Реальность писателя -Н-

Писатель Н, человек с весьма своеобразным взглядом на мир, сидел в своем захламленном кабинете, заваленном исписанными черновиками и пустыми чашками из-под кофе.
 Его талант заключался в том, чтобы брать классических литературных персонажей и выворачивать их наизнанку, создавая истории, которые одних заставляли хохотать до слез, а других –
плеваться от возмущения.
Вот, например, его версия Робинзона Крузо. Никакого миролюбивого философа, одиноко выживающего на острове! У Н Крузо был не просто жестоким, а по-настоящему безжалостным пиратом, чья жажда наживы и крови оставила след на каждой странице.
Его приключения были полны грабежей, предательств и кровавых схваток, далеких от романтики экзотических островов.
Графиня из "Пиковой Дамы" в новой версии становилась не воплощением   рока и тайны, а… заводной куклой. Лиза, измученная Германом, слепила ее собственноручно, чтобы преподать урок неблагодарному искателю денег.
 Кукла, ожившая под воздействием каких-то потусторонних сил (или просто хитрой механики), должна была свести Германа с ума своими  загадочными предсказаниями.
Буратино, вместо того, чтобы искать золотой ключик, устраивал грандиозные квесты прямо на Поле Чудес.
Золотые монеты были лишь призом в череде головоломок и испытаний, где главным условием было проявить не только смекалку, но и порой недюжинную ловкость.
Федор Раскольников и Князь Мышкин – два полюса русской литературы – в его варианте превращались в неуловимых черных риэлторов.
Их жертвами становились одинокие, зажиточные старушки, квартиры, которых они виртуозно отбирали, оставляя несчастных ни с чем.
Двойственность натуры Раскольникова и неземная доброта Мышкина превращались в изощренную смесь цинизма и манипуляции.
Остап Бендер, вечный комбинатор, по версии Н становился успешным депутатом. Причем, его успех не ограничивался одной страной – он умудрялся одновременно занимать кресла парламентариев в нескольких государствах, искусно лавируя между законами и общественным мнением.
Даже гениальный Шерлок Холмс у Н представал в новом свете. Он был законченным нарциссом, чьи расследования служили лишь поводом для демонстрации собственного превосходства.
Каждый клиент, каждый свидетель, каждый даже самый мелкий преступник становился  фоном для  блистательного (разумеется холмсова) интеллекта.
 Помощь людям и наказание преступников были для Холмса чем-то вторичным и малоинтересным.
 Где-то в глубине его историй, мисс Хадсон, вечно заботливая хозяйка квартиры на Бейкер-стрит, страдала от сильных проблем с алкоголем и постоянно оказывалась в реабилитационных клиниках.
А доктор Ватсон, вместо того, чтобы быть верным спутником великого сыщика, возглавил издательство, специализирующееся на выпуске самых жутких ужастиков, что, безусловно, тоже отражало его пристрастие к "темной" стороне жизни.
Критики и читатели разделились. Одни находили книги писателя Н уморительно забавными, наслаждаясь его дерзкими интерпретациями и непредсказуемыми поворотами сюжета.
 Другие же считали его творчество полной халтурой, оскорблением классики, безвкусной пародией.
Издатель писателя Н, человек, который верил в его необычный дар, щедро платя за неоднозначные творения.
 Но, как это не редко бывает, подарки судьбы кончаются, рассеивая все иллюзии.
 Хозяин издательства вложил большие деньги в сомнительный  проект и прогорел, потеряв почти всё своё состояние.
 Видимо желая отвлечься, он согласился принять участие в одной из гонок на своей яхте, и угодил в сильный туман.
 Другие попавшие в переделку участники гонки вскоре нашлись, а вот покровитель писателя исчез бесследно.
 Новые хозяева быстро объявили, что у издательства имеются немалые финансовые осложнения, и дело могло закончиться банкротством.
 Они принялись решать проблемы в издательстве и вокруг него, не желая возиться с "исключительным" талантом, которого так пестовал их предшественник.
 К тому же, человеческие вкусы переменчивы, и то, что недавно  вызывало немалый интерес, вдруг становилось никому не нужным.
 И вот, одиноко сидя в своем кабинете, писатель Н начал задумываться.
 Возможно, дело было не только в том, что читали и издатели вдруг охладели к его книгам.
  А что, если сами персонажи, искаженные и перевернутые, решили ему отомстить.
Может быть, Робинзон Крузо, услышав о своей пиратской карме,
наслал на издателя зловещий туман.
 Или кукла-графиня, ожившая в голове его благодетеля, свела с ума того с ума, заставив утопить яхту и себя вместе с ней.
 А может, черные риэлторы Раскольников и Мышкин, объединившись, провели какую-то особенно изощренную комбинацию, которая и привела к долгам и краху.
Писатель Н так и не написал больше ни строчки. Он просто сидел и смотрел в окно, гадая, какие новые, еще более мрачные и ироничные истории рождаются сейчас в альтернативных реальностях, созданных им самим.
И где-то там, среди страниц его забытых книг, литературные герои, ожившие в его воспаленном воображении, возможно, наслаждались посмертной славой, или же, наоборот, плели заговор против своего
создателя.