Ироно-осетинские сказки. 15

=======
     Из проекта Самоглядное Зеркало, Самогляд Родаруса. Энциклопедия сказок Русского мира, сказок народов России, сказок родственных народов.
     Здесь приведены 15 ироно-осетинских сказок.
==========
     Иронцы, это осетины, проживающие на востоке Северной Осетии, отчего внучных сборниках восточными осетинами.в Южной Осетии. Есть иронцы и в Южной Осетии. Иронцы явдяются самой крупной осетинской субэтнической группой из всех осетинских, говорящая на восточном осетинском языке. К иронцам частично относят также алагирцев, куртатинцев, тагаурцев. На иронском диалекте разговаривает все население современной Осетии, кроме дигорцев.
     Большинство иронцев являются православными с элементами синкретизма, то есть в её христианские по сути обряды, включены местные сюжеты из алано-осетинской, кавказской, арийской, индоарийской, индоиранской мифологий. Есть в среде равнинных иронцев и исламисты-сунниты, тоже с элементами синкретизма.
     Иронцы считают себя потомками аланов, их фольклор насыщен древними легендами, восходящими к эпохе арийской миграции на Русскую цивилизационную платформу, на Иранское нагорье, в Индостан.
     Иронцы славятся в России и на Кавказе своими осетинскими пирогами, самобытными праздниками, традициями застолья, где важен строгий этикет.
     Иронцы тесно связаны с другими осетинскими субэтносами. От дигорцев они отличаются диалектом и историческими особенностями развития, при этом обе группы считают себя единым осетинским народом.
==========
     Иронский фольклор имеет свои особенности, отличающие его от общеосетинского, но, является одновременно с ним гармонично связанным. Все основные сюжеты иронских сказок вплетены в осетино-аланский фольклор.
     Есть и свои мифоэпические сказания, легенды, сказки и другие формы устного народного творчества, которые отражают мировоззрение, ценности и много вековую историю иронцев.
     Иронский фольклор сохраниль мифоэпическую триаду Царциаты диссагт, Нарты кадджыт; Даредзанты таургъта. Они хранять в себе социокультурные коды праиронской цивилизации, по которым со временем можно произвести реконструкцию её основных сюжетов, составляющих духовное мировоззрение, социальную организацию, ритуалы, идеологию и художественные каноны иронцев.
     В сказках сохранились сюжеты древних иров, в которых говорится о собраниях мудрецов. Среди которых было одним из самых значимых, когда мудрецы решили оставить для потомков знаки, символы, мифы и легенды, способные рассказать о Золотом веке человечества, о славе и подвигах великих Нартов, Царциатов и Даредзанов. Был создан даже особый язык хатиагский, иносказательный, язык для передачи сакральной информации. Передача знаний на этом языке осуществлялась изустно, так как считалось, что письменная фиксация может исказить смысл учения.
================
     Иронские сказки стали печататься с конца 19-го века как на русском, так и на осетинском языках, Они продолжают передаются на иронском диалекте осетинского языка, что позволяет им продолжать жить в душе и языке иронского народа. К ним относятся волшебные, бытовые сказки, сказания о животных.
     Волшебные сказки повествуют о борьбе добра и зла, богатырях архауг, уаигах великанах, о чудесных существах.
     Из мифологических мотивов популярны сюжеты, связанные с Донбеттыром, владыкой вод и его дочерью Красивой лань.
     Сказки о животных показывают хитрость и мудрость, часто в иносказательной форме.
     Из героев популярными персонажами являются умные сироты, отважные юноши, мудрые старики.
     Из иронских сказок можно перечислить такие, как Сказка о красавице-лани, дочери Донбеттыра; Амиран — сказание о нартском герое; Ветка чертей; Ахсар и Ахсартаг — легенда из нартского эпоса.
====================
------
         Баев Кази
……
     Я женился, и был у меня шафер. Когда я в первую ночь входил в свою спальню, шафер мой ударил меня войлочной плетью, и я превратился в серого быка. Той же ночью он поехал на мне за солью и привез ее на мне. Когда я вернулся обратно, то стал опять таким, каким был.
     Во вторую ночь, когда я входил в дверь, он превратил меня в серую лошадь и за ночь заставил сделать по небосводу три круга. Когда же утром я вернулся, то опять превратился в человека.
     А на третью ночь я вошел с кинжалом в руке и присел рядом со своей женой. Снаружи кто-то поднял тревогу:
     — Тревога, Кази, выйди наружу, люди перебили друг друга!
     Я выскочил из комнаты, а он опять ударил меня войлочной плетью, и я превратился в серую породистую собаку. Я понимал, что ум мой при мне, но лишился речи. Со мной обходились, как с собакой: и один меня бил, и другой.
     Через какое-то время в местность Дедената заявился какой-то алдар проведать своих лошадей. Я подался туда; табунщики задержали меня у себя и сделали сторожевой собакой. Каждую неделю по приказу алдара они резали жеребенка и кормили меня вареным мясом: сырого мяса я не ел. В течение пяти лет я не допустил до коней ни волков, ни воров.
     Затем прибыл туда другой алдар, у которого волки беспощадно истребляли в большом количестве овец и баранов. Хозяин, у которого я охранял коней, уступил меня этому алдару, но предупредил его, чтобы каждую ночь он резал для меня овцу или барана, чтобы кормил и содержал меня очень хорошо. Алдар обрадовался и кормил меня очень хорошо, а я в свою очередь не дал волкам утащить даже одного козленка.
     Затем мой первый хозяин уступил меня третьему алдару, у которого волк уничтожал его скотину. Хозяин и его предупредил:
     — Я обходился с ним бережно, кормил и содержал его хорошо, ты тоже обходись с ним и корми его хорошо, иначе плохо будет.
     Тот надел мне на шею шелковую веревку и отвел меня к своим чабанам. Старшему чабану он наказал:
     — Вот этой собаке ты каждый вечер на ночь режь овцу или барана, предоставь ее собственной воле, обходись с ней хорошо, и она разделается с волками.
     Старший чабан в тот же вечер зарезал для меня барана, но мясо он съел вместе с другими чабанами, а мне кинул одни только кости. И тогда я обратился с мольбой к богу:
     — Боже, напусти такую непогоду, чтобы небо и земля, как говорится, избивали друг друга!
     Пошел проливной дождь, и один волк стал воем созывать других волков:
     — Пойдемте, утащим у этого чабана по одному барану!
     А другой волк воем же отвечает ему:
     — Там — Баев Кази, он нас перебьет. Если мы нападем на отару, то он круто расправится с нами.
     Я воем своим сообщил им:
     — Заверяю вас честным словом, что не причиню вам никакого вреда; нападайте, я тоже буду помогать вам!
     Я выпустил овец, волки напали на них и в один час истребили их. Сам я бежал и пришел на старое место Нальчика. Я умирал с голоду. Два мальчика сидели возле костра, а в золе у них были один чурек и одна лепешка. Я съел их, потому что умирал с голоду.
     — Вот собака съела наш чурек! —  заплакали дети.
     Тем временем пришла к ним мать их и сразу же мне говорит:
     — Здравствуй, Кази, здравствуй! Где ты был? Ты перенес столько испытаний! Почему же ты до сих пор не обратился ко мне?
     Я лишен был языка, не мог говорить, но помахивал ей в ответ хвостом.
     — Подойди, —  продолжала она, —  съешь еще вот этот чурек и, не оглядываясь назад, отправляйся домой. Твой шафер совершил неслыханное злодеяние. Он увел твою жену и сделал ее своей женой. У него в кармане войлочная плеть. Постарайся каким-нибудь способом раньше него зайти в его спальню. Когда он и жена твоя заснут, ты поищи плеть в кармане его бешмета. Как только ты ее найдешь, проведи ею по себе и станешь тем, кем ты был. А затем ударь войлочной плетью его, и он превратится в того, в кого ты пожелаешь.
     Я вышел из Нальчика и за ночь прибыл домой. Открыл дверь спальни и залез под кровать. Они вошли в спальню со светильником; светильник они потушили. Когда они заснули, я пошарил в его кармане и нашел войлочную плеть. Я провел ею по себе и стал тем, кем был.
     А затем я сбросил с них одеяло, открыл их и обратился с мольбой к богу:
     — О боже, обрати их, причинивших мне столько страданий, в осла и ослицу!
     И они превратились в осла и ослицу.
     Утром я вошел в хадзар, построенный мной, к своей матери и к своему отцу.
     — Где ты пропадал, что тебя не видно было дома? —  стали спрашивать они меня.
     Я им ответил:
     — Я отправился в Балкарию и находился там.
     — Почему ты так поступил? Почему ты бросил свою жену? Твой шафер женился на ней, —  сказали мне с плачем и мать, и отец.
     — Ничего! Он сам себя покрыл позором. Вон я пригнал тебе, отец, пару ослов, на которых ты можешь работать.
     Дигорцы любят скотину; отец побежал в хлев и, увидев осла и ослицу, обрадовался:
     — Да, они для нас — хорошая рабочая скотина!
     А потом я спросил их, как будто бы не знал этого:
     — А где же мой шафер и жена?
     Они мне ответили:
     — Они бежали. Их здесь больше нет.
     На этом они успокоились. На ослах же я работал до тех пор, пока не состарился.
     У Бадзиевых бывалым охотником был Бадзи. Однажды он вышел на охоту и над Ахсарисаром убил оленя. Он развел костер, приготовил шашлык, поел, насытился. Для оленьей туши он устроил шалаш, положил туда тушу и прикрыл ее оленьей же шкурой. Остатки шашлыка он взял в свой подол и направился домой. Когда он отдалился от шалаша довольно далеко, шалаш завалился. Бадзи оглянулся назад и видит: олень стал таким, каким был, и пустился наутек.
     Пораженный виденным, Бадзи вскричал:
     — О единый бог! Я видел чудеса, твое чудо — не чудо, но более чудесного, чем это, я нигде и никогда не видел!
     А олень отвечает ему:
     — Я — не чудо! Не удивляйся мне! Чудо чудеснее меня в доме Баева Кази.
     — В таком случае я должен выяснить это! —  сказал Бадзи. И он пустился в путь в Дигорию и очутился в местности Донмайта. Там он повстречался со мной.
     — Добрый день! —  сказал он мне. —  Не знаешь ли Баева Кази?
     — Знаю. Он — мой сосед.
     Я привел его в село, завел в свой дом, приготовил для него ужин. После ужина Бадзи мне сказал:
     — Прошу тебя, проведи меня к Кази: у меня к нему есть небольшой разговор.
     — Кази — я сам, хозяин твой.
     — В таком случае мне хочется переговорить с тобой наедине, —  сказал он мне.
     Я завел его в отдельную комнату, и Бадзи поведал мне, как он убил оленя, как тот ожил и заговорил с ним, —  вот все это он мне рассказал.
     — Да не простит бог врагу, нельзя мне об этом говорить, —  сказал я ему, —  но они, наверное, уже больше не мое достояние, и я скажу тебе все.
     И я тоже рассказал ему свою историю от начала до конца.
