2-9. Как правильно тонуть

 Вам представлен небольшой рассказик о каком-то этапе моей жизни.
Я назвал такие рассказики вспоминашками. В них всё правда.
Они относительно хронологичны и, соответственно, пронумерованы.
В принципе каждая вспоминашка имеет свой особый сюжет и имеет смысл сама по себе.
Но иногда в рассказе может быть что-то не совсем понятно, если вы не знакомы с предыдущими.
Всего имеется пять разделов:
1. 1956-1964. До школы. Школа № 10;
2. 1965-1973. Школа № 4. Школа № 2;
3. 1973-1977. Учёба в институте;
4. 1978-1980. Армия;
5. Школа. Институт (1980-1982).
   Стажировка (1982-1984).
   Аспирантура (1984-1987)
   Институт (1987-1994).
   Сибирь (1994-1999).
В названии вспоминашки первая цифра - номер раздела,
второе число - номер вспоминашки в разделе.
Пока общее число вспоминашек - 77.
---------------------------------------------------
         
        2-9. Как правильно тонуть,
                или
          Что такое крепдешин?

Итак, лето, каникулы, Ишим.  Наш склон около водокачки. Купаясь, мы любили играть в догонялки. Тут и наплаваешься и наныряешься вволю. Иногда мы переплывали через реку и загорали на другом берегу на небольшом песчаном пляжике, расположенном у самой воды напротив водокачки на повороте Ишима.
 
Как ни странно, но подобные пляжики обязаны своим происхождением тем же самым физическим процессам, которые вынуждают чаинки чая собираться в середине чашки при его размешивании. Об этом упоминал сам Альберт Эйнштейн в своём докладе, который он делал в 1926 году в Прусской Академии наук.
 
Но в то время нам были до лампочки и великий Альберт и Прусская Академия. О них мы не думали. Мы лежали на горячем песочке пузами вверх, загорали и наслаждались жизнью.

Когда мы плыли назад и были примерно на середине реки, Саня Логиновский предложил мне игру.
— Давай представим, что ты тонешь, — сказал он, — а мне надо тебя спасти. Как это сделать лучше?
— Давай, — сказал я и тут же начал тонуть, картинно пуская пузыри.
 
Он подплыл сзади, крепко взял меня за пояс и вытолкнул вверх. Он при этом, естественно, в полном соответствии с законом сохранения импульса, опустился под воду, но я, вылетев сантиметров на двадцать из воды, успел пару раз полноценно вдохнуть и набрать перед погружением в лёгкие воздух. Только я начал опять уходить под воду, как он опять подплыл сзади и повторил свои действия. Я опять вылетел наверх и глотнул воздуха. А так как он толкал меня не только вверх, но и немного к берегу, то раз за разом мы всё ближе и ближе к нему приближались. Наконец, я нащупал ногой землю и встал. Операция спасения была завершена и показала свою высокую эффективность.  На берегу мы отдохнули, а при следующем купании поменялись ролями. Как оказалось, этот навык спасения утопающего мне очень и очень поможет. Причём этим же летом.
 
Дело в том, что в это лето к нам в гости из Челябинска приехал мамин старший брат — дядя Ваня Канаев с семьёй. Я очень любил дядю Ваню. Он прошёл всю войну, участвовал в штурме Кенигсберга, был неоднократно ранен, имел большое количество орденов и медалей. Он мне рассказывал, что в Кенигсберге, когда наши солдаты (и он в их числе) захватывали укреплённые немецкие огневые точки, они реально находили прикованных к пулемётам фашистов.
 
С дядей Ваней приехала его жена – тётя Нина и двое детей – Ваня, которого все звали Ванёк (на год младше меня, и Света (младше меня на четыре года). Кстати, мне в то время, о котором я говорю, (а это был, по-моему, 1970-й год или около того) было 14 лет, и я перешёл в восьмой класс. У Канаевых была ещё старшая дочь – Люда, но она в этот год почему-то не приехала.
 
Лето, как я говорил, было жаркое, и всей роднёй мы поехали к нам на дачу. Взрослые что-то там делали на участке, потом сидели разговаривали в домике, а мы, как люди довольно серьёзные и ответственные, были предоставлены сами себе.
 
Мы попаслись на малине, параллельно обмениваясь информацией о школьных и дворовых делах и сравнивая обстановку в Петропавловске и Челябинске. Ванька слушать было интересно, потому что он жил в рабочем районе около знаменитого завода ЧТЗ (Челябинский тракторный завод), где работал дядя Ваня и где, как известно, делали в основном танки. Нравы у уральских ребят там были довольно суровые, и драки двор на двор или улица на улицу, по крайней мере по словам моего двоюродного брата, были обычным делом. Описывал он эти драки, надо сказать, довольно живописно. Потом малина нам надоела, и я предложил пойти искупаться.

