Швеллер, Лезвие и Кукушка

Солнце в Калитве не просто светило — оно пекло, как раскалённая сковорода, на которой забыли выключить газ. Воздух над болотной низиной дрожал, превращаясь в липкий кисель из сырости и жары. Деревянные мостки, перекинутые через тёмную, пузырящуюся воду, скрипели под ногами, а старые фонари на покосившихся столбах мигали, словно подмигивая кому-то невидимому.

На центральной площади, где кривые окна домов смотрели друг на друга с подозрением, собралась толпа. Зрители-гоблины шумели, толкались локтями и жевали что-то хрустящее. В центре внимания стояла импровизированная сцена клуба «Юный техник».

— Внимание! Внимание! — провозгласил Яков Щука, поправляя свои огромные круглые очки, которые сползали на самый кончик носа. Его зелёный хохолок торчал вверх, как антенна, ловя сигналы вдохновения. На нём была яркая рубаха в цветочек, а синие рыбацкие ботинки уверенно топтали пыль. — Сегодня мы решим проблему века! Как укрепить шаткие перила моста, не потратив ни копейки?

Из толпы вышел Фунтик. Он был круглым, как колобок, в красной футболке, которая трещала по швам, и коричневых шортах. На голове красовалась тюбетейка, сдвинутая на затылок. В руках он сжимал полупустой пакет с чипсами.

— Яков, — пробасил Фунтик, отправляя в рот очередную чипсину. — Может, просто купим верёвку? Или скотч? У меня есть скотч. И ещё чипсы хочешь?

— Скотч — это для слабаков, Фунтик! — возразил Яков, театрально разводя руками. — Нам нужна инженерная мысль! Нам нужна... термоусадочная ПЭТ-лента собственного производства!

Толпа загудела. Кто-то засвистел, кто-то начал аплодировать.

Из задних рядов, протискиваясь сквозь гоблинов, появился Мокряк. Высокий, худой, как жердь, с вытянутой головой, он улыбался во весь рот, демонстрируя редкие зубы. На нём висел грязный, порванный серый медицинский халат, из-под которого виднелись клетчатые трусы. В руке он держал большую лупу.

— Сырость... отличная проводимость... — забормотал Мокряк, разглядывая через лупу ржавый болт на конструкции часов с кукушкой, которые возвышались над площадью. — Кукушка скоро вылетит. Время близко.

— Мокряк, не отвлекай! — крикнул Яков. — Друзья, смотрите сюда!

Яков подбежал к верстаку, где в тисках был зажат самодельный механизм.

— Это — «Бутылкорез-Модель-1»! — объявил он. — С его помощью мы превратим обычный мусор в сверхпрочный крепёжный материал.

Фунтик подошёл ближе, перестав жевать.
— И как эта штука работает? Она кусается?

— Нет, она режет! — объяснил Яков, постукивая пальцем по металлическому швеллеру. — Смотрите внимательно. Мы взяли швеллер длиной двадцать пять сантиметров. Я отпилил его ножовкой, а края зачистил напильником, чтобы никто не порезался. Вот здесь, — он показал на грани, — я разметил отверстие для лезвия от канцелярского ножа.

Мокряк поднёс лупу к механизму.
— Лезвие... острое... угол заточки... превосходно. Но почему три пропила?

— Отличный вопрос, Мокряк! — обрадовался Яков. — Чем меньше глубина пропила, тем уже лента. А нам нужны разные толщины! Поэтому я сделал три варианта. Видите эти шурупы? Они держат лезвие. А вот эта шпилька — наша направляющая.

Яков взял обычную пластиковую бутылку из-под лимонада.
— Сначала, — он демонстративно отрезал ножницами дно бутылки, стараясь сделать край максимально ровным, — мы убираем дно. Затем надеваем бутылку на шпильку.

Он вставил край бутылки в прорезь на швеллере.
— А теперь — магия вращения!

Яков начал крутить бутылку на себя. Пластик с лёгким шипением начал превращаться в длинную, тонкую ленту, которая спиралью сваливалась в корзину.

Гоблины ахнули.
— Ого! — воскликнул Фунтик. — Из мусора — верёвка! Это же почти бесплатно!

— Почти, — усмехнулся Яков. — Теперь самое главное. Проверка на прочность.

Он взял несколько петель полученной ленты и набросил их на деревянные ножки старого стула, стоявшего рядом.
— сильно не затягиваем, — предупредил он. — Соединение станет крепче при нагревании.

Яков достал строительный фен (который чудесным образом оказался в кармане его рыбацких ботинок) и направил струю горячего воздуха на ленту. Пластик сжался, плотно обхватив дерево. Стул перестал шататься.

— Готово! — торжественно объявил Яков. — Теперь мы можем укрепить все мосты в Калитве!

В этот момент Башенные часы громко пробили полдень. Дверца открылась, и механическая кукушка выскочила наружу, но вместо привычного «ку-ку» она издала звук, похожий на чихание огромного паука.

Все замерли.

Над площадью, покачиваясь на невидимых нитях, спустился огромный Паук-Высотник. Его мохнатые лапы были толщиной с бревно, а глаза блестели, как чёрные пуговицы. Следом за ним, жужжа, как маленькие вертолёты, появились Болотные Комары размером с воробья.

Толпа гоблинов завизжала и попятилась. Фунтик уронил пакет с чипсами. Мокряк же, напротив, приблизился к пауку, разглядывая его через лупу.

— Интересная текстура... — пробормотал он. — Хитиновый покров... Влажность...

Паук навис над Яковом.
— Что это за шум? — прогремел голос Паука, звучащий как скрип старых дверей. — Вы мешаете мне плести сети для комаров.

Яков, несмотря на дрожь в коленках, шагнул вперёд.
— Уважаемый Паук-Высотник! Мы не шумим, мы творим! Мы делаем город безопаснее. Посмотрите!

Он указал на укрепленный стул.
— Эта лента выдержит вес даже такого гиганта, как вы. Хотите, мы укрепим ваши сети? Они станут незаметными и прочными!

Паук прищурил один из своих восьми глаз.
— Незаметными? Мои сети должны быть страшными.

— Страшными, но эффективными! — вмешался Мокряк, улыбаясь своей странной улыбкой. — Если сеть порвётся, комар улетит. Если сеть из ПЭТ-ленты... комар останется навсегда. Как музейный экспонат.

Паук задумался. Он потрогал лапой ленту на стуле.
— Хм. Прочно. И пахнет... пластиком. Мне нравится запах пластика.

— Тогда договорились! — сказал Яков. — Мы поставляем ленту, вы обеспечиваете безопасность мостов от комаров.

Фунтик поднял свой пакет с чипсами и протянул его Пауку.
— Хочешь чипсинку? Для заключения сделки?

Паук осторожно взял крошечную чипсину двумя лапами и отправил её в пасть.
— Хрустит. Принимаю условия.

Толпа гоблинов взорвалась аплодисментами. Солнце продолжало палить, сырость поднималась от болот, но в Калитве стало немного светлее. Юные изобретатели знали: даже самую страшную проблему можно решить, если иметь под рукой швеллер, лезвие и немного фантазии.

А Мокряк тем временем уже измерял лупой толщину паутины, бормоча себе под нос:
— Надо добавить ещё один пропил... для микро-ленты...