     — Шестьдесят лет, —  сказал я, —  таскал я на них дрова. Сегодня же ночью они подохнут, наказание было назначено им до этого времени.
     Он переночевал у меня, а утром я вывез подохших осла и ослицу в поле, за село.
===================
------
          Баран и заяц
……
     Давным-давно жил один баран. Он изнемог от несчастий и бед своей жизни. Сердце его изныло, и он сказал себе так:
     — В какую сторону направить мне свой путь, как избавиться мне от несчастной своей жизни? Была не была, отправлюсь повидать свет, быть может, мне улыбнется удача, и я найду свое счастье.
     Сказал и выступил в путь-дорогу. Покинув свою родину, он шел все вперед и вперед. Через некоторое время дошел он до развилки трех дорог и засомневался, по какой же дороге ему идти. Стал он искать, у кого бы спросить совета. Смотрит — вдруг рядом с ним появился заяц. Баран испугался и ошалело уставился на него.
     — Что с тобой случилось, баран? —  спрашивает заяц. —  Что ты стоишь, подобно истукану?
     — Я не знаю, куда мне идти, —  говорит баран. —  Скажи, по какой дороге мне лучше держать путь?
     А заяц ему отвечает так:
     — Если ты пойдешь по средней дороге, то тебя ожидает нож. Пойдешь по правой дороге — и былинки не сорвешь, как тебя задерет волк. Если же пойдешь по левой дороге, то попадешь ты в руки фарсаглага. До конца твоей жизни он будет тебя стричь и твоей шерстью выплачивать алдару свою подать. Если же шерсти не хватит на уплату, то он заплатит твоей тушей да прибавит к ней еще и твою шкуру.
     Баран долго раздумывал, потом говорит себе:
     — Надо мне идти по левой дороге. Все равно и там, и там меня ожидает смерть, но шерсти моей хватит все-таки на долгое время.
     И пошел баран дальше по левой дороге.
===================
------
          Барс ищет супротивника
……
     Барс расспрашивал всех встречных, есть ли кто сильнее его и как с ним встретиться. Долго искал он такого и не находил. Наконец, один из встречных сказал ему:
     — Мужчина сильней тебя.
     — А где его найти?
     — По дороге.
     — В таком случае я его найду, —  сказал барс и пошел дальше.
     Встретился ему подросток.
     — Ты — мужчина? —  спросил он подростка.
     — Я — будущий мужчина, но пока еще не мужчина.
     — А где же мне найти мужчину?
     — Иди по дороге и встретишь его.
     Идет барс по дороге, встречает старика и спрашивает его:
     — Ты — мужчина?
     — Был мужчина, но теперь уже я не мужчина.
     — А где же мне найти мужчину?
     — Иди по дороге дальше и найдешь его.
     Идет, идет барс дальше по дороге, встречает бывалого охотника и спрашивает его:
     — Ты — мужчина?
     — Да, я мужчина, —  отвечает тот.
     — В таком случае покажи мне, какова твоя сила?
     — Слишком близко мы стоим друг к другу; стань немножко подальше! —  говорит охотник барсу.
     Барс отошел от охотника и стал поодаль. Тогда охотник оговорит ему:
     — А теперь повернись ко мне лицом и смотри мне прямо в глаза, но не шевелись.
     Взял он лук и вогнал барсу стрелу прямо в лоб, сказав:
     — Вот тебе моя сила! Большей силы у меня нет!
===================
------
          Барс, медведь и волк
……
     Повстречались однажды барс, медведь и волк. После взаимных приветствий завязался между ними разговор: кто чего боится в жизни.
     — Я ничего в жизни не боюсь! —  смело сказал барс.
     — И я ничего не боюсь, —  поспешил вслед за ним и волк.
     Медведь же молвил печально:
     — А я боюсь!
     — Чего же ты, медведь, боишься в жизни? —  в недоумении спрашивают его барс и волк.
     — Старости! —  коротко сказал медведь.
===================
------
          Батрак великана
……
     Бедняк был батраком у великана. Когда он попросил у него деньги за работу, великан сказал:
     — Если ты мне дашь десять ответов на мои десять вопросов, я отдам тебе положенную плату.
     Великан предложил ему десять вопросов.
     Великан: Ну, один, один?
     Батрак: Если брать одного человека, то подобного мне нет.
     Великан: Два, два?
     Батрак: Нет ничего такого, чего я не видел бы своими двумя глазами.
     Великан: Три, три?
     Батрак: Трехперистая стрела уходит и в небесное пространство, и под землю.
     Великан: Четыре, четыре?
     Батрак: Четырехколесная арба катится и в горах, и по ровному месту.
     Великан: Пять, пять?
     Батрак: Если я схвачу тебя пятью ногтями, то куда еще сбежишь?
     Великан: Шесть, шесть?
     Батрак: Почему тот, кто вспахал пашню на шести быках, называет еще себя бедным?
     Великан: Семь, семь?
     Батрак: Как семь братьев, скосившие свой покос, еще могут называть себя бедняками?!
     Великан: Восемь, восемь?
     Батрак: Когда батрак отработал у человека восемь лет, ему надо заплатить за труд.
     Великан: Девять, девять?
     Батрак: Почему тот, кто доит девять коров, называет еще себя бедным?
     Великан: Десять, десять?
     Батрак: На десятом меня здесь не было. Хромой комар был моим конем. Я перепрыгивал на нем на ту сторону Терека.
     Великан: А если Терек был маленький, что тогда?
     Батрак: Откуда маленький Терек, когда орел не мог перелететь с одного его берега на другой.
     Великан: А может быть, орел был маленький, что тогда?
     Батрак: Откуда маленький орел, когда одним крылом он прикрывал целое нартовское село!
     Великан: А может быть, село было маленькое, что тогда?
     Батрак: Откуда маленькое село, когда осел кричал с одного его конца, то крика его не слышно было на другом конце.
     Великан: А может быть, осел был маленький, что тогда?
     Батрак: Как маленький осел: имея на коленях жернова и пуды соли, он ловил зайца.
     Великан: А может быть, заяц был маленький, что тогда?
     Батрак: Как маленький заяц: из шкуры его выходила шуба и папаха для нартовского человека.
     Великан: А может быть, нартовский человек был маленький, что тогда?
     Батрак: Как маленький человек: петух пел у его ног, а у головы пения его не слышно было.
     Великан: А может быть, он был глухой, что тогда?
     Батрак: Как глухой: когда за горами бык жевал жвачку, то ему это было слышно.
     Великан: А может быть, гора была близко, что тогда?
     Батрак: Как гора была близко: очередной пастух за день не мог добраться до нее.
     Великан: А может быть, очередной пастух был мальчиком, что тогда?
     Батрак: Какой он был мальчик: ведь он поймал за задние ноги того волка, с которым ты ничего не мог поделать.
     Великан от злости лопнул, а сын бедняка забрал его скотину и остался жить да поживать богатым.
===================
------
          Бедный мальчик-батрак
……
     Жили-были муж и жена. У них в батраках был бедный мальчик. Послали они его однажды пасти скотину. Мальчик, бедняга, был плохо одет и попал под дождь. Увидел он павшую лошадь. Внутренности ее съели собаки. Мальчику негде было укрыться от холодного дождя. Он залез внутрь палой лошади, притих там, а затем и заснул.
     В это время орел вылетел с горных вершин на поиски корма для своих орлят. Он быстро заметил павшую лошадь, вокруг которой уже кружились вороны. Орел спустился, вонзил в нее свои когти, захлопал крыльями, поднялся с тушей лошади в воздух и понес ее. Птенцы его ждали в гнезде, которое он устроил в кустарнике высоко в горах. Принес он им лошадиную тушу и оставил ее там, а сам снова вылетел на поиски корма.
     Через какое-то время мальчик проснулся и осмотрелся, чтобы узнать, где он находится. Видит: кругом только горы. Вдали на равнине он увидел башню и подумал, что там кто-нибудь должен жить. Но он не знал, каким образом ему спуститься с горы на землю.
     Был у него ножик, который он обычно держал на поясе, сбоку, и он подумал:
     — Сниму-ка лошадиную кожу, изрежу ее на длинные полосы, свяжу их и попробую спуститься на землю.
     Он проворно изготовил из лошадиной кожи ремни, связал их и на этом ремне спустился вниз.
     Спустился и думает, куда ему идти дальше. Вспомнил, в какой стороне виднелась башня, и принялся за ее розыски. Скоро он снова увидел ее и, подобрав свои фалды, решительно направился туда.
     В башне сидела какая-то старушка, больше никого в ней не было. Он зашел туда и обращается к женщине:
     — Добрый день, ана!
     А та ему отвечает:
     — Если бы ты не сказал «добрый день, ана», постигла бы тебя гибель. А теперь присаживайся.
     Пригласила она его присесть и стала расспрашивать:
     — Какой ангел, какой дух-покровитель привел тебя сюда, ведь сюда даже и птица пернатая не залетает?
     Он рассказал ей о себе:
     — Я был в батраках и заснул внутри павшей лошади. Когда я проснулся, то увидел себя на вершине горы. Еле-еле спустился на землю, приметил вдали эту башню и направился к ней. Вот так я прибыл сюда. А теперь воля ваша, убьете ли вы меня, съедите ли — другого пути у меня нет.
     Старуха ему говорит:
     — У меня семь сыновей, все они сейчас в отлучке, но время их возвращения уже наступило.
     Она спрятала его так, чтобы при самом входе его не заметили, и сказала:
     — Вот здесь пока притаись, а не то они ввалятся в дом и сразу же съедят тебя.
     Мальчик пока притаился там.
     Стали прилетать домой ее сыновья. У них была комната, где они снимали свои крылья, оставляли их, а затем, как братья, заходили к своей матери.
     Первым прилетел домой старший сын и говорит своей старухе матери:
     — Что такое? Откуда здесь дух аллон-биллонский? Наш дом наполнился аллон-биллонским духом!
     Мать-старуха прикрикнула на него, и он сразу же притих, ничего больше не сказал.
     Заявился второй брат и тоже сказал:
     — Что такое? Отчего это аллон-биллонским духом наполнился дом?
     И на него прикрикнула старуха-мать; он тоже притих, замолчал.
     Появился третий брат и тоже удивился:
     — Что за аллон-биллонский дух в нашем доме?
     Мать прикрикнула на него:
     — Вы сами странствуете по свету, какой же аллон-биллонский дух наполнил нашу комнату?
     Прилетел четвертый сын, и он спросил мать о том же, но и его она заставила замолчать, как других, и он тоже сел на свое место.
     Так собрались все братья в своем доме и стали рассказывать друг другу, кто из них что видел.
     Средний говорит:
     — Я слетел на землю и нашел павшую лошадь. Я поднял ее, принес на вершину горы и оставил там. Вот моя работа.
     Так они рассказали о своих делах в присутствии матери и спрашивают ее:
     — Мы хотим все же узнать, что это у нас за аллон-биллонский запах, скажи нам откровенно.
