Любонька и Стёпушка

Жила-была в одной далёкой деревне девушка неземной красоты — Любонька. В семь лет осталась она сиротой: мать с отцом померли, и стала Любонька жить с бабушкой да дедушкой.
Бабка с дедом любили внученьку до беспамятства: наряды ей шили, пирожки пекли. А девочка не ленилась всем старикам помогала: воду из родника таскала, по грибы и ягоды в лес ходила, по дому хозяйничала.
Весело жила Любонька: и трудиться умела, и гулять не забывала. С подружками девчатами играли в горелки и песни звонкие пели. Встанут парами, а водящий впереди стоит и громко заводит:
 Гори, гори ясно,
Чтобы не погасло!
Глянь на небо —
Птички летят,
 Колокольчики звенят!
 Раз, два, не воронь,
 А беги, как огонь!
Как прозвучат слова «птички летят, колокольчики звенят», последняя пара разбегается в разные стороны, да так, чтобы впереди водящего соединиться. А водящий ловит, кто попался, тот и водит. Весело, задорно им было.
Так и текла жизнь Любоньки, пока однажды не подбежала к ней подружка, бледная от страха, и зашептала:
— Любонька, беги скорей! Бабке твоей худо!
Бросилась Любонька домой босиком, камни острые в ноги впиваются, да не чувствует она боли от страха. Вбежала в избу, завернула в горницу, а там бабушка на постели лежит, совсем плоха.
— Подойди, дочка, — прохрипела бабка уставшим голосом.
Подошла Любонька к кровати, на колени опустилась. Рядом дед на стуле сидел, за руку бабку держал, слезами горькими заливался.
Передала бабушка внучке корзину плетёную и говорит:
— Помираю я, внученька. Возьми эту корзину и крепко запомни: в ней лежат веретёнышко и лапоть — вещицы не простые. Случится беда, деревня во тьму войдёт, ты бери веретено да ковёр сплети. Такой ковёр, чтоб сны сказочные по нему текли, добром всех окружали.
А ещё слушай: если напасть какая случится, лапоть путь укажет, откуда тьму ждать. И ложь распознать поможет: постукивает подошвой — один раз стукнет, значит, верно; два раза — кругом обман. Крепко-накрепко запомни, внученька: вверяю тебе дело важное.
Сказала так бабушка и померла. Долго Любонька с дедом горевали, понемногу в норму пришли. Дед за огородом ухаживал, девочка по дому хозяйничала. Жили спокойно, да только внучка радость позабыла, всё грустила.
Встревожился дед и говорит:
— Дочка, иди погуляй, повеселись, песни пой, проветрись словом.
Пошла Любонька на речку. А там подружки венки по воде пускают, о скором замужестве у духов воды выведывают. Знали они, что в этот день вода оживает, духи речные к берегу выходят и предсказывать судьбу помогают. Разложили они на берегу дары: ржаного хлеба и ягод спелых, чтобы духов задобрить.
— Иди к нам, Любонька! — закричали подружки, подхватили её под руки и к реке потащили. Венок ей в руки сунули:
— Ну, Любка, когда замуж выйдешь? Бросай венок!
Бросила девочка венок приговаривая:
- Реченька-матушка, духи водяные, правду скажите, не таите, венок мой плыви и судьбу покажи.
Сначала венок у берега заколебался будто раздумывая, а потом поплыл ровно, не кружился. Значит, замужество будет скорое да счастливое. Подружки обрадовались, поздравлять стали, а Любонька лишь улыбнулась, поклонилась реке и поблагодарила реку и духов воды про себя.
Много ли, мало ли времени прошло, вдруг лапоть в корзине застучал, и так сильно, что из корзины выпал, и к лесу топтать начал. Испугалась Любонька, побежала по деревне, о несчастье сообщать.
Молодой удалой парнишка Степан собрал добрых молодцев и в лес отправился. Долго искали, кто на деревню напасть собрался, и встретили чудище страшное. Не имеет оно костей, а тело его словно огромный, спутанный ком старых, сухих веток и древесных корней. Ростом с ель, а может сжиматься до размеров пня. Вместо шерсти на нём клочья тумана висят, за ветки цепляются.
