Гренки

       – Ми булочки по девять копеек не вибрасиваем, если они немножечке зачерствели. Можно сделать сухарики и потом перекрутить в мясорубке и получатся панировочные крошки. А можно и гренки приготовить уже из сухариков.

Нарезанное  кружочками то, что раньше было длинными булочками, и доведенное до сухариков в духовке, бабушка залила молоком.
Вдруг стало темно. Зимним вечером темнеет рано, а тут ещё и свет отключили.
Почти в темноте дедушка снял очки.
– Какая мине разница, в очках или без, когда я газету не вижу? И потом, что такое тьма? Её нельзя разогнать палкой. Достаточно зажечь спичку, и она сама отступит.
Дедушка прошёл в прихожую и снял с полки старую керосиновую лампу с длинной стеклянной колбой. Я любил этот запах, когда зажигали керосинку и дом наполнялся тускловатым светом и запахом сгоревшего керосина. Такой запах для меня до сих пор – запах детства и бабушкиного и дедушкиного дома.
– Вот теперь, когда сухарики вобрали в себе всё молоко, ми их присолим немножечке. Это для дедышки. Для Сашеньки ми присипим сахорочком, и пусть теперь пропитаются. А пока ми на печку сковородку поставим и дадим в неё сливочное масло.
Сколько живу, а от воспоминания, о запахе чуть начинающего пригорать на сковороде сливочного масла… Что-то сжимается в груди и вызывает печальную улыбку о чем-то ушедшем навсегда. Это запах бабушкиной яичницы или гренок.
Бабушка вилкой взбила яйцо в блюдце и немного его присолила.
– Абраша, дай мне лампу сюда! Я должна не только нюхать, но и видеть, что делаю.
Обмакнув каждый кусочек в сбитом яйце, сначала соленые, бабушка, поддев снизу, вилкой выкладывала кружочки на сковородку.
– Абраша! Что ти молчишь?
– Я нюхаю.
– И что ти можешь сказать?
– Я знаю? Пахнет счастьем нашьих внуков. И надо Сашеньке тоже дать солёние попробовать. Всё-таки соль – это такое…  как би сказать? А вот: Соль – это то, что не портится.
Бабушка перевернула подрумяненные, начинавшие пригорать гренки на другую сторону. Добавила сливочного масла. Дедушка тем временем отрезал несколько кусочков ржаного хлеба.
– Это тоже будут гренки, когда баба Паша закончит.
Готовые гренки бабушка выложила на две тарелки. Одни с сахаром, другие солью И на ту же раскалённую сковороду дедушка положил два кусочка ржаного хлеба.
О! Ещё один запах, который запомнился на всю жизнь! Это запах и вкус пригоревшего кусочка ржаного хлеба, посыпанного с одной стороны крупной солью и натёртого поверх соли чесноком, а с другой стороны политого маслом с рынка, которое ещё пахнет семечками…
– Садимся ужинать, – скомандовала бабушка. Она налила в стаканы в железных подстаканниках тёплое молоко. Для меня сахарные гренки ещё и мёдом немного намазала.
Включился свет. Дедушка громко пыхнув задул керосиновую лампу и отнёс её на место.
– Наша жизнь – как путешествие, – заговорил дедушка, – из тьми в свет, от запахов до вкусов.
Приятного аппетита, ребята!