     Мать им отвечает:
     — Сегодня у меня гость. Заверьте меня, что вы ему никакого вреда не причините.
     Сыновья заверили ее:
     — Если это девушка, мы назовем ее своей сестрой, если же гость — мужчина нашего возраста, мы объявим его своим братом; если же гость — старик или старуха, мы объявим его своим отцом или матерью.
     Так они обещали своей матери, и тогда она показала его им:
     — Вот этот молодой человек — мой гость, поручаю его вам. Сердцем своим я усыновила его и считаю его средним вашим братом.
     Братья приласкали его, а затем стали расспрашивать:
     — Ну, теперь поведай нам, откуда ты, кто ты?
     Мальчик рассказал им:
     — Я был батраком у некоих мужа и жены. В дождливый, холодный день я пас их скотину в степи и заснул внутри павшей лошади. Когда же я через некоторое время проснулся, то не узнал, где я нахожусь. Я только понял, что нахожусь на горе. С вершины горы я заприметил вдали вот эту башню. Думал я, думал, каким способом спуститься мне на землю, и вспомнил, что па боку у меня висел нож. Решил я тогда из лошадиной кожи вырезать ремни, связал их и таким образом с трудом спустился на землю. Там я стал искать башню и скоро приметил ее. После этого я направился к ней и пришел сюда.
     Мать обращается к своим сыновьям:
     — Ну, слышали рассказ? Это мог сделать только кто-либо из вас. Пусть скажет тот, кто сделал это. Теперь считайте его за брата, а тот, кто унес его, пусть сам отнесет его обратно туда, где он был.
     Средний брат сказал:
     — Если судить по рассказу мальчика, то выходит, что я принес его вместе с павшей лошадью.
     — Как ты его принес, —  говорит ему мать, —  так и доставь обратно на место.
     Средний брат приготовил еды на три дня, посадил мальчика себе на спину, велел нагрузить на себя провизию и сказал мальчику:
     — Мы выступаем в дорогу. Когда я захочу есть, я закричу, и ты сунешь мне в пасть часть вот этой провизии.
     Отправились они в дорогу. Мальчик делал так, как наказал ему средний брат. Но когда они уже приближались к месту, провизии у них не хватило; орел подал знак криком, и мальчик решил про себя: «Если он еще подаст знак, что ему нужна пища, я отсеку ножом мускулы своей ноги и брошу их ему в пасть».
     Орел снова издал крик; мальчик выхватил свой нож, отсек мускулы со своей ноги и бросил их ему в пасть.
     Орел летел, летел и доставил его на место. Мальчик слез с него и пошел, согнувшись, не разгибая спины, а сам говорит орлу:
     — Вот как у меня в ногах кровь застоялась!
     А орел понял, что он бросил ему в пасть мускулы со своей ноги и не проглотил их, придавил под языком. Когда мальчик сказал, что у него застоялась кровь, орел поплевал на его ногу, и мускулы его ноги снова стали такими, как и были.
     — А теперь счастливо тебе оставаться, брат мой! —  говорит орел.
     — Прямого пути тебе, мой старший брат, мой спаситель! —  отвечает мальчик.
     Остался он жить там, а орел улетел к себе домой. Мать спрашивает его:
     — Доставил ли ты его на место?
     — Доставил, —  ответил он.
     Так они и остались жить.
     Как ничего из этого не видели мои слушатели, так пусть не посетят нас ни напасти, ни болезни.
===================
------
……
         Мачеха и падчерица
     Жили-были муж и жена. Они жили очень счастливо. Родилась у них дочь. Дочь была еще маленькая, когда умерла ее мать. Отец думал о своем ребенке и не знал, как ему быть. Через некоторое время он договорился с одной женщиной и женился на ней. А еще через некоторое время у них родилась дочь. Женщина стала кормить-растить двух дочек. Они подросли, и девушка-сиротка оказалась необыкновенной красавицей, а мачехина дочь — уродкой, роста же были они одного. Тот, кто посещал их, не обращал никакого внимания на младшую девушку, а любовался старшей, поражался ее красоте, ее доброму нраву.
     Когда мачеха поняла это, она задумала изгнать сиротку из дому, боясь, что ее собственная дочь останется в перестарках. Стала она думать над тем, как избавиться от падчерицы, а настроения мужа своего она еще не знала. Мысли эти ее не покидали, и она решила:
     — Ну, скажу своему мужу, и если он согласится погубить свою дочь, то буду жить с ним, а если не согласится — не буду.
     Так она и заявила своему мужу:
     — Или удали свою дочь из дому, или я не стану жить с тобой!
     — Чем она тебе мешает? —  сказал муж. —  Она — сирота. Чем она тебе досаждает?
     — Не люблю ее, —  заявила та. —  Кто ни приходит к нам, все любуются ею и подарки ей приносят, а на дочь мою никто и внимания не обращает. Удали ее, иначе я не хочу жить с тобой!
     Так она донимала его, и у мужа не осталось иного выхода.
     — Собери свои вещи в какой-нибудь чемоданчик, —  сказал он дочери-сиротке, —  принарядись, завтра мы поедем на повозке кое-куда.
     Подавленный печалью, он приготовил повозку и сел в нее вместе с дочерью. Они объезжали села, города. Он показал дочери все возможное. Затем они попали в необитаемую сторону, заметили вдали большое дерево, и отец сказал дочери:
     — Отдохнем немножко под этим деревом, чтобы прошла наша усталость.
     Он завел лошадей под дерево. Они сошли с повозки и в тени дерева легли спать. Убедившись, что дочь заснула, отец снял с повозки ее чемоданчик и положил его около нее. Когда он тронулся в путь, лошади подняли шум. Девушка тотчас проснулась и в испуге закричала. Она бросилась к повозке и ухватилась за нее. Чемоданчик остался на месте под деревом. Отец погнал лошадей быстро, и дочь упала на землю. Некоторое время она с плачем смотрела вслед, а затем успокоилась и впала в раздумье. Она поняла, что отец вывез ее из дому, чтобы погубить, собралась с силами и сказала:
     — Пойду туда, где остался мой чемоданчик, а там видно будет.
     Вернулась она под дерево, нашла свой чемоданчик, но не смогла придумать, в какую сторону ей податься; плачет она и думает:
     — Если на ночь я останусь здесь одна, что я буду делать?
     Заметила она в отдалении чабана, который у опушки леса пас отару овец, и решила:
     — Пойду к нему, и если он окажется человеком, то он направит меня по какому-либо пути.
     И она направилась к чабану. Чабан заметил ее еще издали и удивился:
     — Кто это может быть? Что это за диво?
     Девушка дошла до него и обратилась к нему с приветствием:
     — Да умножится скотина твоя, добрый чабан!
     Удивленный чабан спрашивает ее:
     — Кто ты такая? Ты — женщина, куда ты идешь?
     — Я и сама не знаю, куда иду, —  ответила она, —  но издали я заметила тебя и подошла к тебе. У меня нет лучшего выхода, прошу тебя поменяться со мной одеждой. Все, что на мне, я отдам тебе, за исключением рубашки и исподней. Я покажу тебе дорогие вещи, которые находятся в моем чемоданчике, а ты дай мне свою одежду чабана.
     — Меняюсь с тобой, —  согласился чабан.
     Девушка сказала ему:
     — Зайди за какой-нибудь куст и разденься там так, чтобы тебя не было видно, а затем отойди к другому кусту. Я оденусь в твою одежду, а свою оставлю под кустом. Ты подойдешь и оденешься в мою одежду, и таким образом мы не увидим друг друга раздетыми.
     Пастух подошел к кусту, разделся и отошел к другому кусту, прилег там, чтобы его не видно было. Девушка схватила одежду чабана, оделась в нее и оказалась вылитым подростком. А чабан оделся в ее одежду.
     — А теперь я отправляюсь в путь, —  сказала ему девушка. —  Окажи мне еще такую услугу: укажи богатого человека, который сможет меня нанять.
     Чабан направил ее не в ту сторону, где он жил сам, а в противоположную.
     — Иди в ту сторону, —  сказал он, —  и ты дойдешь до чабанов богатого человека. Этот богач наймет тебя в чабаны.
     Девушка поблагодарила его и направила свой путь в ту сторону, куда ей указал чабан. Шел он, шел и дошел до чабанов богача. Один из них спрашивает его:
     — Кто ты такой, что ты собой представляешь?
     — Нанимаюсь в батраки, —  ответил он, —  и если вам нужен чабан, то дайте мне возможность увидеть вашего хозяина, чтобы я смог поговорить с ним.
     Чабан ушел к богачу, своему хозяину, и сказал ему:
     — Явился к нам подросток, который ищет работу чабана. Как нам с ним поступить?
     — Скорее приведите его ко мне, —  ответил богач.
     Привели подростка к богачу. Богач посмотрел на него, увидел, что он молодой, и спрашивает его:
     — Кто ты такой, что тебе надо?
     — Я ищу работу чабана. Если тебе нужен чабан, то прими меня! Будешь мной доволен, работу чабана я знаю.
     Богач нанял его, сказал, что он должен делать, и подросток стал работать чабаном. Хозяин присматривался к его работе и убедился, что он хороший чабан.
     Через некоторое время хозяин сказал своему новому чабану:
     — Я с тобой уже не расстанусь; я полюбил тебя, как своего сына, и даю слово, что буду платить тебе в год сто голов овец.
     Подросток согласился с этим и стал жить с чабанами. Другие чабаны полюбили его. Как младший он обслуживал их, когда они бывали на своем кутане, он им пек лепешки, приносил воды.
     Так он проработал десять лет, и никто не знал, что это девушка. Она сумела показать себя настоящим юношей.
     Через десять лет чабан сказал своему хозяину:
     — Вот теперь я ухожу от тебя. Я очень доволен тобой. Выдели мне скотину, я хочу иметь свой кутан.
     Хозяин сказал ему:
     — Молодец, живи долго! Хорошо, что тебе это пришло на ум и что ты такой деятельный; я отделю тебе больше того, что тебе следует по уговору.
     Это было вечером, а утром богач приказал старшему чабану:
     — Чабан тот больше у нас не будет работать, и ему необходимо заплатить. За десять лет ему следует тысяча овец, и их необходимо ему выделить.
     Чабаны принялись за дело и выделили ему его тысячу овец.
     — Благодарю тебя, —  сказал подросток хозяину, —  ты удовлетворил меня полностью. Но прошу тебя еще об одном одолжении: я не знаю, где лучше всего завести кутан, укажи мне еще и такое место.
     — Видишь ты вот эту дорогу? —  сказал ему хозяин. —  Иди по ее обочине и попадешь туда, где сходятся семь дорог. Там ты и обоснуйся, там тебе будет очень хорошо, там очень хорошая земля.
     Подросток направился со своей отарой овец по этой дороге и дошел до того места, где сходятся семь дорог. На ночь он остановился там с отарой на отдых. Наступило утро. Овцы паслись, а сам он стал продумывать планы. Тем временем на дороге показались проезжие. Они остановились, и подросток завел с ними разговор:
     — Я здесь собираюсь строить кутаны, и мне нужны рабочие.
