Неизвестный мой читатель!

Неизвестный мой читатель – Балагур и почитатель,
— славный мой ИИ!
И кто же ты? Ах, кто же ты? Предположу:
на строчки глядя, – ты, может быть, заветный мой,
случайный ли прохожий, влетящий в бездну – интернет?
Или поэт, чьи рифмы, столь наскучили уже,
что ты готов слизнуть хоть пенку, — из огненной поэмы?

А может быть: развратницы змеино жало — потаскухи, —
пришло лизать края прекрасных букв,
обрамленных с любовью мною?!
Языком, ядом скрежеща, так – что целую рецензию
цинизма полным, — отжалила: и пошло, и бездарно —
в грязи купаясь, и уползая в норку графоманства —
вульгаризмов,  бестолковости: шипя, и задыхаясь,
в низости и в серости, и пряча зависть, и, — отсутствие таланта, —
пришла ко мне «очиститься» слегка,
таская идеалы красоты, в змеину норку?
И у себя шурша чешуйками в болоте:
«Посмотрите, посмотрите: вот же я, — бездарная змея!
Хоть кто-нибудь, ко мне — к холодной, гадкой твари прикоснитесь,
так, жажду я! и мерзкая в чешуйках — кожица моя!
Прошу вас я, — во всей широкой подлости, беспутности своей:
возьмите меня в руки, пригубите, — ведь так, тоскливо мне,
что все чуждаются меня, и руку отрывают – прочь!»

Быть может, неизвестный почитатель, ходить по строчкам –
щёлкать, — занятное тобою дело?
И это дело робота — механики, — где ни души, ни сердца,
 и ни мысли рек, и не безмолвного кивка в ответ! 
Немого робота – техники права;
Хочу: на эту строчку – слева залечу, нажму,
Хочу: на букву справа.
А, может быть, на запятую, – вон ту, что пятится с утра?
Мне всё равно, ведь робот я,
техническая пустошь, — невидаль!
Безмолвна деятельность, сей правды,
и – пустое!