Как прекрасен этот мир!

                Гл. 14 из книги «Тропинки первой любви»

И вот, наконец, окончен восьмой класс в Пихтовке. Идём домой. Радуюсь предстоящей встрече с Ниной Суворовой и всеми Вдовинскими друзьями. Немножко досадно, что у меня теперь две тройки по окончании восьмого класса. А ведь был отличником! Решаю про себя, что девятый-то класс обязательно закончу без троек. Тяжело было привыкать  к новым  учителям и новой школе. На летние каникулы во Вдовино  и близлежащие посёлки собрались идти большой компанией – человек пятнадцать. На душе весело: окончена школа, впереди каникулы! Идём по лесной дороге гурьбой, разговоры, смех, шутки. День прекрасный, тепло, солнечно. Клейкие зелёные листочки веток наклоняются к самой дороге, цветёт черёмуха. Её дурманящий запах тревожит, веселит, будоражит душу. Дорога тяжёлая, грязь непролазная, вода по обе стороны дороги в канавах.

В это время года не ходят ни подводы, ни редкие машины – вода, ямы на дороге  в полметра. Тысячи лягушек непрерывно квакают в канавах и лесу, стоящем в воде по колено. Воздух наполнен весенним теплом, запахами многочисленных цветов. Полыхает море жёлтых, красных, оранжевых огоньков (по-сибирски цветы называют жарки) на обочинах, в лесу, на кочках – везде! Девчонки понаделали  венков, и они красиво смотрятся на их прелестных головках. Мы заигрываем с девчонками, гоняемся друг за другом, плескаемся тёплой водой. Впереди пятьдесят километров, но мы не бережём силы, усталость не чувствуется. Молодость!

Километров через двадцать решили пообедать. Так как кругом грязь, мы, наконец, дошли  до мостика через какую-то речушку и уселись на сухие брёвна. Кто бы ожидал, что может  случиться такое! Этот мостик спас нам жизнь! Выгрузили на общий стол каждый своё: холодную картошку в «мундирах», яйца вкрутую, хлеб. Не думая о последствиях, запиваем водой прямо из болот. И вдруг разговоры, смех, шутки смолкают – недалеко от нас из лесу вышло два лося! Величественно и гордо  посмотрели  на нас, и вдруг один сохатый  фыркнул, наклонил свои огромные рога к земле и двинулся к нам. Девчонки завизжали, побросали остатки провизии и полезли под мост. Это только разозлило самца! Он уже побежал  на нас. Тут и всех мальчишек, как ветром сдуло! Мы все еле поместились под низеньким мостиком. Лось быстро очутился рядом. Мы через щели в брёвнах видели  его налитые кровью злые глаза. Он, как нам показалось, удивлённо смотрел, куда делась эта шумная кампания? Постоял на мосту, тяжело дыша, топнул своими огромными «лаптями» и пошёл тихо к своей самке. Сохатые сразу же опять скрылись в лесу. Мы же сидели под мостом с полчаса и  всё боялись, что лоси вернутся. Вылезли все мокрые, грязные, настроение было испорчено. Девчонки начали застирываться, сушиться.
 Постепенно все пришли в себя и даже начали хохотать друг над другом. Пирогов, смеясь,  говорит:
    - Откуда они взялись? А друг-то мой  Муковкин: в грязи лежал, как поросёнок и не шевелился!
    - Ой! Да ты сам, как лягушка, в воде наполовину был!
    - А Вовка  Жигульский  под самые брёвна забился, как мышь в норке!
Опасливо отошли от моста только через час, полтора. Каждый в руку взял по сухой палке – отбиваться от лосей, если опять нападут.