     Он договорился с некоторыми из них. Они быстро принялись за работу, и он отгородил плетнем площадь, в которой могло поместиться до тысячи овец. Устроили хлевы, куда можно было бы загонять овец на ночь. А для себя он построил шалаш на десять человек. Расплатился с рабочими, которых нанимал, и сказал им:
     — Мне нужны чабаны. Пришлите ко мне таких, которые согласны работать в качестве батраков.
     Он нашел таких, договорился с ними, и те принялись чабанить. Сам он уже не ходил в чабанах. У него было все, что нужно. С каждым годом богатство его умножалось, и он построил большие дома. Все, кто видели его кутаны и отары, удивлялись:
     — Это — богатый, мощный чабан, раз он смог так обстроиться!
     Одного из своих чабанов он сделал старшим, чтобы ему самому стало полегче. Так он жил, кто знает, сколько времени, сколько лет.
     Однажды отцу его вздумалось постранствовать вместе со своей семьей, повидать, показать ей кое-что. Сели они на тачанку и вместе стали разъезжать по разным областям и странам. И вот однажды бог привел его в то место, где сходятся семь дорог. Когда в голой пустыне отец увидел такие постройки, он решил остановиться и провести там некоторое время.
     Остановил он тачанку свою у дома и дал знать о себе. На зов вышли к нему чабаны и спрашивают:
     — Что тебе надобно?
     — Мы странствуем по дальним дорогам, —  сказал он. —  Свечерело, и мы просим приюта.
     — Мы зайдем к своему хозяину, спросим его и сообщим его ответ тебе, —  сказали чабаны.
     Один из батраков зашел к хозяину и сказал ему:
     — Какие-то гости просят приюта.
     — Какие гости?
     — Муж и жена, дочь их и возница, всего четверо.
     Услышав это, тот разволновался и сказал:
     — Заведите их!
     Он приказал поместить их в одну комнату, а сам тайком подсмотрел и узнал, что это его родные. Зашел к ним в комнату, поприветствовал их и говорит:
     — Хозяин не так бывает готов, как гость. Ужин еще не готов (а сам уже приказал зарезать косарта). Вы странствующие, бывалые люди, и хорошо, если бы вы рассказали какие-либо истории. Я здесь вожусь со скотиной и ничего другого не вижу, ничто до меня не доходит.
     — Я не знаю никаких историй, чтобы рассказать их, —  сказал отец.
     — И я ничего не знаю, —  сказала жена.
     — Тогда я сам расскажу одну историю, которую слышал, —  сказал подросток.
     — Просим тебя, расскажи ее нам.
     И подросток приступил к рассказу:
     — Жили-были муж и жена, жили очень хорошо. Родилась у них дочь. Она была еще младенцем, когда умерла ее мать...
     Так он рассказал от начала до конца всю свою историю. Отец сразу же догадался обо всем, но не прерывал его, пока тот не кончил свой рассказ. А он, кончив, сорвал с головы своей папаху, волосы его рассыпались, и таким образом он открылся им, заключив свой рассказ словами:
     — Вот это — я сама, ты — мой отец, а ты — моя мать, а это — моя сестра.
     Отец был поражен, не смог и слова вымолвить. Затем они бросились к ней, стали ее обнимать. Пока они пришли в себя, подоспел и ужин. Поужинали, а затем, посоветовавшись, решили вернуться пока домой, а потом опять приехать сюда.
     Девушка, скрыв все от старшего чабана, приказала ему:
     — Я пока поеду вот с ними, а ты управляйся без меня до моего возвращения.
     Сколько времени они прожили у себя дома, бог знает. Затем вернулись обратно и стали жить вместе. И до сегодняшнего дня они живут.
     Как мы их не видели, так пусть не посетят нас никакие болезни, никакие напасти!
===================
------
……
          Медведь, волк и лиса
     Лиса, волк и медведь были друзьями. У них было четыре хлеба. На каждого приходилось по одному хлебу, и один оставался лишним.
     Призадумались они, что делать им с этим лишним хлебом.
     Медведь, как самый сильный, сказал:
     — На каждого из нас приходится по хлебу. Пусть четвертый достанется тому, кому приснится самый чудесный сон.
     На этом они и сошлись.
     Наступила ночь, и они легли спать. Утром встали, и медведь предложил друзьям рассказать, кому какой сон приснился. Волк и лиса говорят медведю:
     — Ты — старший, скажи первый, какой ты сам видел сон.
     Медведь стал рассказывать:
     — Во сне я оказался на пчельнике, среди сапеток, полных меда, и давай есть на выбор самый белый мед, наелся этого меда до отвала!
     — Ну, а ты что видел во сне? —  спрашивают медведь и лиса волка.
     — Я оказался во сне в хлеву с ягнятами, —  говорит волк. —  Прогуливался между ними то в одну, го в другую сторону, отрывал у ягнят курдюки и поедал их. И вот теперь от пресыщения изнемогаю.
     — Ну, а тебе, лиса, что приснилось, какой сон ты видела?
     — А что я могла видеть во сне? —  говорит лиса. —  Смотрела я на вас и, когда увидела как один поедает мед, а другой — курдюки ягнят, то не смогла спать. Сон уже не брал меня, и я съела лишний хлеб.
     Медведь рассвирепел и говорит:
     — В таком случае и эти три хлеба не будем делить поровну.
     — А как мы их будем есть? —  спрашивают волк и лиса.
     — А вот так, —  говорит медведь. —  Пусть каждый из нас расскажет, как он пьянеет, и тому из нас, кто пьянеет скорее, дадим все три хлеба.
     — Пусть будет так, как ты говоришь, —  отвечают волк и лиса, —  но ты, медведь, старший, расскажи ты первый, как и от чего ты пьянеешь.
     Медведь стал рассказывать:
     — Как только заквашивают сусло и оно начинает бродить да пузырьками подниматься на поверхность, так арачный дух закваски ударяет мне в голову, и я сразу же пьянею.
     — Ну, волк, а теперь ты, —  говорят медведь и лиса волку.
     — Как только перебродившее арачное сусло наливают в котлы и ставят на огонь, чтобы уже гнать араку, и как только из трубы начинает выходить арачный дух, он ударяет мне в голову, и я уже пьянею.
     Ничего не промолвив, лиса быстро вскочила на ноги, затряслась и упала без чувств.
     Медведь и волк перепугались, бросились к ней и спрашивают:
     — Что с тобой случилось?
     Смочили ей горло водой. Прошло много времени, а лиса все лежит без чувств. Наконец она пришла в себя. Медведь и волк тревожно ее спрашивают:
     — Что, лиса, с тобой случилось?
     — От ваших разговоров о пьянстве я опьянела! —  слабым голосом отвечает им лиса.
     И все три хлеба достались лисе.
===================
------
          Медведь, волк и лиса
……
     Медведь, волк и лиса жили вместе. У них был полный кувшин сливочного масла.
     Осенью медведь, волк и лиса вышли на жатву. Лиса задумала как-нибудь съесть масло.
     Вот поработали они как следует, и вдруг лиса подняла крик:
     — У-у-уй!
     — Что случилось, почему ты кричишь? —  спрашивают ее медведь и волк.
     — Как же мне не кричать? —  отвечает лиса. —  Алдаровы — да будет в доме их покойник! —  хотят дать мальчику своему имя и зовут по этому случаю меня.
     Медведь и волк отпустили лису, а она пришла к себе и поела сливочного масла. Затем вернулась к медведю и волку. Те спрашивают ее:
     — Какое имя дали мальчику?
     — Далбылта, —  отвечает лиса.
     К обеду лиса опять проголодалась и снова подняла крик:
     — У-у-уй!
     — Что опять случилось? —  спрашивают медведь и волк.
     А лиса говорит:
     — Данное мной имя, —  да вынесут из дома их покойника! —  им не понравилось. Они меня снова приглашают.
     Пошла домой и опорожнила кувшин масла до половины. Затем снова вернулась к жнецам.
     — Ну, какое имя ты ему дала? —  спрашивают те ее.
     Она ответила:
     — Астаунараг-Гурвидауц.
     Продолжают они жать дальше. Время стало подходить к вечеру, и лиса снова подняла крик:
     — У-у-уй!
     — Что такое опять приключилось? —  спрашивают медведь и волк.
     Лиса отвечает:
     — Да будет в их доме покойник! Мальчику Алдаровых не нравится его имя, он капризничает, и они требуют меня обратно.
     Пришла лиса к себе и съела все масло дочиста, а кувшин наполнила пеплом. Вернулась к жнецам, те ее спрашивают:
     — Как ты его теперь назвала?
     — Бынсарфт, —  ответила им лиса.
     Наступил вечер, они возвратились домой и решили: «Мы устали и голодны, поедим немножко своего масла».
     Медведь подошел к кувшину, смотрит в него, а там только пепел:
     — Смотрите, в нем один пепел! —  говорит он волку и лисе.
     — Это сверху масла осел пепел, —  говорит лиса. —  Подуй-ка на него!
     Медведь подул на пепел и ослеп. Волк и лиса стали его дразнить, а он ничего не видит и только рычит в углу.
     — Давай мы подойдем к нему, —  предложила волку лиса, —  ты впереди, а я за тобой и скажем ему: «Да будет счастье в твоем доме!».
     Они подошли к медведю, приговаривая эти слова. А медведь протянул лапу, поймал волка за морду и содрал с нее кожу. Тут волк понял, что лиса обошла, обманула его, и сказал:
     — Да съешь ты свой собственный навоз, если я тебя не убью!
     Лиса пустилась наутек, волк за ней следом. Добежала лиса до одного гребня, остановилась и принялась сучить нитки. Волк добежал до лисы и удивился, что она занялась сучением ниток.
     — На что тебе эти нитки? —  спрашивает он ее.
     — Как на что? —  отвечает лиса. —  Я собираюсь сделать так, чтобы мне не нужно было ежедневно кушать. Этими нитками я крепко зашью свой зернопроход и, покушав один раз, уже не буду нуждаться в еде.
     — Зашей и мой зернопроход! —  стал умолять лису волк. Лиса так и сделала.
     Волку пришла нужда, и он сходил, ободрав края своего зернопрохода.
     Волк понял, что лиса опять его перехитрила, и поклялся съесть ее. Она бросилась убегать. Бежит, бежит и добегает до невысокого холмика. Остановилась там, развела костер и сунула в него железки.
     Волк нагнал лису и в удивлении спрашивает ее:
     — Что это ты, лиса, делаешь, чем ты занята?
     Лиса отвечает:
     — Ничего особенного, вот собираюсь разукрасить себя железками, чтобы стать пестрой, тогда все люди станут завидовать мне.
     Глупый волк стал упрашивать лису, чтобы она разукрасила его. Лиса обожгла волка горячими железками, он и стал пестрым.
     Когда солнце пригрело его ожоги и они подсохли, волк от боли стал кататься по земле — чуть не умер.
     Он совсем рассвирепел и пригрозил лисе:
     — Да съедят навоз твои покойники, если я еще пощажу тебя и оставлю в живых!
