Просветление

Ехал велосипедист на велосипеде. Он был буддистом, и он осознал свое единство с велосипедом. Он ощущал как седло под ним вибрирует ходом велосипеда, равномерно крутя педали. Он был един и с педалями, ощущая их движение, оборот вокруг оси на каждой педали. Чувствовал как мышцы ног напрягаются, совершая нажим на каждую. Он чувствовал движение велосипеда, как будто слит с ним в одно, он был рулем, и всем сразу, всем велосипедом... Он так глубоко увлекся этим моментом просветления своего, что не заметил кочки, колесо дрогнуло (а он был и им тоже), что-то в движении соскользнуло — в его ощущении — и весь велосипед грохнулся на ходу на землю, а человека вынесло с седла, ничком он оказался на животе. Инсайт в его голове продолжал делать свое дело, и он ощутил единство свое с земной поверхностью. Он подумал еще. Единство должно быть полнее. И он ощутил единство со всей землей. Со всей планетой. Его так потрясло это ощущение, что человек тихо заплакал. Это было невообразимое чувство! То что он только что ощущал свое единство с велосипедом, а теперь нет — он уже не вспоминал. Тут завыл ветер, внезапно его подхватил взявшийся из ниоткуда смерч, и поднял выше облаков. Теперь он снова ощущал единство. И понимал, что падать вниз — страшно. Он был един в своем ощущении вечности.

Когда он падал ветер бил в лицо, руки призрачно хватали землю, ор рвался из глотки. Смерч вынес его к океану, он падал в океан. «Я расшибусь о воду, — лихорадочно думал, хватая воздух растопыренными пальцами, — мне не выжить». На пальцах ощутилось что-то. Это был руль велосипеда, призрачный руль велосипеда. Он снова стал един с велосипедом, хотя уже не было проселочной дороги, был только ветер и падение в смерть. Его подхватило что-то, что-то жесткое и острое в ребра, стиснуло бока. Тяжелый взмах великанских крыльев, концы которых увидел со сторон. Неведомая птица опустила его на песок пляжа, и взмыла в небо. Теперь он был един со своей жизнью...

Проснулся. Сон догонял все утро. Мешал завтракать спокойно. Капающая вода из крана раздражала. Давно надо было починить... Старый велосипед на стене, на котором уже давно не ездил, напомнил сон. Пнул кота, запутавшегося в ногах: «брысь!» — истерично и даже визгливо. Сон долго не выходил из головы, возвращался. Мешал засыпать ночью. Будоражил. Во сне он был богом. Так казалось, ощущалось. Там в небе. Богом.

И когда в ночи падала случайно замеченная звезда, он смеялся. Постепенно наваждение сна прошло, он стал просто собой.