1. Холодный утюг

Роза стояла на пороге новой жизни, даже не подозревая об этом. Карьерная лестница длиной в  десять лет резко надломилась и рухнула в одну секунду — когда она, юрист, отказалась заварить чай новому директору. Трудовую ей выдали быстрее, чем пятно кофе оставляет след на рубашке, коробку с нажитым имуществом она собрала еще минут за десять и вышла в 18.00 из офиса. Впереди были выходные, а за ними — Новогодние каникулы. «Ну и славно», — думала она, выходя за черные ворота на улицу, вдыхая холодный воздух свободы. Отдохну, увижу, как живут люди в свободное от работы время. Прокачаю свежий взгляд на мир и насмотренность. Узнать, что происходит за пределами маршрута «офис — Бутово».

Следующий день Роза провела в интернете, нырнув в него с головой, как Жак-Ив Кусто в океанские глубины. Она всплыла лишь поздним вечером, наглотавшись воды чужих успехов, с красными глазами и ощущением, что её жизнь — это черновик, который кто-то случайно скинул в корзину. Всю следующую неделю она скроллила ленту, читала о чужих триумфах, восхищалась и щедро раздавала лайки. Оказалось, что женщины вокруг не просто живут — они строят бизнес-империи на маркетплейсах, открывают салоны красоты и закрывают их с той же лёгкостью, с какой Роза когда-то открывала «Гарант», «KadrArbitr».

В один из дней, Роза стояла у плиты, жарила грибы, её мысли плавали в ароматном авторском соусе. Она медитировала над шипящем сотейником. И вдруг, где-то между кончиком носа и раскалённым металлом, материализовалось видение. Физически ничего не упало, но она отчётливо, до дрожи, увидела обложку книги: «Много раз успешные». Роза отпрянула от плиты, словно обожглась, но это было не пламя конфорки — это был огонь озарения.

Роза всегда любила читать о людях, которые добились в бизнесе высот. Особенно её восхищали женщины. Изучая рынок женских бизнес клубов, она наткнулась на сообщество с интригующим названием «LLL» — стопроцентный концентрат женского лидерства. Чем занимаются эти красивые, с бокалами «Апероля» в руках, излучающие энергию, замотивированные и увлечённые девушки, ей только предстояло узнать.

Первое мероприятие, на которое она была приглашена, было организовано на производстве Кати — хозяйки бренда спортивной одежды. Встреть Роза её на улице — никогда бы не подумала, что за этой хрупкой фигуркой с идеальным маникюром скрываются целые цеха, армия сотрудников и километры ниток. Катя рассказывала, кто она и как из пункта «наёмный сотрудник» оказалась в пункте «владелица успешного бизнеса». История была простой, и каждый мог её примерить на себя; было ощущение, что так может сделать любой.

Катя переехала в Москву с мужем, работая обычным инженером-проектировщиком. Подруг в чужом городе она искала вечерами — устроившись на вторую работу тренером в спортклуб. Где ещё тусоваться девчонкам, если муж не олигарх? Да, именно в спортивных клубах, между гантелями и беговыми дорожками.
В 2012-м рынок спортивной одежды был представлен монохромом: чёрными лосинами и белыми носками. Разница была только в размерах, никаких принтов. Бизнес жил в офлайне, до пандемии далеко, и люди общались глазами, а не через зум. А Кате нужна была яркая одежда, ведь каждый вечер за ней, как за лидером, тридцать девушек делали берпи, подскоки и качали пресс в погоне за идеальной фигурой, и она должна была сиять.

Однажды, листая интернет, Катя наткнулась на магазин, в котором продавали лосины с безумными принтами — жирафы, зебры, леопарды. Это было то, что ей нужно для работы, чтобы девчонки ещё интенсивней делали берпи и качали себе самый красивый пресс. Магазин был не в Москве, поэтому проблема была разрешена частично, но она уже знала, что сумасшедшей красоты спортивки всё-таки существуют. Она написала на email в магазин: «Какие красивые модели. Жаль, что вас нет в Москве». И вдруг, как гром среди ясного неба, пришёл ответ: «Готовы отдать вам Москву для развития». Через неделю Катя открыла точку на окраине столицы — прямо внутри мебельного салона, в котором работала её подруга, организовав примерочную в шкафу-купе, не оставив ни первую, ни вторую работы.

Офигеть! – подумала Роза. История Кати звучала как гимн. Как увертюра к чему-то великому. Роза закрыла глаза и попыталась представить себя на месте Кати: письмо в никуда, ответ, мебельный салон, примерочная в шкафу-купе.
— Нет, — прошептала Роза, открывая глаза. — Это не про меня. Три работы, двое детей — я бы померла на полпути к мебельному салону. Вдохновляться чужими триумфами легко, но этого недостаточно, чтобы быть готовой оказаться на месте триумфатора.

Роза вышла после встречи восхищённая и окрылённая мыслью: а почему действительно не написать книгу, которая будет о девушках из клуба? В конце концов, Форбс — не единственное место, где печатают истории успеха. Не нужно изобретать велосипед. Достаточно просто взять диктофон и пройтись по всему клубу. Сто женщин — сто историй. И все они настоящие.

