Сезон дождей

  Начался сезон дождей и длился ровно месяц. С его приходом он выходил из старого дома на окраине  и бродил по улицам этого маленького курортного города .Улицы вились между покосившимися виллами с пальмами у высоких заборов и низкими домиками рыбаков, где из каждого двора тянуло запахом  солёной рыбы.  Иногда он раскрывал потрепанный черный зонт с латунной  ручкой,иногда просто в дождевике, когда ветер  с моря крепчал хлещя брызгами по лицу. Рядом всегда бежала собака. Неизвестной породы,лохматая,с свалявшейся шерстью и лопоухими ушами. Промокшая до костей,она была полна достоинства виляя обрубленным хвостом. И также как и хозяин, никуда не торопилась; дождь, казалось, был её стихией — капли скатывались по бокам, не вызывая ни дрожи, ни жалобного взгляда.
  То она забегала вперёд, низко пригибаясь к лужам, разведывая путь или выискивая смытые водой следы  или обрывки запахов, унесённые потоком. То потом возвращалась, тряхнув ушами, и шла рядом, касаясь боком его ноги.Прохожие ,редкие в этот сезон, сгорбленные под зонтами, обращали внимание на её глаза: серо-стального цвета, как у ее хозяина, с холодным, пронизывающим блеском, словно отражавшим далёкие грозовые тучи над морем.
  Обедали они в кафе на открытой веранде, поливаемой дождем. Маленькие зонтики над столиками едва защищали от потоков, стекавших по краю крыши.В его кофе с щепоткой корицы капал дождь,а бутерброды с тунцом раскисали. Он не спешил. Сидел в плетеном кресле и медленно пил уже остывший кофе с привкусом морского бриза,отламывая кусочки ржаного хлеба и бросая их собаке .Официанты  давно запомнили его и не надоедали с вопросами почему он не зайдет внутрь,в душный зал с запахом жареной рыбы и сигарет.
  Неизвестно сколько лет он так бродил с началом дождей . Никто не знал, чем занимался в остальное время: то ли чинил сети в сарайчике у порта, то ли сидел в полумраке дома, уставившись в стену.
 Первые годы горожане перешептывывались,но потом привыкли.  Все равно,что фонари загараются с закатом,так и он,бродящий по мокрым улочкам отражаясь в бесконечных лужах. Дождь выпадал и в другие сезоны — летние ливни или осенние шквалы, — но странника видели только в этот месяц, словно он был частью ритуала.
  Ближе к закату они выходили к морю. На самом краю пирса , где скрипели доски под ногами,стояла большая деревянная скамья. Сделанная из неведомого черного дерева,резная,,с большими подлокониками,она могла показаться троном морского царя взирающего на свои владения. Никто уже не помнил,что ее вытесал и поставил  этот человек, чтобы никто не мог помешать ему наблюдать за горизонтом, откуда приплывали все корабли. Полные рыбой, туристами,или забитые диковиными вещами из далёких стран.
  Так они и сидели вдвоем ,устремив взгляд  туда,где тонуло красное солнце. Цвет их глаз сливался с морем. Он укрывал собаку дождевиком,та прижималась к его ноге теплой тяжестью, положив голову ему на колени и не отрывая взгляд от заката.
  В один из дней их обнаружил ранним утром обходчик пляжа. Пожилой мужчина с фонарем и граблями. Они  были неподвижны и все также смотрели вдаль. Оба выглядели спокойными,с тем выражением лица, когда знаешь,что всё будет хорошо и обязательно сбудется загаданное.При нём были документы в потрёпанной кожаной папке, конверт с надписью "на всякий случай" аккуратным почерком — внутри пачка смятых купюр и записка с указаниями о похоронах. Ещё был старый портрет на картоне ,видимо сделаный уличным художником. Лицо  девушки на нем было поразительно счастливым. Светлые волосы,глаза цвета летней морской волны и улыбка, которой могут улыбаться только дети полные доверия и радости. На руках сидел маленький лопоухий щенок с такими же доверчивыми глазами. Была ещё стопка запечатаных писем возвращеных с пометкой красными чернилами "адресат выбыл или не проживает".
  Их похоронили рядом, на холме над морем, под простыми камнями с вырезанными инициалами. Под дождём. Который больше не прекратился — лил стеной, смывая следы, и городок утонул в серой пелене