тоже на кого;то похожа, - неужели на бабку Галю-горгулью? Но ведь та была старой, а этой явно не больше тридцати», - подумала Катя.
- Не стоит вмешиваться, - сказала она, глядя Кате прямо в глаза. - Вам ведь тоже не нравилась эта шумная музыка, правда, Катька?
- Откуда вы знаете моё имя? - вздрогнула Катя.
- О, я знаю многое, - улыбнулась Геля, кривя рот. - Луна сегодня особенно яркая. И тени так длинны. Хотите присоединиться к нашему… празднику? Вы обе особенные, я это не просто чувствую, я это знаю.
Катя почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
- Мы никуда не пойдём, - твёрдо сказала Настя. - Нам и здесь хорошо.
Геля рассмеялась:
- Посмотрим. Ночь только начинается.
Вскоре на территорию лагеря въехали полицейские машины. Офицеры начали опрашивать подростков, проверять документы у взрослых. Но когда они подошли к месту, где стоял «Мерс», троицы там уже не было. Только пень на месте их кресел и две чёрных змеи, скользнувшие под корни. Колонки, кстати, тоже оказались целыми, да и вообще следов выстрелов не осталось. Как только подростки ни пытались убедить полицейских, что была стрельба, но те ничего так и не нашли.
- Странно, очень странно. Может, нам всё это приснилось? - спросила Катя, когда они с Настей вернулись в палатку.
- Вряд ли, - покачала головой Настя. - Но давай просто забудем эту историю и насладимся оставшимися днями.
На утро третий отряд во главе с Анжелой Сергеевной вернулся в лагерь. Девочки ей ничего не рассказали: ведь было неясно, что это было.
На следующее утро лагерь снова наполнился смехом и весельем. Дети играли в футбол, купались в реке, участвовали в конкурсах. Катя и Настя решили устроить свой купальский праздник для отряда: они научили всех плести венки, провели игры у костра и даже разыскали «волшебный цветок папоротника» - большой светящийся гриб, который нашли в лесу.
К вечеру, когда солнце садилось за горизонт, девочки стояли на берегу реки и смотрели на закат.
- Всё;таки это была странная ночь, - задумчиво сказала Катя.
- Но теперь всё хорошо, - улыбнулась Настя. - И мы сделали этот лагерь чуточку волшебнее.
Вдруг они заметили, как на другом берегу реки мелькнула фигура в бежевой жилетке. Велунд стоял на холме и смотрел на них. Рядом с ним была Геля. Она подняла руку и помахала девочкам.
Катя сжала руку подруги:
- Думаешь, они ещё вернутся?
- Надеюсь, нет, - ответила Настя. - Но если вернутся, мы будем готовы. Мы ведь теперь знаем, что настоящая магия - это дружба и смелость.
С этими словами они повернулись к лагерю, откуда доносились голоса их друзей, и побежали навстречу новым приключениям.
Глава 17. Тайны реки Бзынь
После той странной ночи в лагере Катя и Настя старались не вспоминать о Велунде и Геле. Дни летели быстро: купание в море, походы в лес, вечерние песни у костра. Но Катя всё чаще ловила себя на мысли, что что;то осталось недосказанным - словно невидимая нить тянулась от той поляны к чему;то большему.
Однажды утром, когда отряд собирался на экскурсию к древним дольменам, Катя заметила у кромки воды странный знак. Он был вычерчен на песке - круг с тремя пересекающимися линиями внутри. Рисунок напоминал одну из рун с волшебной шкатулки, которую сделал её папа.
- Настя, смотри! - Катя потянула подругу за рукав. - Это же похоже на руну из папиной книги!
Настя прищурилась:
- Думаешь, это они оставили? Велунд и Геля?
- Не знаю, но мне кажется, это связано с той ночью. Давай проверим, куда ведёт этот знак.
Девочки решили не рассказывать никому о находке. Они дождались, пока отряд уйдёт к дольменам, и двинулись вдоль берега, высматривая новые метки. Через полчаса они нашли ещё один знак - на стволе старой ивы. Затем третий - выцарапанный на камне у родника. Все символы складывались в невидимую тропу.
Тропа привела их к узкому ущелью, которого не было ни на одной карте, даже в смартфоне. Вход загораживали колючие кусты, но между ними виднелась протоптанная тропа.
- Может, не стоит туда идти? - засомневалась Настя. - Вдруг это ловушка?
- Если это ловушка, то мы должны знать, что там, - твёрдо сказала Катя. - Помнишь, Геля сказала, что мы «особенные»? Может, это наш шанс разобраться во всём.
Они пробрались сквозь заросли и оказались в небольшой долине. В центре стоял старый деревянный дом, покосившийся от времени. На двери висел тот же знак, что они видели на берегу.
Из дома доносился голос - низкий, монотонный, будто кто;то читал заклинание. Девочки замерли.
- Это он, - прошептала Катя. - Голос Велунда. Но что он тут делает?
Они подкрались ближе и заглянули в окно. Внутри были Велунд и Геля. На столе лежали странные предметы: чёрная свеча, нож с резной рукояткой, карта с отметками вдоль реки Бзынь. Велунд водил пальцем по карте и говорил:
- Осталось найти точку силы. Река здесь ускоряет течение - значит, где;то рядом разлом. Если открыть его в ночь полнолуния, магия хлынет в мир.
- А дети? - спросила Геля. - Те две девчонки из лагеря… Они чувствуют магию.
- Пусть чувствуют, - усмехнулся Велунд. - Они сами приведут нас к разлому. Их любопытство - наш лучший помощник.
Катя и Настя переглянулись.
- Они хотят, что;то открыть, - прошептала Катя. - И используют нас.
- Нужно предупредить Анжелу Сергеевну! - предложила Настя.
- Да, но, - покачала головой Катя. - Если мы расскажем, они просто уйдут и вернутся в другой раз. Может мы должны остановить их сами или всё же рассказать. – Катя сомневалась.
Вернувшись в лагерь, девочки нашли Анжелу Сергеевну и всё же осторожно рассказали ей о призошедшем - от знаков на берегу до подслушанного разговора. Вожатая нахмурилась:
- Разлом… Я слышала о таком. Это место, где тонкая грань между нашим миром и миром грёз. Если его открыть, последствия могут быть ужасными.
- Что же делать? - спросила Настя.
- У нас есть преимущество - они не знают, что мы всё поняли, - сказала Анжела Сергеевна. - Завтра полнолуние. Мы устроим им ловушку.
Она объяснила план:
Катя и Настя сделают вид, что заинтересовались знаками, и пойдут по тропе к дому.
Анжела Сергеевна и несколько вожатых из числа посвященных с других отрядов спрячутся неподалёку.
Как только Велунд и Геля попытаются использовать девочек для открытия разлома, их задержат.
На следующий день Катя и Настя, как было условлено, отправились к ущелью. На берегу они снова нашли знак - теперь он светился тусклым синим светом.
- Они ждут нас, - вздохнула Настя.
- Да, но теперь мы готовы, - ответила Катя, сжимая в кармане камешек с руной, который дал ей папа на всякий случай.
У дома их уже ждали Велунд и Геля. Велунд на этот раз был в чёрном плаще, огненная копна Рыжих волос особенно ярко светилась в отблесках лунного света.
- А, наши любопытные подружки, - улыбнулась Геля. - Вы прошли наш маленький квест. Теперь осталось последнее задание: встаньте в центр круга.
На земле действительно был нарисован круг с теми же символами, что на карте.
- Не делайте этого! - раздался голос Анжелы Сергеевны. Из;за деревьев вышли вожатые.
Велунд нахмурился:
- Так вы решили поиграть в героев? Что ж, тогда…
Он взмахнул рукой, и воздух вокруг задрожал, тени поползли в сторону девочек. Но в тот же миг камешек в руке Кати засветился, а руна на нём потеплела.
- Нет! - закричал Велунд. - Откуда у вас защита рода?!
Анжела Сергеевна шагнула вперёд:
- Вы забыли, что магия бывает не только тёмной. Катя, Настя - держитесь рядом.
Она произнесла короткое заклинание, и круг на земле вспыхнул белым светом. Велунд и Геля отступили, их фигуры начали расплываться.
- Мы ещё вернёмся! - прошипела Геля, прежде чем исчезнуть в вихре теней.
Когда всё закончилось, Анжела Сергеевна объяснила:
- Они искали разлом, чтобы выпустить тёмную магию иллюзий в наш мир. Но ваша смелость и дружба оказались сильнее.
- И папина руна помогла, - добавила Катя.
- Конечно, - улыбнулась вожатая. - Настоящая магия - это вера в себя и тех, кто рядом.
На следующее утро лагерь снова наполнился смехом. Дети играли, купались, загорали. Катя и Настя сидели на берегу и смотрели, как солнце отражается в реке Бзынь.
- Знаешь, - сказала Катя, - я больше не боюсь тех знаков. Теперь я знаю, не только то что могу с ними справиться, но и то что они могут помочь, если ими владеют светлые силы.
- И я, - улыбнулась Настя. - А ещё я знаю, что мы - отличная команда.
Они взялись за руки и побежали к отряду, где уже начинали готовить угощение для прощального ужина. Впереди их ждали ещё приключения, но теперь девочки были уверены: что бы ни случилось, они справятся вместе.
Глава 18. Черный камень
Вернувшись из лагеря Катя с Настей рассказали папе и Баксу о своих приключениях, Бакс в свою очередь сказал, что трудовик с тех пор так и не появился ни в городе, ни в школе. Каникулы шли полным ходом и в школе о нём никто не вспоминал.
- может он и правда оставил наконец город в покое и переселился к морю, - подумала Катя, может этот Велунд действительно наш трудовик, - сомнения терзали Катю.
До поездки в лагерь Катя 15 числа каждого месяца приходила к старому тиру и проводила защитный ритуал, в течении лета проведение ритуала стало настолько обыденным и ординарным делом что для Кати значимость ритуала стала постепенно меркнуть. Да и чего бояться трудовик пропал без следа! Перед поездкой в лагерь Катя подумала, - ну ничего вернусь из лагеря и проведу ритуал чуть позже, подумаешь – рассуждала она. В конце концов она была всего лишь ребенком. Ей бы провести ритуал перед лагерем, или попросить папу подменить её, но как-то в голову такое решение не пришло, а зря. В тот момент все мысли у Кати были посвящены только предстоящей поездке в лагерь.
Как только первого августа Катя вернулась из лагеря они с Баксом отправились в тир чтоб провести защитной ритуал, стоило им приблизить к тиру как Бакс обернувшись дядей Сашей уверенно заявил, - я больше не чествую здесь силы она пропала.
- Или её кто-то похитил – задумчиво произнесла Катя. Она обратила внимания что чёрный булыжник, который почернел после уничтожения осколков линзы тоже исчез, она поделилась своими наблюдениями с дядей Сашей.
- Кто же похитил чёрный камень? – произнес дядя.
- Кто бы это ни был теперь сила в камне и нам его нужно отыскать, твёрдо произнесла Катя.
Вечером Катя, её папа и Бакс отправились в школу назначив встречу в кабинет № 13 Анжеле Сергеевне, рассказав её о пропаже камня. Она предложила помочь, объяснив, что сможет почувствовать где именно находится сила, так как за то время пока линза была у неё она научилась чествовать силу линзы. К друзьям присоединилась Настя, они созвонились с Катей и было решено что наша отважная пятёрка отправится на гору Курган, которая возвышалась над городом. Поднявшись на гору Анжела Сергеевна сказала, что всем нужно встать в круг и взяться за руки, как только они сделали это Анжела Сергеевна вошла в какой-то транс, всё тело сковала судорога, а губы начали еле слышно повторять, - у меня камень у меня, сила его тоже со мной - в нотках угадывались интонации трудовика. – камень в моей шахте- продолжил голос, - вам до него не добраться. Голос стих Анжела Сергеевна упала без сил.
- Послушайте – сказала Настя - у нас в окрестности нет никакой шахты!
- Действующей нет – продолжил папа, а вот заброшенная как раз есть, вход в неё как раз с другой стороны горы, там всё плотно заросло кустами облепихи, они такие колючие, и кажется я не знаю где вход, хоть мы там в детстве всё облазили, но вход так и не нашли.
- а что за шахта, что там добывали? Спросила Катя.
Анжела Сергеевна как раз очнулась, и произнесла - добывали там какой-то редкий кристалл, какой именно я не помню, но в нашей школьной библиотеке есть книжка, посвященная истории города, там как раз есть раздел про шахту и кажется схема, насколько я помню чёрный ручей что впадает в нашу реку от которого исходит зловонный запах как раз вытекает из заброшенной шахты.
Анжела Сергеевна к этому моменту совершенно оправилась встала на ноги отряхнулась и добавила – если конечно я ничего не путаю, - может отправимся в библиотеку и прочтём всё об этой шахте – добавила она.
На том и порешили все вместе отправились в школьную библиотеку.
Глава 19. Шахта
В школьной библиотеке было тихо и пыльно - лето, каникулы, никто не тревожил старые книги на полках. Анжела Сергеевна уверенно направилась к секции краеведения, ловко провела пальцем по корешкам и достала толстую книгу в кожаном переплёте: «История нашего города: от основания до наших дней».
- Вот, - она открыла нужную страницу. - Смотрите: «Шахта «Кристальная» действовала с 1892 по 1937 год. Здесь добывали редкий минерал - Корневитус, обладающий необычными свойствами. По свидетельствам горняков, камень мог усиливать волю человека, но при длительном контакте вызывал жажду власти и параноидальные состояния, люди под действием камня впадали в состояние в котором не могли отличить сон от реальности, проявляя агрессию на реальных людей находящихся рядом, но находясь как бы во сне в котором вместо реальных людей нападали на мучавших их чудовищ. В шахте камень встречался в виде мелких осколков, но стоило к концу смены рабочим набрать хотя бы несколько грамм, то начинались проблемы. В 1937 году шахта была закрыта после серии несчастных случаев, связанных с конфликтами между рабочими».
Под текстом шла схема: гора Курган, пунктирная линия, ведущая к входу с северной стороны, и отметка - «Заваленный вход. Опасно!».
- Корневитус … - задумчиво повторил папа Кати. - Теперь понятно, почему чёрный камень так резонировал с осколками линзы. Он усиливал магию.
- И трудовик это знал, - добавила Катя. - Наверное, он давно искал этот камень. А когда осколки рассыпались, их сила перешла в него.
Дядя Саша, всё ещё в облике Бакса, потёр лапой нос:
- Значит, он спрятал камень там, где его никто не найдёт. В шахте, которую все считают заброшенной и опасной.
- Но мы;то пойдём, - твёрдо сказала Катя. - Мы должны забрать камень, пока он не навредил кому;то ещё.
