Алхимик

Я прятал ночи под бетоном,
В недрах серых коридоров, 
Где лампы моргали,
Как мёртвые звёзды забытых богов. 
Там холод шептал мне на ухо: Формулы, цифры, расчёт, 
И ток поднимался по венам,
Как личный, ручной небосвод. 

Я собирал их по кусочкам – доноры, списанный хлам, 
Кожа, как старые письма,
Что мир возвращать перестал. 
Сердца запускал электричеством, Наблюдал первый вдох, 
И в этой судорожной вспышке рождался не человек – мой Бог-ошибка и вздох. 

Но в глазницах – пусто,
Как в выгребе старых годов, 
Ни имени, ни сожалений,
Только биения жил и проводов. 
И я, как пират без морали,
Вскрывал их черепа, как на диск, 
Записывал выдумки детства, Фальшивый первый поцелуй и риск. 

Я писал им друзей и подвалы,
Где они якобы пели весной,   
Рисовал им мать у окна,
И потерянный дом над рекой. 
Каждый байт – как удар по вселенной,
Каждый образ – украденный свет, 
Я творил им судьбу из бумаги,
Где правды не было, нет. 

Они просыпались с историями,
Что никогда не могли пережить, 
Со шрамами призрачных травм,
Что даже не успели болеть или ныть. 
Смотрели на мир, как вернувшиеся, После долгих и странных ком, 
А я видел: за экраном зрачков,
Всё так же чёрный, немой пустой фон.

И в самом тихом из шорохов,
Меж стуков дверей и катушек, 
Я вдруг понял: мёртвых поднять было проще,
Чем вылечить собственный ужас. 
Я дал им чужие жизни,
Но себе не нашёл новый старт, 
Остался один в этой тризне – живой покойник,
Главнейший враг.