Замыслило чудище на людей напасть, выпить из них смыслы. Кто коснётся его, тот имя своё забудет, зачем шёл, кого любил.
Послал Степан доброго молодца к Любоньке, чтобы та начала прясть «нить памяти». Села девушка на порог, прижала веретёнышко к сердцу и проговорила:
— Крутись, мой милый, не для пряжи, а для помощи.
И дерево закружилось, птички запели. Из воздуха, из пустоты потянулся волосок тонкий, прозрачный, как слеза. Любонька пальцами его подхватывает, в нить свивает, а сама имена родных шепчет. И чем длиннее нить становится, тем ярче солнце светилось, будто само время в клубок сматывается.
Передала девочка нить волшебную доброму молодцу, и побежал он Степану помогать. Распустили нить по лесу, чудище почуяло её, пошло к ней, стало вплетаться, сучьями своими путаться. Сам себя связал и в обычный неподвижный корень превратился.
Вернулись все с победой, Степана и Любоньку благодарили, всю деревню от несчастья спасли. В награду Степан право выбрать жену получил. А Любонька наряды дивные обрела.
Пришёл Степан к Любоньке и свататься стал:
— Любонька, будь моей женой, что скажешь сделаю.
Думала-думала Любонька и сказала:
— Выйду за тебя, Стёпушка, если принесёшь мне пряжу, из которой само Небо сарафаны свои шьёт. Да чтобы нитка была тоньше волоса, да крепче стали.
Вскочил Степан, побежал к бабке мудрой из деревни, узнать где нить такую достать. Направила она его в самый центр гремучего леса, к большой берёзе, где на ветвях оседает тот самый рассветный туман, что не успел ещё росой стать.
Взял Степан меч отцовский, собрал узелок с едой и в путь отправился. Долго шёл, и днём, и ночью. Волки по ночам на него нападали, он мечом отбивался. Медведь чуть не разорвал, и его Степан одолел. Дошёл до дерева как раз до рассвета, стал из тумана нить собирать да приговаривать:
— Собирайся нить, на пользу, на благо, для любви моей на всю жизнь. Чтобы как глаза её чистые были, как душа её добрая и светлая, как волосы её прочные да блестящие.
Собрал он большой клубок нити и обратно в дорогу бросился. На пути встретилось ему то самое чудище, коснулось Степана и забыл добрый молодец, куда шёл и кого любил. Так и остался в лесу, с нитью в узелке.
Много времени прошло. Каждый день Любонька в окошко глядит, жениха ждёт.
— Случилось с ним что, или разлюбил меня? — вздыхает.
Взяла она лапоть и спрашивает:
— Лапоть, помоги, всю правду расскажи: разлюбил меня Степан?
Стукнул лапоть два раза, обрадовалась девушка, запрыгала от радости. А лапоть снова застучал по полу — как при беде.
Задумалась Любонька и поняла: беда жениха в дороге настигла. Села она за веретено, и стала ковёр плести, приговаривая:
— Помоги, веретено, Стёпушке моему. Коль здоровье плохое настигло — вылечи. Коль мысли спутались — распутай. Коль заплутал — дорогу домой помоги найти.
Пряла Любонька ковёр большой, закончила к ночи и ждать стала.
У Степана тем временем в узелке клубок засветился, выскочил и по тропинке покатился. Побежал молодец за ним, не зная, куда и что за клубок такой, но сердцем чувствовал, бежать за ним надо.
Привёл клубок его в деревню, прямо к дому Любоньки. Долго Степан стоял, не понимал, что делать, чей это дом, у кого спросить. Но увидел в окне девушку неземной красоты, залюбовался.
А Любонька его увидела, выбежала из дома. И тут ум Степана прояснился.
Обнял он невесту свою, клубок небесной нити протянул. Так и остались они вместе. Закатили свадьбу на всю деревню, весёлую и шумную. Родила Любонька Степану двоих деток: доброго молодца и неземную красавицу с глазами цвета неба. Так и жили они долго и счастливо.