На следующее утро команда собралась у подножия горы Курган. Папа взял с собой фонарик, Анжела Сергеевна - карту из книги, Катя - небольшой рюкзак с водой и бутербродами, а Бакс, как всегда, шёл впереди, принюхиваясь к земле.
Кусты облепихи действительно оказались колючими - они цеплялись за одежду, царапали руки. Но дядя Саша нашёл едва заметную тропинку, ведущую вглубь зарослей.
- Здесь, - он раздвинул ветки. - Вход был замаскирован нарочно. Видите, Камни сложены так, будто обвал, но кладка свежая.
Они разобрали завал - работа заняла почти час. Наконец, перед ними открылся тёмный провал тоннеля.
- Светите фонариком, - предупредила Анжела Сергеевна. - И держитесь вместе. Камень будет излучать слабое свечение - я его почувствую.
Тоннель шёл под уклон. Стены были мокрыми, с потолка капала вода, а воздух пах сыростью и чем;то ещё - металлическим, тревожным. Стоит ли говорить, что тени были бесконечно длинны, и похоже дело было не только в фонариках которыми светили на предметы. Через двести метров коридор разветвлялся.
- Налево, - вдруг сказала Анжела Сергеевна, закрыв глаза. - Сила там.
Они свернули и через несколько минут оказались в небольшой пещере. В центре на каменном постаменте лежал чёрный камень - тот самый. Он тускло мерцал, отбрасывая на стены фиолетовые блики. Рядом, на полу, валялись обрывки верёвки и старая керосиновая лампа.
- Трудовик был здесь, - прошептал папа. - И, похоже, он пытался закрепить камень в каком;то устройстве. Смотрите - эти желоба в полу…
Настя подошла ближе. Камень манил её - казалось, протяни руку, и ты получишь власть, сможешь заставить кого угодно сделать что угодно. Но она вспомнила уроки Анжелы Сергеевны: сила - в доброте, а не в контроле.
- Не трогай! - резко сказала учительница. - Он пытается тебя обмануть. Это ловушка.
Папа достал из кармана мешочек с солью:
- Бабушка Дарья учила: соль нейтрализует тёмную магию. Мы окружим камень барьером, а потом заберём его в безопасное место.
Они осторожно рассыпали соль по кругу, произнося короткое заклинание. Мерцание камня стало слабее. Тени укоротились. Папа завернул его в плотную ткань и положил в рюкзак.
- Теперь нужно запечатать шахту, - сказал он. - Чтобы никто больше не смог сюда попасть.
Анжела Сергеевна кивнула и начертила на стене руну - знак запрета. Дядя Саша добавил к ней символ рода, а Катя вложила в центр каплю своей крови (всего одну, как учил дядя Саша). Руна вспыхнула голубым светом и впечаталась в камень.
- Готово, - выдохнула Анжела Сергеевна. - Шахта больше не опасна.
На обратном пути Катя задумалась:
- А что, если трудовик вернётся? Он ведь знает про камень…
- Знает, - согласился папа. - Но теперь камень под нашей защитой. Мы спрячем его там, где он не сможет никому навредить.
- В кабинете № 13, - улыбнулась Анжела Сергеевна. - Я поставлю его в витрину с пометкой «Опасно. Не трогать». И добавлю заклинание, которое сработает, если кто;то попытается его забрать.
Бакс, снова принявший облик кота, запрыгнул Кате на плечи и мурлыкнул:
- Мурр! Всё закончилось хорошо.
Как только друзья отошли от горы, Настя испытала неодолимое желание вернуться в шахту она обернулась и увидела что под горой стоит кто то в чёрном плаще и пристальным взглядом пытается проникнуть в её сознание, Катя почувствовав неладное взяла Настину руку и крепко сжала, от боли Настя очнулась, как будто сонная судорога тянувшая её в пещеру испарилась. Подруги продолжили путь держась за руки.
Вечером, когда Катя укладывалась спать, она посмотрела на шкатулку, подаренную Анжелой Сергеевной. Та едва заметно светилась - не угрожающе, а успокаивающе, словно говоря: «Вы справились. Вы сделали правильный выбор».
За окном шумел ветер, а где;то далеко, в глубине горы, затихали последние отголоски тёмной магии. На смену им приходила тишина - чистая, безопасная, полная новых возможностей.
Глава 20. Сон или явь
Катин папа задремал на диване. Катя подошла к нему - папа что;то бурчал во сне.
- Папа, что с тобой? - спросила Катя у Бакса.
Бакс обернулся дядей Сашей и ответил:
- Да опять ему снится один и тот же сон. Твой папа всё время задаётся вопросом: кто он?
- Откуда ты знаешь? - удивилась Катя.
- Я дух, - пояснил дядя Саша. - Я одинаково хорошо вижу и сон, и явь - для меня они одинаково реальны.
- Ну а что именно снится папе? Расскажи, интересно же! - настаивала Катя.
- Хорошо, - согласился дядя Саша, - но я буду говорить от его имени, чтобы передать сон точно:
«Рассвет… Я почти проснулся. Часть меня продолжает жить во сне - внутри другого сна, другая пытается ответить на риторические вопросы: где я? Кто я? Сознание раздвоилось.
Та часть, что во сне, пытается убедить меня, что я умею летать и сейчас лечу внутри облака. Другая судорожно цепляется за реальность, пытаясь сквозь узкие бойницы век осязать знакомые образы.
Так, всё понятно - я дома. Но кто я? Мне кажется, я безобидная овечка, которая, чтобы выжить, каждое утро натягивает волчью шкуру. Я кусаюсь своими тупыми зубами, рычу, вою на луну, как все, а вечером, приходя домой, сдираю ненавистную шкуру. Как хорошо снова быть овечкой!
Меня пока не раскусили, иначе давно бы съели. Но иногда мне кажется, что волчья шкура прирастает, зубы заостряются, и все вокруг бросаются врассыпную. Похоже, я какой;то оборотень…
Нет, я не убиваю, я на светлой стороне - я ОВЕЧКА! Но овечка не устраивает логово для волчат, не таскает добычу. Опять же, собаки меня бы учуяли, а они реагируют на меня как на волка - то рычат, то скулят, поджимая хвост.
А как же тогда дети? Их тоже не обманешь - они тянутся ко мне, нежно жмутся и мурчат свои песни. Хотя здесь, наверное, нет противоречия: у моих детей с младенчества развит нюх, они просто чуют своего.
А ещё овцы не хранят верность, а волк выбирает волчицу один раз и на всю жизнь - как я! Может, ответ в детстве? Повспоминаю, кем я был в детстве… Нет, я точно не был овечкой. Я был вожаком стаи, худеньким потрёпанным волчонком. Мы играли, резвились, ходили по краю, но всегда оставались на светлой стороне.
Я ПОНЯЛ! Я ВОЛК! ВОЛК;ВЕГЕТАРИАНЕЦ? Или…
Чашка горького эспрессо накатывает волной и наконец сдирает флёр ненужных сомнений. Пора на работу. Ноздри расширились и судорожно тянут упоительный запах кофе, слух обострился - кажется, я слышу каждый шорох ещё не проснувшегося города. Взгляд устремляется вперёд, пронизывая стены. Мои ноги быстры, зубы остры, я уже чую запах крови… УУУУ!!!»
- Это у папы сон внутри сна, - объяснил дядя Саша. - Сейчас он думает, что проснулся, выпил кофе и идёт на работу, но вообще;то сегодня выходной! Хм, волк;вегетарианец… Вот выдумает же такое! Вот я - кот, просто кот и люблю мясо. Хотя он, конечно, не про еду…
Дядя Саша обернулся Баксом мурлыкнул и запрыгнул на подоконник. В этот момент Катин папа проснулся, сел на диван и, потирая глаза, произнёс:
- Волк… Точно волк.
- Какой ещё волк? - спросила Катя.
- Да это я не тебе, - отмахнулся папа. - Сон, просто сон. Ух уж эти сны внутри снов…
- Кстати, Катюш, собирайся, - сказал папа. - Едем в гости, в Солнце;Кузнецк.
Катя уговорила родителей взять с собой Настю. Они отправились в гости к крёстной Кати и по совместительству учительнице английского - Анжеле Сергеевне - на её новую дачу.
Настроение у всех было отличное: Катя с Настей хихикали на заднем сиденье, папа Паша шутил, а мама Людмила улыбалась, то и дело поглядывая в зеркало заднего вида.
На даче их ждал чудесный приём: стол буквально ломился от угощений - ароматные шашлыки, свежие овощи, салаты, фрукты и даже фирменный пирог Анжелы Сергеевны с вишней.
- Слушай, - обратилась Людмила к Анжеле, - признайся, ты же специально так много наготовила, чтобы мы тут до утра сидели?
- А что, разве плохо? - подмигнул Паша и щёлкнул Катю по носу. - Отдыхаем же!
- Да я не жалуюсь, - рассмеялась Людмила. - Просто чувствую, что завтра ни на что сил не останется.
Катя и Настя переглянулись и захихикали.
- Можно мы потом в саду поиграем? - спросила Катя.
- Конечно, - улыбнулась Анжела Сергеевна. - Только не слишком шумно, ладно?
Перед отъездом решили прогуляться по коттеджному посёлку. Было так красиво! Луна светила ярко, звёзды мерцали, а воздух после дождя казался особенно свежим - пахло хвоей и землёй.
Дома в посёлке поражали разнообразием: одни напоминали сказочные замки, другие - уютные домики из детских книжек, а третьи выглядели совсем необычно, с башенками и причудливыми балконами. Катя и Настя то и дело останавливались, восхищаясь архитектурой.
- Смотри, Настя, вон тот дом - как дворец принцессы! - показывала Катя.
- А этот - будто домик гномов! - подхватила Настя, указывая на маленький коттедж с остроконечной крышей.
Они шли вдоль опушки, разглядывая домики, но вглубь улиц не углублялись. Уже собирались возвращаться, когда вдруг…
- Р;р;р;р;р! - раздался громкий рык.
Все замерли. Катя схватила Настю за руку, и у обеих девочек мурашки побежали по рукам.
- Что это? - прошептала Катя, вглядываясь в темноту.
- Может, собака? - неуверенно предположил дядя Женя, муж Анжелы Сергеевны.
- Слишком громко для собаки, - покачал головой папа Паша.
Они стали всматриваться в улицу. И тут на фоне звёздного неба появился силуэт высокого мужчины. Он был в длинном плаще, как у Володи из лагеря, и показывал куда;то в их сторону.
Снова раздался рык - и из темноты вышли два огромных зверя. Они были больше любой собаки, которую девочки видели! Похожи на тигров, но ещё страшнее. Огромные кошки медленно двигались к ним, прижимаясь к земле.
Катя почувствовала, как её обдало холодом, а потом жаром - будто она сначала стояла на морозе, а потом залезла под одеяло. Настя вцепилась в рукав Катиного свитера.
- Бежим! - крикнул папа Паша.
Они бросились в лес. Катя и Настя бежали, спотыкаясь о корни деревьев. Сердце у обеих стучало, как барабан. Ветки цеплялись за волосы, но они не обращали внимания. Слышали позади тяжёлое дыхание папы, мамы Людмилы и дяди Жени.
Бежали они, наверное, очень долго - пока не выскочили к каким;то многоэтажкам. Дышать было тяжело, ноги дрожали, но погони, кажется, не было.
- Может, привиделось? - выдохнул дядя Женя, упираясь руками в колени.
- Всем? - мама подняла бровь. - Так не бывает.
- Вряд ли, - покачал головой папа, прислушиваясь к тишине.
Решили возвращаться с другой стороны посёлка. Катя и Настя шли рядом, вздрагивая от каждого шороха. В головах у обеих крутились мысли: «Что это было? Тигры? В коттеджном посёлке? Бред какой;то… Велунд - трудовик Матфей Стёпин… Он всё же один и тот же человек? Он что, вернулся?»
Вдруг Катя оказалась в какой;то странной сырой комнате, похожей на темницу. Она смотрела на стену, вверху которой было небольшое зарешёченное окно. Через окно струился какой;то смрад. Он опускался вниз и, как змея, полз по полу в дальний угол. В этом углу, прислонившись друг к другу, сидели человек в чёрном плаще и дама с огненно;рыжими волосами. Холодок проскочил по спине. Катя обернулась, чтобы бежать, но выход преграждала решётчатая стена с дверью. Катя толкнула дверь - она открылась. Девочка оказалась в каком;то узком то ли переулке, то ли проходе.
Катя побежала, запнулась за камень, упала на дорогу, вымощенную булыжником, и подняла голову. Утренние лучи солнца осветили высокий шпиль вытянутого вверх храма - он был ей знаком, кажется… Солнечный луч ослепил Катю, последнее что увидела Катя, что тени поглотившие всё вокруг отступают под действием солнечного света. Резко наступила темнота. Катя очнулась, она стояла у дачи прижавшись к отцу.
К тому моменту, как они добрались до дачи Анжелы Сергеевны, на востоке уже занялась зарница. Ночи в августе уже не такие короткие - хотя в 4:30 начинает светать. От зарницы, света было ещё совсем немного, зато полнеба сделалось кроваво;красным, словно кто;то разлил огромное количество вишнёвого сиропа.
Они зашли на участок. Дверь дома была приоткрыта, но до входа они не дошли. Стоило им приблизиться к углу, как раздалось жуткое рычание. Оно было ещё страшнее, чем раньше, - будто эти звери уже поели и теперь рычали от удовольствия.
Все снова бросились бежать.
Убегая, Катя бросила последний взгляд на дачу. На веранде, в кресле;качалке, сидел человек в плаще. Его было хорошо видно на фоне красного неба. Он улыбался, но улыбка была какая;то неправильная - холодная и злая. С руки на руку он перекидывал круглый предмет размером с мяч. Но это был не мяч… Лучше бы это был мяч.
«Бежать, бежать, бежать…» - стучало в висках у обеих девочек. Они больше не смели оглянуться.
Катю тряхнуло.
- Всё, приехали, - сказала Людмила. - Опять всю дорогу проспала?
Машина остановилась у Настиного дома.
Катя выдохнула:
- А;а;а… Это был сон…
Настя, которая тоже задремала на заднем сиденье, встрепенулась:
- Какой сон? Мне тоже страшный сон приснился! Расскажи!
Ноги у Кати были тяжёлые;тяжёлые, будто свинцовые. Она всё ещё не понимала, где был тот момент, когда явь превратилась в сон - границы были размыты.
- Нет, нет, это из;за бега, из;за бега, - прошептала она едва слышно.
Зазвонил мамин телефон.
- Ну как вы добрались? Всё нормально? - спрашивала Анжела Сергеевна.
- Да, нормально, - ответила мама.
На том конце линии послышался глухой стук, и связь прервалась.