Так она познакомилась с Олей. Оля написала ей всего несколько строчек: «Купила ателье, а там одна швея, которая пилит ногти. И я не умею гладить. Тебе такое для книги не пригодится?»
Роза перечитала письмо раз пять.
— Ну конечно, тысячу раз «да»! Это ведь моя история. Не про письма и офисы, а про то, как ты остаёшься одна с утюгом в субботу утром и не знаешь, что делать, но делаешь.

— Боже, разве так бывает? АААААА!!!!— прыгала Роза от радости.  - Спасибочки, Спасибочки, тебе! Вперед!
Она открыла телефон, написала: «Холодный утюг» и назначила встречу.

Прошло недели три после их первой встречи. Роза открывала дверь ателье, где в это время, Оля вооруженная  утюгом  и брюками вполне себе  профессиональна отпаривала   стрелки на  брюках.
-Привет!
-Привет, дорогая! Девушки обнялись  как  родные. -Ты  не пугайся, у меня сегодня  человек  заболел  и  я его заменяю. Вот брюки  клиент  принес.
— А я не с пустыми  руками, у меня  отполированная версия первой главы, — сказала Роза, садясь на стул. — Твоя история.

Оля улыбнулась:
— Любопытно. Первая глава про мужика в дорогих штанах?
— Первая глава, — поправила Роза, — про креативный подход и умение с  ориентироваться в новых жизненных обстоятельствах.
-Уже цепляет,  хочется  прочитать. Слушай, а ты, — спросила Оля, — сама не хочешь попробовать? Ну, ателье, бизнес, риск? Ты же юрист.
Роза покачала головой:
— Мой внутренний юрист шепчет в ухо, что мне не надо быть героиней твоей истории. Достаточно записывать опыт других и вести просветительскую деятельность — быть той, кто рассказывает такие истории. Снимай фартук, будешь читать.
— Хорошо, но пока я буду занята, поутюжь штаны, пжс, Роза.
— Конечно, — засмеялась Роза, беря утюг в свои юридические руки.
— Но в следующий раз будем встречаться в кафе, чтобы  утюг не перетягивал ничье внимание. Девушки засмеялись. Оля удобно расположилась на диване.
— Буду читать вслух, ок?
— Конечно, дорогая. Без ложной скромности скажу, пока писала главу, сама наслаждалась. Читай вслух.

"Холодный утюг.

Часть 1.

Оле было двадцать шесть. Чудесных, как ей казалось, двадцать шесть лет, ровно до пятницы 13 ноября, когда ей захотелось стать хозяйкой своего дела. Полтора года она проработала менеджером в ресторане при букмекерском клубе. Управляла чужими делами. Смотрела, как кто-то ставит на лошадей, проигрывает последние штаны и заказывает горькую. А у Оли всё было хорошо.

— Салон красоты, хочу!— сказала она себе в зеркало и зеркало согласилось. Красивый бизнес-план на салфетке из дорогого ресторана был готов. Доходность чистыми— триста тысяч ежемесячно. Место с высокой проходимостью. Клиентская база.
Менеджер в банке посмотрел на бизнес-план, на серьги Оли, прикинул их стоимость на глаз, потом на сумму кредита и подумал про себя
— Зачем нам ваш бизнес-план. Банк выдаёт деньги под залог наивности. А у вас её вагон.
— Вы, женщины, — сказал он, — точно знаете, чего хотите.  Поздравляем. Кредит упал на карту.

Оля улыбнулась. Она знала, что хотела салон, а купила ателье. Хозяйка ателье звучит ничем не хуже, чем хозяйка салона, а вложений меньше. Но это мелочи. Главное — своё.

И вот утром, после ночной смены в ресторане, поехала смотреть новые владения. Она представляла, как зайдет, а там — жужжат машинки, швеи кивают, клиентки в примерочных. Сплошная идиллия, в которой пахнет деньгами и счастьем.
Открыла дверь.
Зал был пуст. Швейные машинки не жужжали. В зале была одна швея. Одна! Она сидела в углу и пилила ногти.
— Доброе утро! А где все? — спросила Оля обведя взглядом пустое помещение.
— Уехали, — ответила швея.
— В смысле уехали?
— В смысле уехали. Прежняя хозяйка собрала персонал, клиентов и заказы. Всё увезла еще в понедельник. Оля моргнула. Ей показалось, что она ослышалась. Ночная смена отзывалась в висках глухим стуком. Швея собрала сумку, пакеты и двинулась к выходу:«Я вас ждала, ключи передать». На пороге она обернулась и добавила так, между прочим:
— Кстати, следующие два дня на приемке вы одна. Одна за всех.
— За всех?
— Ну да. За швею, закройщицу, администратора и за кассира, если вдруг кто заплатит.
— А вы? — спросила Оля осторожно.
— А я в выходные не работаю.

Оля осталась одна посреди пустого зала,с ощущением, что последнее весло с Титаника и то досталось не ей, а бобру. Она закрыла глаза на секунду, а потом резко открыла. Ателье никуда не делось. Постояв ещё минуту медленно сползла по стене и очень тихо, чтобы никто не слышал, сказала:
— Я же хотела салон красоты, челки стричь! Ну почему ателье?



