Без трусов

В юности Лиза ходила на свидания со всеми, кто позовёт.

В её семье было две легенды. Первая — про маму Лизы, которая выбирала мужа так долго, что всех разобрали. И остался только Лизин отец — не пришей собаке хвост. И брак их был полной катастрофой. Они развелись, когда Лизе было десять. И мать больше не вышла замуж.

«Я выбрала быть матерью», — говорила ей мама с трагической ноткой в голосе.

И Лизе было стыдно быть причиной материнского несчастья. А мать Лизина определённо была несчастна.

И вторая легенда — про тётю Катю, чьё первое свидание было катастрофой. Парень опоздал, потом от переживаний напился так, что тёте Кате пришлось тащить его к себе, потому что она не могла его бросить. Они с дядей Борей поженились через полгода после этого неудачного свидания. И тётя Катя по-прежнему тащила на себе всё. Дядя Боря преимущественно лежал на диване и давал советы.

Лизу учили быть воспитанной. И не перебирать слишком долго.

«Останешься старой девой, — предрекала мать. — Потом локотки не укусишь».

Лиза ходила. Старалась. Надевала каблуки и платья, накручивала волосы, мало ела и улыбалась.

Вышла замуж. Жили несчастливо. Но Лиза всем, а в первую очередь себе, говорила, что счастливо. Она верила в силу позитива и много улыбалась. Даже когда хотелось плакать.

А потом она не узнала себя в зеркале. Оттуда смотрела грустная тётя с тоской в глазах.

«Я словно на похоронах, — подумала Лиза. — И уже несколько лет».

Она подала на развод. Никто не понял. Все говорили, что нужно к тарологу, или психологу, или даже родить ещё одного.

Лиза выдохлась. Она превратилась в свою тётю — ту, которая тянет. А муж сидит в санях, подгоняет и жалуется.

Они переехали с дочерью в съёмную квартиру. Дочь моментально сориентировалась и выбила из отца новый айфон.

Муж верил, что это просто бзик у Лизы — кризис среднего возраста.

«Перебесится», — обещал он тёще, Лизиной матери.

И вот через год она на первом свидании. На ней утягивающие трусы — она дышит с трудом. Красная помада. Взгляд затравленный.

Он красивый. В её вкусе.

Она слушает. Он говорит о свободе, о сексе без обязательств, о других женщинах, которые всё понимают. Лиза терпит, слушает, кивает. Трусы впиваются ей везде. Его парфюм ужасен — напоминает освежитель воздуха ещё советских времён.

Её спутник предлагает ехать к нему.

Она говорит: «Подожди». Идёт в туалет, снимает ужасные трусы и выкидывает их в мусор. Стирает красную помаду и достаёт любимый блеск для губ.

Выходит через второй выход. Едет в любимый ресторан «Восемь» около дома — место её силы. Заказывает тарелку спагетти с пармезаном и мидиями и бутылку дешёвого вина.

Сидит, пьёт. Налила себе на донышко. Приносят ароматные спагетти.

«Какой кайф», — думает она.

Сосед тоже сидит один. Спрашивает:

— Вы часто пьёте в одиночку?

Она смотрит на него.

— Я ещё и без трусов.

Видит его обалдевшее лицо. И смеётся.

И впервые за год чувствует себя счастливой.