- Упала, - опять послышался шёпот.
- Упала… - повторила Катя.
- Кто упала? Выходи уже, провожай подругу, - в голосе мамы Людмилы чувствовалось нетерпение.
- Наверное, голова… - ответила Катя. - Или чёрный камень… Не знаю.
Боль в ногах стала пульсирующей и от этого ещё более нетерпимой. Катя оглянулась на дорогу, по которой они ехали к Настиному дому. Вдалеке, на фоне заката, ей снова померещился силуэт в длинном плаще. Он стоял у края леса и смотрел в их сторону. Или ей это только показалось?
Настя тоже посмотрела туда и вздрогнула.
- Катя, ты чего застыла? - окликнул её папа. - Садись в машину, едем домой, уже поздно.
- Да;да, конечно, - вздрогнула Катя. - Просто… показалось что;то.
Она ещё раз бросила взгляд туда, где только что видела странный силуэт. Там никого не было. «Сон, всего лишь сон», - убеждала себя Катя. Настя прижалась к ней, девочки переглянулись и попрощались. Где;то глубоко внутри они знали: что;то необъяснимое всё же произошло этой странной ночью на окраине посёлка. Или…
Глава 21. Предчувствие
От Настиного дома до дома Кати было недалеко. Катя села в машину, но никак не могла унять дрожь. Руки у неё дрожали, а в животе будто завязался тугой узел. Она то и дело поглядывала в окошко - туда, где только что видела силуэт в длинном плаще у края леса. Он стоял и смотрел прямо на них… Или девочке опять показалось?
- Катюш, ты точно в порядке? - папа Паша положил руку дочери на плечо. - Бледная какая;то.
- Да, просто… сон слишком реалистичный был, - Катя попыталась улыбнуться, но улыбка получилась кривая, как у клоуна в цирке.
- Сон? - переспросила мама. - Ты что;то бормотала по дороге, всё про каких;то тигров.
- Потом расскажу, - Катя потупилась и стала разглядывать свои кеды. - Пап, поехали домой, а?
Машина тронулась с места, а Катя прилипла к окошку. В зеркале заднего вида мелькали деревья, кусты, тени… И девочке всё казалось, что кто;то за ними едет. Не на машине - а так, будто тени сами бегут вдоль дороги, вытягиваются, пытаются до них дотянуться.
- Пап, а ты ничего странного не заметил на даче? - наконец решилась спросить Катя.
- Странного? - папа Паша нахмурился, поглядывая в зеркало. - Ну, кроме того, что мы наелись на неделю и засиделись допоздна?
- Нет, я про другое… Про то, как было тихо. Слишком тихо. Даже птички не пели. Обычно они так заливисто чирикают, а тут - ни звука.
- Может, просто не те птички, - пожал плечами папа. - Или они в другом месте поют?
Катя закусила губу. Как им объяснить, что всё было… не такое? Не как обычно. Воздух казался гуще, небо - краснее, а тени - длиннее. Будто кто;то взял и подменил их мир на похожий, но неправильный.
Вернувшись, Катя сразу побежала в ванную - хотела смыть с себя это странное чувство. Она включила тёплую воду, намылила руки мылом с запахом малины и стала тереть ладошки, будто это могло стереть страх. Вода немного помогла, но мысли всё равно крутились вокруг ночного кошмара.
Потом девочка пошла в свою комнату и достала с полки старый фотоальбом - сама не зная зачем. Он был толстый, с потрёпанными уголками: дядя Саша говорил, что в нём вся их семья, с самого начала. Катя начала листать страницы: вот она маленькая, вот они на море, вот папа с мамой на свадьбе…
И вдруг - стоп. На одной фотографии, сделанной, когда Катя была совсем крохой, на заднем плане, у самого леса, стоял человек в длинном плаще. Лица не разглядеть - оно будто размыто, как в старых фильмах. Но поза… Она была точно такой же, как у силуэта на краю леса сегодня вечером. Он стоял, чуть наклонив голову, и будто смотрел прямо в объектив.
- Этого не может быть, - прошептала Катя.
- Чего не может? - папа заглянул через плечо. Он как раз зашёл спросить, не хочет ли дочь какао.
- Смотри, - Катя ткнула пальцем в фото. - Этот человек… Я видела его сегодня. Там, у леса. Он стоял и смотрел на нас.
Папа Паша присмотрелся, прищурился:
- Хм… Может, это просто кто;то из соседей? Или фотограф так неудачно снял…
- Нет! - Катя покачала головой. - Он был тот самый. Тот, что в моём сне. И он… он знает про меня.
Папа помолчал, потом присел рядом и обнял дочь за плечи:
- Кать, знаешь, что? Давай;ка ты пока не будешь об этом думать. Пойдём пить какао с печеньем, а потом я тебе что;нибудь весёлое расскажу - про то, как мы с дядей Сашей в детстве в шалаш играли.
Катя кивнула, но всё равно украдкой ещё раз взглянула на фото. Человек в плаще по;прежнему стоял у леса, и ей показалось, что его тень на снимке чуть;чуть сдвинулась… Или это просто игра света?
- Папа! - решительно сказала Катя. - Я думаю, что это трудовик, трудовик Матфей Стёпин или Велунд из лагеря, о котором я тебе рассказывала. И этот на фото - один и тот же злодей, я это чувствую. И он вернулся, думаю, за чёрным камнем! Давай сходим в школу и проверим, на месте ли камень!
- М;да, - сказал папа задумчиво. - Чувство обычно тебя не подводит. Отдыхай, утром я позвоню Анжеле Сергеевне. Завтра же сходим и проверим, а пока выспись как следует.
Глава 22. Настин Сон
Утром, как только Катя проснулась, она позвонила Насте, чтобы поделиться с ней своими опасениями по поводу возможной пропажи чёрного камня.
- Настя, мне кажется, что камень в опасности, - взволнованно начала Катя. - Тот человек в плаще… Он вернулся за ним!
Настя рассказала, что пока они возвращались домой, ей тоже приснился странный сон.
- Давай рассказывай скорей свой сон, - попросила Катя, - а потом я свой тебе.
Настя начала рассказ:
- Сон был о том, как на землю напали акульи рептилоиды! Большая часть людей погибла. Рептилоиды высадились в море и плавали, как акулы, а на вид с акулами были схожи. Но при выходе на землю превращались в рептилоидов гуманоидного типа: с кожей, как у варанов, когтями, как у ящеров острова Комодо, с небольшим хвостом. По пропорциям тела они были немного схожи с человеком. Глаза с третьим веком, вместо носа - дырки, зубы в три ряда, но рот небольшой. Увидев человека, они выставляли свои четырёхпалые кисти рук с когтями в сторону человека и из них вылетали какие;то эфирные липкие нити, которые впивались в людей и превращали их в слизь, - продолжала Настя. - Нити проникали сквозь дома и другие преграды.
Затем сон про рептилоидов прервался, и я оказалась в какой;то красивой комнате, - задумчиво произнесла Настя. - Я подошла к окну и увидела реку - это была Нева. На другом конце реки виднелась Петропавловская крепость. Всё было неестественно тихо и безлюдно. В этот момент я знала, что осталась одна в этом городе.
Вместо воды по реке текла какая;то бурая густая жидкость, словно реки были венами, разрезающими гранитное тело города;великана. Одна в городе, наполненном багровыми водами и неестественно длинными тенями. Я закрыла глаза от ужаса и снова оказалась в сне про рептилоидов.
Катя вздрогнула и прошептала в трубку:
- Я поняла - в моём сне я тоже была в Питере, как раз в Петропавловской крепости. Я видела золотой шпиль Петропавловского собора.
Настя продолжила рассказ про свой сон:
- Людей, спасшихся от рептилоидов, осталось немного. Мы, последние люди, спрятались в специально построенном городе - в бункерах из четырёхметровой стали. Нити не проникали только через такие толстые стены.
Мы пытались бороться, но каждый день несли потери. Это очень страшно, когда стая акульих рептилоидов подплывает к нашему острову, высаживается и превращается из акул в ящеров. Мы стреляли в них, но мои товарищи один за другим превращались в жёлтую слизь. Мы не могли их даже похоронить - хоронить было нечего.
Ужасно, что даже через четырёхметровые стены рептилоиды могли частично управлять некоторыми из нас. Через них они пытались то открыть двери, то вывести наши системы из строя. В итоге в городе царили хаос и недоверие, а временами - полное сумасшествие!
- Ну и какой сон страшней? - спросила Настя.
- Даже не знаю, мой тоже был жутким, - ответила Катя. - Ладно, пора действовать.
Катя наспех пересказала Насте свой сон.
Настя вздохнула:
- Знаешь, Катя, у меня такое чувство, будто эти сны - не просто сны. Они что;то значат. Может, это предупреждение?
- Я тоже так думаю, - серьёзно сказала Катя. - И ещё мне кажется, что всё это связано с чёрным камнем.
- Да, - подхватила Настя. - А ещё этот человек в плаще… Он ведь появился и в твоём сне, и наяву, и мне кажется в своем я его тоже видела там в Питере. Что, если он как;то управляет этими снами?
- Именно! - воскликнула Катя. - Папа обещал сегодня сходить в школу и проверить, на месте ли камень. Пойдём с ним?
- Конечно! - решительно ответила Настя. - Вдруг мы сможем что;то понять или заметить то, чего не заметит взрослый?
- Отлично, тогда встречаемся через час у моего дома, - предложила Катя. - Возьмём с собой рюкзаки, на всякий случай.
- Договорились, - согласилась Настя. - Катя… ты только будь осторожна.
- И ты, - тихо ответила Катя и на мгновение замолчала. - Знаешь, мне кажется, мы стоим на пороге чего;то очень важного. И от наших действий может зависеть многое.
- Понимаю, - прошептала Настя. - До встречи.
Катя положила трубку и посмотрела в окно. День выдался солнечным, но её не покидало тревожное чувство. Она подошла к полке, где лежал старый фотоальбом, и ещё раз взглянула на снимок с человеком в плаще. Тень на фотографии действительно казалась чуть;чуть смещённой относительно вчерашнего дня, она стала короче. Или это снова игра воображения?
«Нет, - твёрдо решила Катя, закрывая альбом. - Пора перестать бояться и начать действовать. Мы с Настей разберёмся, что происходит, и защитим чёрный камень».
Она быстро собралась, положила в рюкзак блокнот и карандаш - вдруг понадобится что;то записать или зарисовать, - и вышла из комнаты.
- Мам, я пойду погуляю с Настей, - крикнула Катя, надевая куртку. - Мы недалеко, скоро вернусь!
- Хорошо, только будь осторожна, - донёсся из кухни голос мамы.
Катя, подошла к папе и сказала Доброе утро папочка, ты звонил Анжеле Сергеевне, узнал про камень?
- Да звонил она ничего не знает. Но у неё тоже плохое предчувствие. – ответил отец.
- Пап можно мы с Настей сами сходим проверим, а? спрросила Катя.
- Ну ладно, только будьте на связи. - согласился папа.
Катя кивнула и вышла из дома. Впереди её ждала встреча с Настей и, возможно, разгадка таинственных событий, окутавших их мир паутиной снов и реальности.
Глава 23. Путь к школе
Катя и Настя встретились у подъезда Настиного дома, как и договаривались. Обе выглядели встревоженными, но решительными. Настя сжимала в руках небольшой рюкзак, а Катя - блокнот с карандашом.
- Ну что, идём? - спросила Катя, стараясь говорить бодро.
- Да, - кивнула Настя. - Только… ты уверена, что камень всё ещё в школе?
- Ну да мы же его спрятали там, в старом кабинете № 13, - ответила Катя. - Анжела Сергеевна сказала, что это самое надёжное место. И на него наложено защитное заклятие.
Девочки двинулись по улице. День был солнечный, но Кате всё равно казалось, что вокруг слишком много теней. Она то и дело оглядывалась через плечо.
- Ты тоже это чувствуешь? - тихо спросила Настя.
- Что?
- Будто за нами кто;то следит.
Катя остановилась и внимательно огляделась. Деревья вдоль дороги шелестели листьями, вдалеке лаяла собака, но ничего подозрительного не было видно.
- Может, нам просто кажется? - неуверенно сказала Катя. - После таких снов всякое мерещиться может.
- Возможно, - согласилась Настя. - Но лучше быть настороже.
Они продолжили путь. По мере приближения к школе Катя начала замечать странные вещи: птицы вдруг замолчали, ветер стих, а воздух стал густым и тяжёлым, словно перед грозой. Даже звуки машин на соседней улице стали глухими и отдалёнными.
- Смотри! - Настя указала на клумбу у входа в школу. - Эти цветы вчера были жёлтыми, а теперь - фиолетовые.
- И листья на деревьях какие;то… тёмные, - добавила Катя. - Будто их покрасили чёрной краской.
У ворот школы их ждал сюрприз: обычно открытая калитка была заперта на огромный замок, которого раньше не было.
- Странно, - нахмурилась Катя. - Раньше здесь никогда не запиралось, может это потому что сейчас каникулы?
- Может, просто ремонт? - предположила Настя.
- Может ремонт, а может кто-то не хочет, чтоб мы попали в школу?
Не сговариваясь, девочки обошли школу кругом. Сзади здания была небольшая дверь - запасной выход, которым редко пользовались. Она оказалась не заперта. Тени отбрасываемые деревьями как лапы тянулись к девочкам ещё больше пугая их.
- Пойдём, - решительно сказала Катя.
Глава 24. В школе
Внутри школа выглядела непривычно. Коридоры, обычно залитые солнечным светом, были погружены в полумрак. Свет пробивался лишь через узкие щели между шторами, создавая на полу странные узоры, напоминающие клетки или решётки.
- Здесь всегда так темно? - шёпотом спросила Настя.
- Нет, - так же тихо ответила Катя. - Окна обычно открыты, и света намного больше.
Они направились к кабинету № 13. По пути Катя заметила ещё одну странность: на стенах висели фотографии учеников разных лет, но лица на них будто размывались, когда на них смотрели прямо. Если же отвести взгляд, черты снова становились чёткими.
- Настя, ты видишь это?
- Что именно?
- Фотографии… Они меняются.
Настя посмотрела на ближайший портрет и вздрогнула:
- Да, я вижу. Будто кто;то стирает лица.
Наконец они добрались до кабинета директора. Дверь была приоткрыта, и из щели пробивалась тонкая полоска красного света.
- Красный? - удивилась Настя. - В школе нет красных ламп.
- Знаю, - Катя сглотнула. - Но мы должны зайти.
Они вошли в кабинет. В центре комнаты, у разбитой витрины лежал чёрный камень. Он был размером с кирпич, только более старый, абсолютно чёрный гладкий и матовый - казалось, он поглощает свет, а не отражает его. Вокруг камня кружились тонкие серебристые нити, похожие на паутину.