Часть 2.

В десять утра субботы Оля вынужденно обратилась к Богу. Это единственный консультант, который был с ней на связи последние двадцать четыре часа и плата за его работу не требовала оформления еще одного кредита, достаточно было слез. 
-Боже, почему ты это допустил?  Боже молчал.  Она смотрела на пятьдесят бездушных квадратов ателье, за девятьсот тысяч рублей и думала, как хорошо бы она могла сейчас загулять на весь кредит. От залипательных мыслей о растрате, ей помог отвлечься звук удара ногой о дверь.

— Открывайте! Я опаздываю!
Оля подпрыгнула. На пороге стоял мужчина в дорогих брюках и с лицом человека, который привык, чтобы всё было сделано ещё вчера. Вместо поздороваться, вывалил на стол гору  — брюк, — и рявкнул:
— Подшить к одиннадцати. У меня планерка. Всё очень быстро.
Оля посмотрела на гору брюк. Потом на часы. Потом на свои руки, которые никогда в жизни не держали иголку профессиональнее, чем чтобы пришить пуговицу к пальто, и то криво.
В голове забилась тревожная мысль: «50 тысяч кредита. 50 тысяч аренды. Зарплата швее". Она даже успела подумать, что, если загуглить «как подшить брюки за 45 минут», гугл, скорее всего, вежливо пошлёт её куда подальше. 
— Слушайте, — сказала Оля голосом, в котором вибрировала надежда.
— У нас в выходные только приёмка. Готовое изделие — в понедельник. Так что вы оставьте, мы сошьём, и…
Она замолчала, потому что мужчина вдруг… не заорал. Не принялся топать ногами.
Он просто кивнул.
— Понедельник так понедельник.

Оля выдохнула. Выдохнула так, словно только что родила. Радость поползла по позвоночнику, растеклась по лопаткам, добралась до кончиков пальцев. Она даже улыбнулась. А потом посетитель сделал красивый  оборот вокруг  себя,  удобно  расположился в кресло добавив: «кофе  и  погладить брюки,  быстренько». 
Это был выстрел в спину. Настоящий, киношный, с крупным планом и медленной съёмкой падающего тела. В голове Оли пронеслось что-то из старого боевика — там как раз хорошего парня убивали именно так, с улыбкой и в упор.
— Погладить, — повторила Оля. Губы онемели.
— Ну да. Утюг же есть.
— Есть, — прошептала Оля.
Оля озиралась  по сторонам пытаясь понять, что  из  агрегатов вокруг  могло быть утюгом  или  функционально  близко ему по  духу. Параллельно Оля набирала швею «пожалуйста, возьми трубку», но на том конце вселенной никто не отвечал. Оля слышала как стучит кровь в висках.

— Понимаете, — заговорила она пытаясь, перекрикнуть звук в  голове осипшим голосом, открыв какой -то  шкаф с чудовищем.
-Девайс… то есть парогенератор… он плохо нагревается. Глажка может занять время. Много времени. Может, лучше вы в понедельник сразу поглаженные заберёте? Мужчина мечтательно уставился в телефон. Он был спокоен. Он был даже слишком спокоен. Таким спокойствием обладают только люди, которые уже всё решили и чей ответ не зависит от того, что сейчас скажет бедная хозяйка ателье.
— Девушка, — сказал он ласково и страшно.
— Выхода у вас нет. И у меня, кстати, тоже. Потому что без штанов я на планерку не пойду. А планерку никто не отменит. Так что вы уж как-нибудь.

И тут в Оле что-то щёлкнуло. Наконец-то включился инстинкт самосохранения.
Она достала что-то, что попалось ей в руки. Включила это что-то. Попробовала прикоснуться рукой — не греет. И начала гладить.Водила по брюкам, как художник по холсту — широкими, уверенными, абсолютно бессмысленными движениями. Она делала вид, что гладит. Виртуозно, артистично, проникновенно. Вошла в образ так глубоко, что сама почти поверила, что эти брюки сейчас станут идеально отутюженными.
Мужчина смотрел в телефон. Оля гладила холодом. Тишину нарушало только лёгкое шуршание ткани.

Через пятнадцать минут она остановилась, стряхнула брюки, как стряхивают скатерть после голодных гостей, и с лицом человека, который не готов обсуждать результаты своей работы, произнесла:
— Готово!
Мужчина взял брюки, подержал в руках, посмотрел на Олю. На его лице мелькнуло что-то — то ли уважение, то ли непонимание того, что только что произошло. Он надел холодные брюки из-под холодного утюга. Посмотрелся в зеркало.
— Ну, — сказал он. — Отлично. И ушёл. Время было 10:45.
Она закрыла дверь, прислонилась к косяку и сползла на пол - опять. В голове играл духовой оркестр. А где-то далеко, на уровне подсознания, зарождалась мысль, которую она прогоняла последние минуты:«Я это только что сделала. Холодным утюгом. И он не заметил! ААфигеть».
Уткнулась лицом в колени и беззвучно рассмеялась. Суббота только начиналась".
__________________________________