Близнецовые пламена. Предисловие. А зачем?

Посвящается Н.С.М.


Моя подруга, назовём её Лидией, покидала Страну. Она начинала новую жизнь на Новой Земле. Всё старое — вещи, архивы, эмоции, воспоминания — она не собиралась брать с собой.

Лидия пригласила меня и нескольких ближайших подруг и предложила взять на память из её вещей всё, что кому понравится. Остальное оставалось в уже проданной ею квартире в Царском Селе и предназначалось в подарок детскому дому во Владимире.

Я выбрала несколько книг: альбомы Яна ван Эйка и Иеронима Босха в мягких обложках, «макулатурное», как пошутила Лидия, собрание русских философов*, томик произведений Велимира Хлебникова 1986 года издания и восьмой номер журнала «Новый мир» за 1965 год с «Театральным романом» Булгакова.

Отдельно от прочих вещей лежала картонная коробка с бумагами. Подруга подвела меня к ней.

— Вот здесь лежит та моя жизнь, о которой ты не знаешь. Я собираюсь всё это сжечь. Но если хочешь — возьми, почитай. Ты любишь всякие страсти — здесь их много.

Я приехала, как обычно, на «мерсе», поэтому отказываться не стала.

Мы с Лидией были знакомы довольно давно, но близко сдружились только в последнее время, и никаких подробностей о её прежней жизни я не знала. Я дружила с элегантной, успешной, уверенной в себе женщиной с внешностью удачно заматеревшей фотомодели. Знала её влюблённого жениха — умного, симпатичного мужчину, значительно моложе её, с которым она теперь уезжала. Бракосочетание, на которое, разумеется, я была приглашена, планировалось через месяц в Тоскане.

Весь месяц я разбирала архив подруги: рассматривала фотографии, читала письма, дневники. Передо мной разворачивалась жизнь, о которой я и не подозревала, общаясь с целеустремлённой, собранной и ироничной Лидией. Эта жизнь и она сама казались почти несовместимыми. И тогда я впервые подумала: о скольких других тайных, страстных и трагичных жизнях современных мужчин и женщин мы даже не догадываемся.

Я приехала на свадьбу. В Ливорно я спросила Лидию, как она отнесётся к тому, что я опубликую её архивы, почти ничего не меняя. Лидия ответила, что не возражает, только попросила изменить имена и места событий.

— Я пыталась сама описать свою историю в романе, но так и не собралась — только несколько набросков сделала. Ты там, наверное, нашла. И вот ещё, — Лидия достала из письменного стола небольшую книжку. — На память сама себе издала. По-моему, стихи неплохие… Можешь тоже опубликовать. Если твоё произведение будет успешным, с тебя ресторан по моему выбору. Авторского гонорара мне не нужно. Пусть останется тебе — здесь придётся много потрудиться, чтобы получилось что-нибудь читабельное.

На том и порешили.

Прошло два года. Я перечитала весь архив ещё раз — и мне неудержимо захотелось переосмыслить всё, что произошло с Лидией, со мной, с другими женщинами, чьи судьбы с обычной, если не сказать обывательской, точки зрения трудно назвать удачными. Мне захотелось как-то оправдать наши судьбы, наши выборы, наши ошибки — и описать всё подробно, в настоящем романе: не вымысле, но и не совсем правде.

И вот книга готова.

Я предложила Лидии прочитать рукопись, надеясь, что она захочет что-то дописать, прояснить какие-то детали, неясные из сохранившихся документов. Но она отказалась, сославшись на отсутствие времени «на глупости, которые и так отняли у меня слишком много жизни».

Я не очень настаивала. Вырисовывавшийся в книге образ мог Лидии не импонировать.

Я выношу на суд читателя не сборник подлинных документов и не реальные события, а то, как всё могло бы быть, если бы…

Возможно, в романе есть исторические ошибки. Возможно, читатель не согласится с выводами и сентенциями героев. Возможно, они не в полной мере или ошибочно отражают историю. Но книга и не претендует на то, чтобы быть историческим или даже литературным справочником. Как мы все знаем, ИИ — а он один из главных героев этого «не романа» — может ошибаться.