- Он… живой? - прошептала Настя.
- Не знаю, - Катя сделала шаг вперёд. - Но в нём я уже не чувствую ту силу которая была в нём раньше.
Как только Катя приблизилась к камню, нити зашевелились и потянулись к ней. В тот же миг за их спинами раздался скрип. Девочки обернулись.
В дверном проёме стоял человек в длинном плаще. Лица не было видно - капюшон скрывал его в тени. Но Катя сразу узнала эту позу, этот силуэт…
- Это он, - выдохнула она. - Тот, что был в моём сне и на фотографии, это был Велунд из лагеря – улучшенная версия их бывшего трудовика Матвея Стёпина.
- И в моём сне про рептилоидов, - добавила Настя. - Он там тоже появлялся на мгновение, в самых страшных моментах в Питере.
Человек в плаще сделал шаг вперёд. Из;под капюшона донёсся низкий голос:
- Вы не должны были этого видеть. Сила камня принадлежит мне, я её почти забрал.
- Но почему? - смело спросила Катя. - Что в нём такого?
- Он - Сила камня - это ключ, - ответил незнакомец. - Ключ к границе между мирами. С его помощью я смогу стереть границы, и сны станут явью. А явь - сном. Мир превратится в хаос и только я смогу управлять всем сущим.
- И что хорошего будет в этом мире? - поинтересовалась Настя.
- Ничего, мир изменится. Те, кто сейчас прячется в тени, войдут в мир, а те, кто привык к свету, окажутся во тьме.
- Но это же неправильно! - воскликнула Катя. - Нельзя так просто менять мир!
- Кто сказал, что неправильно? - усмехнулся человек в плаще. - Для кого;то это будет спасением. Для тех, кто устал прятаться.
Катя повернула голову в сторону зеркала, в зеркале Человека в плаще не было, на его месте стоял мальчик небольшого роста, кажется это был Глеб.
Он протянул руку к камню. Но в этот момент в кабинете раздался громкий звон - будто разбилось стекло. Незнакомец вздрогнул и обернулся. Зеркало растрескивалось, рядом стоял кот Бакс, он пристально смотрел на зеркало и трещины ползли от его взгляда в разные стороны. Девочки посмотрели на человека в плаще, по всему плащу поползла паутина из трещин.
- Уходим! - крикнула Катя. Она схватила камень со стола (нити тут же рассыпались серебристой пылью) и бросилась к выходу. Настя последовала за ней.
Когда они выбегали из кабинета, Катя оглянулась. Человек в плаще стоял на том же месте, но теперь его капюшон был разтрескан и осыпался. На мгновение она увидела его лицо - это действительно было лицо Матвея Степановича, трудовика, но теперь трещины распространились и на него. Он смотрел им вслед с холодной улыбкой. Сквозь осыпающийся силуэт проступала фигура Глеба. Тени укоротились.
Глава 25. Догадка
Девочки бежали по коридору, затем выскочили через запасную дверь и помчались прочь от школы. Только когда они оказались в парке неподалёку, Катя остановилась и перевела дух.
- Мы его взяли! - выдохнула Настя. - Камень у нас!
- Да, мы не дали ему завершить ритуал, но будет ли этого достаточно? Кроме того, он знает, что мы знаем, - Катя посмотрела на чёрный камень в своей руке. - И он не остановится.
- Что будем делать? - спросила Настя. - Отнесём папе?
- Конечно, нам ведь надо понять, как его защитить, - Катя внимательно рассматривала камень. - Он ведь не просто ключ. Он как;то связан со снами. Наши сны стали предупреждением.
Настя кивнула:
- И наши сны связаны друг с другом. Может, это значит, что мы только вместе мы сможем всё понять?
- Точно! - Катя улыбнулась. - Кстати ты заметила отражение в зеркале, там ведь не отражался Велунд, там в отражении был Глеб! Нам стоит начать следить за ним, предупреждать друг друга о странностях. И найти способ защитить камень.
- Нет, в зеркало я не смотрела, я заметила только твоего кота Бакса у зеркала, кажется это он разбил зеркало и отвлёк человека в плаще. Пожалуй, нам стоит рассказать всё Анжеле Сергеевне - добавила Настя. - Взрослые тоже могут помочь.
- Да, - согласилась Катя. - Но сначала… давай проверим, что будет, если положить камень сюда.
Она осторожно положила чёрный камень на скамейку. В тот же миг воздух вокруг них дрогнул, деревья на мгновение стали выше, а небо - ярче. Затем всё вернулось к норме.
- Видела? - восторженно спросила Катя. - Он действительно меняет реальность!
- Значит, мы не можем его потерять, - серьёзно сказала Настя. - Давай отнесём его папе. Он придумает, как сделать так, чтобы этот человек в плаще, будь он Глеб, Велунд или трудовик не нашёл камень.
В этот момент как будто бы подслушав их разговор зазвонил Катин телефон, звонил Глеб, говорил он сбивчиво и торопливо, чествовалось неподдельное волнение – Катя, Катя у меня опять начались провалы памяти, пять минут назад я очнулся в 13 кабинете, я видел, как вы с Настей убегали, со мной опять что-то происходит, мне страшно. бормотал он – как будто теряю себя, на мне и вокруг меня бы странный пепел, а я стал как бы немного прозрачным, что делать.
Решение пришло интуитивно, - иди к родителям, и до тех пор, пока я не разрешу не отходи от них, старайся проявлять как можно больше любви, чтобы вызвать ответную любовь, - Катя говорила на автомате, слова шли как будто из подсознания – любовь родителей сможет защитить тебя до тех пор, пока мы разберемся что и как, иначе ты потеряешь себя, понял?
- Да понял, спасибо – ответил Глеб, в голосе чествовались искры надежды.
Девочки улыбнулись друг другу. Несмотря на страх, они чувствовали, что начинают понимать правила этой странной игры. И были готовы играть по;честному - ради своего мира, ради своих снов и ради того, чтобы явь оставалась явью, а сон - сном.
- Пошли, - сказала Катя, беря камень и пряча его в рюкзак. - У нас много работы.
Настя кивнула, и они направились к Катином дому, готовые рассказать всё родителям и начать настоящий поиск ответов. Как только они подошли к дому то увидели, что кот бакс преобразился в дядю Сашу и произнес – Хорошо, что в забрали камень, я предупредил всех, они уже собрались и ждут Вас.
Глава 26. Семейный совет
На семейном совете, помимо девочек, собрались папа, мама, Анжела Сергеевна и дядя Саша. Мама всё ещё пребывала в состоянии лёгкого шока: после того как её любимый кот Бакс обратился в дядю Сашу, она словно выпала из реальности. Все объяснения папы и Анжелы Сергеевны проскальзывали мимо сознания, будто белый шум, - Людмила сидела, вцепившись в подлокотники стула, и то и дело нервно сглатывала.
Стулья расставили по кругу. Взрослые и дети взялись за руки, образуя единое кольцо. В центре круга, на небольшом столике, лежал чёрный камень - матовый, почти поглощающий свет. Дядя Саша встал рядом с ним, раскрыл старинную книгу бабушки Дарьи и начал нараспев читать руны на финно;угорском наречье.
Сначала ничего не происходило. Затем воздух едва заметно задрожал, будто от жара над костром. От камня, словно круги по воде, начали расходиться волны энергии - сначала слабые, едва ощутимые, потом всё более мощные. Каждая волна приносила с собой обрывки образов и знаний, пока последняя, самая сильная, не накрыла всех одновременно цельным откровением.
Все разом осознали правду:
Когда Катя и Настя впервые увидели Велунда в детском лагере, он показался им похожим на трудовика Матвея Степановича. Это была иллюзия, созданная самим трудовиком: он соединил своё сознание и сущность с сознанием Глеба, которого уже не раз подчинял своей воле. Именно поэтому сходство было неявным, а Велунд выглядел моложе - сущность старого Матвея Степановича оказалась разбавлена энергией юного Глеба.
С Гелей всё оказалось сложнее. Бабка;горгулья подчинила сознание какой;то маленькой девочки, что позволило ей принять облик молодой рыжеволосой девицы. Но личность этой девочки оставалась неизвестной - видимо от того что никто из присутствующих с ней не был знаком.
В момент, когда Геля заговорила с Катей и Настей в детском лагере, она установила с ними особый контакт. Это стёрло грань между сном и реальностью, позволив проникнуть в их сновидения. Когда граница размылась, а во снах девочек возник страх, который испытывали все, кто был во сне, то ослабла их сила и в реальном мире и трудовик смог воспользоваться энергией камня - страх ослабил защитное заклинание, оберегавшее артефакт.
Горгулья и Матфей Стёпин действовали издалека, используя Глеба и неизвестную девочку как носителей своих образов. Их истинное местонахождение оставалось загадкой, но было ясно: если их не остановить, они смешают реальность и сны, став правителями нового сумрачного мира в обликах Велунда и Гели.
С Глеба образ Велунда был сбит, и осыпался в виде пепла поэтому Глеб сам по себе теперь не опасен, но ему, как и неизвестной девочки угрожает опасность, они растворятся как бестелесные духи и исчезнут, как только минует ночь последнего воскресенья августа, это апогей активности тёмных сил.
Матфей Степин – трудовик был рожден в шахте горы Курган, что дало ему силу управлять людьми, не всеми, а только людьми со слабой волей, детьми без защиты материнкой любовью, а особенно теми, кто погряз в пороках. Получать контроль над ними трудовик мог и без магических артефактов, но только при непосредственном контакте или с очень близкого расстояния.
Повисла напряжённая тишина - все осмысливали открывшуюся правду. Первым заговорил папа:
- Воскресенье уже завтра нельзя медлить. Давайте рассуждать логически. Что было общего и необычного во снах Кати, и Насти, кроме страха и появления Велунда в плаще?
- В них был Питер, - уверенно произнесла Катя. - Конкретно - Петропавловская крепость. Там, в стенах крепости, в одной из темниц, я видела Велунда и Гелю. Они обнимались и, кажется, спали.
- Может, они - в смысле трудовик и бабка;горгулья - и сейчас там? - предположила Настя.
Дядя Саша задумался, медленно поднял руки вверх, затем опустил и произнёс:
- Я чувствую, что девочка тоже там, недалеко от них, видимо в Питере. Гелю у нас в Поляногорске никто не видел - она появлялась только в лагере. Значит, она была одной из девочек из лагеря. А в лагере ведь были дети из Питера?
- Да, были, - подтвердила Настя. - Особенно мне запомнилась одна девочка Аня, она была очень необщительна и производила крайне странное впечатление, абсолютно несчастного ребенка, все веселились купались, а она всегда просто тихо сидела в сторонке и что-то крутила в руках, чётки что ли. – Настя продолжала - То, что я в своём сне оказалась в квартире на другой стороне Невы, напротив Петропавловской крепости…, наверное, и есть подсказка. Думаю, я смогу узнать эту квартиру. Скорее всего, именно там живёт та самая девочка. Во сне был момент, когда я чувствовала себя одной в этом городе, думаю девочка бесконечно одинока, её не защищает ни материнская, ни отцовская любовь, это и позволило Гели захватить сознание девочки.
- Кстати, и девочка, и Глеб могут окончательно раствориться, став частью Гели и Велунда они в большой опасности, - добавил папа. - Впрочем, как и все мы.
Мама Людмила, всё это время сидевшая с широко раскрытыми глазами, наконец чуть расслабилась. В обморок она падать уже передумала, но всё ещё пребывала в изрядном шоке, лишь молча кивая в такт словам остальных.
Глава 27. План действий
В комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый обдумывал услышанное. Первым нарушил молчание дядя Саша:
- Если всё так, как мы поняли, то действовать нужно быстро. Пока трудовик и бабка;горгулья не набрались сил и не завершили свой ритуал, я чувствую, что они становятся всё сильней, они обойдутся и без камня, это всего лишь один из артефактов, есть и другие, кроме того камень у нас и теперь он помогает нам, а не тёмным.
- Но как мы их найдём в огромном Питере? - спросила Анжела Сергеевна. - Петропавловская крепость большая, да и город не маленький.
- У нас есть зацепки, - уверенно сказала Катя. - Во;первых, Настя видела квартиру напротив крепости. Если она её узнает, мы сможем выйти на ту самую девочку, чьё сознание захватила Геля.
- Верно, - подхватила Настя. - Я хорошо запомнила детали: на окне висели шторы с парусниками, а на подоконнике стоял бюст Вагнера - мы проходили его в школе! И ещё - из окна был виден кусочек Ростральной колонны.
- Это уже что;то, - кивнул папа. - Значит, ищем квартиру с видом на Неву и крепость. Но как попасть в крепость? Там же туристы, охрана…
- Я могу помочь, - сказала Анжела Сергеевна. - У меня в Питере есть подруга, она работает экскурсоводом в Петропавловке. Попрошу её устроить нам «закрытую экскурсию» после закрытия музея.
- Отлично, - одобрил дядя Саша. - Но сначала нужно обезопасить камень. Пока мы ищем злодеев, он не должен попасть к ним в руки.
Он подошёл к камню, провёл над ним руками, что;то бормоча на том же финно;угорском языке. Камень на мгновение вспыхнул тусклым фиолетовым светом и словно втянулся вглубь себя - теперь он выглядел просто как обычный гладкий чёрный булыжник.
- Так он скрыт от их поиска, - пояснил дядя Саша. - Но нам будет помогать. Пока я не сниму заклинание, никто, кроме нас, не почувствует его силы, нужно взять его с собой.
- А что с Глебом и той девочкой? - озабоченно спросила мама Людмила, наконец полностью вернувшись к реальности. - Их нужно как;то освободить от влияния этих… злодеев.
- Да, - согласился папа. - И чем быстрее, тем лучше. Чем дольше они под контролем, тем сложнее будет разорвать связь, тем боле что послезавтра будет уже поздно.
- У меня идея, - вдруг сказала Катя. - В моих снах я видела, как Велунд и Геля спали в темнице. Может, их настоящие тела находятся там же? И если мы найдём эти тела, сможем освободить Глеба и ту девочку?
- Логично, - похвалил дядя Саша. - Похоже, они используют детей как проводников, а сами прячутся в укромном месте, возможно, даже в другом измерении.
- Значит, план такой, - подытожил папа. - Завтра утром выезжаем в Питер. Анжела, свяжись с подругой, договорись об экскурсии после закрытия. Настя, попробуй вспомнить ещё какие;нибудь детали той квартиры. Катя, проверь, нет ли ещё каких;то образов или подсказок в твоих снах. Дядя Саша, подготовь защитные заклинания - нам может понадобиться прикрытие. Ты летишь с нами, естественно, в виде кота. Людмила, с тебя - ветеринарный паспорт и остальные документы, чтобы нас с Баксом в самолёт пустили.
