Нарцисс Араратской Долины. Глава 201

А что было дальше, после того как мы с Марго вернулись с острова Кипр в Москву?.. Марго продолжила работать в своём международном банке. Я продолжил учиться на астролога, ездить в свою мастерскую, а также поигрывать в компьютерные игры. И той осенью я нашёл прекрасную игру, которая называлась «Diablo II», и на неё я очень много часов своей жизни потратил. Она вышла на сцену компьютерного мира тем летом 2000 года и, разумеется, тут же попала в московские ларьки, где торговали всевозможными играми без всякой лицензии. Наши «пираты» работали быстро и оперативно. Я обычно покупал эти игры в ларьке, у метро «Кузнецкий Мост». Нелицензионный диск с игрой стоил где-то сто рублей или около 4 долларов. Эта игра была очень красивая, и мне в то время нравилось погружаться в этот иллюзорный мир, созданный американской компанией «Blizzard». Она не была какой-то там страшной, как какая-нибудь «стрелялка» от первого лица, где на тебя постоянно лезут монстры, и ты их постоянно «мочишь», и в мозг твой идёт выброс адреналина. Нет, она была спокойной, даже немного медитативной. Не очень страшные монстры лезли на твоего героя, которого ты видел как-бы со стороны, и чьи боевые качества ты постоянно улучшал в процессе игры. Такие игры называются RPG. Наверное, это была одна из лучших игр, в которую мне довелось поиграть. И Марго тоже любила в неё играть…

На другой день, после прилёта, 2 октября, я ходил с тётушкой и братом Игорем на Химкинское кладбище. Убирались на могиле моей бабушки и деда. А также я красил металлическую оградку. Это кладбище мы обычно посещали два раза в год, весной и осенью. И  находится оно прямо в том месте, где остановили немцев в декабре 1941. Дальше они пройти не смогли, и это была самая близкая точка от Кремля, всего лишь двадцать с чем-то километров. Основано это кладбище было в 1959 году, и когда там хоронили моего деда в 1974, оно было ещё не таким большим. Этот ритуал поездки на кладбище был у нас довольно постоянным. Тётушка очень любила соблюдать этот обряд, а потом, когда мы возвращались, то обычно у неё на кухне немного выпивали, поминали родителей. На самом кладбище мы не выпивали. Я не знаю, почему обычно принято на могилке выпивать. Может потому что там аура такая?.. Чувствуется присутствие иного мира, где души ушедших страдают и скучают по земной жизни. Не знаю, но там мне всегда было как-то даже хорошо, и даже как-то оптимистично. Приедешь, что-то там поделаешь, и потом чувствуешь себя каким-то смиренным, задумчивым и уставшим. Опять же, на кладбище растут деревья, шелестя печально листьями, и со своих черно-белых овальных фотографий умершие люди вопросительно смотрят куда-то сквозь тебя, как будто они уже о чём-то знают…

                В том октябре мне также пришлось ходить к своему стоматологу-протезисту, и он доделывал свою работу. Потом я ему подарил парочку своих акварелек с котами. Ему они понравились, и он мне даже предложил сотрудничество. У его жены был магазинчик в районе метро «Смоленская», где продавались какие-то там декоративные растения и что-то ещё в этом роде. Можно было у неё там вешать свои акварельки и продавать. Но всё как-то потом не заладилось. Я уж и не помню почему. Я вроде бы предложил своему другу Вадиму меня поддержать, и тоже поучаствовать в этом. Мы туда с ним приехали. Поговорили с этой дамой. Она ему показалась какой-то неубедительной, и он не стал суетиться. Ну и я тоже не стал. К тому же у меня был продавец Юра, и я даже ему перестал картинки поставлять. Деньги были небольшие, а внутри же, в душе, так сказать, образовалась некая пустота. Совсем не хотелось всё это продолжать. Хотелось рисовать что-то новое, а не повторять одно и то же. Это было, можно сказать, просто скучно. Ну, про это я уже писал, про то, что художник – существо ранимое, и он не может работать постоянно и что-то всё время производить. Увы, творческие силы со временем имеют свойства иссякать. Вроде бы рисуешь, а не чувствуешь никакой радости от процесса. А это очень печально и даже немного трагично. Может поэтому я тогда так сильно увлёкся фотоаппаратом и компьютерными играми. И даже к астрологии я стал как-то охладевать, и ходил на занятия без сильного желания. А уже начался третий курс, и я всё больше чего-то там не понимал, и многое мне казалось довольно сомнительным и запутанным…

                Пожалуй только у розенкрейцеров я ещё чувствовал себя нормально. И к тому же я опять захотел поехать в Голландию на рождественскую конференцию. Вроде бы всё получалось, и регистрация у меня в Москве была. Но меня опять в посольстве тормознули. И нужно было, чтобы московская регистрация была продлена ещё на полгода. Я сходил с тётушкой в начальнику милиции, где мне отказали: мол, когда закончится эта, тогда и приходи за другой. И ещё мне сказали, что в посольстве не имеют права от меня этого требовать. Я не стал упираться, поняв, что мне опять не судьба поехать на конференцию. При этом, я уже сдал деньги на авиабилет и билеты были куплены. Покупала билеты одна дама, которую звали Галя, и которая ездила на большом джипе. Я с ней потом поехал в тур-агентство, чтобы отменить свой билет и вернуть свои деньги. А там выяснилось, что Галя напутала, купив билеты на месяц раньше, вместо декабря, там был ноябрь. И им чуть ли не сегодня надо вылетать.  А было уже 24 ноября. Если бы мы туда не пришли, то были бы большие неприятности и, возможно, наши розенкрейцеры в Голландию бы не попали, и деньги бы все пропали. И так вот, благодаря, можно сказать, мне, всё это удалось как-то уладить. Мне вернули мои деньги (350 долларов), а им переоформили билеты на нужную дату, разумеется, с доплатой, которую Галя, видимо, из своего кармана оплатила, но точно не знаю. Слава, как говорится, Гнозису или Богу. Я же, конечно, был расстроен, но уже не так сильно, как в первый раз. А на Голландию я затаил какую-то даже, если не злобу, то сильную обиду. Меня просто нагло отфутболили, и другого слова у меня нет. Хорошо, хотя бы, мне мной паспорт отказом не запятнали. И на это им спасибо. И больше я попыток в Голландию на конференцию поехать не делал…