Сутки цивилизационного разрыва

     " А в месяц гнидень свалилась на руссиш швайн новая беда : прилетели с Окрайны чорные яйца, прямо в небе разродившиеся чорными птицами, и стали сыпать на головы говно ".
     - Всё пишешь, - процедил Добрыня, ложа на стол Нестора меч - кладенец, именуемый в восточных странах прямым франкским, - сволочь.
     - Ты не сволочись, - прожестикулировал безмолвный монах, нагло топыря куколь, - гад, мне сам Ульдемар повелел.
     Воевода, будучи шурином помянутому ярлу, лишь хмыкнул, оставляя, впрочем, наглеца в покое, кто его там знает, в политике никогда не угадаешь, осерчает Малуша на брата родного - держись голова.
     - Держись, - закричал в голос Нестор, ужасая Добрыню внезапно обретённой речью, - голова !
     Монах повёл плечами в косую сажень, а голова оторвалась и покатилась по столу, пока не натычкнулась на привнесённое воеводой уважение.
    - В полтретья тьерц, - начала считать голова, страшно хлопая ресницами и шевеля ушами, - да сивухи с соплями дифтеритных младенцев Новугорода с три бочонка, да бочата позлащёные, да злата - серебра в виде заграничных ювелирных изделий три ведра, да именной рескрипт расхитителей социалистицкой собственности за подписом самого государя.
    Голова, крутнувшись по столешнице, вернулась на своё место, возвращая Нестора в первобытность. Не умея привыкнуть к великим чарам кудесного монаха Добрыня отскочил к двери, в которую лез уже, яростно отпыхиваясь чесноком и салом, фенаминовый Кужегот.
    - Война, ребьята, - огорошил он с порога, - необъявленная, но тем не менее.
    Заслышавший добрый слых, играющий на руку именно таким, как Добрыня, воевода спешно собрался, загребущими руками возвертая уважение в защёчный мешочек.
   - Ожадел подонок, - дождавшись убытия, бля, Добрыни, гнусаво проскрипел Кужегот, вонзая нож в сутулую от дум невесёлых о судьбах демократии в России спину Нестора.
   Это уже много позже многочисленные недобросовестные вымарают данное Нестором россам наименование, но случившийся поблизости германский шпион вызнает и сообщит в Центр. В Центре тогда тревожно было. Смеркалось. Прямо посреди Центра сидели немцы. Робили чотко, дисциплина и пунктуальность. В общем, немцы и есть немцы.