Ты там, батя того. не грусти
Когда будучи сопливым и упрямым, смотрел на кукольные личики Битлов, думал, что это самые красивые ребята на свете. Прошло время. Я съел пуд соли, получил по соплям, сам кому - то ответил и неожиданно стал художником. Бывает и такое. А это ответственность. Несмотря на пьянки и блуд. Ведь художник может брать на божью миссию и пытаться создавать свои миры. Значит, это существо должно быть более внимательным к миру и окружающим. Правильно оценивать действительность и время. И, вот однажды, подняв буйную головушку от миски с оливье, осмотрелся и ужаснулся. Сытое время, стирает по настоящему красивые мужские лица, какие мы видим на фото своих близких и просто знакомых. В форме и орденах. Их уже почти нет. Прекрасных лик пап, и дядей. Танкиста дяди Пети и летчика дяди Вани. Взамен оставляя что – то среднее между мужчиной и женщиной. Судьба, как скульптор вылепливала на их лицах дороги, по которым им пришлось пройти. Делая очень выразительными и колоритными. Не вижу больше роковых ремарковских и хеменгуэлевских морщин. Таких глубоких глаз фронтовиков.
Погляди на моих бойцов,
Целый свет помнит их в лицо.
Вот застыл батальон в строю,
Снова старых друзей узнаю.
Хоть им нет двадцати пяти,
Трудный путь им пришлось пройти…. (слова из общедоступной песни )
И вот на что обратил внимание. Те, кто сражались за правое дело, лица несут благородный налет который даже с возрастом он не уходит. Таких лиц нет у предателей и тыловиков. Конечно же, до боли жаль, что война истребила, покалечила такое огромное количество лучших представителей человечества. Не пощадила она и моего отца. В тылу не отсиживался. Был под расстрелом. Честно воевал во фронтовой разведке, почти до самого конца войны. Его родная сестра и моя любимая тетка, также ушла добровольцем на фронт. В какой стране это видано, дети врагов народа, отбросив обиды, одели форму и честно сражались с самого начала мясорубки. Контуженного, искалеченного осколками с расшатанной нервной системой эта сука – война, выбросила его на гражданку. Тетку, лишила возможности материнства и также выплюнула на берег.
Удивительное поколение фронтовиков мое поколение успело застать в полной мере. Эти люди создавали неповторимые произведения. Писали книги, ставили замечательные фильмы. Играли роли. И многие зрители даже не знали, что этот непорядочный разухабистый симпатичный персонаж знаменитого фильма – бывший летчик. А тот клоун в цирке – бывший артиллерист.
И еще. Эти люди, как правило, имели четкие нравственно – моральные ориентиры. Война или ломает человека или вытаскивает все лучшее, что есть в нем. Меня до сих пор удивляет, что отец никогда не ругался матом. В отличии от меня и брата. Никогда не врал. Чего мы себе не могли позволить. Не воровал. Зато побухивал. И хорошо. Компанию составляли его годки - соседи. Некоторые были почти фронтовиками. Почти? Да, почти. Ведь вся наша жизнь, это рулетка. Как не банально это звучит. Кто – то сражается и погибает. Кто – то в тылу девок за зады хватает.
Одни рождаются с кучей болячек, другие розовенькими словно поросята.
Такова она сука – жизнь. Веселая и подлая. Когда мои сверстники, зажигали по общагам, я парился со своим пулеметом в Йемене. И за что, так до сих пор не понял. Говорят, кто на что учился? Может и так. Ладно, но я же потом отучился. Какая разница? Ну, да ладно. Мне пошло только на пользу. А мой товарищ подцепил болячку на всю оставшуюся жизнь.
Ну, да ладно. Все что не делается все к лучшему, захлебываясь сказал утопленник. Разговор не об этом.
Когда я смотрю, выуженный из архива один из наградных листков отца, то невольно сжимается горло. Чернила, живая рука командира, и тут же образ молодого отца. Неужели и тогда у него был такой суровый характер. Хотя, вряд ли. Он любил Есенина. Который после войны был запрещен. Ни, одним словом не похвалил Сталина. Любил застольные песни. А когда я с дуру, просил рассказать о войне, отворачивался и не мог сдержать слез.
Ты там, батя, того. Не грусти. Хотя, думаю там тебе не так уж и плохо. Лучше чем на земле.
Свидетельство о публикации №226050801549