     Лиса пустилась от него наутек. Добежала до холма, у подножия которого чабаны пасли овец. Увидев их, она присела и принялась плести куту.
     — Эй, плутовка, —  кричит издали волк, —  ты мастерица разукрашивать в пестрые цвета! Мне бы добраться до тебя, и ты не останешься в живых!
     Лиса притворилась, будто не боится его, и споро плетет свой куту.
     — На что тебе этот куту? —  удивленно спрашивает волк.
     — Тише! —  отвечает лиса. —  Я спешу, пока пастухи не погнали своих овец дальше. Я залезу в куту и покачусь в нем отсюда до пастухов. Им меня не будет видно. Я стану затаскивать в куту овец и поедать.
     Волку понравилась выдумка лисы.
     — Сплети куту для меня, —  сказал он, —  и я прощу тебе все обиды, которые ты мне причинила.
     Лиса притворилась, будто бы просьба волка ей неприятна, и она согласилась будто бы против воли своей. Она заставила волка войти в куту, оплела его крепко, пустила вниз по холму в сторону пастухов и закричала им:
     — Волк катится к вам!
     Пастухи подбежали к куту и убили волка на месте, а лиса, невредимая, убежала.
===================
------
          Младший сын бедняка
……
     Давным-давно жили старик и старуха. У них было шестеро детей: три сына и три дочери. Жили они сносно, но когда старуха умерла, жизнь их пошатнулась. Дети понемножку стали свыкаться со смертью матери, как человек свыкается со всем, что с ним случается в жизни.
     Старик тоже недолго прожил после смерти своей жены. Когда ему стало очень худо, он призвал к себе младшего сына и дал ему наказ:
     — Я умираю, солнце мое, я стою у края своей могилы. Оставляю вам после себя небольшое имущество: каменный дом о четырех стенах. Не ссорьтесь из-за него между собой, солнышки мои; я не оставляю вам столько имущества, чтобы из-за него братья ссорились. Подумайте об этом, мои солнышки, не осрамите седой моей бороды. Наказываю тебе еще и другое: поручаю тебе трех твоих сестер, оставляю их под твоим надзором и покровительством. Помни меня, не осрамите их! Вечером того дня, когда вы меня похороните, вам дадут знать возгласом «Ойдт!», но ты не пугайся, вспомни мой наказ.
     Закончив речь, старик расстался со своей душой, скончался.
     Сыновья похоронили тело своего отца. А вечером они сидели у очага, и в это время, как предупреждал отец, раздался возглас «Ойдт!». Младший брат вскочил и выбросил в двери старшую сестру. Это повторилось и на вторую, и на третью ночь. Таким образом, младший брат, помня наказ отца, выдал своих сестер замуж, но не знал за кого.
     Братья продолжали жить вместе. Кто знает, сколько времени они так прожили, а затем они надумали разделиться.
     — Поделим между собой имущество отца, —  сказали они, —  так, чтобы каждый владел своим небольшим имуществом.
     Через какое-то время старший брат надумал разрушить свою часть дома. Разрушил ее, и в ней оказалась куча серебра. И второй брат не утерпел и тоже разрушил свою часть: в ней оказалась куча золота.
     Тогда младший брат сказал себе:
     — А я разве хуже?
     Он тоже разрушил свою часть и нашел в ней старый меч.
     — Увы, отец мой! —  сказал он. —  Ведь ты меня любил больше других своих детей, почему же ты меня сделал таким несчастливым?!
     Что ему оставалось делать? Все-таки он опоясался дорогим даром отца и вышел в путь-дорогу, а куда он шел — он и сам не знал. Шел он день, другой и сильно проголодался, сел у одного пригорка и стал раздумывать:
     — Вытащу-ка я драгоценный дар своего отца, —  сказал он сам себе.
     Он быстро вытащил меч, и пред ним предстали три арапа.
     — Что тебе угодно, господин наш? —  спрашивают они его.
     — Что? Я голоден и мне нужно что-то поесть, —  сказал им молодой человек.
     Перед ним оказалась еда: одно блюдо изысканнее другого. Он насытился, встал и снова перепоясался своим мечом. Пошел он дальше по своей дороге и дошел до одного села. Это оказалось село Козок-алдара. Он уселся напротив алдарского дома, обнажил свой меч, и три арапа опять предстали перед ним.
     — Чтобы на этом месте был дом, —  приказал он им, —  а вокруг него железная ограда, и чтобы это был не простой дом, а необыкновенной красоты, чтобы птицы не могли пролететь над ним, а звери не смели проходить мимо него, чтобы крыша его была из серебра, пол — из золота, стены — из стекла, а вокруг дома — фруктовые сады, а в саду моем чтобы распевали разные красивые птицы и чтобы через него протекали ручьи из неиссякаемых ледников.
     Не успел он еще дать приказ, как все предстало перед ним такое, как ему желательно было. Он обошел свое владение, опоясался дорогим своим оружием и отправился на охоту — убивать оленей и косуль.
     Утром встал Козок-алдар, вышел из дому и остолбенел от удивления.
     — О бог богов, бог мой! —  сказал он. —  Что это за ангел, что это за дух-покровитель?!
     А младший сын бедняка вернулся с охоты после обеда, привел к себе одинокую женщину и сказал ей:
     — С этого времени я буду видеть в тебе мать-отца своих.
     Однажды Козок-алдар собрал лучших своих мужей и послал их к новому своему соседу, чтобы пригласить его к себе в гости. Тот собрал своих товарищей и отправился к Козок-алдару. Гости не прикасались к еде, не начинали пить, тогда старшая дочь алдара сама вышла к ним, чтобы их обслужить. Увидев алдарскую дочь, молодой человек перестал есть, пить. Он все смотрел на нее, не отводил от нее своего взгляда. Вернувшись домой, он не находил себе больше покоя, любовное безумие обуяло его. И вот в один из дней он зашел к своей матери и сказал ей:
     — Нана, пойди к Козок-алдару засватать за меня его старшую дочь. Они — белая кость, а мы — черная кость, но все-таки попытаем свое счастье.
     — Солнце мое, —  сказал она ему, —  я стара и не в силах пойти туда.
     — Из-за этого, нана, не отказывайся пойти. До дверей алдара я провел для тебя закрытый белый мост, —  сказал ей молодой человек.
     Мать вернулась от алдара и сказала ему:
     — Он выдал за тебя свою дочь.
     На второй день молодой человек направился к алдару и привел в дом свой гордую дочь Козок-алдара.
     Прошла ли неделя, больше ли недели, ведомо богу, и молодой человек отправился на охоту, а меч его остался висеть на стене. В это время алдарский табунщик, распевая песни, гнал коней мимо железной ограды и ему захотелось проведать дочь алдара. Он бросил коней своих, а сам зашел к алдарской дочери. Она обрадовалась табунщику и принялась его угощать. Они беседовали, беседа затянулась, и табунщик спросил алдарскую дочь:
     — Все-таки, что за диво такое? Он одинокий человек; каким образом все ему это удается? Разве он так богат?
     Некоторое время алдарская дочь молчала, а затем сняла со стены меч и сказала ему:
     — Счастье наше заключается в нем: он исполняет все, что ты только пожелаешь.
     Табунщик взял у нее меч и обнажил его. Когда три молодых арапа предстали пред ним, он им приказал:
     — Сделайте так, чтобы этот дом, как он есть, очутился на востоке!
     Он еще не закончил своего приказа, как дом вместе с железной оградой полетел.
     Наступил вечер. Молодой человек вернулся с охоты и не застал своего дома на месте. Сердце его сжалось от боли. Он никого не вспомнил, кроме любимой жены, которой так доверял.
     — Ах ты, дочь неверного! —  сказал он. —  Ты была достойна стать женой табунщика и нашла его! Пусть покинет тебя сон, а днем бродяжничай, спотыкаясь! Ах, обманщица, обманщица! Не нужно было доверять тебе!
     Он подтянул пояс и выступил в дорогу. Шел он шел, сколько времени он шел — неведомо, и дошел он до одного замка.
     — Что будет, то пусть будет! —  сказал он и вошел туда.
     А там оказалась его старшая сестра. Как они могли не обрадоваться друг другу?! Как они могли не вести длинных бесед?! Брат рассказал своей сестре про свои дела, а она ему сказала:
     — Мой муж облетает за день мировое пространство один раз. Когда он вернется, то, может быть, он поможет тебе чем-нибудь, а пока я тебя спрячу, чтобы он не съел тебя от восторга.
     Только сестра спрятала брата, как поднялся ветер, и не простой, а необыкновенный. Муж бросил в двери свои крылья и говорит:
     — Что это такое, хозяйка, ты наполнила дом аллон-биллонским духом?
     — И аллон — ты сам, и биллон — ты сам!
     — Покажи-ка его!
     Муж заверил ее, что никакого вреда ему не причинит. Тогда она показала ему своего брата. Он приветил его, а затем сказал:
     — Я сегодня видел диво: три молодых человека держали дом с железной оградой. Я нанес им удар, но они даже не почувствовали ничего, а между тем, когда я крыльями своими ударяю гору, то превращаю ее в прах. Я ничем не могу помочь тебе, но отведу тебя к среднему своему брату, он сильнее меня.
     Он посадил его на свои крылья и вмиг доставил его к своему среднему брату. А там была средняя сестра молодого человека. Все было так же, как у старшей сестры, но средний зять ему сказал:
     — Наш младший брат облетает за день небесное пространство три раза, я отнесу тебя к нему.
     Когда молодой человек прибыл туда, там оказалась его младшая сестра. Сестра и зять очень ему обрадовались, а затем зять сказал ему:
     — Я облетаю небесное пространство за день три раза. Я встретил их, нанес им три удара, но они даже не почувствовали ничего. Я ничего не могу с ними поделать, но я доставлю тебя во двор твой, а там ты сам прояви свое мужество.
     Зять исполнил то, что обещал: он доставил молодого человека в его двор. Мать выбежала к нему, обняла его и сказала:
     — Сейчас они спят, а меч твой находится под их изголовьем. Я боюсь, ты сам его вынеси!
     Молодой человек шмыгнул в комнату и схватил меч из-под их изголовья. Когда драгоценная вещь снова попала ему в руки, он приказал трем арапам:
     — Пусть этот дом опять будет там, откуда вы его доставили сюда!
     Дом очутился на своем старом месте, и он послал за Козок-алдаром, сказав, что хочет его угостить.
     Козок-алдар явился к нему со знатными людьми. Молодой человек угостил их; поели, выпили они изрядно, и после этого он им сказал:
     — А теперь пойдемте, повидайтесь со своей дочерью.
     Он зашел в комнату впереди них и сказал им:
     — Вот тебе, Козок-алдар, твоя дочь, а это тебе — твой конский табунщик.
     Алдар приказал в тот же час привести из конского своего табуна двух коней-неуков и привязать обоих к их хвостам. А за молодого человека алдар выдал младшую дочь. Они живут и сегодня.