Речка, а точнее старица под названием Каменка, была от дачи совсем рядом, метрах в пятидесяти. На небольшом глинистом пляже никого не было. Было жарко, но дул довольно сильный ветер. Сначала мы поплавали и поныряли около берега, когда ещё можно ногами достать дно. Я плавал неплохо, Ванёк утверждал, что он плавает хорошо, Света плавать ещё не умела. Но она довольно сносно и быстро передвигалась около берега, лупя ногами по воде и ухватившись руками за большой надувной мячик диаметром сантиметров тридцать, сделанный из какого-то тонкого пластика, на котором было нарисовано, по-моему, изображение Земли. Этакий примитивный надувной глобус.

  И тут то ли я, то ли Ванёк предложил сплавать на противоположный берег. Тут же то ли Ванёк, то ли я с восторгом принял это предложение. Глядя, как Света лихо плавает, держась за мяч, мы предложили ей плыть с нами. Дескать, мы будем рядом, не волнуйся. Она посмотрела на уверенные лица своих старших братьев и согласилась. Оставаться одной на этом берегу ей явно не хотелось.
 
И мы поплыли. Света, держась двумя руками за мяч, а мы — по бокам. Мы уверенно проплыли примерно две трети пути до противоположного берега, когда случилось непредвиденное. Света почему-то выпустила мяч из рук. Я уже упоминал, что ветер в этот день был довольно сильный, и мяч тут же унесло метра на два от нас. Света, не сказав ни слова, заглотив напоследок порцию воздуха, начала уходить под воду.
 
Потом я выяснил, что этот материал назывался «крепдешин». Платок на голове Светы был из этого самого крепдешина и, к счастью, крепко повязан на её голове. Когда я увидел этот яркий крепдешин, ушедший под воду сантиметров на десять, я схватился за него и за Светкины волосы и вытащил её голову на поверхность.  Поразительно, но никакой паники ни у Светы, ни у нас не возникло. В эти минуты даже опасений, что мы все втроём можем и не выплыть, никаких не было, по крайней мере у меня.
 
Я вспомнил наши ишимские упражнения с Саней Логиновским, и крикнул Ваньку, чтобы он делал так же, как я. Как только Светлана начала опять погружаться в воды Каменки, я подплыл к ней сзади и, взявшись за талию, выбросил её вверх и к берегу. Она, умница, правильно поняв задачу, не цеплялась за нас руками, не орала, а в секундном полёте набирала воздух. Только она начинала погружаться в воду, сзади к ней подплывал Ванёк, и делал то, что секундами раньше делал я. Так мы с ним и менялись, потихоньку подталкивая Свету всё ближе и ближе к берегу.  И вот — под ногами слегка глинистое, но твёрдое дно противоположного берега. Победа!

Я знал, что метрах в трёхстах-четырёхстах от того места, где мы тонули, есть небольшой мостик через Каменку. Ванька и Свету я отправил туда. Встретиться мы договорились на том пляже, где начиналось наше плавание.

 А я решил сплавать за мячом, унесённым ветром, и уже с ним вернуться на родной берег. Это оказалось гораздо сложней, чем спасать Светку.  Сил у меня уже практически не было. Я еле-еле добарахтался до мяча, который унесло метров на пятьдесят, обхватил его двумя руками и около минуты на нём отдыхал. Потом, бултыхая ногами по методу Светланы, я медленно поплыл к пляжу.
 
Выйдя на берег, я не смог пройти даже несколько шагов, ноги были, как деревянные. Я упал на утоптанный глинистый берег, и просто лежал. Ребят ещё не было. И только тут меня начала бить мелкая дрожь. Я стал представлять, что бы было, если бы мы не вытащили Светку. Но, к счастью, в это время подошли ребята, почему-то, надо сказать, в довольно хорошем и весёлом настроении. Они обсуждали порванный крепдешиновый платок, который нам, очень помог. Крепким материалом оказался этот самый крепдешин*.  Глядя на них, смеющихся и улыбающихся, полегчало и мне. Мы ещё немного посидели на берегу, решили ничего не говорить взрослым, и пошли на дачу пить горячий сладкий чай со свежей малиной.
 
Но через несколько дней Светка, не выдержав, проговорилась, и мама мне устроила довольно жёсткий выговор. Не могут, всё-таки, девчонки язык за зубами держать!

*  Крепдеши;н (фр. Cr;pe de Chine — китайский креп) — вид шёлковой креповой ткани с умеренным блеском, одна из самых распространённых шёлковых тканей в СССР начиная с 1952 года. Плотная, относительно тонкая ткань.
Изготовленный из чисто натуральных волокон шёлка материал в летний зной хорошо пропускает воздух. Используется для создания шалей, платков, расписанных красивыми узорами. Шарфы и платки из него, благодаря шероховатой структуре, хорошо держатся на плечах и голове.
                Материал из Википедии