Не запирайте вашу дверь... 6

- У нас говорят «бесполезен, как остывший кофе». Давайте я новый заварю, - предложила Ксения.
Надо взять небольшой тайм-аут, чтобы напомнить себе, что перед ней обычный вор. Пусть и безумно привлекательный – это ничего не меняет. Он хочет… или хотел… ее обокрасть. Но его рука, обхватившая чашку, его глаза, внимательно следившие за Ксенией – все сбивало с толку, и заставляло мечтать о вещах, увы, хоть и приятных, но совершенно несбыточных.
Поэтому, она подхватила джезву, обе чашки и удалилась на кухню.
Ишь ты, будетлянин, прах тебя побери! Забавно лепит. Неужели на месте сориентировался? Или у него в запасе имеется несколько вариантов историй, в зависимости от развития событий? Правда, машина, которая его привезла, и правда необычная…
Так что ж делать-то? Может, все-таки выставить его за дверь? Немыслимо. Но почему?..
«Потому что я не хочу, - честно призналась себе Ксения. - Потому что он мне очень нравится. И мне интересно, какую сказку он расскажет дальше».
Девушка вернулась в комнату, разлила кофе по чашкам. Майкл поднял бокал с вином.
- Я предлагаю выпить за Любовь. Настоящую, чистую, не зависящую ни от каких внешних обязательств.
«Сделать еще глоточек? Совсем маленький… Ох, и дура, ты, Ксюха…»
- Да пейте! Или вы против такой любви?
- Я же говорю, что-то у меня не идет сегодня, - Ксения поспешно поставила бокал на столик. У нее снова закружилась голова. Более того: едва она разжала пальцы, как бокал взвился под потолок, сделал круг под люстрой и спикировал прямо к ее губам.
- Пейте! – раздался повелительный голос.
- Не хочу, - пролепетала Ксения, отпихивая бокал и закрывая рот ладонью. Диван, на котором она сидела, вдруг оторвался от пола и, покачиваясь, поплыл к окну.
Как же он не опрокидывается? Такого просто быть не может. Значит, сейчас грохнется. Кофе! Быстрее – кофе! Ох, какой горячий…
Разгневанный диван задрожал, норовя ее сбросить.
- Что с вами? Вы глушите кофе, как водку!
Ксения поставила опустевшую чашку на столик. Майкл отпустил ее плечо, и вернулся на свое кресло.
- Сама не знаю, переутомление, наверное, - нашлась Ксения. – Вы тоже пейте кофе, а то опять остынет. Так что там у нас с любовью? На доступном примере?
- Практически это выглядит так, - по губам Майкл скользнула усмешка. – Мужчина, решивший вступить в брак, сдает на расшифровку генотипа крошечный кусочек своей кожи. То же самое делают пожелавшие выйти замуж девушки. После чего гипертранспьютер высчитывает наиболее благоприятные варианты. И вот, в каком-нибудь живописном месте, в горах или на берегу моря, начинается Мистерия Любви. 50-70 мужчин и женщин проводят вместе полтора-два месяца. Устраивают всевозможные соревнования, конкурсы, танцы, викторины, диспуты, отправляются в этот… как его? Ну, когда всякие искусственные трудности на лоне природы?
- Туристический поход, - подсказала Ксения. – И что же, этих двух месяцев хватает?
- Вполне. Уже через неделю первые пары уезжают – строить новую жизнь, растить детей…
- Погодите! – остановила Ксения своего гостя. – Я все еще не совсем поняла, какая связь между генотипом и любовью.
- Прямая, - Майкл устроился в кресле поудобнее и скользнул взглядом по лицу девушки. – Я говорил, что любовь – это благоприятное для потомства сочетание генотипов плюс - духовное родство. Для выявления и того и другого бывает достаточно одного-единственного взгляда.
- Но кто же решает, благоприятное это сочетание или нет? – не сдавалась Ксения.
- Черт возьми! – он сделал нетерпеливый жест рукой. - Да Природа, Природа-мать сама и определяет! Развитие и процветание вида хомо сапиенс – в этом смысл и суть полового инстинкта.