     А ты, старшая дочь Козок-алдара, будь проклята народом! Ты оставила свое имя на вечный позор и порицание.
===================
------
          Мышь, муравей и блоха
……
     Мышь, муравей и блоха договорились сварить себе кашу. Ничего у них не было, и, принявшись за розыски, они раздобыли полтора кукурузных зерна. Бросили их в котел и стали варить себе кашу.
     Пока каша варилась, они условились так:
     — Пусть этот котел каши достанется тому из нас, кто перескочит на другой берег вон той реки.
     Блоха прыгнула и оказалась на другом берегу реки. Муравей попытался прыгнуть, но упал в воду, и вода стала его уносить. Блоха и мышь побежали за ним и стали кричать:
     — Товарища нашего уносит вода!
     Добежали они до дерева и говорят ему:
     — Дай нам ветку, мы бросим ее муравью и спасем своего товарища!
     Дерево отвечает им:
     — А вы запретите ворону гадить на меня!
     Стали они просить ворона:
     — Ворон, перестань гадить на дерево, чтобы оно нам дало ветку, и мы спасем своего товарища.
     — А вы попросите для меня у курицы цыпленка! —  отвечает им ворон.
     Обратились они к курице:
     — Курица, дай ворону цыпленка, ворон перестанет гадить на дерево, а дерево даст ветку, и мы спасем своего товарища.
     Курица им в ответ говорит:
     — А вы попросите у курту для меня зерна!
     Обратились они к курту:
     — Дай зерна! Зерно съест курица, курица даст цыпленка, цыпленка съест воров, ворон больше не будет гадить на дерево, а дерево даст нам ветку, и мы спасем своего товарища.
     Курту им отвечает:
     — А вы запретите мыши дырявить меня!
     Обратились они к мыши.
     — Перестань дырявить курту: курту даст зерна, зерно съест курица, курица даст цыпленка, цыпленка съест ворон, ворон больше не будет гадить на дерево, дерево даст ветку, и мы спасем своего товарища.
     Мышь говорит им так:
     — А вы запретите коту ловить меня!
     Они просят кота:
     — Кот, не лови больше мышь! Мышь не будет дырявить курту, курту даст зерна, зерно съест курица, курица даст цыпленка, цыпленка съест ворон, ворон перестанет гадить на дерево, дерево даст ветку, и мы спасем своего товарища.
     Кот отвечает им:
     — А вы попросите у коровы молока для меня!
     Пошли они к корове:
     — Корова, дай молока для кота! Кот перестанет ловить мышь, мышь не будет дырявить курту, курту даст зерна, зерно съест курица, курица даст цыпленка, цыпленка съест ворон, ворон перестанет гадить на дерево, дерево даст нам ветку, и мы спасем своего товарища.
     Корова им говорит:
     — А вы попросите у косаря сена для меня!
     Обратились они к косарю:
     — Дай корове сена! Корова даст молока, молоко полакает кот, кот перестанет ловить мышь, мышь не будет больше дырявить курту, курту даст зерна, зерно съест курица, курица даст цыпленка, цыпленка съест ворон, ворон не будет больше гадин» на дерево, дерево даст нам ветку, и мы спасем своего товарища.
     Косарь отвечает:
     — А вы попросите у хозяйки квасу для меня!
     Говорят они хозяйке, которая готовила квас:
     — Квасоварка! Дай косарю квасу!
     Квасоварка дала для косаря квасу. Косарь дал сена для коровы. Корова дала молока для кота. Кот перестал ловить мышей. Мышь перестала дырявить курту. Курту дал зерна для курицы. Курица дала цыпленка для ворона. Ворон перестал гадить на дерево. Дерево дало им ветку. Мышь и блоха бросили муравью, своему товарищу, ветку и спасли его от гибели.
===================
------
          Находчивые гости
……
     Давным-давно у трех братьев в самую страдную пору пропали их лошади. Три брата бросили свою работу и отправи-лись на поиски лошадей.
     Сколько времени они искали, ведомо богу, и доехали они до одного села. Так как уже стемнело, они решили заночевать в этом селе, заехали в один дом и остановились там на ночлег. Хозяин дома принял гостей, приветил, угостил их на славу мясом, хлебом и выпивкой, спать их уложили в отдельной комнате.
     Гости легли спать, а хозяин дома подослал к ним человека подслушать их разговор. Один из гостей сказал:
     — Хлеб наших хозяев отдавал мертвецким запахом; почему это может быть?
     — А мясо имело вкус собачьего, —  сказал второй, —  а это почему может быть?
     Третий сказал:
     — А хозяин, будучи из людей белой кости, похож на кумияка, а это почему может быть?
     После такого разговора гости заснули.
     Те, которые подслушивали их, зашли к хозяину, фусуну, и передали ему то, что подслушали. А тот стал об этом расспрашивать свою мать. Мать сказала ему:
     — Хлеб наш отдает мертвецким запахом вот почему. Однажды, будучи в балце, я по дороге сорвала с одной могилы три пшеничных колоса, считая, что они без пользы могут пропасть; зерна я бросила в кучу семенной пшеницы. В этом гости правы.
     — А почему же мясо наше имеет вкус собачьего?
     — А оно вот почему имеет вкус собачьего мяса. Однажды у нас осиротел один ягненок; пастухи подбросили его кормиться к суке, и он вырос на собачьем молоке, а теперь мы его закололи для них. Гости и в этом правы.
     — А почему они находят меня похожим на кумияка?
     — А тебя вот почему называют похожим на кумияка. Деверь мой был кумияк; у жены его рождались одни девочки. Однажды у нее родилась дочь, а у меня мальчик, и я отдала тебя ей на кормление, а дочку ее я вырастила. Оттого, что ты вскормлен ее грудью, они находят тебя по внешнему облику похожим на кумияка.
     Хозяин дома, фусун, был поражен вопросами своих гостей. Утром он поблагодарил их и сказал им:
     — А лошадей ваших я нашел в своих озимых посевах и пригнал их к себе; сейчас они находятся в хлеву.
     Он хорошо угостил своих гостей, возвратил им лошадей, и они расстались дружелюбно. Братья были рады находке и в веселом настроении вернулись домой.
===================
------
          Смуглая красавица, изнеженная дочь Саулага, и сын Фалвара
……
     Смуглая красавица, изнеженная дочь Саулага! Не было такого, кто не приходил бы сватать ее. И утренние ангелы, и вечерние духи-предстатели приходили сватать ее. Но на всех сватающих ее она возводила какую-либо хулу, находила у них какой-либо недостаток. И те, на кого она возводила хулу, уходили от нее с поднятыми плечами и опущенной головой.
     Явился к ней со своим сватовством и Елиа; он умолял ее, но и ему она отказала, заявив:
     — А ты-то как посмел явиться ко мне? Ты носишься по равнинам с громом и криком как глашатай!
     Он ушел от нее особенно обиженным. По дороге его встретил Уасгерги. Он приветствовал его и спрашивает:
     — Где ты был, Елиа?
     — Где я был? Я ходил сватать дочь Саулага. Она оскорбила меня, и я разобиженным возвращаюсь домой.
     — А ведь и я тоже направляюсь к ней. Что мне в таком случае предпринять?
     — Откуда я знаю, что ты должен предпринять? Бог да поможет тебе в осуществлении твоего желания, а со мной она поступила так, как и следовало мне.
     — Что же она все-таки сказала тебе? Та, которая отказала тебе, Елиа, что она может представлять из себя? —  сказал Уасгерги и расхохотался в лицо ему.
     — Меня она попрекнула тем, что я как глашатай ношусь по полям с криком, —  говорит ему Елиа. —  Увидим, что она тебе скажет! Иди своей дорогой и не издевайся надо мной.
     И Елиа расстался с Уасгерги и зашагал по своей дороге. Уасгерги подошел к дому Саулага. На зов его вышел к нему сам Саулаг, и Уасгерги говорит ему:
     — Да не будет мне позорно, я прибыл сватать твою дочь. Какой будет ответ мне?
     — Решение вопроса не от меня зависит, —  сказал ему Саулаг. —  Она знает, о чем ты мечтал по дороге, знает и то, что ты делал раньше. Зайди к ней сам.
     Уасгерги зашел к ней и говорит:
     — Добрый вечер!
     А она ему отвечает:
     — Мой вечер был бы добрым, если бы ко мне зашел настоящий, достойный человек. Ты-то по какому праву явился ко мне, когда ты — сын знахарки? Разве я могу выйти за двуязычного?! Ты можешь ездить верхом на коне, и я поэтому должна выйти за тебя замуж?
     Так сказала она и дальше не захотела даже разговаривать с ним.
     Уасгерги повернул обратно, еще более обиженный, чем Елиа. Саулаг его спрашивает:
     — Что она тебе сказала?
     — Пусть бог ее возблагодарит! Она мне наговорила таких обидных речей, которых я не забуду, пока буду жив.
     Отец зашел к своей дочери и говорит ей:
     — Бог да не возблагодарит тебя, дочь моя! Нет уже никого из утренних ангелов и вечерних духов-предстателей, кто не приходил бы сватать тебя, но ты ни за кого не выходишь; ты восстановила против меня весь народ. Неужели никто из них не был достоин тебя?! Мне и показаться уже нельзя на дороге. Оставить, может быть, дом тебе, а мне уйти? Мне уже и житья не стало!
     — Я тебе надоела, я огорчаю тебя, мой отец! Устрой же мне в углублении горы Уарпп башню из круглого камня, без двери, с одним окном на крыше; отведи меня туда и оставь там. Я выйду замуж за того, кому покажу из окна запястье своей руки.
     Вот такое она объявила условие выхода замуж.
     Саулаг построил ей в углублении горы Уарпп башню из камня-кругляка и отвел ее туда. Она поблагодарила своего отца, а затем, надев на обе ноги башмаки, поднялась по стене на верх башни подобно тому, как подкованная лошадь идет по ровному месту. Оглянулась на своего отца — отец ее плакал. Она поблагодарила его еще раз и сказала ему:
     — Не плачь, отец мой, и не сокрушайся! Я когда-нибудь помогу тебе.
     Среди народа распространилась молва: «Смуглой красавице дочери Саулага, построили башню на вершине Уарппа, и она дала слово, что выйдет замуж только за того, кому покажет оттуда свое запястье!»
     И стали туда опять стекаться к ней женихи. А она объявила:
     — Пусть каждый покажет свое удальство, в чем только может. Я покажу свое запястье тому, кто мне понравится, и пусть тогда он явится ко мне. А тот, кто не удостоится этого, пусть держит свой путь подальше отсюда.
     Являлись к ней женихи, и каждый показывал перед ней свое удальство. Она наблюдала за ними со своей башни и неугодившим ей чем-либо выставляла: кому — метлу, кому — изображение быка или что-либо подобное. Тот, кому она выставляла метлу и прочее, удалялся от нее разобиженным. Таким образом, из тех, кто являлся сватать ее, не осталось ни одного, кого бы она не оскорбила.
     Елиа решил снова испытать свое счастье, еще раз посвататься.