- И ещё, - добавил дядя Саша, - в облике кота я смогу пробраться туда, куда вам путь будет закрыт. Да и чутье у меня отменное - почую опасность раньше всех.
- Хорошо, - кивнула Катя.
Дядя Саша обернулся Баксом, мурлыкнул и свернулся клубочком. Все невольно улыбнулись.
- Раз все согласны, значит, план утверждён, - заключил папа. - Собираемся. Выезжаем завтра в обед. Билеты я куплю прямо сейчас.
Мама Людмила наконец полностью пришла в себя:
- Тогда я сборами в дорогу. И… может, свяжу всем защитные амулеты? Кажется, в сундуке бабушки Дарьи я видела нитки.
- Отличная мысль, - одобрил папа.
Пока взрослые обсуждали детали, Катя и Настя отошли в сторону.
- Страшно? - тихо спросила Настя.
- Ещё как, - призналась Катя. - Но и интересно. Мы ведь будем спасать мир, представляешь?
- Ага, - улыбнулась Настя. - И друг друга.
- Точно, - Катя взяла подругу за руку. - Вместе мы справимся. Нам ещё тебя у твоих родителей отпрашивать в Питер - мама, конечно, нам поможет. Ух, хоть бы всё получилось!
В этот момент камень на столе едва заметно дрогнул, будто подавая знак. Все переглянулись - время шло, и действовать нужно было как можно скорее.
Глава 28. Подготовка к отъезду
Ночь выдалась бессонной. Катя ворочалась в кровати, то и дело поглядывая на рюкзак, в котором лежал спрятанный камень. В голове крутились образы: Петропавловская крепость, тёмные коридоры темницы, силуэт в плаще…
Утром всё завертелось в лихорадочной суете. Папа забронировал билеты. Анжела Сергеевна созвонилась с подругой-экскурсоводом и договорилась о встрече у ворот крепости в 19:00 - после официального закрытия для посетителей.
Людмила тем временем колдовала над клубком старых ниток, которые отыскала в сундуке бабушки Дарьи. Пальцы ловко вывязывали узлы, шепча защитные слова, переданные ещё от прабабушки. Получались небольшие круглые амулеты с вплетёнными серебряными нитями.
Настю родители отпустили, с Катиными родителями они дружили, хотя и не были посвящены в суть истории, Людмила созвонилась с Настиной мамой и сказала что летят в Питер и возьмут с собой Настю за свой счёт, чтоб Катя не скучала. Ну кто от такого откажется! Настины родители заверили что в долгу не останутся… в общем Настя помогала собирать еду в дорогу: бутерброды с ветчиной, фрукты, термос с горячим чаем и любимые мамины печенья с корицей - на случай, если придётся долго ждать.
Катя проверяла снаряжение: фонарик, блокнот с записями о снах, компас (на всякий случай) и маленький перочинный ножик - тоже на всякий случай. Бакс, уже в кошачьем облике, важно восседал на чемоданах и наблюдал за приготовлениями, время от времени издавая одобрительное «мурр».
- Всё готово? - папа заглянул в комнату. - Через час выезжаем в аэропорт.
- Почти, - Катя застегнула свой рюкзак и перекинула его через плечо. - Бакс, ты готов?
Кот потянулся, зевнул и спрыгнул на пол.
- Тогда все в машину, - скомандовал папа. - Пора отправляться спасать мир.
Когда они выходили из дома, Катя на мгновение остановилась и оглянулась. Всё казалось таким привычным и мирным: цветы на подоконнике, старый шкаф в прихожей, коврик у двери… Но девочка знала: после этой поездки всё может измениться.
- Поехали, - решительно сказала она и закрыла за собой дверь.
Глава 29. Екатерина
В 14:00 вся наша отважная шестёрка - Катя, Настя, папа, мама, Анжела Сергеевна и кот Бакс - благополучно вылетела из аэропорта Солнце-Кузнецка. Из;за разницы во времени в Питер они прилетали в 15:00, хотя полёт занимал 5 часов.
Катя прижалась щекой к плечу папы Паши и, почти засыпая, спросила:
- Пааап, скажи, а почему вы с мамой назвали меня Екатериной? Имя ведь это вроде не такое модное сейчас. У нас в классе, кроме нас с Настей, у всех имена более современные - ну там Вики, Миланы, Алины и прочее.
- О, это очень длинная, хотя и интересная история, - ответил отец.
- Раз интересная, то рассказывай. Тебе пяти часов хватит? - поинтересовалась Катя.
- Пяти хватит. Если ты настаиваешь, то пожалуйста, слушай, - папа приступил к рассказу. Речь его лилась неспешно и убаюкивающе, но содержание не позволяло Кате уснуть.
- Лето 2016 года выдалось на редкость тёплым, что в наших местах бывает нечасто. Под конец июля погода, видимо, вспомнила, что, хочешь не хочешь, а план по осадкам выполнять надо, и начались грозы - по;майски частые, по;тайски тёплые.
Мы гостили у родственников в Сине;Сибирске. В день отъезда, в воскресенье, зарядила нудная морось. Езды до родного Поляногорска было часа четыре, а, судя по прогнозу, дождь лил везде.
В Сине;Сибирске мы провели замечательные выходные: наобщались, нагулялись, натанцевались. Ничего особенного, вот только когда я просматривал фотки, на одной из них, где я на фоне водохранилища, из;за моей головы выглядывал дракон. Я даже расстроился. Мы не могли понять, что это. Выяснилось, что в момент фотографирования за мной пролетала птица, и как;то причудливо сложились её крылья, что вся она стала похожа на голову дракона. Я трепетно отношусь к таким знакам и решил быть особенно осторожным.
Ну так вот, воскресенье перекатилось далеко за полдень, и нам было пора выезжать. Пробка на въезд в Сине;Сибирск по Утиному тракту растянулась километров на 30. На выезд пробки не было, но обогнать тащившиеся грузовики было совершенно невозможно, потому как обгон здесь был возможен только по встречке. А ещё этот нудный дождь.
Когда наконец кончилась эта пробка и удалось вырваться на оперативный простор, дождь медленно, но верно начал усиливаться. Наконец он усилился до самой крайней степени, так что ехать стало совершенно невозможно. Мы пробовали постоять, съехав с трассы на прилегающие дороги и обочины, чтобы переждать дождь, но он никак не хотел кончаться. Поэтому снова ехали, останавливались и вновь продолжали путь.
Примерно через час таких мучений ливень стал стихать. По моим подсчётам, мы скоро должны были въехать в деревню Лебеди. Лебедей всё не было, но что было более удивительно - пропала сотовая связь, и я перестал узнавать дорогу. Вернее, окрестности вполне были узнаваемы, но дорога какая;то стала иная: более узкая и ухабистая. Так как в Сине;Сибирске мы бываем часто, дорогу я знаю очень хорошо.
Вот вдалеке уже показался Залаиров кряж, а это значит, что мы всё же правильно едем. Жена тоже заметила, что с дорогой не всё в порядке:
- Слушай, Паш, а может, пока мы останавливались у обочин, мы случайно свернули не туда?
- Да вроде не должны, - ответил я.
Уже начинало смеркаться. Впереди показались огоньки - нет, это оказались всё же не Лебеди. На обочине расположился городок строительной техники: вагончики, экскаваторы, бульдозеры, грузовики.
«Странно, но по дороге в Сине;Сибирск ничего подобного я не видел. Наверное, за выходные понагнали», - подумалось мне. Всё же я решил остановиться и спросить, правильно ли мы едем. Тени отбрасываемые вагончиком и деревьями стали неестественно подвижными.
Из ближнего к дороге вагончика раздавались громкие голоса. Дверь была не заперта, я зашёл. Вагончик внутри себя представлял мини;столовую: за дощатыми столами и лавками сидели работяги, на столах стояла откупоренная водка. Водка была «Пшеничная» - я отметил, что уже давно такой не видел. В вагончике;столовой было человек около двадцати.
Я поздоровался и громко спросил:
- Мужики, я на Поляногорск правильно еду?
- Правильно, - ответили мне.
- А до Лебедей ещё далеко?
- Да нет, километров десять.
Тут я увидел, что народ пялится на меня, как стадо баранов на новые ворота.
- А ты кто такой? - донеслось до меня.
- Я кто? Человек! Просто из;за ливня мог дорогу перепутать, вот и уточняю.
Из середины стола встал мужик, высокий, статный, подошёл ко мне вплотную, смерил взглядом, потрогал за тунику, повернулся к остальным и сказал:
- А шмутьё у него импортное!
Одежда на мне была самая обыкновенная: сверху белая туника с капюшоном, длинными рукавами, надписью AssassinS и соответствующим принтом, снизу - тёмные длинные шорты ниже колен с кучей карманов.
- Наверно, итальянец, из тех, что оборудование для углепровода завозили, - раздалось из толпы.
- Ты что, итальянец? - спросил длинный.
- Мордвин, ёптать! - психнул я. Во мне действительно течёт половина мордовской крови, хотя я едва ли знаю десяток слов на эрзянском.
Толпа загудела, многие начали вставать, все оживились и начали обступать меня. Мужики явно были не в себе: злые взгляды, сжатые кулаки. Слышались возгласы: «А может, шпион?», «А машина;то какая, смотри, смотри!», «Давай его ментам сдадим», «Хватай его, пойдём парторгу покажем».
Длинный потянулся, чтоб схватить за плечо. Я поставил блок левой, пропустил удар откуда;то справа и вылетел из двери. Падая, перекувыркнулся через ступени, вскочил. До машины было метров тридцать, я рванул что было сил и уже через пару секунд завёл свой «равчик» и газанул на полную.
Жена была перепугана - ещё бы, она наблюдала, как разъярённая толпа бежит за мной. Километров пять я пролетел на одном дыхании, затем остановился, чтобы всё осмыслить. Вся эта сцена напомнила кадры из зомби;апокалипсиса, только вместо зомби были обыкновенные работяги.
Людмила трясла меня за плечо:
- Что? Что случилось? Что им было нужно?
По моему подбородку стекала кровь - справа губа оказалась разбита и начинала опухать.
- За что они тебя? Зачем?
Я ничего и сам не мог понять, не нашёл ничего другого, кроме как ответить:
- С итальянцем каким;то перепутали. Какое;то им оборудование не то, наверное, поставил… Я не знаю.
- Какой итальянец? Какое оборудование? - не успокаивалась жена.
- Для углепровода…
- Какого ещё углепровода? Его уже лет десять как демонтировали! - резонно заметила Людмила.
Да, в её словах была логика: углепровод был построен в конце восьмидесятых, строили действительно совместно с итальянцами, но в начале двухтысячных даже все трубы на протяжении от Беляево до Сине;Сибирска вырыли и сдали в металлолом. Мозг закипал. Меж тем темнело.
Я тронулся и поехал дальше, молчали. Дорога по;прежнему мне казалась незнакомой, однако справа, как и положено, виднелись отроги Залаирова кряжа, а впереди появилось большое озеро - очевидно, Данайское. Виднелись огни посёлка - теперь всё же наконец Лебеди.
В Лебедях у нас есть любимая кафешка. Когда мы голодны, то заказываем «восточку»: она там исключительная, особенно отличная бывает шурпа, да и кофе, хоть и из кофе машины, не баристом варенный, но всё же нормальный.
Проехав аншлаг «Лебеди», мы выдохнули и почти одновременно, как у нас бывает часто, выпалили:
- Ну что, по кофейку? - и, рассмеявшись своей синхронности, начали снижать скорость.
С Лебедями всё оказалось примерно, как с дорогой: я их и узнавал, и не узнавал. По крайней мере, на месте базарной площади, на которой должно быть около двадцати придорожных кафе и пара гостиниц, оказалась, как ни странно, только базарная площадь - ну такая, с деревянными рядами кругом, через середину которой проходила трасса, ну как в былые времена.
Народу на площади было немного, но запах шашлыков всё же доносился. Надо сказать, что шашлыки в «Лебедях», пожалуй, лучшие в Сибири - сравниться они могут разве что с теми, что мы пробовали на Кавказском побережье!
Мы остановились, вышли, огляделись. Кроме деревянных рядов, в середине площади гордо красовался небольшой ларёк, всё стекло которого было уставлено красочными пачками сигарет, жвачками, чупсами и другой всякостью.
Тем временем весь народ вывалил из;за рядов, включая продавщицу- Иностранцы, да? - крикнул кто;то.
- Поди, итальянцы! - подхватил другой.
- Какая машинка;то, а! - восхитился мальчишка.
- Буржуи! - голосил народ.
Мальчишки уже беззастенчиво трогали диски и шины, заглядывали в окна, рассматривая приборную панель. Ситуация повторялась, но, чтобы она не вышла из;под контроля, я прошипел Людмиле:
- Быстро в машину!
А сам, изображая итальянский акцент, заговорил с аборигенами:
- Ми есть итальяно, я просить дать мне читать ваши газет, ми - комунист, коморадо!
В голову мне пришла невероятная мысль: как это ни странно, но другого объяснения, кроме того, что мы попали в восьмидесятые, у меня не было. Может, это всё сон? Я решил меньше рассуждать, больше действовать - действовать по обстоятельствам, чтобы быстрей проверить свою гипотезу.
Тем временем продавщица ларька достала несколько новеньких газет и протянула мне со словами:
- На, читай, камрад, денег не надо!
Я сгрёб газеты, сел в машину и поехал. Мальчишки бежали за нами, размахивая руками и крича что;то радостное, беззаботное.
Выехав из деревни, я вновь остановился, развернул газеты. Среди них оказались «Комсомольская правда», «Аргументы и факты» и «Солнце;Кузнецкий шахтёр». Все газеты, очевидно, были свежие, пахли типографской краской - и, судя по дате, были напечатаны в июле 1986 года!
Пазл начинал складываться. Я решил всё же думать, что это сон - по крайней мере, это позволяло мне не сойти с ума. Всё же дыхание у меня перехватило, и я чуть ли не выкрикнул:
- Мы в совке, в восемьдесят шестом!
- Что за чушь ты несёшь? - в ответ прокричала жена.
- Всё сходится! Углепровод Беляево - Сине;Сибирск как раз строится, его сдадут только в 88;м! А газеты, а дорога, а Лебеди… Связи на сотовых нет, сама прикинь!
Людмила осеклась, вздрогнула, полистала газеты. Немного помолчав, заговорила как;то спокойно, глядя мне в глаза, почти шёпотом:
- Этого просто не может быть… И что нам теперь делать?
Глава 30. Дядя Паша
Что делать, я не знал, но решил в первую очередь переодеться. Благо с собой оказалась синяя однотонная рубашка с коротким рукавом и тёмные джинсы. У Людмилы нашёлся простого вида сарафанчик с цветами, немного выше колен, - другого более подходящего одеяния взять было негде.