Пришли во Вдовино  затемно. Мама вдруг заявляет с порога:
    - Дети! Мы переезжаем на Кавказ. Мои родные бабушки Оля и Фрося прислали письмо. Просят слёзно переехать к ним – со здоровьем у них стало плохо. У них свой дом в Кисловодске.
- Мама! Кавказ – это же далеко! А когда переезжаем?
- Вот за лето продадим дом и всю живность – так и поедем. Наверное, учиться в Пихтовке вы больше не будете.
Это известие ошеломляет нас! Мысли лихорадочно теснятся в моей голове:

- «Кавказ. Что за край? Как мы там устроимся? Придётся бросать всех друзей? А Нина Суворова останется здесь? Я же каждый день думаю о ней. Там же буду страдать за ней! А, может, и они будут уезжать куда-нибудь? Ведь в последнее время люди валом уезжают из Сибири. Что-то здесь творится невероятное».

Встретился с Ниной. Рассказал ей о нашем предстоящем переезде. Она расстроилась:
- «Нет, Коля. Мы пока никуда не собираемся ехать отсюда. Вот я окончу техникум, тогда может. У нас тоже родственники живут где-то рядом с Кавказом – в городе Ейске. Также маму зовут к себе».

Как бы чувствуя скорое расставание, стали встречаться с Ниной почти ежедневно. Иногда и она приходила вечером после работы к нам. Мама с отчимом со скрипом продавали немудрящую мебель, сепаратор, курей и гусей, поросёнка. На дом и корову пока не находился покупатель. Мы же с Шуркой продолжали следить за огородом: пололи и окучивали картошку, поливали грядки и огурцы.

Вспоминаю один летний вечер. К нам пришла Нина Суворова – помогает поливать две громадные  навозные  гряды, на которых выращивали огурцы. Мы с Шуркой на коромыслах таскаем с реки воду, а Нина поливает из лейки огурцы и помидоры
Окончив полив огорода, мы все втроём усаживаемся на край грядок, хрустя сочными пупырчатыми огурцами. Нина прижалась ко мне. За оградой над болотом летает, кувыркается в воздухе и блеет баранчик, трепеща крыльями. Ближе к лесу где-то пробует голос  коростень. Говорю  Шурке:
    - Интересная эта птица! Сколько раз  по вечерам подкрадывался по кочкам к крякающему певцу, но ни разу не застал его врасплох! Больше того, ни разу так и не увидел эту странную ночную птицу! А ты?
    - То же самое! Стоишь рядом с ним – вот тут, под ногами крякает коростень, а не видно! Так он искусно маскируется, а затем, подразнив, быстро убегает между кочками.

На небе загораются  первые звёзды. Из-за реки, со стороны пасеки, доносятся и тревожат душу трели перепелов; тёплый духмяный ветерок временами усиливает их голоса. Комары уже насели давно, но, ни брат, ни я, не замечаем их. Над рекой и болотом носятся чибисы. Чибис - странная птица! Величиной с  галку, т. е. меньше сорок и ворон, чёрно-белая, с хохолком. Их у нас в селе тьма! В полёте неуклюжа и напоминает скобку или букву «з», т. е. как тройка. Летит, бестолково мотаясь в воздухе, и вдруг камнем, без «тормозов» падает на землю. Ну, думаешь, разбилась - недаром так плачет, жалуется на что-то. А у самой земли вдруг опять резко взмоет ввысь. Живут чибисы колониями на мокрых кочках рядом с деревней. Я часто до этого предлагал братишке:
    - Вот интересная птица этот чибис! Живут вечно в болоте, в мокроте, сырости. Как это они не простуживаются?  Пойдём на гнездовья чибисов! Посмотрим, как они живут; поймаем  чибисят, погладим их, а потом отпустим.
Берём свою собачку. Она начинает носиться и гонять длинноногих  серых  чибисят. А потом они куда-то исчезают!

Собачка недоумённо смотрит на нас и ложится на землю. Мол, ищите сами! А чибисята, разбежавшись в разные стороны, так искусно прячутся в разные ямки, неровности, даже в следы от копыт, что, сколько не высматривай - всё бесполезно. Рядом под ногами лежит, слившись с землёй, и не заметишь. Играют в прятки с тобой хитрющие маленькие мудрецы!