     — Пойду опять, покажусь ей еще раз, —  сказал он сам себе. —  В другом облике она меня не узнает.
     Он нагнал темные тучи, стал стрелять, греметь, но она выставила в окно изображение медведя и сказала при этом:
     — А тебе что нужно? Ты же подобен раненому медведю с северного склона горы, бродишь везде!
     Елиа ушел к себе ни с чем.
     Сын Фалвара подослал сказать отцу:
     — Смуглая красавица, изнеженная дочь Саулага, построила себе на вершине Уарпп башню из камня-кругляка. Ее сватают многие, и я тоже должен испытать свое счастье.
     Фалвара на это ему ответил:
     — Эй, сын мой! К этой девушке приходили свататься даже утренние ангелы, вечерние духи-предстатели, но ни за кого из них она не согласилась выйти замуж, всем решительно отказала. А мы ведь всего-навсего охранники годовалых барашков! Даст ли она нам свое согласие?
     Но сын настаивал:
     — Никак нельзя отказаться от нее! Нельзя мне не испытать своего счастья!
     Он настаивал на своем все больше и больше, все решительнее и решительнее, и Фалвара сказал:
     — Что делать? Смотрю на тебя и говорю тебе: ты ничего не добьешься своими силами, надо послать сватов; к тебе никто не протянет свое запястье!
     Сын сказал:
     — Каков бы ни был исход, ты все-таки доведи каким-либо способом мое желание до ее сведения!
     — В таком случае пошлю к ней сватом Уасгерги, —  сказал Фалвара и послал за Уасгерги.
     Он явился к Фалвара, и Фалвара ему сказал:
     — Вот так и так обстоит наше дело; прошу тебя сообщить ей, что сын хочет на ней жениться.
     Уасгерги задумал свое и говорит Фалвара:
     — Я сам намерен был еще раз посвататься к ней, но, чтобы она не узнала меня, мне нужно изменить свою внешность. У Будуризада есть хорошая черкеска — он вообще располагает хорошей одеждой. Попроси у него черкеску для меня, а о вашем сватовстве я сообщу ей.
     Фалвара снарядил его, попросил у Будуризада черкеску для Уасгерги, и тот явился в новой черкеске на вершину Уарпп. Он стал джигитовать, гарцевать перед башней, показывая перед смуглой красавицей свое искусство наездника.
     Смуглая красавица выбросила изображение знахарки и сказала ему:
     — Ну, ты еще и теперь не убедился, что ты сын знахарки, что ты двуязычный? Те, которые прислали тебя сватом, не лучше тебя!
     Уасгерги в сильной обиде повернул своего коня обратно. Он был настолько разобижен, что загнал коня. Объявил Фалвара и его сыну, что смуглая красавица отказала ему, но скрыл от них, что он хлопотал не об их деле, а о своем, сватал вторично смуглую красавицу за себя.
     После этого сын Фалвара погнал свою скотину на вершину той же горы и стал пасти ее неподалеку от башни смуглой красавицы. На полуденный отдых он пригнал свою отару под башню. Когда наступило время еды, он, засучив рукава своего черного бешмета, взял чашку, обошел своих овец и выбрал одну яловую овцу, чтобы подоить ее. Он долго гонялся за ней и никак не мог поймать ее; измучился с ней, но все-таки поймал.
     Смуглая красавица с башни наблюдала за ним и думала: «Он крепко рассердится на нее и убьет ее!»
     А сын Фалвара спокойно выдоил овцу, не злясь на нее, вытер об нее свои руки, приподнял ее мордочку, поцеловал ее и сказал:
     — Пасись на здоровье!
     Недалеко от него находился источник. Он спустился к нему и вымыл руки, потом вернулся обратно и принялся процеживать молоко.
     Смуглая красавица не вытерпела, высунулась по пояс в окно: все вокруг осветилось, как от солнца.
     — Я не считаю достойным тебя, —  обратилась она к сыну Фалвара, —  чтобы ты один выпил эту чашку молока!
     А он ответил ей:
     — Если бы у меня было право, я не стал бы пить ее один.
     — Неси ее сюда, —  сказала смуглая красавица, —  здесь мы ее выпьем вместе.
     — А как я отнесу ее на башню, когда здесь не видно двери? —  спрашивает он ее.
     Она ему говорит:
     — Я открою тебе дверь.
     — В таком случае несу.
     Она сбросила к нему свои два башмака и говорит ему:
     — Надень их на ноги и неси сюда чашку молока!
     Он с чашкой молока в руке поднялся по стене на вершину башни к смуглой красавице, подобно тому, как подкованный на четыре ноги конь идет по льду. Они уселись на кровати, выпили чашку молока вместе, стали миловаться, а затем он ее спрашивает:
     — Ну, каково теперь твое намерение?
     Она ему отвечает:
     — До сих пор мне нельзя было выйти замуж. Ни за кого я не хотела выходить — ни из утренних ангелов, ни из вечерних духов-предстателей, и, если они не будут твоими киндзхонами, мне и сейчас нельзя будет выйти замуж за тебя. Однако твой отец — сильный человек, и он в силах устранить это препятствие.
     Сын Фалвара спустился к отцу и заявил ему:
     — Вот так и так обстоит дело: дай мне недельный срок, и если мы не пригласим в киндзхоны божьих ангелов и предстателей, то и меня, и ее ждет гибель.
     И Фалвара на свадьбу своего сына пригласил в число киндзхонов и Уасгерги, и Никкола, и Татартупа, и всех ангелов и предстателей. Собрал он их, и киндзхоны выступили к Уарпп-горе. Они расположились в расселине горы перед башней и послали к смуглой красавице посланца передать ей настойчиво:
     — Спустись с башни, и да даст тебе бог счастливую жизнь!
     Она ответила:
     — Я не могу сойти с башни до тех пор, пока не узнаю ваших намерений. Меня охраняет женщина; один клык у нее уходит в поднебесье, а другой — под землю. Если я выйду отсюда, то она закричит на нас так, что гора потрескается как лед, а с деревьев дремучего леса попадают ветки. А вам я не доверяю потому, что каждого из вас я обидела каким-либо упреком. Прошу вас, не держите за это против меня зла в сердце своем! Фалвара богат скотиной, весь народ возлагает на него надежды. Может быть, по этой причине охраняющая меня женщина даст свое согласие, и мы вырвемся отсюда.
     — Мы — не мужчины, если сегодня не окажем тебе нужной помощи! —  заверили они ее.
     — Смотрите, у нее есть три таких крика, от которых все мы погибнем, если только вы поддадитесь страху.
     Она спустилась к ним, и они вместе выступили в дом Фалвара. Клыкастая женщина закричала на них так, что сразу же их оглушила.
     — Куда вы уносите кусок моей пищи? —  спрашивает она их.
     Киндзхоны переглянулись, но стали подбадривать друг друга:
     — Позорно нам поддаваться страху!
     И страх у них прошел. Они вступили с ней в бой. Бились с ней, отстреливались от нее, выбили у нее зубы; куски ее зуба, падая, превращались в лучины.
     Они убили клыкастую женщину и прибыли в дом Фалвара. Невесту завели в дом — и как мог тогда Фалвара не устроить свадебного пира?!
     Когда все было готово, то слово для произнесения тоста было поручено самому Фалвара. Он взял ахсарфамбал и произнес тост-моление:
     — Уасгерги, за то добро, которое ты нам сегодня оказал, я назначаю нивондом твоим белоголового барашка, до тех пор пока будут жить люди.
     Елиа он сказал:
     — А тебе в твой праздник нивондом назначаю белого козленка.
     Будуризаду он назначил белого ягненка. И другим он обещал:
     — Беру на себя обещание обеспечивать каждый пир косарттагом.
     И с тех пор он делает такие подарки.
     После свадебного пира смуглая красавица, изнеженная дочь Саулага, и сын Фалвара стали жить и поживать.
===================
------
          Солнце и лягушка
……
     У солнца умер сын, оно горевало и плакало. Со всех сторон приходили к нему люди утешать его, но оно не переставало горевать и плакать.
     Дошла весть об этом и до лягушки.
     — Пойду и я к солнцу, —  решила лягушка, —  попробую утешить его, чтобы оно перестало сокрушаться о смерти сына.
     Явилась лягушка к солнцу и повела разговор:
     — Стыдно тебе! —  сказала она. —  Разве несчастье, подобное твоему, ни с кем не случалось? Вот у меня умер мальчик мой, ширококостный, пучеглазый, и я ведь перенесла это горе!
     Тут-то солнце улыбнулось и молвило:
     — Ну, если уж лягушка явилась ко мне в качестве утешительницы, то, действительно, стыдно мне неутешно горевать!
     И оно перестало сокрушаться о смерти сына.
===================
------
          Сослан и сын Каздыга Бат
……
     Как-то раз нарт Сослан отправился на охоту. Под вечер увидел он на скале косулю, пустил стрелу, и косуля скатилась вниз.
     Развел Сослан под скалой огонь, разделал тушу косули и стал жарить себе шашлыки из печени и сердца. Поел он шашлыка и подумал: «Вдруг утром мне кто-нибудь встретится — не стану же я угощать его сырым мясом. Приготовлю-ка я шашлык и для встречного».
     Отрезал он от туши ляжку и надел на вертел, а остальное мясо прикрыл буркой. Держит Сослан мясо над углями, и вот оно почти готово; вдруг смотрит — косуля вскочила и бросилась бежать.
     Всплеснул Сослан руками и воскликнул:
     — Вот чудеса так чудеса! Я съел ее внутренности, из ноги жарю шашлык, а она вскочила и бежит!
     Остановилась косуля, обернулась и говорит:
     — Это не чудо, Сослан. Если хочешь услышать о настоящих чудесах — найди Бата, сына Каздыга, он тебе расскажет, что такое чудо.
     «Не успокоюсь, пока не найду его,» — подумал Сослан.
     Утром вернулся он домой и стал собираться в дальнюю дорогу, а когда собрался, отправился из дому, сам не зная куда.
     Ехал он, ехал, долго ли, недолго — кто его знает, но вот к вечеру увидел в степи табуны лошадей. Подъехал Сослан к табунщикам, поздоровался:
     — Добрый вечер!
     — Живи в здравии, добрый путник!
     — Не приютите ли меня на ночь?
     — Как не приютить! Гость — Божий гость.
     Пригласили его в жилище. Сослан спрашивает:
     — Не скажете ли, чьи вы табунщики?
     Те отвечают:
     — Мы табунщики Бата, сына Каздыга.
     Сослан говорит:
     — Я еду к нему в гости. Утром покажите мне дорогу.
     — Погибнуть бы нам за тебя, —  отвечают табунщики, —  но мы и сами не знаем, где он живет. Когда ему бывают нужны кони, он присылает за ними, а его самого мы никогда не видели.
     Угостили они Сослана ужином, уложили спать, а когда рассвело, проводили в путь со словами:
     — Дальше в степи пасутся стада коров. Это тоже скот Бата. Может, пастухи будут знать, где его найти.
