Знакомство с экипажем ПЛ

Шел второй день моего пребывания на ПЛ. Была суббота, команда занималась приборкой в отсеках. Мне дали кандейку - это металлическая банка из под пластин регенерации, наполнили  водой и ветошь. Сказали, что надо делать, да просто мыть и вытирать все, что в зоне ответственности команды радиотелеграфистов – а это половина второго отсека.

 А другая половина, принадлежала акустикам. В радиорубке находились наш старшина команды и командир отделения. Они занимались аппаратурой. А я, как самый молодой, наводил чистоту в вверенной зоне. Надо сказать, что за чистотой следили и старались ее соблюдать довольно строго.  Даже трюма нашей ПЛ, были покрашены белой эмалью, правда, преобладал цвет слоновки.
 
Мне пришлось быть на других ПЛ, что я там видел, лучше не рассказывать. Итак: я делаю приборку и вдруг  слышу, как кто-то напевает песню: «А я еду, а я еду за туманом и за запахом тайги».  Какой-то бес вселился в меня, и я решил подкорректировать эту песню: «А я еду, а я еду за деньгами, за туманом едут только дураки».

 И как только напевавший эту песню, сделал паузу, я напел свой вариант этой песни. В отсеке на мгновенье стало тихо, а потом раздался мощный голос: « Это кто там такой умный? А ну подойди ко мне!» Я вышел из-за радиорубки и подошел к сидевшему за столом. Передо мной сидел зрелый мужчина с голым торсом и что-то  писал в журнале.

«Ты кто?» - раздался его голос.

«А ты?» - ответил я.

«Немедленно позовите своего старшего!»- прорычал он.

Я подошел к радиорубке и позвал своего старшину команды.

«Там кто-то сидит полуголый и зовет вас» - говорю я старшине.
Мой старшина нехотя выходит из радиорубки и делает шаг в сторону кают-компании. Вдруг он замирает, поправляет форму и я слышу его голос: «Товарищ капитан третьего ранга, старшина  первой статьи такой-то прибыл по вашему приказанию!»

«Это кто?»- раздается рык сидящего.

«Это наш молодой матрос, только вчера прибыл к нам»- отвечает старшина.
« Подойдите ко мне!» - раздается голос этого человека, и он смотрит на меня.
Я подхожу и молча стою, не знаю, что еще делать или, что-то сказать.

«Я кто?» - спрашивает он и показывает на себя.

«Вы наш доктор» - отвечаю я.

«Кто, кто?- переспрашивает тот, при этом делая удивленное лицо и белея от услышанного.

«Наш доктор» - повторяю я.


Мой старшина стоит ни жив, не мертв от моего ответа.
 
« А почему вы так решили?» - раздается вопрос.

«Да потому, что это операционный стол, над ним светильник, как в операционной».

На ПЛ такого класса, в кают-компаниях, стол служил как обеденный, так и операционным, если была такая необходимость. Вот я и подумал, что это доктор.

«Старшина! Объясните своему молодому матросу, кто я есть такой!» - говорит сидящий за столом.

Старшина поворачивается ко мне и дрожащим голосом говорит: « Это старший помощник командира ПЛ, капитан третьего ранга такой-то!»

«Вам понятно?

«Так точно!» - отвечаю я. Вот так влип, да еще в первый свой день пребывания на ПЛ.

«А вдобавок за песню, еще и наряд на работу! Старшина! Даю вам три дня, что бы этот певец, выучил всех офицеров, их звания и должности!»

«Есть!»- отвечает мой старшина.

Старший помощник командира – это гроза всей команды, его боялись все. От него очень много зависило. Но, вскоре, благодаря моему усердию и хорошему знанию своего дела, отношение старпома ко мне, изменилось в лучшую сторону. А тот случай вспоминали со смехом и юмором.

И началось. Старшина таскал меня по отсекам и знакомил со всеми офицерами и мичманами. Память у меня была хорошая, и я быстро всех выучил и запомнил.

Через три дня, сам старпом принимал у меня этот экзамен. Я безошибочно назвал всех по званию и должности. Старпом был доволен, но наряд так и не отменил.

 Я отработал наряд по очистке гальюна. Так мне и надо. Я поплатился за свою дерзость. Это был единственный случай, когда меня наказали – больше  таких пролетов  у меня не было до конца моей службы на ПЛ.

Правда были еще залеты, но не на лодке.

После удачных ракетных стрельб, старпома перевели в Москву. Но, перед этим была еще одна история со старпомом и  об этом в следующем рассказе.