Дагестан и национальный вопрос

Дагестан и национальный вопрос

На фоне полного замалчивания российских СМИ разгрома безпрерывными атаками БПЛА приграничных Белгородской, Курской, Брянской областей, атак Крыма и Краснодарского Края, не стихающие недели публикации о наводнение, весеннем потопе Дагестана и борьба власти РФ с его последствиями вызывала недоумение и возмущение народа. Было понятноодно, что во многом вина за катастрофические последствия наводнения во многом лежит на системе управления самой РФ и республики. Этот вопрос АП осуществляющая кадровую политику и власть в РФ естественно затрагивать не стало, как говорится саму себя пороть несподручно. Было принято декоративное личностное решение заменить местные дагестанские власти. И вот Российские СМИ облетела новость: - заместитель полпреда в Дальневосточном федеральном округе Магомед Рамазанов назначен главой дагестанского правительства, а  временно исполняющим обязанности главы республики назначен председателем Верховного суда  Дагестана Федор Щукин.

Дагестан, население которого превышает 3 млн человек, состоит из очень сложного этнического букета больших и малых народностей – и это и его политическое устройство за все время его советско-демократического федеративного существования отражалось на нестабильности его не естественной природно-социальной, а политическо-идеологической конструкции.

В постсоветском Дагестане сосуществуют 14 крупнейших этносов республики. Три из них политически ведущие. Даргинцы были (и остаются) второй по численности этнической группой Дагестана, сильно уступая аварцам и конкурируя с кумыками. Там сложилась неофициальная схема распределения руководящих постов, в которой при даргинце во главе Госсовета два других ключевых поста – главы правительства и спикера народного собрания – занимали, соответственно, аварец и кумык.

Новый глава Дагестана столкнется, конечно, не только с последствиями весеннего потопа. Дагестан, как и весь кавказский регион, это прежде всего зона активной целенаправленной миграции своего населения в РФ в утвердившиеся на ее пространстве  «национальные» диаспоры российских столичных и региональных городов, как и в ресурсодобывающие, богатые экспортные регионы. Большая часть местной дагестанской хозяйственной деятельности населения примитивна. Там она веками пребывает в серой, сугубо «национальной» зоне, ею сегодня охвачены все крупные системы Дагестана и его целые отрасли.

Стихийная хаотичная застройка пригородов, повсеместна стала причиной затопления и как ее решать в обстановке политического раздрая и фактического всевластия бизнес псевдоэлит совершенно непонятно. В подобных республиках местная власть для своей социальной дееспособности вынужденно пытается как то защитить интересы своего титульного населения. Так официальная власть пытается защищать примитивное сельское хозяйство Дагестана и активно сопротивляется проникновению в регион господствующих в РФ монетарных паразитическо-спекулятивных торговых сетей подконтрольных глобалистам иудаистам. Их появление в республике сразу уничтожит все сложившиеся «национальные» сельскохозяйственные и иные производительные структуры. Погибнут и на равнине и в горной зоне все их социальные связи и это сразу приведет к народному бунту похлеще недавнего аэропортовского погрома.

Замечу, что в политически суверенной Абхазии царит со своей «национальной» спецификой сходная бизнес ситуация. А ее бизнес элита и власти ее представляющие, сопротивляются проникновению внешнего капитала как могут, так как при допуске в республику глобального капитала российского разлива они фактически будут просто низведены до безвластного представительского уровня его глобальным разбойничье-паразитическим необоримым бизнес влиянием.

В Дагестане все эти сюжеты существуют на фоне ряда более или менее «замороженных» конфликтов, связанных с земельными спорами локальных сообществ друг с другом или государством, а также на фоне тлеющего конфликта между последователями традиционного суфийского ислама и теми, кого принято называть радикалами. Наиболее непримиримые из них формируют сеть террористических ячеек. Этот радикальный «актив» подпитывается с Ближнего Востока радикальными идеями и всевозможными средствами их террористической реализации.

Красные эксперименты большевиков по антигосударственной федерализации колониально захваченной прежде «единой и неделимой» России были произведены именно Сталиным по человеконенавистнической методологии марксизма-политического иудаизма.

Я уже неоднократно показывал роль и значение фигуры Сталина в советский период. Сталин был государственным руководителем авторитарного плана глобального мирового масштаба. Лютая ненависть либералов заключена лишь в том, что Сталин пытался авторитарно перехватить у Коминтерна власть и попутно в тренде красной политики изтребил часть своих политических врагов. Его положительный деятельно-организаторский талант раскрылся в ходе ВОВ. Его пик пришелся на события ВОВ, превращенной в Отечественную Войну, с 1943 года, когда в армии было введено единоначалие и официально ликвидирован институт политических комиссаров, политработников. Все остальные его государственные шаги: - индустриализация с превращением руского народа в наемный безправный марксов пролетариат; уничтожение коллективизацией руского крестьянства и его артельнодеятельного и самодеятельного духа (в промпроизводстве артели не тронули); а главное  и основное это формирование республик, разрушительной федерализации «ссср», тут Сталин был основным действующим лицом обустройства будущей катастрофы, как «перестройки»  1985-1993 годов. Политический тост Сталина за Руский Народ Победитель вскоре закончился геноцидом руской элиты Победителей ВОВ в ходе «ленинградского дела». Коминтерновцы аппаратчики наглядно показали Сталину, что в руской стране не только они, но и он и его идеи красной империи пойдут на свалку Руской Истории. А красные негодяи, «православные большевики» и их приверженцы, и сегодня все славят Сталина, как великого государственника.

