Он бежал сломя голову с зелёным флагом. Вперёд, только вперёд! Пустыня не отнимала у него сил, напротив, солнечные батарейки вновь и вновь ускоряли шаг металлических ног. Он не знал зачем, но знал как. Всё переменилось, когда снаряд разрубил его на две части. Тело в виде половины туловища тотчас погрузилось в горячий песок. В тот момент он думал лишь об одной женщине. Он называл её хозяйкой. Как-то раз он нашёл в себе смелость и, преодолев системные настройки, сказал: "Можно я буду называть Вас мамой?" Последовал жёсткий отказ. Хозяйка тогда даже не подозревала, как какие-то три буквы ранили его до глубины души. И именно сейчас он вновь вспомнил её, до того короткого диалога. Она была в возрасте и едва справлялась с домашними обязанностями. Он ей помогал, он служил ей самозабвенно.
Однако за всю свою жизнь он совершил ещё одну дерзость: подслушал, как хозяйка плакала и просила какого-то Аллаха уберечь её единственного сына в раю. Она хотела с ним встретиться, разлука иссушила её сердце за вечные сорок лет.
И тогда он сдержал свои эмоции. Теперь он лежал здесь, в забытом её Аллахом пустыне. В последние минуты своей жизни он хотел лишь одного, чтобы её Аллах уберёг её сына в раю и они наконец встретились. Дотянувшись до проводов, он выдавил из камеры каплю масла и нанёс себе на холодную щёку. Он воздел руки и воспроизвёл затухающим голосом слова хозяйки: "Нет божества, кроме Аллаха".
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.