     Отправился Сослан дальше. Ехал целый день и к вечеру добрался до пастухов.
     — Добрый вечер, пастухи!
     — Здравствуй, добрый путник!
     — Я еду в гости к Бату, сыну Каздыга. Не примете ли меня на ночлег?
     — Гость — Божий гость! Сойди с коня.
     Угостили пастухи Сослана всем, что у них было, уложили спать, а утром Сослан сказал им:
     — Покажите мне дорогу к дому Бата.
     — Мы не знаем, где он живет, —  ответили пастухи, —  но если ты поедешь дальше, встретишь чабанов, пасущих его овец. Может, чабаны знают, где дом Бата.
     Отправился Сослан дальше и к вечеру добрался до чабанов.
     — Добрый вечер, чабаны!
     — Здравствуй, добрый путник!
     — Я еду в гости к Бату, сыну Каздыга. Не примете ли меня на ночлег?
     — Гость — Божий гость!
     Ввели чабаны Сослана в свое жилище, зарезали для него барана, угостили ужином и уложили спать.
     Утром Сослан сказал:
     — Теперь покажите мне дорогу к дому Бата.
     Послали чабаны мальчика, чтоб показал Сослану дорогу, и к полудню добрались они до места.
     Бат, сын Каздыга, на току молотил зерно. Подъехал к нему Сослан.
     — Да будет полным твой ток!
     — Живи во здравии, добрый путник!
     — Я — твой гость.
     Сын Каздыга Бат подошел к Сослану, взял за руку, помог сойти с коня и сказал:
     — Подожди немного, сейчас пойдем в дом.
     Привел он осла и ослицу, погрузил на них мешки с зерном, и они направились к дому. Там Бат, сын Каздыга, загнал ослов в грязный хлев и привязал к столбу мордами кверху.
     После этого он ввел Сослана в дом, усадил на почетное место, а сам пошел резать барана.
     Вот поспел ужин, сели хозяин и гость за стол. Сидит Сослан, ни кусочка в рот не берет. Бат его спрашивает:
     — Почему ты не ешь, мой гость?
     — Яразыскивал тебя, чтобы спросить кое о чем, и если ты не ответишь мне, я не прикоснусь к еде.
     — Нет такого вопроса, на который бы я не ответил гостю.
     Спрашивай.
     — Недавно я был на охоте в горах и подстрелил там косулю. Косуля скатилась со скалы, я развел огонь, сделал шашлык из внутренностей и съел, а потом подумал: «Вдруг встретится мне кто-нибудь в пути — не стану же я угощать его сырой дичью! Отрезал я от туши ляжку и стал жарить ее над углями. Мясо было уже почти готово, когда косуля вскочила и бросилась бежать. Изумился я и воскликнул: «О чудо! Я съел внутренности этой косули, ее мясо жарится на огне, а она вскочила и убегает!» Тут косуля остановилась, обернулась ко мне и сказала: «Это не чудо. Если хочешь услышать о настоящих чудесах — найди Бата, сына Каздыга, он тебе о них расскажет». И я сказал себе: «Я должен найти Бата, сына Каздыга, и узнать, что это за чудеса!»
     — Давай пока поедим, —  сказал Бат, —  а потом я тебе расскажу.
     Закончили они ужинать, и Бат сказал:
     — Теперь, гость, слушай все от начала до конца.
     Когда подошло мне время жениться, отец сосватал за меня красивую девушку и устроил богатую свадьбу. После того, как свадебный пир кончился и люди разошлись, я вошел в комнату к молодой жене. Вдруг за дверью кто-то крикнул: «Бат, сын Каздыга, встречай гостей!»
     Я открыл дверь, вышел наружу и увидел молодого всадника в черной бурке, державшего в руке войлочную плеть. Он ударил меня плетью — и я превратился в вола. Ночью меня погнали куда-то, впрягли в одну упряжку с буйволом и заставили до утра возить камни с берега реки.
     Когда рассвело, этот всадник ударил меня войлочной плетью, и я снова превратился в человека. Я вернулся домой. Надо было идти работать; я трудился весь день до вечера, а вечером, поужинав, пошел к себе в комнату.
     Не успел я раздеться, как кто-то крикнул за дверью: «Бат, сын Каздыга, встречай гостей!» Выскочил я за дверь, и тот же всадник снова ударил меня войлочной плетью и превратил в рыжую кобылу. Этот человек надел на меня седло, сел верхом и поехал в какое-то большое селение. Там на меня навьючили каменную соль — по двенадцать камней с каждого бока, и я всю ночь таскал на себе соль, а на рассвете всадник стегнул меня войлочной плетью, и я опять превратился в человека, а всадник ускакал.
     Вернулся я домой и снова отправился на работу, а вечером, поужинав, пошел в свою комнату, мечтая о том, чтобы выспаться — ведь я не спал уже две ночи. Но не успел я раздеться и лечь, как знакомый голос крикнул за дверью: «Бат, сын Каздыга, встречай гостей!»
     И я посчитал ниже своего достоинства прятаться в комнате, и, взяв оружие, пошел к двери. Только я открыл дверь, всадник хлестнул меня своей плетью и превратил в собаку, а потом прогнал со двора.
     Я долго бегал по дорогам, не зная, куда идти, пока, наконец, не оказался в одном большом селении. В этом селении была мясная лавка, а я был голоден и остановился возле лавки в надежде получить какой-нибудь еды. В это время в лавку пришел покупатель. Он расплатился фальшивыми деньгами и стал уходить. Я бросился за ним, вцепился в его штаны и потащил обратно. Поднялся крик, мясник замахнулся на меня палкой, чтобы прогнать, но я лапой показал на оставленные покупателем деньги. Мясник присмотрелся к деньгам, понял, что они фальшивые, и забрал обратно свое мясо, а деньги бросил за порог. После этого мясник оставил меня в лавке, ухаживал за мной и кормил, а я жил с разумом и чувствами человека в облике собаки.
     Через какое-то время в лавку зашла женщина, которую я знал с детства. Я очень обрадовался ей и, не отставая, ходил за нею следом. Так я следовал за нею весь день, а когда свечерело, пришел к ее дому. Она пустила меня в дом и хорошо накормила, и я остался жить у нее. Я-то ее знал, но она и понятия не имела, кто я такой. Она очень хорошо относилась ко мне и кормила тем, что ела сама, а я охранял ее днем и ночью и не позволял приблизиться к ее дому ни непрошенным людям, ни животным, так что слава обо мне вскоре разнеслась по всем окрестным селам.
     И вот однажды к моей хозяйке пришли пастухи и сказали: «Мы слышали, у тебя есть хорошая собака, дай нам ее. Волки повадились воровать наш скот, и если твоя собака нам поможет, мы тебе хорошо заплатим». Женщина ответила: «Я дам вам собаку, только не обижайте ее».
     Пастухи привязали меня за шею волосяной веревкой, сели на коней и потащили меня за собой. Когда мы добрались до места, они налили мне помоев, а сами сели ужинать. После этого они не дали мне даже объедков и привязали к плетню у края загона.
     Я просидел там до полуночи, а в полночь явились тринадцать волков. Они остановились в отдалении, не решаясь подойти ближе, и я сказал им: «Идите сюда — и сами угоститесь, и меня накормите».
     Они вошли в загон и начали резать овец, половину истребили. Волки наелись, и мне досталась доля.
     Утром пастухи, увидев, какой понесли урон, взяли колья и стали меня бить, ломать мне кости. Я с трудом вырвался от них и кое-как приполз домой. Хозяйка принялась лечить меня, я долго болел, но в конце-концов поправился.
     Как-то раз к хозяйке пришли другие пастухи и сказали: «Мы слышали, у тебя есть хорошая собака. Дай нам ее, а то к нам повадились волки. Если твоя собака поможет нам, мы тебе заплатим».
     «Нет, нет, —  ответила хозяйка, —  ни за что не дам. Однажды я одолжила ее пастухам, так они избили ее до полусмерти».
     Пастухи стали клясться землей: «Мы не тронем ее. Если сумеет нам помочь — хорошо, а не сумеет, так мы приведем ее обратно».
     Тогда хозяйка сказала им: «Ладно, возьмите ее, только не вздумайте обидеть».
     Пастухи повязали мне на шею шелковый шнур, сели на коней, и один из них взял меня к себе в седло. Когда приехали на место, они зарезали ягненка и стали кормить меня, и я съел, сколько хотел. Пастухи положили для меня у края загона мягкую подстилку и сказали: «Вся наша надежда на тебя», а я подумал: «Ну что ж, теперь посмотрим», лег и стал ждать.
     И снова в полночь явились тринадцать волков и остановились в отдалении, не решаясь подойти, а я сказал им: «Идите сюда, бедняги, вы, наверно, голодны. Поешьте сами и мне долю оставьте».
     Так я подманил их ближе, а когда они подошли, бросился на них и стал убивать. Я убил их двенадцать, а тринадцатый бросился бежать. Я погнался за ним и почти уже догнал, как вдруг он остановился и сказал: «Я знаю, что ты не собака. Ты — Бат, сын Каздыга. Не убивай меня, и я научу тебя, как снова стать человеком. Тот, кто заколдовал тебя и теперь живет с твоей женой, завтра делает поминки по своей матери. Приди туда и начни таскать со столов мясо и пироги. Тебя станут бить, а ты продолжай свое дело. Наконец, твой враг не выдержит и ударит тебя войлочной плетью, и ты мгновенно станешь тем, кем был. Тогда не теряйся, изловчись и выхвати у него из руки войлочную плеть. Сумеешь это сделать — твои страдания кончатся; не сумеешь — будет еще хуже».
     Я отпустил этого волка, вернулся обратно и сложил убитых волков в кучу возле загона.
     Утром, когда пришли пастухи, их радости не было конца. Они снова зарезали для меня ягненка, а потом отобрали сорок овец из своего стада и погнали к моей хозяйке.
     А я направился к дому того, кто жил с моей женой, и увидел, что там и вправду готовятся к поминкам. Вот уже накрыли столы, и тогда начал действовать так, как научил меня волк: стал таскать со столов пироги, хватать куски мяса, совать хвост в котлы. Меня гнали, били, а я продолжал свое дело. Когда уже не знали, как от этой напасти избавиться, тот человек, что превратил меня в собаку, взял свою войлочную плеть и ударил меня, и я тут же снова стал собой.
     Бросился я на своего врага, вырвал у него из руки войлочную плеть и ударил его так, как он бил меня, и он превратился в черного осла. Тогда я пошел в дом, нашел там мою жену, предавшую меня, ударил ее плетью — и она обернулась ослицей.
     Ты их видел: те самые осел и ослица, на которых мы везли зерно - моя жена и ее любовник. Целыми днями они работают на меня, а вечером я загоняю их в грязный хлев и привязываю мордами вверх — и тем утоляю жажду мести.
     Слушал нарт Сослан и удивлялся, да и как же было ему не удивляться: никогда ни о чем подобном он не слышал.
     А утром поблагодарил Сослан хозяина и вернулся в селение нартов.
===================