На сон грядущий

Как я трогательно прощаюсь с этим миром, с жизнью. Как-будто оно того стоит.  Чего только со мной не происходило, в каких только передрягах я не побывала. Каких только трагедий не насмотрелась своими глазами, кого только не хоронила. И никогда не была такой сентиментальной, как сейчас. С трудом  выползаю на улицу и мысленно прощаюсь с каждым листиком, и горько сожалею о том, что не дождусь сирени.А она у нас такая красивая, пушистая, пахучая. Я знаю, дни мои сочтены.  Ноги уже отекают, сердце подступает к самому горлу. Врачей нет. А если и есть, то, что называется, не про мою честь. Сама не дойду. И трепыхаться не хочу. Конец все-равно известен. С моей врожденной болезнью сердца, да еще после трёх кавидов. Долгожителей в роду сроду не водилось, надеяться не на что.  Жалко покидать этот мир в котором растут мои такие прекрасные внуки. Умные, красивые, я на них не налюбуюсь. И дети мои тоже ничего. Но внуки в сто раз лучше, красивей, умней, талантливей. Наверное, так и должно быть. Но люблю я их всех одинаково, и детей и внуков. Люблю, да! Но будучи прямолинейной ведьмой, вижу в них не только достоинства, но и недостатки. Хорошо, что сами они себя со стороны не видят! Честное слово, хорошо! А то бы ужаснулись. Чего на меня нашло, не знаю. Влияние улицы, наверное! Досужие соседки частенько мне объясняют за жизнь. Последняя лекция была на тему, помрешь, и дети твои передерутся между собой за наследство. Какое у меня наследство ?! Тряпки, ложки, плошки, поварешки, полуразбитая квартира, которую я так и не отремонтировала после налетов. Стекла на балконе выбиты, сам балкон держится на честном слове, рамы побиты, входная дверь покорежена, благо хоть закрывается. Дети никто ничем не помог, вообще ничем. Другим помогали, но мои такие, все в папаню.  Я не просила. Ну такая уж моя казачья натура. Не просила, и просить не собираюсь. Сама виновата, не нужно было замуж за еврея выходить. Но то, что он еврей, я вычислила уже потом, спустя 30 лет после замужества. В аккурат тогда, когда народ вдруг начал интересоваться своим происхождением. Я тоже заинтересовалась, и много чего узнала о фамилии мужа. И откуда она появилась и кто его самые древние однофамильцы.  Никакого там криминала конечно нет. Напротив сплошь и рядом талантливый выдающийся народ. И это нормально. Если бы  сам мой муж не отличался на редкость вредным, неуживчивым характером. Его исключительная вредность и заставила меня покопаться в истоках, поинтересоваться родословной. И вывод, что он еврей, я сделала сама, нигде, ни в одном документе этого не написано. Но зато написано на всей его жизни, на карьере, на взаимоотношениях с людьми, с друзьями, с близкими с далекими, со всеми. Кстати, послушать друзей, так он идеальный. Друзей правда маловато будет, за всю жизнь только пара-тройка и наберется. У меня тоже друзей не слишком много, всё больше знакомые, да приятели. В этом мы с ним похожи.  В остальном две противоположности. Ну вот так как-то, двадцать лет не меньше, я учила его здороваться, дарить даже не цветы, а хотя бы один цветочек, поздравлять близких родственников с их личными праздниками, дарить подарки.  Он никогда не пил, ни курил, по бабам не ходил, дочкам косички заплетал, на родительские собрания ходил чаще меня, не капризничал, ни в еде , ни в одежде. Такой себе скромняга.  Меня правда ненавидел лютой ненавистью, и было за что. Уж слишком я была хороша. Слишком красива, слишком стройна и сексапильна. Ну за что здесь любить, ненавидеть и то мало. Всегда за мной кто-то бегал, строил глазки, оказывал знаки внимания, и он это видел. Но он не понимал того, что мне всё это было по барабану.Я не могла бы влюбляться в каких-то обычных парней, мужчин, да кого угодно. Красоту не ценила, да и не видела в них чего-то особенного. Преклонялась перед женской красотой в созерцательном смысле. Любила своих красивых подруг, а некрасивых у меня и не было. Никогда никого не ревновала.  Больше страдала от навязчивого внимания противоположного пола. Но все-таки была в моей жизни и настоящая драма, на почве любви. Однажды влюбилась. Два года пялилась на объект своей любви и ничего в нем не видела. Пока любовь не напала на меня, как какой-то отморозок из-за угла. Вот тогда-то мой муж и отыгрался на мне. Развод не дал. Пригрозил, что придёт домой и повесится, если разведут. Я струсила, сломалась, отступила. Два года потом ревела в подушку.Это было неправильно. Уже потом подружки смеялись, ехидничали над ситуацией,  умные задним умом советовали подарить ему веревку и мыло. Но поезд уже ушел. Я к этому вопросу больше не возвращалась. Хотя в последующие годы нашей совместной жизни,а их было немало. ни разу с мужем в постели не  пересекалась. Скажи после этого, что я нормальный человек. Никто не скажет. Язык не повернется. И не скажешь про меня, что я холодная, как айсберг, в скором времени так оно и будет. Но пока была живой, я вообще-то пылкая натура. Ну не попадались мне мужики, ну что теперь. У меня  подружка есть, хвастается, на любого посмотрю, и он за  мной пойдёт.И, кстати, я наблюдала, так оно и есть. А я не смотрю ни на кого, и раньше не смотрела. Сначала намучалась, а потом  всё больше в землю глаза опускала. Но всё это не интересно. Это жизнь, которая у разных женщин всегда почти одинакова. Мы разные только в своей индивидуальности, если она есть. Часто и в этом у разных людей нет практически никаких различий. А у меня не просто различия, я вообще не похожа ни на кого, ни в быту, ни в увлечениях, ни в принципах, ни в суждениях, ни в образе жизни, да вообще ни в чем. Если меня не накормят, то я и не поем, не закидают шмотками, то я про них и не вспомню. Меня часто спрашивают, что ты делала, я отвечаю, ничего. Хотя частенько за весь день некогда глаза к небу поднять, и ложусь не  раньше двух ночи. Такой я феномен. Мир ничего не потеряет с моим уходом. Наоборот, вздохнёт с облегчением. Меньше народу, больше кислороду. Может потом еще допишу что-нибудь, если успею. А сейчас спать хочу. Почти два часа ночи.Кинушку еще посмотрю, а потом уже лягу! Пока!