Глаза мужчины горели, он явно увлекся разговором, и Ксения подумала: похоже, он сам верит в то, что говорит. Или не просто верит, а рассказывает то, что есть? Но тогда…
”То есть, ты готова согласиться с тем, что он с другой планеты?” – ехидно спросила она саму себя. А вслух сказала:
- А если мои интересы, как личности, не совпадают с инстинктивными наклонностями меня же, как биологической особи? Если я не захочу стать рабом инстинкта и этого вашего… супер-арифмометра? Вы же умудрились все, все запрограммировать! Никакой свободы!
Ксения и сама не заметила, как начала спорить всерьез, словно сидящий перед ней мужчина и впрямь был из другого мира.
- Не захотите стать рабой Любви? – Майкл прищурился, как показалось Ксении, немного презрительно. – Что ж, вас никто не станет заставлять. Будете жить, как сочтете нужным. А если уж говорить о свободе… Представьте, полсотни мужчин, для каждого из которых Вы – Джульетта, Офелия и Клеопатра, а каждый из них для вас - Ромео, князь Балконский и…
- Бред Питт, - подсказала Ксения.
- Вот-вот, и все трое – в одном лице. Разве выбор мал? Наоборот, глаза разбегаются. И личности – на любой вкус. Профессии, кстати, тоже. Кому – космонавт, кому - повар.
- Поваров на всех, конечно, не хватает, - Ксения хотела произнести это с издевкой, но вышло почти с завистью.
- Да, - совершенно серьезно согласился Майкл. – Быть изобретателем блюд у нас очень престижно. Труднее всего космонавтам: не каждая девушка мечтает полететь на Марс или годами ждать возвращения любимого. Но, в конце концов, все находят себе пару.
- Так уж и все. А дурнушек вы куда подевали?
- Да не бывает абсолютных дурнушек, - пожал плечами ночной гость. – Тем более, у нас. Для каждой девушки Гименей в состоянии подобрать десятки мужчин, для каждого из которых она будет кинозвездой. И они для нее, уж будьте уверены, тоже. Только у вас эти люди, даже если и живут в одном городе, могут никогда не познакомиться, а у нас – встретятся обязательно.
- И что же, не бывает неразделенной любви, ревности, соперничества? – недоверчиво спросила Ксения.
- Отчего же? Всякое случается - и ревность, и слезы. Только нет в них безысходности, понимаете? Не нашедшие свое счастье кандидаты через некоторое время участвуют в новой Мистерии. Редко-редко кому нужна третья попытка.
- Интересно… А как насчет разводов?
- Есть у нас и разводы. 2-3 на тысячу пар. У вас, кажется, все с точностью до наоборот? – иронично поинтересовался Майкл. – И уж конечно, у нас разводы случаются не из-за сексуальной несовместимости, как, опять-таки, частенько бывает у вас.
Ксения прищурилась:
- Забавно. А «будетляне», насколько я понимаю, от слова будет?
- Да, этот термин придумал некто Хлебников, давным-давно, еще в ваше время.
- И экипаж, на котором вы приехали, не автомобиль, а «хроно»?
- Да, - твердо сказал Майкл. – Хотя вы и не должны были бы об этом знать.
- Конечно, - кивнула Ксения. – И вы можете чем-либо доказать… все, о чем сейчас рассказали?
- Нет. Ни одного материального предмета, не соответствующему вашему уровню, я естественно взять с собой не смог.
- А сами?
- При малейшей попытке нарушить равновесие вашего мира, мой визит будет немедленно пресечен. С очень неприятными для меня последствиями, - подумав, добавил он. – Кажется, вид диалога, который мы сейчас ведем, называется допрос?
- Не совсем. Но согласитесь, трудно поверить в чудо, когда ничего необычного… Впрочем, красота – редчайшее из чудес. Еще один вопрос можно?
- Задавайте, - устало улыбнулся мужчина.
- Зачем вы здесь?
Майкл смутился.
- Ничего-то вы не поняли, - сказал он с досадой. – Вам надо все обозначить словами? А сердце вам ничего не говорит? То самое, которое одно лишь зорко?
- Нет, - твердо ответила Ксения, хотя ее сердце колотилось, как сумасшедшее. – В нашем времени все принято обозначать словами. Правдивыми или лживыми, но обозначать. А сердце… Оно так часто стремится быть обманутым… - голос девушки дрогнул. – Итак, зачем?
Мужчина выпрямился и посмотрел Ксении прямо в глаза.
- Моя суженая – ты.