- Поехали, тут недалеко, - выдавил я, выкручивая руль.
По рассказам отца я знал, что в деревушке Вараново, неподалёку от Лебедей, должен жить дядя Паша - в честь которого, собственно, я и был назван. Я у него ни разу не был, да и видел, по;моему, один раз, и то в детстве. По рассказам, дядя Паша был человеком, уважаемым - то ли парторгом, то ли председателем колхоза. Мне он запомнился этаким великаном ростом в два метра, с короткими седыми волосами, при этом он был очень худощав и имел военную выправку. Дядя Паша был намного старше отца, поэтому годился мне скорее в деды.
Когда дядя Паша умер, я толком не знал. Оставалось надеяться, что в 1986 году он был ещё жив.
Мы въехали в Вараново. Было совершенно темно, небо затянуло плотным покрывалом туч - не видно ни луны, ни звёзд. Я остановился у дома посреди деревни. Собаки в ограде не было, и я постучал в дверь. Мне открыла беременная женщина примерно моего возраста.
- А где живёт Павел Иванович? Мы из Солнце;Кузнецка, родня его, - спросил я.
- Который Павел Иванович? Парторг, что ли? - уточнила она.
- Да, парторг.
- Последний дом на выезде, справа, на пригорке, у леса. Мимо не проедешь.
Информации было предостаточно. Я запрыгнул в машину и был таков.
Действительно, мимо дома проехать было невозможно. Дом отличался от соседних мазанок: был сравнительно большой - примерно 10 на 10 метров, сложен из крупного листвяка. В окне горел свет.
Я решил не испытывать судьбу и машину оставить в лесу. Я её замаскировал еловыми ветками, оказавшимися неподалёку. С Людмилой мы выглядели излишне лощёно для 1986;го, но я надеялся, что всё можно будет списать на то, что мы из Солнце;Кузнецка - всё же самый крупный город в области, иной быт и так далее. В общем, я решил представиться своим старшим братом, Сашей.
Мы подошли к дому. Не успел я постучать, как дверь отворилась. На пороге стоял дядя Паша и широко улыбался:
- Ну, привет, родня! А я вас уже заждался…
Я замешкался, заикнулся, никак не мог сообразить, что говорить:
- Я… это… ну, я, значит…
- Знаю, Павлуша, знаю. А жену твою как зовут;то? Люся, поди?
- Ну, в общем, да…
На вид дядьке было за шестьдесят. Он был седой, телом худощав, но при этом весь такой жилистый, будто отлит из металла.
- Значит, Люся! Здравствуй, милая. Да проходите, не бойтесь. Выходит, Он не обманул… - и дядя Паша приветливо отошёл в сторону, распахивая дверь из сеней в хату.
- А как вы узнали? Кто не обманул? - осмелев, спросил я.
- Проходите, чаю выпейте с вареньем свежим, клубничным. Сам вареньеце варю, и чай сам собираю - любую хворь прогонит. У вас там, поди, такого чая нет. Да ты садись, Павлуша, садись и ты, Люся. Садитесь, у меня тут всё по;простому, по;холостяцки.
Мы сели, молча налили чай, пили молча. Людмилу затошнило: несколько дней назад мы узнали, что она беременна, ставили ранний срок - три недели. Беременности мы были рады, жена мечтала о дочери. Накануне мы даже листали сайты с именами, мечтали, как назовём дочь. Мне нравилось, что;то типа Милана или Милада, Людмиле - Анастейша.
Но действительность не хотела отпускать. Вопросов было больше, чем ответов: «Почему дядька обращается к нам по имени? Почему ждал? Кто его не обманул?» - я никак не мог понять.
Дядя Паша заговорил первым:
- Ты, я вижу, домой хочешь, скучаешь по дому;то. Я помочь могу, ты только согласись - дочь отдать свою нерождённую, и всё. Вернётесь вы, Люська покровит маненько, и делов;то.
Это было уже через чур. Я чувствовал, как расширяются мои ноздри, глаза наливаются кровью. Вместо ответа из горла вырвался какой;то невнятный хрип. Я дёрнулся, но в этот момент дядя Паша крепко схватил и до жуткой боли сжал моё левое плечо у шеи, рванул меня назад к стулу, приблизил своё лицо к моему и сказал так, что лоб мой покрылся испариной:
- Проверял я тебя. Там у вас гнилья много, ты, видно, пока не гнилой ещё. Хорошо это. Помогу я вам, попадёте домой, сегодня же попадёте. Не ссы.
На спине от этих слов у меня поселился целый муравейник, а его серые глаза, как мне показалось, прожгли меня всего, до самых пят. На несколько секунд я впал в какое;то оцепенение.
Дядя Паша тем временем запустил руку за пазуху и вложил мне что;то в ладонь, потом закрыл мне руку и сказал:
- До дома не разжимай кулак.
В руке чувствовалось что;то металлическое, колючее, маленькое.
- Всё, - сказал дядька. - Езжайте. Ты в Его городе рождён, оно тебе поможет.
Я уже ничего не спрашивал - кто поможет, как поможет, в чьём городе. Я схватил жену за руку, и мы быстрым шагом направились к лесу. Рулить я, конечно, не мог - моя правая рука была занята дядиным подарком. За руль села Людмила.
Глава 31. Опять сны внутри снов
Мы выехали из Вараново и направились в сторону дома. По пути лежал город, в котором я родился, - Солнце;Кузнецк. Я не помню, как мы проезжали его. Рука налилась свинцом и невыносимо болела. Я откинулся назад, закрыл глаза и уснул.
Во сне я чётко понимал, что это сон. Я помнил, что в данный момент мы едем в машине, и одновременно видел себя и события во сне как бы со стороны, словно при просмотре фильма.
Будучи погружен в мир грёз я оказался в каком-то незнакомом месте. Первым, кого я увидел во сне, был дядя Паша. Он взял меня за руку, крепко сжал её - во сне рука заболела от этого пульсирующей болью. Дядька повёл меня во двор какого;то дома.
У калитки стояли женщины и разговаривали. Что;то неуловимо знакомое и родное почудилось в их облике, но я их не узнавал. Одна из них, мимоходом обращаясь, как бы к своей собеседнице, но при этом повернув голову ко мне, сказала:
- А что гадать;то? Катерина - хорошее имя, славно подойдёт.
Мы вошли в дом. Внутри за длинным тёмным коридором оказалась плохо освещённая комната. Она была огромная - пожалуй, больше, чем весь двор; дом внутри оказался намного больше, чем снаружи.
В комнате сидели мужчины. Дядя Паша начал меня со всеми знакомить. Самого крайнего я сразу узнал - это был мой любимый дед Никанор. Он умер в 1980;м, мне тогда шёл шестой год. С дедом мы обнялись очень тепло - и я, и он были рады встрече. Дед гладил меня по голове и приговаривал:
- Ну, здравствуй, внучек, здравствуй, Панечка… - Только он и мама меня так называли. - Вот какой ты стал!
Далее всё повторялось: я понял, что это были мои деды, прадеды, их братья - в общем, весь наш мужской род. Когда дошли до главного, мне рассказали, что он был разбойником. И, в общем, весь наш род не такой уж светлый - «серые мы, но уж какие есть», - сказали мне. Мне сообщили, что приняли меня под своё покровительство.
Я проснулся. Солнце клонилось к закату - мы въезжали в Поляногорск.
- Как? Почему вечер? Ведь мы были в Вараново ночью… - пробормотал я.
Людмила приветливо улыбнулась:
- Наконец ты проснулся! А то как за Сине;Сибирском мы с тобой поменялись, так ты и продрых все четыре часа.
Я начал сомневаться в том, что случилось: углепровод, Вараново, дядя Паша, 1986 год, дед Никанор, разбойник - глава рода… Всё закружилось перед глазами в диком танце. Я понял, что, наверное, всё это было лишь сном.
Но что;то не давало покоя. Я начал приходить в себя. Вот только сильно болела челюсть справа, хотя на вид всё было нормально. И правая рука была крепко сжата в кулак - я попытался разжать, не выходило: рука занемела.
- Ну вот мы и дома, - сказала Людмила, сворачивая во двор.
В этот момент рука отошла - я разжал ладонь. В руке был значок, на котором изображено восходящее солнце. У значка были ребристые края вместо лучей - он до крови впился в кожу. Я протянул руку Людмиле.
- Где ты его взял? Зачем он тебе? - спросила она.
- Пока не знаю, - ответил я.
Утром значка я найти не смог.
Через пару недель мы снова поехали в Сине;Сибирск. Я предложил заехать в Вараново - узнать судьбу дяди Паши. Времени у нас было достаточно, и Людмила не возражала.
Мы подъехали к магазину. Из магазина вышли две дамы: одной было около тридцати, другой - за сорок. Старшую я уже видел во сне две недели назад - она мне рассказывала дорогу к дяде Паше. Именно к ней я и обратился:
- Не знаете ли вы Павла Ивановича? Он в советские времена был в вашем колхозе парторгом. Дом у него, возможно, на выезде из деревни.
- Колдуна;то, что ли? Знаю. Дом справа на выезде так и стоит, никто в нём не живёт, боятся. Он, когда помирал, сам приказал потолок проломить, чтоб быстрей отойти - мучился, никак не мог Богу душу отдать. А как помер, его на кладбище не повезли - там, в ограде;то, и похоронили. Креста тоже не ставили, только звёздочку с солнцем посередке, как он наказал перед смертью;то, - ответила женщина.
- А когда он умер?
- Давно. Мне тогда 12 было, мать как раз вон Маринку рожала, - и указала на свою спутницу.
- Ну а в каком году;то?
- Выходит, в 86;м, в июле, в конце.
Мы отправились на окраину деревни, нашли дом. Он оказался почти таким же, как во сне: в ограде и вправду нашёлся столбик со звёздочкой. Я взял тряпку, намочил водой и принялся его обтирать. Тряпка за что;то зацепилась - и в руку мне выскочил значок. Тот самый, наверное.
Мы вышли за калитку. Меня потянуло ещё раз взглянуть на полуразрушенный дом. Я повернулся - дом показался мне целым, красивым, сияющим каким;то светом. А у калитки стоял мой дядя Паша, приветливо улыбался и махал нам на прощание рукой. Позади него стоял человек в чёрном плаще и, положив руку на плечо дяди Паши, как бы удерживал его. В картинке которую я видел была одна неестественная особенность, предметы не отбрасывали тени, а человек в черном был как бы тенью дяди Паши.
Позже я рассказал всю историю твоей маме, Людмиле. И когда ты родилась, мы уже не выбирали между Миладой и Анастейшей - а назвали тебя Екатериной. Духи рода плохого не посоветуют.
Папа Паша взглянул на Катюшу: она крепко спала, но что;то подсказывало ему, что всё, что нужно, она из рассказа взяла.
Объявили посадку. Папа начал теребить Катю за плечо. Она открыла глаза.
- Да, Екатерина… так Екатерина, - прошептала она.
Глава 32. Питер
Катя вздрогнула, окончательно просыпаясь. Она посмотрела на папу широко раскрытыми глазами:
- Так это всё правда было? И дядя Паша, и сон с дедами… И значок?
- Всё правда, Катюш, - серьёзно ответил папа. - Может, не совсем так, как в обычном мире, но всё же правда. Значок, который я нашёл у его могилы, до сих пор где;то в доме лежит. Мама говорит, он в Сундуке бабки Дарьи, вместе с остальными семейными реликвиями.
Катя задумалась. В голове крутились слова женщины у калитки: «Катерина - хорошее имя, славно подойдёт».
- Получается, меня назвали в честь того сна? - тихо спросила она.
-Наверное не в честь сна, а в честь какой-то пра-пра и неизвестно сколько ещё пра бабушки, - улыбнулась мама, которая всё это время слушала рассказ. - Мы с папой решили, что если духи рода сами подсказали имя, значит, оно принесёт тебе удачу и защиту.
Анжела Сергеевна, сидевшая рядом, наклонилась к Кате:
- Видишь, какое у тебя особенное имя? Оно не просто так появилось - в нём вся сила твоего рода, все деды и прадеды, которые тебя оберегают.
Настя, до этого молча слушавшая историю, восторженно выдохнула:
- Вау! Получается, ты не просто Катя, а Катя из древнего рода с магической историей!
Бакс, дремавший на коленях у Людмилы, приоткрыл один глаз, будто соглашаясь, и снова задремал.
- Пап слушай, когда ты мне всё рассказывал, хоть мои глаза и были закрыты, но я не спала, ну находилась на гране сна, всё слышала и видела чётко как в кино, вот тот человек в чёрном плаще который держал дядю Пашу за плечо, похож на человека со старых фотографий – он кто, как ты думаешь – спросила Катя.
- Дядя Паша упоминал кого-то, говоря «Он сказал…» мне кажется этот тёмный в плаще и есть тёмная часть нашего рода, которая то пугает, то искушает, то путает нас, но несет какое-то знание и даёт ответы, помогая принять правильное решение, не зря ведь в моём сне глава рода сказал, что мы серые… по крайней мере я хочу в это верить – добавил отец.
В аэропорту их уже ждала экскурсовод - высокая стройная женщина с короткими волосами и проницательными серыми глазами.
- Анжела Сергеевна, здравствуй дорогая, как мы давно не виделись, со студенческих времен, это твоя компания - уточнила она, взглянув на группу. - Я Ирина, ваш экскурсовод. Рада познакомиться. Вижу, вы в полном составе - и даже кот с вами. Необычный пассажир!
- О, Бакс - наш талисман, - улыбнулась Анжела Сергеевна. - Он всегда там, где происходит что;то важное.
Ирина внимательно посмотрела на кота, слегка улыбнулась и кивнула:
- Понимаю. В таких местах, как Петропавловская крепость, талисманы очень нужны.
Они вышли из здания аэропорта. Вечер был прохладным, но ясным. Небо над Петербургом отливало розово;золотистым закатным светом.
- До встречи у ворот крепости у нас ещё пара часов, - сказала Ирина. - Предлагаю перекусить и немного прогуляться. Тут недалеко есть чудесное кафе с видом на Неву.
- Отлично, - обрадовалась Настя. - А то я уже проголодалась.
- И я, - подхватила Катя. - Кстати, Настя, доставай наши припасы! У нас бутерброды с ветчиной, фрукты и мамины печенья с корицей.
Они устроились за столиком у окна. Пока все угощались, Катя незаметно достала из рюкзака камень, который прятала под одеждой. Он едва заметно мерцал в свете заката.
- Смотрите! - прошептала она, показывая его друзьям.
Все склонились ближе. Даже Бакс заинтересованно поднял голову.
- Он светится! - ахнула Настя.
