И раз, и два

Однажды бродил я по Москве. Любовался на красоты, грелся у костра цивилизации - тем более в этот день был изрядный дубак. Но, как говорил знаменитый этнограф и фольклорист В.И Даль - и не такие метели в харю летели! Хорошо погулял. И случайно встретил старого приятеля, с которым не виделся лет… ну много, не помню сколько. Оказалось, что он только что вышел из тюрьмы — провёл там четыре года за хищения в средних размерах. Среди прочего рассказал, что «корешем на зоне» у него был душегуб и убийца, сидевший очередные пятнадцать лет за какие-то зверства. Когда душегуб узнал про срок моего приятеля, то только хмыкнул: «Ха! Четыре года! Да четверик на одной ноге можно перестоять!»

В тюрьме мой знакомец стал верующим, и мы вместе зашли в церковь у Никитских ворот — ну ту, где Пушкин венчался, наискосок от здания ТАСС. Пока приятель замаливал грехи у иконы Серафима Саровского, я деликатно стоял в сторонке, дышал ладаном, смотрел росписи. А рядом моложавая бабушка с выправкой гимнастки учила внучку (лет пяти) молиться:

— Берёшь свечечку, только от курточки подальше, теперь вставляешь её вот сюда. - тут бабушке пришлось помочь внучке дотянуться, - желаешь всем здоровья и крестишься вот так, - показывает на себе, — и раз, и два, и три, и четыре. Теперь наклон.

- А теперь сама — я тебе буду помогать. Берёт девочкину ручку, крестит её и приговаривает хорошо поставленным голосом: — И раз, и два, и три, и четыре, и наклон пониже, ты же молоденькая. И не торопись.

Вот что значит хорошо усвоенный в молодости урок! Ведь раньше, при советах, каждый божий день в это время по проводному радио, которое было в любой семье и организации, ровно в это же время брались несколько аккордов на рояле и бодрый голос сообщал: «Начинаем производственную гимнастику!» — и далее: «И раз, и два, и три... наклон вперёд…»