 После скворцов - чибис, самая любимая наша птица! Водилось их в то время превеликое множество. Шурку позвала зачем-то домой мать. Мы остались вдвоём с Ниной, но перешли на крыльцо, т.к. у грядки нас заели комары. Развели костерок, отпугивая комаров и мошку. Слушаем с Ниной  плач чибисов. Я тихо говорю:
    - Нина! Почему так чибис жалобно кричит? Похоже на  жалобное мяуканье кошки. Они на что-то жалуются. Может им надоело болото, сырость? Может их кто-то обижает?  Мы, наверное, просто не видим их врагов. Змеи? Ястребы? Совы или ворожейки? Мне жалко их, а тебе?

Нина молчит, только ещё теснее прижимается ко мне. Я млею от счастья.
Перед ночью чибисы  особенно громко и жалобно стонут, мечутся. Становится грустно от их плача и мы замолкаем, затихаем с Ниной, тесно прижавшись  друг к другу, а сердце наполняется сладкой болью. Догорает ещё один день жизни, тонко  зудит  комар, затих щебет ласточек, повеяло холодом от родной реки.  И вот уже не видно  мелькающих  беспокойных чибисов, но ещё долго-долго звучит в ушах их тоскующий крик…

Предстоящее расставание с детством в деревне, с Ниной Суворовой, меня очень тревожит. Сон пропал – я весь в волнении. Что меня ожидает в будущем?
Нину часто посылают в район на несколько дней  в командировку за продуктами: мукой, солью и сахаром. В такие дни я не нахожу себе места. Тёплыми вечерами ухожу за деревню, брожу по льняным и клеверным полям, захожу в перелески, и тихо пою полюбившуюся мне песню:

Вьётся вдаль тропа лесная, светят звёзды ранние.
Буду здесь всю ночь без сна я, ждать с тобой свидания.
Сколько раз с надеждой робкою, ждал тебя у дома я.
Ты проходишь дальней тропкою, словно незнакомая…

Уже поспевает самая лучшая сибирская ягода – малина, и мы решили напоследок сходить за ней на бывший хутор Уголки, где её было море! Собралась компания в двадцать-тридцать человек, т.к. там много медведей. Одному лучше не ходить. Идём с Ниной рядом -  в руках пустые  ведра. Вышли по росе спозаранку, т. к. до Уголков десять-двенадцать километров, да там поблукать, и назад столько же - еле к вечеру успели возвратиться. Дорога на хутор  идёт от школы-интерната вдоль верхнего пруда и далее, по ручью петляет по заливным  лугам, перелескам, полям. Километров пять-шесть от села, когда кончаются колхозные поля с рожью, льном, овсом, начинаются покосы  и так идут на многие километры в лес.

Трава в рост человека – буйная, дикая, многоцветная, заставляет восхищённо радоваться матушке-земле, природе.
Подходим к полосам малины – начинаем громко кричать и стучать в вёдра, отпугивая медведей.

Когда идём обратно с полными вёдрами малины, несколько раз отдыхаем в тени многочисленных ив по берегу ручья. Даже вдали от верхнего пруда (километра за три-четыре), в ручье видны плавающие по чистому дну стайки карасей, пескарей и  гальянов.  Сидишь, устало вытянув ноги. Тишина, тень. Лёгкий ветерок шелестит листвой, журчит ручей, однотонно кричит где-то лесная птица. Все примолкли, глядя на снующих рыб  в чистой прозрачной воде – здесь тоже своя жизнь! Как прекрасен мир в такие часы! Не хочется нарушать эту благоговейную тишину ни одним звуком. Прилетел шмель и гудит монотонно, ища что-то своё у ручья. Вот стрекоза повисла в воздухе, а затем села на камышинку. Муравьи у ног деловито снуют взад и вперёд – везде кипит жизнь! Поднимешь голову – синее бездонное небо с белесыми курчавыми облаками радует своим величием. Рядом, над полем, зависла, трепеща быстро-быстро крыльями неутомимая  ворожейка. Потянул ветерок, волнами заходил овёс, несколько раз вдалеке ударил перепел. Влажный комок подступил к горлу:  человек, радуйся жизни, радуйся счастью! Господи! Какое чудо ты сотворил! Как прекрасна земля и окружающий мир! Какое счастье жить на свете!