И всё же в главном ошибок нет: Любовь живёт и в современных, прагматичных, целеустремлённых мужчинах и женщинах.

Enjoy!

28 февраля 2026 г.

* Очевидно, имеется в виду практика 1980-х годов, когда за сданную в утиль макулатуру можно было получить подписку на дефицитные книги или махровые полотенца.
Прим. редактора.

P. S.

Чтобы помочь тебе, читатель, принять решение — читать или не читать, — привожу одну страницу из дневника Лидии: так она сама видела свою потребность оставить след в литературе.

 Лидия. Черновик романа

2003 год, 21 февраля. Москва

«Тот, кто, будучи любим тобою, любит взаимно,
воздаёт тебе уже награду;
тот же, кто, будучи любим, не любит тебя,
делает вместо себя твоим должником Бога».

Свт. Иоанн Златоуст

Я не помню своего детства. Как, впрочем, и юности.

Наверное, это странно и непонятно. И для меня самой это удивительно. Когда я слышу воспоминания о всяких забавных или печальных историях, меня поражает, как точно, до малейших деталей, люди помнят давние события своей жизни. Мне кажется: если бы я могла восстановить всю цепь событий, их внутреннюю связь, я смогла бы понять и оценить своё участие в них, а через это — и собственный характер, определивший Судьбу.

Я постоянно думаю о том, как всё могло бы сложиться в моей жизни, в жизни моих детей, если бы…

Была бы я счастливее? Меньше ли мучили бы меня эти хаотичные, нелогичные, полные ностальгии сны, после которых я просыпаюсь в слезах? Смогла бы я сохранить семью — в согласии с теми патриархальными традициями, в которых была воспитана сама?

Вопросы, на которые нет ответа в этой жизни.

Часто говорят: чужая душа — потёмки. А не потёмки ли и наша собственная душа? Да, более или менее точно можно предсказать, как мы поступим в тех или иных обстоятельствах. Но что именно нас к этому подтолкнёт? И как мы сами потом оценим свой поступок?

Вот что важно: как именно мы оценим самих себя, чем оправдаем и в чём осудим.

И всё же через всю мою жизнь прошёл луч, нанизавший на себя те обрывки, из которых и сложилось то, что я могу назвать только одним словом: Судьба.

Впервые я увидела Его, когда мне было шестнадцать. Я много слышала о Нём, и моё любопытство было растравлено. Внутренне я уже покорилась: это дом, где мне хорошо, где меня любят, где я хочу быть. Здесь живёт Он — мужчина, которого я ещё не видела, но Он есть, и я жду эту встречу покорно и спокойно, как ждут Судьбу.

Что это было? То ли в самом деле эта встреча стала моей судьбой, то ли мой характер предопределил события, последовавшие за ней. Но только от этой встречи разошлись широкие круги и раскачали многие другие судьбы и жизни. Кто-то заблаговременно отошёл в сторону, кого-то слегка покачало на волнах, а кто-то потерпел крушение.

Эта история — не назидание другим. Она лишь ещё одно свидетельство того, что Бог есть, что придумал Он для нас свои Божьи законы — как поводыря для слепцов. А коли хочется нам выдумать свои — то и риск наш, и ответ держать нам и детям нашим.

Молодой, упорный, самонадеянный человек! Как ты хочешь бросить вызов, оставить след, изменить всё так, как кажется нужным и правильным тебе. И вот ты уже усталый и разочарованный, а всё ещё как близко стоишь к тому, молодому.

Вся жизнь — лишь мгновение.

Уходишь, оставляя за собой раздор, исследив и растоптав чужие судьбы, и последнее желание — вернуть всё на круги своя — остаётся невыполненной мечтой. А другие молодые, упрямо уверенные в своей правоте, повторяют то, что уже привело к разочарованию не одну душу.