- И становится теплее, - добавила Катя, ощупывая поверхность камня. - Как будто чувствует, что мы приближаемся к крепости.
Ирина, до этого молча наблюдавшая за ними, наклонилась и внимательно рассмотрела камень:
- Интересный артефакт. Похоже, он действительно связан с тем местом, куда мы направляемся. Будьте с ним осторожны - такие вещи не попадают к людям случайно.
Пока группа перекусывала в кафе с видом на Неву, Катя всё ещё размышляла над папиной историей. Она незаметно сжала в кармане камень - тот слегка пульсировал теплом, будто отзывался на её мысли.
- Получается, мой род как;то связан с магией? - тихо спросила она у Анжелы Сергеевны.
- Похоже на то, - кивнула та. - И, судя по всему, энергия, заключенная в камне тоже часть вашей семейной истории. Возможно, он как;то связан с тем, что произошло давным давно.
Ирина, до этого молча слушавшая разговор, вдруг заговорила:
- Анжела, помнишь, как мы с тобой на четвёртом курсе спорили о том, существуют ли настоящие магические артефакты? Ты тогда говорила, что в сказках всегда есть доля правды, а я смеялась и называла это наивностью. - Она улыбнулась, но в улыбке читалась нотка грусти. - Теперь, глядя на этот камень, я начинаю думать, что ты, возможно, была права.
Анжела Сергеевна тепло улыбнулась в ответ:
- Да, помню. Ты тогда ещё сказала, что все эти «древние тайны» - просто красивые легенды для туристов. А я возразила, что в каждой легенде есть зерно истины, которое нужно лишь разглядеть.
- И вот теперь мы здесь, - подхватила Ирина, осторожно коснувшись края камня кончиком пальца. - С настоящим артефактом, который, похоже, и не думает быть просто красивой безделушкой.
Катя внимательно посмотрела на женщин:
- Вы, получается, давно знакомы?
- Ещё со времён учёбы в институте иностранных языков, - пояснила Анжела Сергеевна. - Мы с Ириной жили в одной комнате в общежитии, хотя Ирина и местная, но в общаге ей было спокойней, мы делили на двоих и радости, и трудности. Потом наши пути разошлись: я вернулась в Поляногорск - мама была уже в возрасте, да и наставления учительницы английского, Алефтины Петровны, не давали покоя. Она всегда говорила: «Дом там, где твоё сердце, а сердце должно быть рядом с родными».
- А я осталась в Питере, - добавила Ирина. - Город - моя родина, здесь всё знакомо с детства. К тому же квартира на набережной Невы осталась мне от мамы… - Её голос на мгновение дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. - В общем, каждый выбрал свой путь.
Настя, до этого с любопытством прислушивавшаяся к разговору, не выдержала:
- А почему вы не виделись столько лет?
- Жизнь, - коротко ответила Ирина. - У каждого свои заботы, свои испытания. Я, например, увлеклась работой экскурсовода в Петропавловской крепости - знание языков помогло. А Анжела посвятила себя семье и… чему;то большему, судя по всему.
- И всё же судьба свела нас снова, - улыбнулась Анжела Сергеевна. - И не просто так, а в самый нужный момент.
Катя почувствовала, как камень в её кармане стал чуть теплее. Она переглянулась с Настей, и обе девочки одновременно подумали: «Это только начало».
Бакс, до этого дремавший на стуле рядом, вдруг поднял голову и внимательно посмотрел в окно - туда, где за Невой виднелись стены Петропавловской крепости. Его глаза на мгновение сверкнули зелёным отблеском.
- Мурр, - произнёс он негромко, но так, что все невольно обернулись.
- Кажется, наш талисман готов к следующему этапу, - заметила Ирина, поднимаясь из;за стола. - Время идти. До встречи у ворот крепости осталось двадцать минут.
Глава 33. Ирина
Ирина родилась и выросла в Санкт;Петербурге. Её детство нельзя назвать счастливым: отношения с матерью были напряжёнными. Мать Ирины не была счастлива в браке - это озлобило её, и она часто срывала раздражение на дочери, цепляясь к мелочам по поводу и без.
Единственным светлым воспоминанием из детства для Ирины стала бабушка. Та обожала внучку и называла её «Иришка». Но когда девочке исполнилось пять лет, бабушка умерла - и теплота, которую та дарила, исчезла из жизни Ирины навсегда.
В институте Ирина училась на инязе. На последнем курсе умерла её мать. Несмотря на сложные отношения, это событие стало для девушки своеобразной точкой отсчёта: она наконец почувствовала себя свободной.
Квартира на набережной Невы, напротив Петропавловской крепости, осталась Ирине в наследство. Двухкомнатная, на втором этаже, с видом на реку - место, которое со временем стало для неё островком стабильности и покоя.
Ирина пробовала себя в преподавании иностранных языков в школе, но быстро поняла, что работа с детьми ей не подходит. Её отталкивала неизбежная суета и беспорядок, которые сопровождают общение с юными учениками.
Зато знание нескольких европейских языков помогло ей устроиться экскурсоводом в Петропавловскую крепость. Это оказалось идеальным выбором:
экскурсии позволяли общаться со взрослыми людьми;
график работы был предсказуемым и структурированным;
атмосфера исторического места успокаивала;
возможность говорить на разных языках приносила удовольствие.
Из увлечений Ирина предпочитала бальные танцы, почти все вечера после работы были заняты любимым занятием.
Что касается личной жизни то Ирина была придирчива к поклонникам - идеальная чистота и порядок в доме значили для неё больше, чем романтика. Любая мелочь могла разрушить зарождающиеся отношения. Разбросанные вещи, незакрытый тюбик зубной пасты, немытая чашка – раздражало всё.
Как только в её упорядоченном мире появлялся мужчина, идиллическая картина совместной жизни быстро рушилась. Ирина не сдерживала недовольства - ворчала, а иногда и устраивала истерики. В итоге партнёры уходили, а она испытывала облегчение: снова покой, чистота и безупречный порядок.
Мужчин в жизни Ирины было немного - их можно было пересчитать по пальцам. Последний роман случился девять лет назад.
Во время экскурсии для группы из Милана Ирина познакомилась с итальянцем Стефано - красивым, статным, обаятельным. Между ними вспыхнули чувства: цветы, рестораны, прогулки по Петербургу, ночь любви.
Но через неделю Стефано уехал. Он не звал Ирину с собой, не обещал вернуться и больше не выходил на связь. Для него это был курортный роман - Ирина приняла это без истерик и попыток его удержать. Гордость питерской дамы не позволяла унижаться.
Через четыре месяца Ирина узнала, что беременна. Прерывать беременность было уже поздно. В мае она родила дочь и назвала её Анной - в честь бабушки, которую плохо помнила, но очень любила.
Материнский инстинкт у Ирины так и не проснулся. Возможно, причина была в её собственном детстве без любви, возможно - в том, что ребёнок ассоциировался с хаосом и обязанностями.
Анюта росла словно сама по себе. Садик с пятидневками, продлёнка в школе, летние лагеря на все три сезона, лучшие игрушки, одежда и гаджеты - но без тепла и объятий.
Ирина выполняла формальные обязанности матери, но не могла дать дочери главного - любви и близости. Девочка росла грустной и одинокой, несмотря на материальный достаток.
Сама Ирина даже себе не могла объяснить своё отношение к дочери. Она просто знала: ребёнок вызывает у неё раздражение. То ли потому, что дети - это всегда беспорядок, то ли потому, что Анюта невольно напоминала о Стефано, о котором Ирина старалась не думать.
Так и жили: мать и дочь под одной крышей, но словно в параллельных мирах. А Ирина находила утешение в своей крепости - квартире на набережной, где всё всегда было на своих местах, чисто и спокойно.
Глава 34. Крепость
К воротам Петропавловской крепости они подошли ровно в 19:00. Сумрак уже окутал старинные стены, фонари отбрасывали длинные тени. Вошли на территорию. Катя сказала, что нужно осмотреть темницу.
Ирина подвела их к той части крепости, куда туристов не водят. Камень в этом месте засветился сильней. Она достала старинный ключ и вставила его в замок. Папа обратил внимание, что ключ в руках Ирины напоминает его ключ, доставшийся от прадеда Ивана, отца бабки Дарьи.
- Этот ключ передала мне бабушка, - пояснила она.
Дверь скрипнула и открылась. За ней начинался тёмный коридор, пахнущий вековой пылью и камнем.
- Готовы? - спросила Ирина, оборачиваясь к группе.
Катя сжала в руке камень - он теперь светился ровным мягким светом, освещая ближайшие ступени. Бакс, перепрыгнув с рук Людмилы на плечо Кати, громко и уверенно произнёс:
- Мурр!
- Значит, идём, - решительно сказала Катя, делая первый шаг в темноту.
Кот Бакс обернулся дядей Сашей. Ирина вздрогнула: артефакты и тайны - это, конечно, хорошо, но к такому она не была готова. Дядя Саша прикоснулся к камню - тот засветился сильней, и от его света на расстоянии метров в пять проявились следы. Шли два человека: одни следы были побольше, другие - меньше.
- Наверное, это следы Велунда и Гели, - предположила Катя.
- Возможно, - подтвердил папа.
По мере движения открывались новые следы, позволяя нашим героям двигаться в верном направлении. Следы вели прямо вдоль старинных казематов, затем свернули в один из них. Внутри было всё в следах. Все семеро зашли в каземат, чтобы осмотреться.
Дверь с лязгом закрылась. За дверью стояла Геля. Она быстро замкнула замок и произнесла:
- Теперь вы не сможете нам помешать! Завтра на рассвете мы окончательно захватим сущность детей - они растворятся, так, как будто их и не было. Мы останемся молодыми и сильными, это нам поможет захватить реальность. Отпразднуем ночь балом ордена длинных теней в Петергофе! - воскликнула она.
Ирина рухнула без чувств.
В этот момент дядя Саша обернулся котом. Из его глаз начало струиться сине;зелёное сияние. Как только сияние достигло Гели, её облик начал растрескиваться. Паутина трещин покрыла всю её фигуру. Геля вскрикнула, повернулась и скрылась в тёмном коридоре.
Папа достал свой серебряный ключ от всех дверей, отомкнул дверь и попросил Анжелу поднять камень повыше, чтобы светящиеся следы было лучше видно. Как только Ирина пришла в себя, все семеро двинулись вперёд. Виднелись только одни следы - следы Гели.
Узкий длинный коридор привёл в тупик. Следы обрывались.
- Не могла же она пройти через стену, - резонно произнесла мама Людмила.
Катя и Настя усмехнулись и в один голос произнесли:
- Всё может быть. Всё, всё, всё!
Внизу стены виднелась небольшая крысиная нора. Бакс, не задумываясь, протиснулся в неё. Через три минуты он вылез из норы, обернулся дядей Сашей и произнёс:
- За стеной - лестница и длинный туннель. Думаю, пришло время объединить ключи.
Папа достал свой ключ. Ирина нехотя, с долей недоверия протянула свой. Ключи были очень похожи, но на папином кольцо было овальным, а на Иринином - круглым. Папа соединил ключи, поднёс к стене - она с треском отъехала в сторону.
Следы вели по крутой лестнице вниз. Через три пролёта начался длинный туннель. Примерно посередине наши герои обнаружили кучку пепла, а после неё следы Гели оборвались. Дальше шли еле заметные детские следы, но сияли они не оранжевым и голубоватым светом, а тускло;фиолетовым.
Катя вспомнила звонок Глеба и произнесла:
- Дядя Саша разрушил образ Гели, и маленькая девочка освободилась от чар, как и Глеб. Но ненадолго! Если мы не успеем до утра помешать трудовику и бабке;горгулье, то они растворятся, а горгулья и трудовик получат их молодость и энергию и останутся навсегда Гелей и Велундом.
Глава 35. Девочка Аня
- Идём по следу девочки, - предложила мама. - Я чувствую, что это важно.
Через метров триста туннель закончился. Вверх шла металлическая лестница. Поднявшись, герои оказались во дворе дома на Дворцовой набережной. Оказалось, что они выбрались из колодца, люк которого был открыт.
- Стоп, - сказала Ирина. - Как это мы оказались в моём дворе? Мы что, прошли под Невой? Что это, как это?
Следы вели к подъезду, затем на второй этаж и скрывались за массивной деревянной дверью.
- Это же моя квартира, - Ирина открыла дверь. Сердце Ирины, которое колотилось галопом, замерло в плохом предчувствии. - Аня… - еле прошептала она.
Следы вели в гостиную. На диване лежала полупрозрачная фигура девочки - это, конечно же, была дочь Ирины. Смрад вползал в помещение через огромное окно, в котором еле угадывались очертания Петропавловской крепости и ростральной колонны. А на подоконнике красовался чёрный бюст Рихарда Вагнера.
Дядя Саша подошёл к Ане и осторожно коснулся её руки. Полупрозрачная фигура дрогнула, начала мерцать, а затем медленно обретать плотность. Аня вздохнула и открыла глаза.
- Мама? - прошептала она. - Я так долго тебя ждала…
Ирина бросилась к дочери, обняла её, и впервые за долгие годы в её душе что;то дрогнуло. Слёзы покатились по щекам - слёзы раскаяния, любви и облегчения.
- Прости меня, дочка, - прошептала Ирина. - Прости, что была так далека…
Угроза потерять дочь пробудила в Ирине что;то давно потерянное - то, что ушло со смертью её бабушки. Пробудилась любовь, не просто любовь, а материнская любовь: то огромное, всеобъемлющее, тёплое чувство, которое толкает матерей к самопожертвованию без промедления, без тени сомнений. Ирина прижимала Аню к себе, гладила по волосам и шептала:
- Всё будет хорошо, моя хорошая, теперь всё будет хорошо… Я больше никогда тебя не оставлю.
Анжела Сергеевна встала на колени перед диваном и начала молиться - тихо, но с глубокой внутренней силой. Её губы шевелились, произнося древние слова, которые, казалось, наполняли комнату особым светом.
Мама Людмила достала защитный амулет, сплетённый из нитей бабушки Дарьи, и надела его на Аню. Амулет мягко засветился, окутав девочку едва заметным золотистым сиянием. Затем Людмила надела такой же амулет себе, протянула ещё два - Анжеле Сергеевне и Ирине.
- Надевайте, - твёрдо сказала она. - Они помогут защитить Аню и придадут нам сил.
Ирина, всё ещё держа дочь на руках, дрожащими руками надела амулет. Как только она это сделала, по телу разливалась тёплая волна спокойствия, а страх и отчаяние начали отступать.
- Идите, - сказала Людмила. - Вам надо успеть до утра разрушить чары Гели и Велунда. Они в Петергофе, на своём колдовском бале-маскараде. А мы силой любви трёх матерей будем как можно дольше удерживать Аню в реальном мире.