В итоге подобной тысячелетней колониальной красной методологии в колонизируемом социуме неизбежно начинал царить антицентробежный политический национализм. Проблемы нынешнего антинародного образования Дагестан, как и иных подобных регионов РФ закономерны, это системное  наследие человеконенавистнического идеологического интернационализма, осуществленного красными колонизаторами в виде федерализма «братских республик СССР». Подобные конфликтные антисоциальные федеративные структуры, очаги политического национализма, учреждались либерал человеконенавистниками целенаправленно. Они сразу порождали в этих искусственных регионах потенциальные житейские бытовые и национальные неразрешимые противоречия в жизни местных народностей. А исторически огульное целенаправленное смешение народностей и произвольные границы подобных фантомных, идеологических социумов неизбежно порождало все современные кровавые конфликты и РФ, и СНГ, и в остальном мире.

Искусственное образование Дагестан, как и все остальные «братские республики» и «автономии», цивилизационно урбанизировался и индустриализировался советской властью под сталинским руководством. Там создавались производства и структуры прежде неведомые и абсолютно чуждые местному населению. Туда во все республики красными колонизаторами по их разрушительной методологии направлялся мигрантский переток, и рускоязычного населения, идеологического и милитаристского плана, и руского рабочего и инженерного контингента. Ранее это население состояло из терских казаков, вошедших в состав этого федеративного образования «марксистско-ленинским» федеративным реформаторством осуществленным Сталиным в 20-30-е годы. Оно было дополнено «присланными партией» советскими переселенцами из руских рабочих и рускоязычных специалистов. Все они были инородным телом, как в советском, так и современном «национальном» Дагестане. И именно все это рускоязычное насееление  вынужденно бежало из  Дагестана. Оттоку рускоязычного населения Дагестана способствовало и то, что в лихие 90-е годы, как это происходило и практически во всех регионах остальной РФ, фактически были уничтожены целые отрасли прежней советской жизнедеятельности, в которых и было в основном занято это рускоязычное население. Так в последние четверть века Дагестан практически лишился своего рускоязычного населения. Руское и рускоязычное население не входящее при бизнес демократии в бизнес псевдоэлиту там, как и везде в РФ, и законодательно и реально безправно и не имеет никакого будущего в подобной колониальной системности.

Политиканствующая рулетка смены руководства региона с внушаемым Нам с Вами мнением, что русские с их устойчивой лояльностью всегда были стабилизирующим элементом в сложных кавказских обществах. А  назначение главой Дагестана руского Федора Щукина поспособствует стабилизации и упорядочения жизни этой нежизнеспособной искусственной политической структуры, есть очередной колониальный политический миф и социальный фантом.

Дагестан и весь Кавказ со времен хрущевщины бурлит недовольством, сегодня он отмечен массовыми неплатежами за свое ресурсснабжение газом, электроэнергией, вовсю безконтрольно майнингует и удерживается в подобных жизненных рамках только обильными дотациями. Эти дотации совешенно несопоставимы с поддержкой власти тотально ограбляемых руских регионов. Так за 2025 год дотации из госбюджета пострадавшей от войны и подвергающихся террористическим атакам ВСУ Курской области составили 3,9 млрд руб. Дотации Чечне – 77 млрд руб. Дотации Дагестану 110 млрд руб, как и не обижены обильными дотациями остальные «национальные» регионы РФ. В то же время сами бизнесиудаизированные эмигрантские кавказские и среднеазиатские диаспоры России на сегодня самые богатые и могущественные в среде нищенствующего и бедствующего руского народа. Это современное нашествие кочевнических орд есть продукт протекционизма подобной «национальной политики». Продукт послераскольной, и советской эпохи, и «антикоммунистической» системности РФ, все они однояйцевые близнецы братья многовекового колониального протектората власти глобалистов иудаистов в Руском Мiре.

Вот наглядный, показательный пример глобально-колониальной «национальной» политики РФ. Недавно один знакомый автотурист делился со мной впечатлениями от своей поездки по северо-западу: - «как же мне понравились ухоженные Валдай и Петрозаводск, и ужас, какое печальное, удручающе безперспективное впечатление многолетней разрухи и заброшенности на этом фоне производит соседняя Тверь».

Отзывы сети, кои власть РФ игнорирует однотипны: -

«Власть АП повторяется. Уже назначали на Дагестан Васильева, в итоге безславно  сбежавшего из него в Госдуму. Как воровали местные чиновники, всё, что не прибито или плохо прибито, так и воруют. Как брали взятки, так и берут. Как принимало местное население это за норму жизни, так и принимает. Как строили свои дома в зоне затопления местными речками, так и строят».

«Почему российские налогоплательщики должны содержать за счёт своих налогов эти гордые республики и сказочно обогащать тамошних князьков!? Почему органы проверяльщиков в упор не видят и не разоблачают самоуправство, коррупцию и казнокрадство в Чечне!?»

Политика АП РФ в отношении Дагестана, Ингушетии, Чечни и т. д., в корне порочна, ибо она, как и любое укрывательство от преследования чужих преступлений само по себе является идеологически целенаправленным преступлением против государственности и народа РФ колониальной политики глобалистов иудаистов.

«Национальный» вопрос и его значение для Руского и остального Мiра Народов надо разсматривать и решать через призму событий и явлений Руской Истории, в великоруском государствообразующем культурологическом духе ее деятельной, мыслетворческой культурологической Аристократии.

Но это тема следующих моих работ.