- Но… - начала было Ирина, глядя на дочь.
- Они справятся без нас, - перебила её Людмила. - Твоя любовь уже начала исцелять её. А мы поможем. Нужно остановить Гелю и Велунда, пока они не завершили свой ритуал, чем сильней Аня чествует силу твоей любви, тем меньше сил у Гели.
Катя посмотрела на камень в своей руке - он больше не светился так ярко, но внутри всё ещё теплился слабый голубой огонёк.
- Думаю, самое страшное позади, - тихо сказала она.
- Да, - кивнул дядя Саша. - Но нам ещё многое предстоит узнать и понять. И, кажется, это только начало нашего пути. Он обернулся к группе: - Времени мало. До рассвета осталось меньше пяти часов. Нам нужно добраться до Петергофа как можно быстрее.
Настя, до этого молча наблюдавшая за происходящим, решительно шагнула вперёд:
- Я с вами. Если там колдовской бал-маскарад, значит, и другие дети могут быть под чарами. Мы должны их спасти.
- И я пойду, - добавила Катя. - Камень будет указывать путь.
Папа кивнул:
- Значит, идём. Ирина, ты теперь никогда не должна оставлять Аню без своей любви, иначе всё может повториться, материнская любовь - это лучшая защита от тёмной энергии.
Ирина посмотрела на дочь, которая теперь мирно спала в объятиях Анжелы Сергеевны, и твёрдо ответила:
- Да. Я знаю. А чтобы по;настоящему защитить её и других остановите Гелю и Велунда как можно скорее.
Дядя Саша хлопнул в ладоши:
- Отлично. Тогда выдвигаемся. я покажу самый короткий путь до Петергофа.
Дядя Саша обратился в Бакса, кот встал, потянулся и уверенно направился к выходу. Оглянулся, будто говоря: «Идёмте за мной».
- За ним! - скомандовал папа. - И помните: у нас есть то, чего нет у Гели и Велунда - любовь, дружба и готовность защищать друг друга. Это наша главная сила.
Группа вышла из квартиры. Ирина в последний раз оглянулась на дочь, улыбнулась сквозь слёзы и закрыла дверь. Впереди их ждал ночной Петергоф и решающая битва с тёмными силами.
Глава 36. Петергоф
Бакс бежал впереди, ловко лавируя между редкими прохожими и фонарными столбами. Камень в руке Кати пульсировал мягким светом, указывая направление.
- Он ведёт нас вдоль набережной, - заметила Катя. - Видите? Свет становится ярче, когда мы движемся в сторону моста.
- Логично, - отозвался папа. - Самый короткий путь - через Финский залив. Но будьте начеку: Геля и Велунд наверняка поставили какие;то ловушки.
- Вон моторный катер! - выкрикнул папа. Он быстро договорился с капитаном, что тот перевезёт их через Финский залив и высадит в Петергофе. Отважная четвёрка погрузилась на катер и добралась до Петергофа за полчаса.
Как только они ступили на пристань, воздух сгустился, стало трудно дышать. Настя вскрикнула:
- Смотрите!
Над Петергофом повисли тёмные облака, из которых начали проступать очертания чудовищных фигур и теней.
- Это стражи Гели, - прошептал папа. - Они чувствуют, что мы приближаемся к их логову.
Катя подняла камень высоко над головой. Тот вспыхнул ярким светом, рассеяв тьму. Фигуры растаяли, словно их и не было.
- Работает! - обрадовалась Настя. - Камень их отпугивает!
- Быстрее, пока они не вернулись, - поторопил папа.
Группа ускорила шаг. Вдалеке уже виднелись очертания фонтанов и золотых статуй Петергофа - но не праздничные, а зловещие, багровые, окрашивающие ночь в тревожные тона…
Бал ордена длинных теней был в разгаре. Зловещий оркестр играл «Полёт валькирий». Раздавалось вкрадчивое и хрипящее пение:
Страсть кружит свой незримый маскарад.
Здесь пляски нимф и радужный парад.
Враз всё смешалось в этой нежной битве,
Фагот - сын ветра, купидон в молитве.
Всё смешалось и прогнило.
И каждый здесь ведёт свою игру:
«Я вам коня, лишь пешку заберу».
Интриг и лицедеев чуден мир.
Игра и флирт - их идол, бог, кумир.
Под маской зайчика живёт вампир,
А в даму вамп одет хромой сатир.
Танцуют, веселятся все вокруг,
Забыв на час другой, кто враг, кто друг.
Вся наша жизнь - игра.
Я из угла смотрю за этим балом,
Снаружи мёд - внутри из льда забрало.
За нитку дёрну - тут же ржу как конь.
На сердце стужа, а в глазах огонь…
Дамы и кавалеры в маскарадных костюмах кружились в зловещем танце. Тени отбрасываемые фигурами кружились с ними в такт, но как бы сами по себе – отделившись от своих владельцев. На нижней террасе Большого каскада, над входом в грот, были установлены два трона. В них восседали Велунд и Геля.
Велунд, облачённый в чёрный камзол с серебряной вышивкой, держал в руках скипетр, увенчанный кристаллом, мерцающим фиолетовым светом. Его лицо скрывала маска с резкими, хищными чертами. Геля, напротив, выглядела как воплощение соблазна: платье цвета крови с чёрными кружевами, маска в виде лисьей морды, огненно;рыжая копна волос развевалась на ветру, а в руках - веер, украшенный перьями, которые шевелились сами по себе.
- Они черпают силу из этого маскарада, - тихо сказал дядя Саша. - Каждый танцующий отдаёт им частицу своей энергии. Энергию они забирают у детей которых они смогли подчинить своей злой воле потому что на них не было защиты материнской любовью. К утру все дети, находящиеся под чарами, исчезнут. Вся эта нечисть заберёт у детей молодость и саму жизнь, а Геля и Велунд получат ещё больше сил и продвинутся на пути стирания границы между сном и реальностью.
- И чем дольше длится бал, тем сильнее они становятся, - добавила Катя, глядя на камень. Тот начал пульсировать чаще, словно чувствуя угрозу.
- Нам нужно прервать их маскарад до рассвета, - твёрдо произнёс папа. - Как только солнце взойдёт, их чары станут необратимыми.
- Но как? - спросила Настя. - Их слишком много, а стражи могут вернуться в любой момент.
- Камень и ключи, - ответила Катя. - Объединим их. Думаю, они могут разрушить их иллюзию.
- Верно, - кивнул дядя Саша. - Но для этого нужно подобраться ближе. К самому центру маскарада.
Они начали осторожно пробираться сквозь толпу танцующих. Дядя Саша, вновь обернувшись Баксом, бежал впереди, выискивая безопасный путь. Каждый шаг давался с трудом - воздух становился гуще, будто сопротивлялся их продвижению.
Внезапно Геля подняла голову и посмотрела прямо на Катю. Её глаза сверкнули алым.
- Они нас заметили! - вскрикнула Настя.
- Не останавливаемся! - приказал папа. - Держимся вместе!
Камень в руке Кати вспыхнул ослепительным светом. Папа дал по ключу Кате и Насте, сам взял камень. Они приложили ключи к камню с обоих сторон. Три луча - из камня и ключей - объединились в один. Мощный луч ударил в центр площади, прямо между тронами Велунда и Гели. Музыка оборвалась, танцоры застыли на месте.
- Что это?! - вскричала Геля, вскакивая с трона.
- Они пытаются разрушить наш ритуал! - прошипел Велунд, сжимая скипетр. Из кристалла на скипетре вырвался огненный вихрь. Вихрь увлёк за собой тени участников маскарада, которые устремились к нашим героям, но не успел огненный вихрь и злые тени достичь друзей, как неизвестно откуда взявшийся Бакс мощным ударом лапы сбил кристалл, широко разинув рот, схватил его и был таков.
- Теперь или никогда! - крикнул папа.
Папа поднял артефакт обеими руками. Тот засиял так ярко, что на мгновение ослепил всех. Из камня вырвался поток голубого света, окутавший троны.
- Нет! - завопили Велунд и Геля в унисон.
Их фигуры начали трескаться, как фарфоровые маски, и осыпаться. Тени исчезли. Под обликом молодых и статных дам и кавалеров оказались старые сгорбленные колдуны и колдуньи. Велунд и Геля превратились в трудовика Матфея Стёпина и бабку Галю.
Маскарад рухнул: танцоры очнулись, недоумённо оглядываясь, багровое свечение над Петергофом сменилось первыми лучами рассвета. Вся нечисть с воем и воплями бросилась врассыпную, словно крысы, ошпаренные кипятком. Они бежали, толкая и давя друг друга. Кто;то бежал вправо - в сторону Шахматного фонтана и дворца Марли, кто;то - в сторону дворца Монплезир и фонтана Лабиринта. Свита Велунда и Гели, как и они сами, побежали в сторону Верхнего парка. Все стремились как можно скорее покинуть сияние артефактов в руках наших героев. Было видно, что сияние любви и добра причиняет им невыносимую боль, искажая их злобные и морщинистые лица гримасами мучительных страданий. Угощение превратилось в тараканов и клопов, которые разбежались.
- Получилось… - выдохнула Настя.
- Да, - улыбнулся папа. - Но главное - мы успели до восхода солнца. Сотни детей по всей стране в этот момент вернули себе свои жизни и будущее.
Бакс подбежал с кристаллом в зубах и снова обернулся дядей Сашей. Папа похлопал его по плечу:
- Ты молодец. Этот кристалл - настоящий ключ к разгадке многих тайн, - сказал папа.
- Значит, наше приключение ещё не закончено, - улыбнулась Катя, глядя, как первые лучи солнца золотят статуи Петергофа.
В этот момент в доме на Дворцовой площади Аня очнулась. Она обняла маму и изо всех сил вжалась в её грудь, боясь шелохнуться, чтобы не вспугнуть то всеобъемлющее, большое и тёплое чувство материнской любви, проснувшееся в Ирине.
А где;то далеко в Поляногорске Глеб, бледный и ослабленный, скинул одеяло, подошёл, обнял маму и сказал: - Мама, я, кажется, выздоровел.
У Кати всё получилось, - радостно подумалось ему.
Глава 37. Рассвет нового дня
Первые лучи солнца золотили статуи Петергофа, отражались в каплях воды на фонтанах, словно рассыпанные бриллианты. Воздух наполнялся свежестью, а зловещая атмосфера маскарада окончательно развеялась.
- Смотрите! - Настя указала на небо. - Тучи расходятся!
Действительно, тёмные облака, висевшие над Петергофом всю ночь, начали рассеиваться, уступая место чистому голубому небу. Музыканты, ещё недавно покорно игравшие музыку зловещего танца, а также аниматоры –танцоры, официанты теперь приходили в себя. Они растерянно оглядывались, не понимая, как оказались здесь в бальных платьях, смокингах и костюмах посреди ночи.
- Нужно помочь им, - сказала Катя, опуская камень. Тот уже не светился так ярко, но всё ещё мягко пульсировал в её руке.
- Верно, - кивнул папа. - Объясним, что произошло, и поможем добраться до дома. Многие, наверное, даже не помнят, как сюда попали.
Группа разделилась: папа и дядя Саша стали успокаивать людей, объяснять, что опасность миновала, а Катя с Настей помогали тем, кто чувствовал себя особенно плохо после воздействия чар.
Бакс, снова приняв облик кота, тёрся о ноги Кати и довольно мурлыкал:
- Ну что, справились? А говорили, что без меня не обойдётесь!
- Без тебя - точно нет, - улыбнулась Катя, поглаживая его за ушами. - Ты же спас положение, когда сбил тот кристалл.
- Да, - согласился папа, подходя к ним. - Бакс действовал очень вовремя. Кстати, кристалл… - он достал из кармана тёмный осколок. - Он излучает мощную энергию. Думаю, его нужно надёжно спрятать.
- В Поляногорске есть место, где хранятся древние артефакты, - сказала Настя, присоединяясь к разговору. - Отвезём его туда. Там он будет в безопасности.
- А что теперь будет с Велундом и Гелей? - спросила Катя. - Они ведь просто сбежали, а не исчезли окончательно.
- Они потеряли большую часть своей силы, - ответил Бакс вновь обернувшись дядей Сашей. - Без энергии детей и без кристалла их чары ослабнут. Но ты права - они всё ещё опасны. Нам нужно быть начеку.
В этот момент к группе подошла юная девушка в слегка помятом бальном платье. Она выглядела растерянной, но благодарной.
- Вы… вы нас спасли? - тихо спросила она. - Я помню только, что шла по набережной, а потом… потом я оказалась здесь, в этом костюме, танцую какой;то странный танец…
- Всё позади, - мягко сказал папа. - Теперь вы в безопасности. Давайте мы поможем вам добраться до дома.
Пока взрослые занимались организацией помощи людям, Катя отошла в сторону и достала телефон. Она набрала номер Мамы и попросила передать телефон Ирине.
- Тётя Ира? Это Катя. У нас всё получилось. Чары разрушены, Аня в порядке? Ведь… кажется, всё закончилось хорошо. Мы успели?
- Катя! - голос Ирины дрожал от эмоций. - Спасибо! Спасибо вам всем! Аня проснулась, она такая счастливая… и я… я наконец;то чувствую себя настоящей матерью.
- Я рада, - улыбнулась Катя. - Мы скоро вернёмся.
Спустя пару часов ситуация в Петергофе нормализовалась. Последних ошарашенных участников маскарада проводили до транспорта или до домов, полиция взяла ситуацию под контроль, а группа героев собралась у пристани.
- Пора возвращаться, - сказал папа. - Нас ждут в Поляногорске. И… думаю, у нас ещё много вопросов к этим артефактам.
- И ответов, - добавила Катя, глядя на камень, который теперь светился едва заметным тёплым светом. - Но сейчас главное - что все в безопасности.
- И что мы стали ещё ближе друг к другу, - улыбнулась Настя.
Бакс запрыгнул на плечо Кати:
- Ну что, домой? В Поляногорск?
- Домой, - кивнула Катя. - И пусть это будет начало новой истории ведь впереди новый учебный год!
Они поднялись на борт катера, который должен был доставить их обратно через Финский залив. Солнце уже полностью взошло, освещая путь. Вдалеке, на фоне голубого неба, золотились купола Петербурга - города, который снова стал обычным, реальным, лишённым ночных чар и иллюзий.
Катя посмотрела на своих друзей, на папу, Настю, и Бакса. В душе разливалась тихая радость и уверенность: что бы ни случилось дальше, они справятся. Вместе.
Магия рядом - Часть 1 - Третий Б
© Copyright: Павел Глухой, 2026
Свидетельство о публикации №226050600730
Свидетельство о публикации №226050600730
Рецензии